Глава 1
Лиззи
Дом Биггсов, как и каждый год на тридцать первое октября, был празднично украшен. Мне иногда даже казалось, что с годами ничего не изменилось. Ни всегда добродушная Шинейд Биггс, встречающая меня на пороге своего дома, ни сам именинник, который каждый год на своей вечеринке в честь дня рождения проводил со мной времени больше, чем с кем-либо другим.
Я каждый год утверждала, что это было необязательно. Я любила тишину и спокойно переносила одиночество.
А он год за годом яро заверял меня, что ему было намного приятнее провести свой день рождения в тишине в своей комнате, довольствуясь лишь моей компанией. Убеждал, что эти вечеринки он переносил только из-за того, что на них была я.
Ровно как и в прошлые года, вечеринка по случаю дня рождения Хьюи была костюмированной. Я продолжала наблюдать за некоторыми из прибывших наших друзей.
Клэр и Гибси были Сэнди и Дэнни. На ней были обтягивающие джинсы, короткая майка и кожаная куртка. На Джерарде также джинсы и майка, обтягивающая его тело. Полностью в черном.
Недалеко от них танцевали Ромео и Джульетта. Излюбленная парочка. На Шаннон было невероятно легкое и пышное белое платье, а также к спине были прикреплены аккуратные ангельские крылья. Я не знала, как она смогла заставить Джонни вырядиться в доспехи, как у самого настоящего рыцаря, но вот она, сила Каваны к этой девушке, потому что он сверкал в них, практически не отходя от Шаннон. И что-то подсказывало мне, что они были достаточно тяжелыми.
Около столов с напитками расположилось молодое семейство Линчей в образах Джокера и Харли Квинн. Ифа была в предельно коротких шортиках красно-синего цвета, которые издалека больше напоминали нижнее белье, и в таких же цветах короткий обтягивающий топ. Её светлые волосы были стянуты в два небрежных хвоста, а на концах выкрашены в синий и красный. Ифа Линч заморочилась не только со своим макияжем, который полностью доводил её образ до совершенства, но и с макияжем Джоуи. Его волосы были зачёсаны назад и сплошь выкрашены в зеленый. На лице у него была тонна грима. Красные губы, переходящие в оскал при улыбке, темные тени на глазах, несколько надписей на лице подводкой, которые имитировали тату, которые также были и на его открытых груди и плечах, полностью имитируя образ Джокера.
Эта безумная парочка в действительности была чуть ли не единственными, кто настолько заморочился с костюмами к вечеринке. Хотя, как мне казалось, инициатором была именно Ифа, а Джоуи просто самозабвенно подчинился любимой, жертвуя и лицом и своим образом в целом.
ЭйДжей эту ночь развлекал родителей Моллой, которые согласились присмотреть за внуком, пока Джо и Ифа находились на праздновании Биггсов.
Патрик и Кейти были Питером Паркером и ЭмДжей, идеально подходя под свои образы, казалось бы, обыкновенной одеждой.
Я же была одна.
Изначально были идеи подобрать что-то к образу Малефисенты, но в самый последний момент что-то в моей голове переключилось, и вот она я, в образе Мортиши Аддамс, ровно как и несколько лет назад. Однако в этом году у меня не было одной незаменимой частички меня. Со мной не было моего Гомеса.
Вечеринка продолжалась вот уже несколько часов, а я всё больше старалась не обращать внимание на Гибси и Клэр, которые смеялись и время от времени возмущались друг на друга так громко, что хотелось заткнуть уши.
Прошло чуть больше нескольких месяцев с того момента, как правда всплыла наружу. То, что Гибси так отчаянно скрывал от всего окружения последние годы, было выведено в свет благодаря чистой случайности, которая произошла с Клэр.
Она нашла письмо Каоимхе. То самое, которым Гибси должен был воспользоваться пять лет назад, когда я нуждалась в его поддержке, в правде.
Сейчас же мне было глубоко плевать на всю драму, которая происходила между Клэр и Джерардом.
Мне нужна была его помощь пять лет назад.
Когда я стояла перед ним на коленях, судорожно хватая за руки, чтобы он рассказал взрослым правду.
