My Dark Nights

Интересно, почему фамилия Ким мне кажется знакомой?

Не дождавшись ответа, госпожа Юджин продолжила:

– Я совладелица кафе, но не вложила в него ни лэта.

Мои предположения верны: кафе оборотень подарил своей бывшей любовнице. Аристократия Латории тоже откупается от надоевших возлюбленных, но часто меньшими суммами.

– После того как мой муж выгорел, ему предложили место в штабе. Но перекладывать бумажки, наблюдая, как бывшие сослуживцы продолжают охранять границы родины, не по нему. Господин Ким помог нам перебраться в Латорию, поближе к целителю, который занимается выгоревшими магами, и обеспокоился нашим благополучием, дав возможность мне заняться любимым делом. Без его помощи мы сами не справились бы.

Мне стало стыдно, что думала плохо о малоизвестных людях. Интересно, если Тэхен помог семье военного, служившего на границе, то он тоже военный?

– Не знала, что господин Ким — военный.

Хозяйка кафе помрачнела.

– Бывший. Ему пришлось оставить службу.

Спросить почему, я не успела — вернулся объект нашего обсуждения.

– Почему у меня такое ощущение, что мне перемывали кости? – почти мурлыкнул он, усаживаясь напротив меня.

– Что вы, господин Ким, нам за птифурами не до сплетен было. – смутилась моя собеседница.

А я внезапно вспомнила, где слышала фамилию своего спасителя — на уроке географии. Ким — одна из процветающих провинций Давелии. У темных серьезно относятся к проблеме сиротства, традиционно приюты находятся под патронажем императрицы. Ким... подкидыша дают фамилии по названию приюта или города, в котором он размещен.

Тэхен — сирота, который не знает своих корней? Бывший военный, имеющий достаточно средств, чтобы в соседнем государстве рассекать на магмобиле и помогать знакомым. А в свободное время спасать студенток, по глупости угодивших в лапы взбесившихся вампиров... Нескучная личность. Но я буду счастлива, когда распрощаюсь с ним и забуду, как дурной сон.

Когда покидали кафе, госпожа Юджин вручила мне набор птифуров, я и не подумала отказаться — ложной гордостью не страдаю.

На пол пути к стоящему у дерева магмобилю мне стало как-то не по себе. Может, потому что напряжённый Тэхен стал оглядываться?

— Что-то не так?

– Всё хорошо, Джейн, я с тобой.

И я уже совсем испугалась, когда он подхватил меня под локоть и почти потащил вперёд. Я толком не поняла, что происходит, как уже сидела в мобиле, который укрыло серебристое свечение щита.

Тэхен остался снаружи.

Гигантский сгусток огня упал на него, зацепляя и мобиль. Даже сквозь щит я ощутила жар и закричала.

Улицу залило кроваво-красное пламя боевого заклинания. И Тэхен оказался в его эпицентре.

Когда языки огня опали, оборотень стоял непоколебимый и спокойный, как скала. Полы расстегнутого пальто трепал ветер, раскидывая их в стороны, как серые крылья.

В нескольких шагах от Тэхена горело дерево. Сидя в магмобиле, я слышала треск.

Слышала?.. Ох, п ведь я жива! Жива! Хотя могла покрыться румяной корочкой... За то, что не поджарилась, следует благодарить щит.

Из-за угла кафе вышли двое. Один поигрывал ярко светящимся энергошаром, перебрасывая его из руки в руку. Второй сжимал одноручник, по клинку которого растеклось пламя. Боевые маги... У обоих черные платки под цвет остальной одежды, скрывавшие нижнюю часть лица.

– Сдавайся, давелиец! – прокричал первый, брюнет с косичкой. Тонкой, как хвостик оголодавшей крысы.

– И твоя спутница уйдет целой и невредимой! – добавил меченосец.

– «Покров Латории» теперь угрожает и женщинам? – с отвращением в голосе поинтересовался Тэхен, оставаясь всё в той же обманчиво расслабленной позе.

Я крепко сжала ручки ридикюля. На нас напали повстанцы? Повстанцы, которых опасались те, кого они хотели освободить от гнёта захватчиков, а именно — мирное население?

Те, кто снюхался с давелийцами, не смеют называться женщинами. Продажные твари! – будто выплюнул слова меченосец.

Если они следили за Тэхеном... если они запомнили мое лицо... если проследят до студгородка... мне не жить! Где шмырева полиция, когда так нужна? Нападение в паре сотен метров от дворца, а её нет!

Отвечать на оскорбление оборотень не стал — из рукавов его пальто выскользнули черные дымчатые змеи и превратились в хлысты. Их гибкие основы казались лентами тьмы, которая послушно легла у ног хозяина в ожидании битвы.

– Это значит «нет»? – первый маг не выглядел разочарованным. Наоборот, торжествующим.

