Глава 3
Лиззи
Я не могла понять, как оказалась настолько рассеянной, что позволила этому произойти.
Моё зрение всё ещё было затуманено от непролитых слёз, когда мужские крепкие руки внезапно оказались сжатыми на моих запястьях и поперёк талии.
Когда я ощутила, как его тело прижимается к моему, из моего горла вырвался отчаянный крик.
Нет!
Всё в моём сознании перевернулось.
Это был он.
Мой монстр.
Это прикосновение было настолько идентично тому, как до меня дотрагивался монстр в моих кошмарах, что все мои внутренности сжались до размеров горошины.
Меня перевернули, всё ещё прижимая к мужскому массивному телу. Я оказалась прижата спиной к его груди, когда меня подняли на ноги, которые совершенно не держали моё тело.
Мои запястья сдавливали настолько сильно, что они должны были вот вот треснуть.
Я не могла понять, происходит ли это на самом деле.
Я спала? Может, я упала в обморок? Почему это происходит? Мне опять приснился кошмар? Почему я опять чувствовала присутствие и прикосновение монстра своим телом?
Проходит не так много времени, когда монстр отпускает мои запястья и его рука, которая до этого сжимала их до синяков, переметнулась к моему горлу, не дав даже секунды для того, чтобы как-то дать отпор ему.
Крепкая ладонь смыкается на моей шее, мгновенно перекрывая доступ к кислороду.
Господибоже..
Мне было нечем дышать.
От ужаса, сковавшего моё тело, я смогла лишь схватить ртом побольше воздуха, словно уже начинала задыхаться.
— Что ж ты не смогла сдержаться-то, малышка Лиззи..— игриво проговаривает монстр, склонившись к моему лицу так близко, что я ощутила его горячее дыхание на своём лице и шее.
Тошнота подкатила к горлу, а все внутренности вновь перевернулись.
Всё внутри меня дрожит от ужаса, поэтому я собираю свои силы.
— Пусти!— из моего горла вырывается громкий хрип вместо крика, на который я рассчитывала.— Нет, нет, нет..— мгновенно начинаю паниковать я.
Мои руки тут же метнулись к руке, крепко держащей меня за горло. Начинаю царапать ногтями руку монстра, но ему будто всё равно.
Я не слышу шипения от боли. Он её просто не чувствует.
Я продолжаю кричать и царапать его, когда он решает это прекратить, просто сдавив моё горло настолько, что мне приходится втянуть воздух через нос.
Когда уже чётко осознаю, что всё начинает покрываться туманом, наконец опускаю руки вдоль своего тела, признавая своё поражение.
Я слышу крики Шаннон, голоса парней, но не могу разобрать ни обладателя, ни слова.
Они напуганы, как и я.
Возможно, если монстр захочет прикончить меня прямо сейчас, кому-то из тех, кто за этим наблюдает, станет легче.
Я не знала, правда ли это произойдёт, но точно понимала, что мне легче станет.
Он запустит своей когтистой лапой мне в груди, пронзая и разрывая кожу острыми когтями. Он заберёт мою жизнь, и мне должно стать легче, ведь так?
Если мне там станет легче, то пусть так и будет.
Здесь мне уже глубоко плевать на всех.
И всем остальным тоже плевать на меня.
Никто не расстроится.
Хьюи
— Пусти!— попыталась крикнуть Лиззи, но из неё вырвался лишь панический хрип.
Она начала царапать ногтями руку Марка, которая по прежнему лежала у неё на шее. Я прекрасно видел, как она оставляла своими ногтями глубокие царапины, которые тут же приобретали красный оттенок, но ему словно не было до этого дела.
Я видел и панику, с которой она старалась избавиться от руки на своей шее, но от её действий не было никакого результата.
Рука Марка ещё сильнее сжала горло Лиз. На этот раз настолько, что ей пришлось замереть, глубоко втянув воздух через нос.
