Глава 24
Пальцы на моей спине. Слишком заметный вздох крепкой груди подо мной.
- Я думал, ты в плену, - фраза Ризаниса - немного недоуменная, словно он сам не знает, какие эмоции вложить в слова. Но мягкая, даже слишком.
- Я в плену, - говорю быстро, поднимая глаза. - Три минуты назад мой разум пытались исправить светлой магией.
Взгляд как лихорадочный мечется по его лицу. Выцепляя детали. Напряженные глаза и брови, резко сошедшиеся после моей фразы. Бледные губы, к которым хочется прикоснуться. Его волосы - я вдруг понимаю, что они острижены короче, едва закрывают плечи. Неужели пострадали в огне? Что-то в груди колет, и хотя в остальном он выглядит так же, как и пару дней назад, волнение лишь растет.
И я с трепетом понимаю, что он занят тем же: пальцы скользят по моим плечам, по рукам, словно пытаются убедиться, что я цела. Я бы вцепилась в него мертвой хваткой, я бы забыла обо всем вокруг - но вместо этого отпускаю, чтобы ни в коем случае не мешать движениям. Он в опасности.
- Я сказала, что отдала тебе всю силу, - успеваю шепнуть напоследок. И тут же добавляю к важному сущую глупость: - Твои волосы...
- Меньшая из проблем, - Ризанис не отвечает на первые слова, но в его взгляде мелькает понимание. И пальцы крепче сжимают мою ладонь. - Ты в порядке?
- Уже лучше, гораздо. Почему ты здесь, как ты нас нашел?
Он переводит взгляд на короля Солнца, и я тоже смотрю на остальных.
- Ваше величество, - запоздало киваю Илманару.
- Ваше величество, - с неприкрытым удивлением отзывается тот.
Он напряжен, и причина яснее ясного. Я только сейчас замечаю, что воины Дайлена стоят с обнаженными мечами. На двух галереях по бокам холла собрались и замерли лучники. Это... не должно удивлять, но мне по-настоящему страшно.
Их не меньше двух десятков, а с королем Солнца пришли всего трое. Правда, с ним прилетели драконы.
- Вы опустите оружие или нет? - громко спрашивает Илманар.
Он невысок и достаточно стар, чтобы годы заставляли его слегка горбиться. У него сухое лицо, про него говорят, что он не умеет шутить - но власти в его голосе хватает. Мужчина в серебристых доспехах командующего водит глазами по сторонам. Он явно в замешательстве:
- У нас приказ.
Несмотря на положение, глава совета не может просто так распоряжаться воинами на чужой земле. Меня пробирает дрожь - но о большем я подумать не успеваю. Один из шеренги оборачивается: что-то происходит за спинами стражей.
Через несколько секунд воины расступаются, пропуская лорда Дайлена. И моего отца.
Не знаю, насколько они готовы увидеть Ночного Короля, но вот меня рядом с ним - не готовы точно.
Дайлен едва заметно вздрагивает и бросает убийственный взгляд в сторону - я запоздало понимаю, что на Эйлиана, который тоже заходит в холл, но вдоль стены. Что ж, времени разобраться у них нет. В зале повисает такая тишина, что я отчетливо слышу каждый вздох. Слышу, как оглушительно бьется мое сердце. На лицо Ризаниса возвращается ледяное выражение, и он медленно, с еле сдерживаемым гневом оценивает светлых правителей. Они - его.
- Дайлен. Твои воины едва не начали стрелять в моих, - хмурится Илманар. - Не такого приема я ждал.
Владелец крепости раздумывает пару секунд.
- Вероятно, я и мои подчиненные удивлены составом гостей.
- Неужели? - голос Ризаниса полон льда и силы. - Вы похитили мою жену. Разумеется, я прилетел за ней - или вы надеялись на что-то другое?
Мне, как ни странно, самую каплю теплее от его уверенности. От того, что он говорит «похитили». Сомневался ли он во мне? Даже если так, сейчас он мне полностью верит - я чувствую это в его словах, в том, как его пальцы до сих пор касаются моего предплечья - едва заметно, но крепко.