Не дожидаясь ответа, он швырнул энергошар, который в полёте разделился ещё на три. Тэхен скрестил хлысты перед собой — образовавшийся щит поглотил их.

С грозным рыком к магмобилю побежал мечник. Пламя на клинке вспыхнуло алым, увеличиваясь в размерах. Казалось, его гудение заглушило все звуки. Боевик растопырил пальцы свободной руки — и на кончиках каждого зажглись огоньки.

– О боги, боги... Да он огненный! – мои причитания вырвались вслух.

Стихийники — самые агрессивные, самые непредсказуемые маги...

Выдержат ли хлысты Тэхена столкновение одновременно с магическим оружием и заклинанием? Артефакты обычно уступают чарам!

Мечник взмахнул пылающей рукой — и с пальцев слетели пять оранжевых нитей и прошили воздух. Со страшным свистом прошили, от которого заложило уши.

Тэхен вскинул плети на уровень груди и крутнулся вокруг оси. Взмывшие вверх ленты тьмы впитали долетевшие нити. Не отворачиваясь, чёрный вихрь из оборотня и его оружия двинулся вперёд, поглощая и уничтожая всё, чем его щедро атаковали.

Лица повстанцев стремительно теряли краску. Бравада слетела шелухой, сменившись отчаянной решимостью. Они испугались, я — тоже, хотя от всей души желала им поражение. Гудение огня с меча мага забивал странный, страшный звук. Песнь тьмы. Я читала о ней — некоторые боевые артефакты давелийцев имеют душу и разговаривают с хозяином и врагом. Последнему они поют предсмертную колыбельную, а затем выпивают душу.

Вскоре здесь будут трупы... не хочу видеть смерть уродов из «Покров Латории», вообще никакую не хочу...

Скорость Тэхена ошеломляла, мои глаза не различали, где он, а где его хлысты. Словно он сам стал смерчем.

Мечника обвили призрачные путы, захлестнуло тьмой, скрывая с глаз свидетелей. Убит?.. Мрак сожрал его?..

К моему превеликому облегчению, нет. Спеленатое тьмой тело упало на потрескавшуюся дорогу.

Я бы на месте второго повстанца бежала — силы явно неравны, плети-артефакты давелийца мощнее чар.

Брюнет с косичкой будто услышал меня и бросился наутёк.

Увеличив расстояние между собой и смерчем, резко остановился. Зло расслабившись, он направил поток сырой силы, которая крушила всё на своём пути: вырывала фонари, кусты и лавочки, вздыбливала дорожное покрытие... Если она дойдет до магмобиля, щит меня не спасет.

Вместо того чтобы уйти в сторону, Тэхен вновь стал человеком, бросился силовому потоку навстречу.

– Чокнутый дурак! – я закусила губу, чтобы не скулить.

Хлысты мелькали, вырисовывая горизонтальные восьмёрки. Ленты тьмы увеличились, размножились — плети превратились в семихвостки.

Небо потемнело. Улицу захватила кромешная тьма. Миг тишины, а затем магмобиль накрыло звуковым валом. Грохот, рык, стоны... Такое ощущение, что земля разорвалась, и я провалилась в пекло, к самой Тьме в гости...

И снова тишина.
Оглушающая. Давящая. Я не слышала даже своего дыхания — звуки будто тонули в пуху.

Тьму рассекло багровыми росчерками молний. Стремительно светло. Небеса прояснились.

По раскрученной улице, переступая через куски покрытия и ямы, шел мужчина. Ким Тэхен. Кровь и копоть на лице, но серое пальто чистое и не порвано. Плети исчезли.

Я обежала взглядом место сражения и увидела ещё одно тело, связанное тьмой, — и второй повстанец жив. Поразительное милосердие для тёмного.

Каким же страшным артефактом он обладает! Неудивительно, что Латория десять лет назад проиграла войну.

Блондин шел торопливо, изматывающее сражение не сказалось на легкости его походки. Невероятно сильный он, странно, что отпустили из армии, такими бойцами грех разбрасываться — даже я это понимаю.

В паре метров от магмобиля Тэхен вдруг схватился за сердце, закачался... и упал.

Ох, ему плохо! Надорвался... Может, вообще умирает?

Мгновение на раздумье — и я задергала ручку двери магмобиля. Она подалась, я выскочила наружу. Давелиец Тэхен или нет, а он умирает, когда я могу помочь ему! Он ведь спас меня! Уже дважды!

Я опустилась рядом с неподвижным оборотнем. Кусая губы, положила ладони на широкую грудь и сконцентрировалась на заклинании передачи энергии.

– Не надо.

Я сбилась и в шоке уставилась на мужчину. Он смотрел на меня своими поразительными синими глазами и улыбался. Ямочки на щеках придавали ему плутоватый вид.

– Ты беспокоилась обо мне, Дженни? – проникновенно с надеждой спросил Тэхен. – Собралась лечить врага? Это так неожиданно и приятно.

– Вы притворялись? Да как вы могли?!