Никто мне не поверил. А Гибси сделал вид, что он понятия не имеет, о чём я говорю.
Словно он не читал то письмо, которое я положила в его карман, где Кива просит у него прощение и чистосердечно заявляет, что виновата в том, что не обратила внимание на происходящее в доме Гибсонов.
Из-за его молчания мне не поверили ни пять лет назад. Ни через год после случившегося. Ни сейчас.
Мне. Никто. Не. Верил.
Потому что я была сумасшедшей, которая не могла отличить галлюцинации своего сознания от реальности.
Потому что я была той, кого не смогли исправить никакие лекарства и никакая ложь.
Когда я сказала, что парень моей сестры изнасиловал и убил её, никто мне не поверил.
Когда Клэр сказала, что парень моей сестры изнасиловал Гибси, все поверили ей.
Мне— никто. Ему— все.
В этом было наше главное отличие. Он был жертвой, пока меня окрестили лгуньей.
Я могла бы забыть о своей неприязни к нему после того, как всё раскрылось. Все узнали о том, что произошло с Гибси, поэтому я, наконец, могла попросить его об одолжении и помочь убедить всех в том, что случилось с Каоимхе.
Но я всё ещё не могла выбросить из головы образ маленькой двенадцатилетней девочки, которая кричала и рыдала навзрыд, умоляя его рассказать всем правду и подтвердить мои слова.
Всё могло бы быть иначе, если бы он не промолчал.
Если бы Гибси рассказал взрослым о том, что происходило с ним с семи лет, я бы смогла тоже признаться в том, каким лечением меня занимался монстр.
Мы бы признались, и нас бы поддержали, избавив от монстров.
Но этого не произошло пять лет назад. И сейчас все знали о случившемся с Гибси. Но никто не знал, что случилось со мной. И не верил правду о виновнике смерти Каоимхе.
Я продолжала в одиночестве страдать от монстров, сжирающих меня изнутри, пока этого никто не замечал.
Сейчас я направлялась прямиком в комнату Клэр, желая переодеть платье на удобные джинсы и майку. Меня уже изрядно тошнило от приторности между Клэр и Джерардом, пока они делили импровизированный танцпол вместе с другими ребятами.
Как раз по пути к своему убежищу на ближайшее время я не слишком вовремя наткнулась на Джокера и Харли Квинн, самозабвенно целующихся в укромной месте дома. Ифа сидела на коленях Джоуи, пока её руки блуждали по груди и плечам её парня, а его руки время от времени переходили с волос на талию.
Я не смела прерывать страстно целующуюся парочку. Тем более, кто я такая, чтобы отказать ЭйДжей Линчу в братике или сестрёнке?
Поспешив в комнату Клэр, я быстро скрылась за дверью её комнаты, вытаскивая одежду из своей сумки. Длинное черное платье царапало мои старые и совсем свежие шрамы на бедрах и животе, из-за чего они постоянно чесались.
Да, сделай это.
Хотелось расчесать их до крови. Разодрать уже зажившие шрамы до того момента, пока кровь не будет покрывать мои живот и бёдра.
Может быть, тогда мне станет легче не обращать внимание на Гибси?
Может быть, мне просто надо было сорваться на себе, чтобы в очередной не сорваться на нём?
Я знала, что если сейчас скроюсь в ванной комнате, то потом не смогу нормально остановить кровь и моя одежда вновь пропитается кровью.
Я дождусь окончания вечеринки и доберусь до дома, вот тогда и можно будет..
Мои мысли резко оборвались звуком разбитого стекла с улицы, а также последующими за этим звуками ударов и криков.
— Кто ты, черт возьми, такой, чтобы появляться здесь?!— взревел хорошо знакомый голос парня, который я узнала бы даже сквозь другие крики и громкую музыку из колонок.
Сердце ушло в пятки.
Быстро сунув платье в сумку, я рванула прямиком на улицу, где мне открылась не самая приятная картина.