Её тело била сильная дрожь, а глаза были широко распахнуты от страха.
Лиз задохнулась воздухом, тут же покорно опустив свои руки вдоль тела.
Она перестала бороться. Перестала кричать и биться в его стальной хватке.
Словно просто смирилась с тем, что она оказалась в его руках и, возможно, ей это обернётся в итоге не самым приятным образом.
Шаннон панически выкрикивает имя Лиз. Единственное, что удерживает её от того, чтобы рвануть на помощь к своей подруге, сломя голову, это руки Кэпа, которые буквально удерживают её на месте.
— Ты слышал, что я сказал?— рычал Гибс, глядя на всё это с бешенством и ужасом в глазах.— Отпусти её. Она не имеет отношение ко всем этим разборкам.
— Ох, нет, Гибс,— мрачно глядя на нашего друга, Марк покачал головой.— Она находится в самом центре наших разборок, правда, малышка Лиззи?
Лиз передёрнуло в его руках, но она всё также оставалась максимально неподвижной и молчаливой. Слёзы не переставали градом стекать по её щекам, а тело дрожало, как осиновый лист.
Я, Гибс и Джоуи стояли ближе всего к ним. Все трое порывались помочь девушке, но замерли под предупреждающим взглядом Марка, рука которого до сих пор лежала на шее Лиз, время от времени усиливая нажатие.
— Какой центр, уёбок?— громко подает голос Линч, глядя на которого мгновенно складывается впечатление, что у него вот-вот сорвёт тормоза.— Ты единственный являешься грёбаной проблемой для большинства из присутствующих. Отпусти девочку, и тогда ты можешь рассчитывать, что твоё напыщенное лицо не пострадает ещё больше.
Жаль, что на этого придурка не действовали никакие угрозы.
— Так ты не рассказала им больше, малышка Лиззи?— как-то неверяще повернулся он к девушке в своих руках, которая буквально сжалась от его голоса.— Мне и об этом придётся позаботиться?
Услышав последнюю фразу, что-то страшное вспыхнуло в глазах моей Лиз. Она тут же словно сбросила с себя оцепенение и с неистовым рвением начала дергаться и хрипеть.
Очевидно, она пыталась кричать, но ничего не выходило.
Марк ещё крепче перехватил Лиззи рукой, которая лежала на её животе. Теперь она буквально впивалась в его тело, в то время как рука на шее вновь сжалась, перекрывая ей доступ к очередной порции воздуха.
Она задохнулась, замерев.
Вновь оцепенение. Вновь смирение. Вновь принятие.
Марк начал пятиться спиной, всё ещё поглядывая на нас. Ноги Лиз просто тащились по земле, едва касаясь её своей обувью.
Черт!
Он начинал тащить её куда-то, используя её тело как своеобразную защиту от нас.
Она была гарантом его неприкосновенности, пока находилась в его крепкой хватке.
— Ты была хорошей девочкой, пока меня не было?— интересовался Марк у Лиззи, словно ему было до этого какое-то дело.— Ты скучала по мне, манчкин? Прошло много времени с нашей последней встречи, не думаешь?
Лиз дрожала, всё ещё не оставляя тщетных попыток освободиться. В её глазах плескался до того животный ужас паника, что мне самому хотелось свернуть из-за этого шею.
Её губы безостановочно шевелились, словно она отчаянно пыталась произнести что-то.
Это был шёпот, который мог уловить только Марк.
Мне показалось, что мне удалось уловить её слова, прочитав по губам.
— День.. Один день..
И если мне и удалось уловить это, просто неотрывно наблюдая за безостановочным шевелением губ Лиззи, то Марку наконец удалось услышать это.
— Ох, нет, малышка Лиззи.. Два месяца,— словно он был чертовски огорчён этим фактом, с сожалением подметил Марк, не переставая двигаться назад.
