My Dark Nights

Я пожала плечами:

— За маску спасибо, а украшения лишние.

— Нет, вы их наденете, — непреклонно произнес Чон. — Это знак неприкосновенной сотрудницы клуба, которой нет в меню.

В меню?! Ой... Грубо объяснил, но доходчиво, мне теперь не по себе. Следует постоянно напоминать, что в клуб приходят не только развлечься, но и разжиться глотком-другим крови, который, как утверждали сами темные, не позволял им сорваться во Тьму и восполнял силы. Неконтролируемое же питие давало обратный эффект — неутолимую жажду и в конечном счете безумие.

— Готовы? — спросил вампир, когда я дополнительно закрепила маску шпильками в волосах, присобранных на затылке.

— Да, покажите, пожалуйста, дорогу.

Когда вышли из комнаты, Чон предложил опереться на его локоть. Всего пару дней назад я чуть не умерла от страха, когда он оказался за спиной, теперь же шла спокойно рядом. Как резко иногда меняются обстоятельства и взгляды.

Полукруглая сцена находилась в большом зале, заставленном столиками, креслами и диванчиками, и просматривалась хорошо с любого места. Мы прошли сразу за кулисы, откуда я смогла увидеть часть зрителей.

В полумраке зала единственным источником света служили небольшие алые маглампы, стоящие в центре каждого стола. Но, несмотря на это, я сразу увидела принца Джина Валиата и его спутников. Их группу нельзя было не заметить — темная аура вокруг четырех статных мужчин притягивала взгляд. Черные костюмы подчеркивали ширину плеч воинов и мускулатуру, воротники белоснежных рубашек едва не трещали на бычьих шеях. Жутковатые типы...

Его высочество оказался точно таким, как на плакате, ему не польстили — в том не было необходимости, Джин и в жизни холеный красавец.

Слева от него сидели близнецы. Коротко остриженные и выбритые на висках темные волосы, одинаковые крупные носы и тяжелые подбородки. Высокие острые скулы неизменно указывали на принадлежность к народу Давелии.

Мужчину, сидящего справа от принца, толком рассмотреть не успела — Чон тронул за плечо.

— Джейн, ваш выход через два номера. Этого времени хватит, чтобы собраться с духом?

Я удивленно обернулась — он спрашивал серьезно, без иронии. Но я не обольщалась: если вампир и переживал, то не обо мне, а о репутации своего клуба. Не дай боги, сорву выступление!

— Спасибо, я в порядке.

— Да? — язвительно протянул он. — Внезапная бледность — для вас норма?

— Вам показалось.

— Что ж, раз мне показалось, я ухожу. — И Чон исчез в темноте, оставив меня одну.

Вру. Далеко не одну. Оглядевшись, я заметила несколько девушек и парня, которые следили за действом на сцене и изредка косились на меня с любопытством. Смысла знакомиться с временными коллегами-артистами я не видела, поэтому сосредоточилась на певице.

Первый ее номер я держалась, а вот к началу второго терпение испарилось.

Чудесный голос, приятная внешность — и при таких данных скучная манера исполнения. Пение выходило пресным, зрители позволяли себе разговаривать и есть, тогда как дедушка твердил, что это крах для лицедея. Будь моя воля, я сопроводила бы выступление легкой иллюзией: туман, блуждающие огоньки и меняющее цвет платье на исполнительнице.

А впрочем, что мешает это сделать? Мне заплатят за один сольный номер, но кончики пальцев чесались, прося сотворить хоть что-нибудь из любви к искусству.

И я не удержалась.

К началу припева по сцене пополз молочный туман, который мерцал, будто кто-то рассыпал в нем бриллианты. Голубые «стрекозы» резво носились над сценой, неотвратимо собираясь вокруг певицы. А она, закрыв глаза, все пела о неразделенной любви, из-за которой утратила ориентиры на дороге жизни и теперь просила у богини Матери знак.

Песня завершалась, девушка открыла глаза и... чуть не сбилась, увидев, что творится вокруг. А когда из тумана соткалась призрачная фигура широкоплечего мужчины, она и вовсе чуть не спрыгнула со сцены в испуге.

