My Dark Nights

Стоя тихонько в углу, я наслаждалась их диалогом. Настоящая пикировка. А эти очки? Очки не для зрения, как случайно выяснилось, а с особыми стеклами, скрывающими необычный цвет глаз. Они просто прелесть, добавляли пикантности. Харну понравилась Джису с первого взгляда. Что будет, если он рассмотрит ее настоящую?

Забавная очкастая парочка, предрекаю им большую и колючую любовь!

— Студентам КУМа запрещено работать, — вспомнил вдруг занудный кромешник. — С чего вдруг вам делают исключение?

— Ректор Йохенссельский — умный мужчина, он согласился, что лучше, чтобы я тратила свободное время на производство стандартных зелий и косметики, чем на эксперименты.

Я с трудом подавила рвущийся смешок. Это точно, экспериментировать Джису нельзя, иначе университету понадобится новое общежитие для бюджетников.

— И много вы наэкспериментировали?

Вопрос остался без ответа — натужно скрипнув, лифт остановился. И это, по моим прикидкам, буквально перед самым открытием дверей на нашем этаже!

Мигнув, погасли маглампы. Мы оказались в полной темноте. Даже кот не светил своими глазищами, наверное, спал на руках кромешника.

— Диверсия? — насторожился темный.

— Экономная комендантша, — снисходительно ответила Джису. — Лампы привязаны к общему накопителю лифта, который из-за старости быстро вычерпывается.

Пока они выясняли причину аварии, я создала четыре призрачные «стрекозы», залившие кабину голубоватым светом.

— Дженни, у тебя голос громкий? Крикнешь, чтобы сбегали за помощью? — деловито попросила Джису.

— Не надо, где-то здесь артефакт связи с дежурной. — Я пальцем подманила одну «стрекозу», чтобы рассмотреть панель управления.

— А он тоже закольцован на один и тот же накопитель, что и лифт, — насмешливо отозвалась зельеварша. — Придется кричать.

— Может, подождем, пока кто-то решит воспользоваться лифтом? — засомневалась я.

Кричать не хотелось. Совсем. Неприлично леди повышать голос, если только она не поет или не увидела мышь. Вдобавок молчаливый лорд Харн стоял рядом, что сильно смущало.

— Этот кто-то, Дженни, потыкает в кнопку и пойдет преспокойно по лестнице. Нет, кричать придется. — И Джису показала пример: — Помогите! Эй!

Кричать вдвоем не так стыдно, как в одиночку. Вздохнув, я присоединилась к ней:

— Помогите!..

Спустя несколько минут мы выдохлись. На помощь к нам никто не спешил — зря только надрывались.

Кашлянув, лорд Харн с иронией поинтересовался:

— Леди, вы накричались? Я могу подойти к панели управления?

— Что, простите? — Растерявшись, я все-таки отошла в сторонку.

Темный промолчал. Подойдя к панели, положил на нее широкую, крепкую ладонь. По коже мужчины побежали витиеватые узоры из тьмы. Стекли с пальцев на стенку кабины и растворились в дереве.

Лифт дрогнул. Лифт задребезжал... и натужно поехал вверх. Секунда-другая — и дверь открылась, выпуская нас на нужном этаже.

— Вы точно знали, что можете на расстоянии «разбудить» накопитель? Или были сомнения? — обманчиво спокойно спросила Джису.

Мы с ней устремились к нашей комнате, темный не отставал.

— Я никогда не сомневаюсь, — снисходительно ответил он.

В эту минуту я восхищалась невозмутимостью Джису — внутри у меня все клокотало от злости. Представляю, как этот гад давился смехом, когда мы орали!

Пока я открывала дверь, соседка продолжала разговор:

— Но позволили нам кричать?

— Если девушкам хочется, то почему бы и нет? — Улыбка очкастого вышла тонкой и кривой.

Вскинув подбородок, Джису дернула за ручку свою сумку — мужчина отпустил, но и не подумал отдавать кота, когда она за ним потянулась.

