Язык Кракена

— Рейната Крейн.

— Рей значит, — Чонгук посмотрел на меня, словно проверяя, подходит ли мне мое же имя, — что означало «плясать под дудку короля не по своей воле»?

— То и означает. Король ищет одну вещь. Что-нибудь слушал об Артефакте Всевластия?

— Это миф, не более.

— Это не миф. Если он получит его, то как минимум страна будет выполнять все приказы беспрекословно. Капля крови человека и он не может сопротивляться приказу. И как-то я сильно сомневаюсь, что король не способен будет достать небольшую капельку у своих подданных.

Взгляд Чонгука заметно потемнел, а брови нахмурились и сдвинулись к переносице.

Информация действительно не из приятных. Много кто слушал об этом артефакте, но найти его так никто и не смог, поэтому байки о нем становились все более загадочными, а со временем и вовсе стали разниться меж собой.

Даже интересно, почему менталист кричал от боли, пытаясь залезть мне в голову. Может, родовая магия так действует? Надо бы поискать информацию об этом.

Тишина прервалась звуком откупоренной бутылки, из которой янтарная жидкость сейчас переливалась в стакан. Как-то я пагубно влияю на мужчин, вон, пару часов как знакомы, а он уже пить начал.

— Почему ты так уверена в том, что он действительно существует?

— Я - Хранитель, знаю, как его можно найти, точнее, знаю человека, который поможет. Из поколение в поколение в нашем роду передается право быть Хранителем артефакта, дабы никто не мог заполучить его в корыстных целях. Если такое все-таки происходило, то Хранитель обязан уничтожить артефакт.

Капитан не отводил взгляд, пытаясь убедить самого себя, что я говорю правду. Не знаю, стоило ли этого делать, но интуиция подсказывала, что он именно тот человек, который поможет предотвратить катастрофу.

— Где он находится?

— Мне нужен Аптон Треверс.

— Почему он?

— Дедушка говорил о нем. Но тут есть еще проблемка... — Чонгук вопросительно поднял бровь, — Он в вечных бегах, и я не знаю где его искать.

— Аптон Треверс. Это не про него говорят «Безнадега Ап»? — капитан получил мой утвердительный кивок и с улыбкой усмехнулся, — Тогда его поиски оставь на меня.

Чонгук опустошил еще один стакан и, наполнив его еще раз, протянул мне. Ну, а что, можно и выпить, раз предлагают.

Содержимое стакана оказалось, на удивление, не противным, но достаточно крепким.

— Виски. — мое озадаченное лицо говорило само за себя, — Чего ты так на меня смотришь? Не все капитаны пьют огненный ром. Так, король знает про Треверса?

— Я ему ничего не сказала, но меня допрашивал менталист...

— Значит они тоже будут искать именно  его, а значит спутаем им все карты.

Чонгук подошел к одному из сундуков и стал рыться в его содержимом. Мысли о том, что все сундуки здесь наполнены золотом и сокровищами, как обещали мне все детские сказки, разбились в пух и прах. Там были лишь различные вещи, по типу рубашек и брюк.

— Вот, — он протянул мне сверток, — платье это, конечно, красиво, но на корабле тебе будет в нем не удобно. До рассвета есть еще несколько часов, так что переоденься и поспи. Моя каюта полностью в твоем распоряжении.

Только сейчас я поняла, что не спала уже почти сутки. В тело резко вернулась вся слабость, что накопилась за все время, и стало клонить в сон.

Чонгук ушел, закрыв за собой дверь. В свертке лежали рубаха и брюки, которые были скорее на миниатюрного мальчишку. Но в платье я, действительно, не разгуляюсь, так что имеем, что имеем.

Кровать хоть и изначально выглядела не так привлекательно, но сейчас казалось такой мягкой, что, как только моя голова коснулась подушки, сны сразу же заполонили сон.

***

Разбудил меня стук в дверь. Благо, одеваться мне не нужно, я ведь так и уснула в одежде.

Наспех пригладила волосы и убрала их за спину. Собрать их в какую-либо прическу было ничем, надо бы спросить у Чонгук какую-нибудь ленту.

Вот, кстати и он.

Открыв дверь, я сразу же уткнулась в хозяина каюты. Он стоял, подперев спиной стену рядом с дверью. Под глазами залегли синяки, словно он не спал всю ночь.

— Как спалось?

— Спасибо, хорошо, — пейзаж за бортом заметно изменился, — Куда мы плывем?

— Я же говорил, что королевских ищеек стоит немного запутать. Через пару часов зайдем в порт Анното-Бэй под видом торговцев, а там мне будет нужна твоя помощь.

Как Чонгук и сказал, спустя часа два мы бросили якорь в порту. Анното-Бэй располагался с противоположной стороны острова. Королевский дворец располагался на возвышенности, многие говорили, что сделано это было для того, чтобы народ каждую секунду своей повседневной жизни помнил, кто правит страной.

Это был центр торговли. Здесь на каждом углу раздавались голоса зазывал, а местный базар славился изобилием товаров с разных концов света. Именно здесь и расположился главный дворец короля, ведь решать международные вопросы намного выгоднее, когда послы прежде чем попасть во дворец, скупают кучу товара и тем самым пополняют королевскую казну.

— Чонгук, может мы хоть плащ накинем? Я думаю, что побег нам с рук не сойдет.

Мы шли по одной из самых оживленных улиц, что ранним утром была наполнена местными жителями и недавно прибывшими торговцами.

— Привлечем больше внимания, а так мы сливаемся в толпой.

Чонгук ловко лавировал между людьми, уводя нас все глубже в город.

— Ты так и не сказал, чем именно я могу тебе помочь.

— Не торопись, все объясню на месте.

Трактир, к которому мы пришли достаточно скоро, был на вид скромным, но популярным. Толпа, что сновала вокруг, то и дело выходила из трактира с кружкой пенного и располагалась за столиками на улице.

Здание, к слову, сильно выделялось на фоне остальных. Анното-Бэй славился своими домами в несколько этажей, что значительно экономило землю на и так небольшом острове. А вот трактир имел всего один этаж и стоял тут явно со времен образования города, уж очень пожухлым он выглядел.

— Держи, надень. — Чонгук дал мне какой-то кусок ткани.

— Что это?

— Маска из восточных земель. Как только мы зайдем, ты должна молчать.

Я не так много знаю о восточной стране. Страна уж слишком закрытая, а нравы там не для каждого. В Лайсвере царил жесткий патриархат, женщины живут под полной опекой у своих мужей, даже свое мнение они высказать не могут - нельзя. Поэтому, если и видят здесь жительниц восточных стран, то их сопровождают либо братья, либо муж.

Внутри стояло много небольших столиков, а воздухе витал запах чего-то очень крепкого. Женщина, что стояла за стойкой, обводила таверну суровым взглядом, пытаясь во время засечь затевающих драку мужчин.