Ой-ой, Чон меня убьет... Или нет?

Певица справилась с удивлением — и даже протянула посланному богиней «знаку» руку. Призрачные пальцы эфемерного мужчины переплелись с настоящими девичьими — и туман скрыл сцену. Песня и музыка оборвались.

Тишина накрыла зал колпаком. Давелийская высшая аристократия при желании могла видеть сквозь иллюзии, но не думаю, что они пользовались своим умением сейчас. Слишком неожиданным оказалось мое вмешательство и оттого ошеломляющим. Уверена, они просто смотрели и слушали.

Зрители очнулись и одарили певицу аплодисментами. Бурными, громкими, гораздо громче, чем раньше.

За кулисы скользнула тонкая девичья фигурка.

— Вы — иллюзионист? — Певица, окинув всех присутствующих быстрым взглядом, безошибочно обратилась ко мне, наверняка единственной, кто ей не знаком.

— Я... Извините, если помешала.

— Нет! — Ее лицо озарила солнечная улыбка. — Мне понравилось. Удачи вам!

Лишь после искреннего пожелания я вспомнила, что вообще-то и мне пора на сцену, которую сейчас скрывала темнота.

Как удивить пресыщенных аристократов, притом из Давелии, да вдобавок воинов? Я сомневалась, что поразить получится — не тот пока уровень, а вот развлечь — в моих силах.

Сделав шаг на темную сцену, я отпустила подготовленную иллюзию и из творца превратилась в зрителя.

...Слабый свет. Тусклое утро. Дымка тумана еще тает и продолжает укрывать мощенную серым камнем площадь прозрачной вуалью. Ветер гонит сухую листву...

Шелест заполнил зал. Легкое дуновение коснулось волос зрителей. Почти никто не заметил, кроме принца и его компании — мужчины напряглись, взглядами ища возможную опасность.

...Двое против одного. Неприятные субъекты с явно бандитскими рожами, маг с энергошаром и мечник, преградили путь мужчине в сером пальто и черной полумаске.

Из рукавов верхней одежды одиночки выскальзывают черные дымчатые змеи и обращаются хлыстами. Их гибкие основы кажутся лентами тьмы, которая послушно опускается к ногам хозяина в ожидании битвы.

Первый бандит швыряет энергошар — в полете он разделяется еще на три. Воин в маске скрещивает хлысты перед собой — образовавшийся щит поглощает смертельные снаряды.

С бешеным рыком вперед бросается мечник. Пламя на его клинке вспыхивает алым, увеличиваясь в размерах. Его гудение заглушает остальные звуки. Мечник растопыривает пальцы свободной руки — на кончиках каждого зажигаются огоньки. Взмах — и пять оранжевых нитей прошивают воздух...

Из-за страшного свиста закладывает уши. В зал вкрадывается запах гари.

Я увидела, как настороженно озирается компания принца  Джина, и приглушила неприятный запах. Не хватало еще, чтобы зрители рванули прочь, решив, что горит клуб.

...Воин в маске вскидывает плети на уровень груди и, крутнувшись вокруг оси, превращается в живой черный вихрь. Взмывшие вверх ленты тьмы поглощают огненные нити. Не останавливаясь, темный ураган стремится вперед, поглощая и уничтожая все, чем его щедро атакуют.

Скорость нереальна, глаза не различают, где человек, а где его хлысты. Словно он сам стал смертельно опасной стихией.

Мечника обвивают призрачные путы тьмы, скрывая с глаз свидетелей. Спеленатое тьмой тело падает.

Второй бандит направляет поток сырой силы, которая крушит все на своем пути: выдергивает фонари, кусты и лавочки, вздыбливает камни на площади.

Воин в маске, вновь став человеком, бросается силовому потоку навстречу. Хлысты мелькают, вырисовывая горизонтальные восьмерки. Ленты тьмы увеличиваются, множатся — плети становятся семихвостыми.

Небо темнеет. Улицу накрывает кромешная тьма. Миг тишины...