Харли Квинн прижимала Джокера к машине Хью, чтобы он не лез в драку. Шаннон плакала, в ужасе прижимаясь к Джонни, который, по видимому, тоже был бы не прочь влезть в гущу событий, но безопасность и благополучие Шаннон для него были важнее. Гибси оторопело наблюдал за происходящим, словно он был где-то в прострации, а Клэр сильно сжимала его ладонь, разрываясь между тем, чтобы так же ринуться во всё происходящее и продолжать поддерживать своего парня. Патрик также в защитном жесте отгораживал Кейти от происходящего.
Хьюи не было среди них.
В этот самый момент он сидел верхом на другом парне, одной рукой ухватившись за его воротник одежды, а второй время от времени нанося чёткие удары в челюсть. Мне не понадобилось много времени, чтобы узнать второго парня, которого избивал Хью.
Этого ублюдка я узнаю даже с завязанными глазами.
Марк Аллен.
Страх за Хью мгновенно сменился безразличием к судьбе того несчастного, которого прямо сейчас вбивали в землю.
— Разве я тебе не говорил, чтобы ты даже не ступал на мою территорию?— продолжал орать на него Хьюи, с силой встряхивая, а после нанося ещё один чёткий удар.— Разве я не говорил, что убью тебя, если ещё раз увижу? Ты, ублюдок!
Я абсолютно понимала то, что сейчас чувствовал Хью или же его товарищи по команде. Они знали, что произошло с Гибси по его вине. И я была уверена, что если бы у них было чуть больше возможностей, все они по очереди выбили бы всё дерьмо из Марка Аллена.
— Говорил, что таким грязным насильникам не место даже на этой улице!
Если я дышала до этого момента, то тут же перестала. У меня перехватило дыхание, словно кто-то врезал под дых.
Я была уверена, что мои глаза были широко распахнуты, потому что весь ужас от того, какие воспоминания проносились в моей голове, целиком и полностью отражался у меня на лице.
Марк не мог даже отбиваться, потому что уже достаточно потерял концентрацию от ударов в голову и челюсть. В его глазах едва можно было различить ясность.
— Гнида паскудная, я предупреждал, что порву за неё,— успел грубо выдать Хью за мгновение до того, как Кавана, Патрик и Гибси сообразили подскочить к нему и оттащить от Марка.
Они сумели снять всё ещё бушующего Хьюи Биггса с другого парня, который совершенно не заслуживал того, чтобы возмездие над ним прекращали.
Как только Марк остался один, а парни утащили Хью в сторону к другим, что-то в моём сознании перемкнулось.
Передо мной появился образ Каоимхе.
Я словно вновь очутилась в том моменте больше пяти лет назад, когда стояла на мосту и с ужасом наблюдала, как тело моей старшей сестры подхватывают волны, унося её безвольное тело дальше по течению.
Я вспомнила свои крики, когда цеплялась за перила и хотела броситься за ней. Когда умоляла человека, стоящего около меня, спасти её.
Но ему было всё равно.
Рядом со мной в тот момент стоял монстр, который приследовал меня уже долгие годы.
Ярость продолжила волнами подниматься во мне, когда я поняла, что мои глаза заволакиваются пеленой.
Я не знала, это были слёзы или слепящая ненависть.
Я лишь могла разглядеть образ этого человека— монстра— который сейчас безвольно полусидел на траве возле дома Биггсов, всё ещё приходя в себя от ударов Хьюи.
Обратный отсчёт, как у бомбы замедленного действия, проносится эхом в моей голове.
Я слышу отсчёт.
Вижу перед собой человека, который испоганил мою жизнь настолько, что хотелось сдохнуть.
Ощущаю, как волосы становятся дыбом, а руки сжимаются в кулаки с такой силой, что на внутренней стороне ладоней остаются кровавые полумесяцы от ногтей.
Он был виноват во всем.
Он убил Киву.
Он убил меня тогда, когда закапывали тело моей сестры.
Он запугал Гибси.
Он разрушил нашу дружбу.
Он разрушил нас с Хью.
Он разрушил меня.
Он сломал всё вокруг.
Ослепляющаяя ярость захватила меня настолько, что я поддалась порыву и бросилась на него.
Я убью его. Сделаю это и отомщу за Каоимхе.
Он будет страдать.
Но помилования не будет.
Ни в этой жизни, черт возьми.