— Премного благодарна за помощь, лорд Харн.

— Премного — это слишком, достаточно чашки чая, — нагло заявил он.

— А чай закончился. — Джису демонстративно встала на пороге, недвусмысленно показывая, что у нее негостеприимное настроение. — Принц, сюда!

Дремлющий кот вскинулся — и вот он уже за спиной своей хозяйки, которая тотчас захлопнула дверь.

Я, задыхаясь от сдерживаемого смеха, упала на кровать.

Очкастый явно не ожидал подобного отношения! И в то же время не стоило забывать, что он — темный лорд, входит в ближний круг принца Джинаа. С таким лучше не ссориться.

— Чай будешь? — спросила безмятежная Джису, ставя чайник на алхимическую горелку, работающую от накопителя.

Вспомнив вытянувшееся лицо очкастого, когда ему отказали, я улыбнулась и кивнула.

Через полчаса, завершив чаепитие, я засобиралась в университет. Лорд Харн сообщил, что мои коллеги уже занимаются подготовкой к следующему этапу отбора, мне следовало к ним поскорей присоединиться.

Джису же деловито готовила стол к производству каких-то зелий. Лаконичность, отточенность движений, когда человек знает, что и куда класть, завораживали.

— За вами с лордом Харном интересно наблюдать — искрит просто-таки. Ты ему явно понравилась.

— А он мне — нет.

— И тебе все равно, кто он? — провокационно поинтересовалась я.

Судя по последним событиям, многие участницы отбора пищали бы от радости, узнай, что понравились другу принца.

— В том-то и дело, что не все равно. — Джису высыпала в агатовую ступку оранжевый порошок. — От кромешников некоторым девушкам стоит держаться подальше.

Какое серьезное заявление! Удивила дважды.

— Откуда ты знаешь, что он кромешник? И почему только некоторым? Каким это?

— Разве ты не заметила тьму, которой он наполнил накопитель лифта? Он — кромешник, Руби, как и все темные, которые сопровождают принца Джинаа.

Если бы не брат, я бы не скоро поняла, кто такой Тэхен. Тихая девочка-зельевар знала больше моего. Какой удар по самолюбию...

Не дожидаясь вопросов с моей стороны, Джису охотно объяснила свою позицию:

— Кромешник — неподходящая партия для девушки, мечтающей о независимости. Если он решит, что ты его спутница, это конец. Больше никакого выбора.

— Как это? Принудит выйти замуж?

— Никакого принуждения. Сделает так, что девушка сама с радостью побежит в храм.

Напомнило детские страшилки.

— Зря кривишься, Руби. Тьма вкрадчива, настойчива и незаметна, когда дело касается людских сердец. Кромешники такие же, как их покровительница. От развоплощения во Тьме их удерживают близкие — семья, друзья. Но главное — любимые женщины. Те, ради которых они будут сдерживать свою тьму. После тридцати, если кромешник не находит свою суженую, начинается остывание чувств. Постепенно он превращается в хладнокровного монстра, которого убивают братья по ордену.

Звучало жутко. И правдоподобно.

— Тогда, может, это и хорошо — стать суженой кромешника, удержать его на краю?

— И потерять свою независимость? — Джису поморщилась. — Я не хочу быть чужой точкой опоры в жизни.

Для юной девушки слишком странные выводы, пускай она и ершиста, и умеет из всего делать деньги, из мести разозленной соседки в том числе.

— А что плохого в любви? — Я вспомнила дальнюю-дальнюю родственницу матери, тетушку Бриянку. Старая дева, она владела маленьким книжным магазином и дюжиной кошек. — Не боишься, что независимость в итоге может превратиться в одиночество?

Задумчивая Джису медленно растерла между пальцами сухой белый лепесток какого-то ароматного цветка — нежный запах постепенно заполнил всю комнату.

— Я долго шла к тому, чтобы решать свои проблемы самостоятельно, иметь право выбора. Даже право учиться в КУМе я едва ли не выгрызала зубами. Лишиться всего, что я достигла? Нет, лучше одиночество.