Мы следовали за ними на небольшом расстоянии. Я не знал, куда Марк собирался добраться в итоге, но если он не остановится, то в ближайшие пять минут он сможет добраться до моста, на котором умерла Каоимхе.
Я начал мысленно сопоставлять даты.
Два месяца.
Примерно два месяца назад состоялся очередной откат в состоянии Лиз. Это было то, что я не мог просто выбросить из головы.
Я помнил, как это произошло, потому что тогда мне позвонил Патрик. Как только он мне позвонил и попросил приехать, я тут же понял, что всё плохо. Если Патрик Фили решил обратиться ко мне за помощью, то всё было чертовски плохо.
Лиз тогда была на грани.
Я самолично дал ей её таблетки, которые она благополучно перестала пить, когда заперлась в своём доме на неделю. Она не приняла очередное решение слезть с препаратов. На этот раз она действительно забыла.
Потому что то время, которое она проводила взаперти в своей комнате, не впуская никого внутрь, она проводила либо в бреду, либо в панических атаках. Патрик начал бить тревогу спустя четыре дня, как она перестала появляться в школе, и спустя шесть дней после того, как она перестала отвечать на сообщения и звонки.
Фили буквально вломился в её дом, обнаружив Лиззи в её комнате, когда она свернулась калачиком на полу, закрывая голову и уши руками, словно она больше не могла всё это выносить.
Её руки были сплошь покрыты глубокими царапинами, которые, очевидно, остались от ногтей, а на бедрах были свежие порезы, некоторые из которых по-прежнему продолжали кровоточить.
После того случая прошло достаточно времени, но Лиззи так и не рассказала мне о том, что послужило причиной её приступа паники.
Когда ей стало легче, я вновь напомнил ей, что мы можем попытаться остаться друзьями и она может довериться мне, рассказав обо всём.
Но она, ровно как и в тот день, когда она только вышла из реабилитационного центра, объяснила мне, что этого не может быть, потому что люди, которые любят друг друга, не могут быть друзьями, а она продолжала любить меня.
Она поклялась, что не будет навязывать мне своё общение, просить о помощи или изливать мне свою душу.
И она сдержала своё обещание.
Больше не подходила.
Пыталась справиться со всем сама, но из этого ничего не выходило.
Если последний раз они виделись в то время, то он точно что-то сделал. Только что именно, могла ответить лишь сама Лиззи.
Сумасшедший ублюдок не останавливается. Продолжает тянуть Лиз за собой. Паника поднимается не только у меня.
— Стой, послушай,— вновь попытался Джоуи, когда очередные попытки Патрика и Гибси договориться с ним не удались.— Я уверен, мы сможем договориться. Давай ты отпустишь девочку, и мы сможем всё обсудить.
Краем сознания я успел подметить, как пытается сохранить спокойствие Линч, хотя это и было чертовски невыполнимо для него, когда близкий для него человек оказывался в опасности.
Я знал это чувство.
Тогда сносит крышу так, что потом не помнишь, что говорил в этом состоянии.
Марк даже не обратил внимание на его слова.
Его интерес целиком и полностью был сосредоточен на девушке в его руках.
Я видел, что он что-то говорил ей, но улавливал лишь обрывки тихих фраз, потому что мы всё ещё были на расстоянии.
— Я уверен, ты соскучилась по мне, малышка Лиззи..— частично уловил я его шёпот.— .. ох, чертовки жаль, что ты так выросла.. Я всегда буду скучать по тому, как ты выглядела раньше..
Меня пробрало на дикую дрожь по всему телу.
Что это, блядь, за нахер?!
Лиззи так дёрнулась, словно от этого зависела её жизнь.
Марк Аллен не реагировал на просьбы о том, чтобы просто замереть и поговорить. Он продолжал тащить Лиз в сторону моста. И он, чёрт возьми, сделал что-то, чтобы украсть двенадцать лет моей Лиззи.
Блядь.