После небольшой паузы, сняв очки, она уставилась на меня своими удивительными глазами и тихо спросила:

— А ты, Дженни? Ты готова все бросить, отказаться от мечты и раствориться в мужчине?

Я хотела запротестовать, но перед глазами отчетливо увидела Тэхена. И сердце защемило. Но, может, его помощь и знаки внимания ничего и не значат? Следует ли воспринимать их как полноценное ухаживание?

— Если кромешник не сказал, что любит, он свой выбор еще не сделал?

Джису слабо улыбнулась.

— Темные не признаются в любви. Говорят, они произносят какую-то красивую ритуальную фразу — и, если девушка соглашается, их союз одобряет сама Тьма.

Интересно, откуда моей соседке это известно? Если спрошу, ответит? Сомневаюсь. Спасибо, что вообще поделилась информацией.

— Руби, ты принимаешь ухаживания блондинистого кромешника у ворот? Это ведь из-за тех цветов, что подарил он, ты так разозлилась?

— Я бы не сказала, что он ухаживает за мной...

— Уникальные колокольчики зимой и шуба из давелийского соболя — это разве не ухаживание? — насмешливо перебила Джису. — Да ты зажралась, Руби!

Вот каков подарок от души, по словам кромешника, из самого дорогого меха в мире... Раньше я его не видела ни разу, поэтому сразу и не опознала, иначе ни за что не приняла бы шубу. Как бы ни уговаривал Тэхен!

— Ты не дослушала. Дело не в подарках. Он оказывается рядом, когда нужна мне помощь, спас отца от смерти, а бабушку — от грабителя. Это значительнее, чем ухаживание.

— Скокарь наверняка из залетных? — вновь прервала мои объяснения соседка. — Дом Лучезарной королевы под запретом для местных, хотя у твоей бабки, конечно, есть что брать.

И это правда: ее обожала публика, а в число поклонников входил и предыдущий король Латории. Один из подаренных им гарнитуров, из сапфиров и бриллиантов, не имел цены.

— Не знаю, откуда грабитель... А почему местные не трогают?

Я всегда думала, что на особняке сверхзащита, а тут вдруг выяснилось, что его запретили трогать.

— Мастер ночного Квартена — поклонник таланта леди Руби.

Я не стала переспрашивать, кто это. От брата слышала не раз этот титул. Главный в преступном мире, король воров и убийц, чье слово — непреложный закон в трущобах.

То, что Джису слышала о его наказе не трогать старую актрису, говорит о многом. Моя соседка — дитя иного мира, мира мошенников и авантюристов, бандитов и проституток. Это объясняет ее деловую хватку, находчивость, смелость и, наверное, очки. Она боится, что ее могут узнать?

— Ты со мной сегодня удивительно откровенна, — с опаской поглядывая на порошок, который она терла в ступке, заметила я.

Джису возмущенно фыркнула:

— Не переживай, я не планирую тебя травить.

То, что она с легкостью поняла невысказанное, пугало. Проницательная, самостоятельная девица.

— Тогда с чего вдруг разговорилась?

— Я готова поспорить на любимый пестик, — соседка подняла вверх округлое орудие из дымчатого агата, — ты вскоре выйдешь замуж и уедешь в Давелию, а там мои откровения никому не нужны.

— Понятно, а я уже решила, что ты зачислила меня в подруги, — мрачно пошутила я.

— Не обольщайся, Руби. К слову, за хорошее отношение благодари Принца — он чует суть людей, и ему ты понравилась.

Кот, спящий у ног хозяйки, поднял голову и согласно мурлыкнул. Боги, до чего же разумная тварь!

— Благодарю, Принц, вы очень добры ко мне, — на полном серьезе произнесла я.

И рыжий котяра внезапно подмигнул!

Или показалось? Коты подмигивают только случайно?

Все, хватит с меня общения с Джису и ее питомцем — уже видится невозможное. Пора и поработать.