И я просто поражена тем, как он оглядывает всех: будто выбирает, на кого падет его праведный гнев! Снова это чувство, что он ступил за порог собственного дома.
Только сейчас я знаю, насколько оно обманчиво.
- Ризанис. Ночной Король, - кивает мой отец.
- Андалон. Дайлен. Эйлиан, неверный посол, мечтающий о моей жене. Приятно наконец взглянуть в глаза тем, кто пытался меня убить. Смотрю, не хватает Шеррая, но он наверняка спрятался, чтобы не попасть под стрелы.
Новая пауза буквально звенит.
- Раз мы все в сборе, я расскажу, с чем пришел, - продолжает Ризанис. - Я обвиняю вас в покушении на мою жизнь и требую сдаться и принять наказание.
На него смотрят как на безумного. Даже воины Илманара. Он стоит здесь - единственный темный! - и говорит все это с каменным выражением лица.
Дайлен нервно усмехается, затем еще раз, но смехом все же не разражается.
- Требуешь?
- Конечно. Не говоря о том, что вашу крепость стерегут четыре дракона, Мираль была так любезна, что поделилась со мной всей силой, которую я надеялся получить. Или она вам не сказала?
Он выкладывает это сразу - и я понимаю, что собирался выложить в любом случае. С моими словами или нет.
Воздух продолжает уплотняться. Я не знаю, верят ли Ризанису - но совсем отмести его слова явно не получается. И он говорит дальше, невозмутимо:
- Давайте я проясню ситуацию на случай, если вы не всем рассказали, что происходит. Позапрошлым вечером на меня было совершено покушение. К несчастью для вас, я ждал его. Когда меня попросили о встрече двое магов, одного из которых я точно знал как заговорщика, я привел свидетелей. Тех, кто служил у меня послами - Иссиль и Ванлора. помимо многих темных, которые подтвердят мои слова.
Он рассказывает им то, что я должна была знать. Но, конечно, не знала в деталях.
Он говорит, что его план сработал! Правильно. Прекрасно. Просто не тогда, когда он ждал.
- Ваши союзники взорвали целый этаж башни у меня во дворце, - сужает глаза Ризанис. - К счастью, никто не пострадал кроме одного из двоих идиотов, который после решил напасть на меня. А вот чего я не знал, - в его голосе заостряется сталь, - что вы на этом не остановитесь. Вы схватили мою жену. С какой целью? Просить за нее выкуп? Или лишить меня сил, что сделать не получилось?
Ему никто не отвечает и Ризанис продолжает:
- Все это дало мне много вариантов действий. Я полетел к Илманару и рассказал ему обо всех ваших планах, которые мне были известны.
Он... правда прилетел к королю Солнца? В чужие земли? За разговором?
У меня не хватает никаких слов, когда я осознаю это в полной мере.
У него была возможность устроить налет на какой-нибудь город - настоящий налет, на драконах! Сжечь дома, взять в плен женщин и уже с такой позиции требовать выдать меня.
Я так боялась его гнева раньше. У меня было столько подозрений на его счет! Но он явился сюда. Мой отец, которого я безмерно уважала, не решился отправиться к Ночному Королю лично - а тот преспокойно стоит перед двумя десятками врагов.
- Это правда? - громко спрашивает Илманар. - Насчет покушений?
Мой отец молчит. Дайлен молчит.
- Конечно правда! - не выдерживаю я.
Почему они медлят? Неужели собрались отрицать очевидное? То, в чем так смело признавались мне полчаса назад?!
- Все было... не совсем так, - говорит Дайлен, и я едва не вздрагиваю.
- Все было именно так, отец, - голос Эйлиана разносится по залу, когда я уже готова выпалить что-нибудь необдуманное.
Дайлен снова поворачивается к сыну. Ризанис впервые хмурится как-то удивленно - и я пользуюсь этим моментом, чтобы прошептать:
- Не трогай Эйлиана, пожалуйста. Я потом объясню.
Не знаю, прислушается ли муж к моей просьбе. Возможно, она выведет его из себя. Но мы можем позволить себе так мало слов друг между другом, что я просто надеюсь.
Вдруг понимаю, что надеюсь на него сейчас как ни на кого и никогда.
- Послушай меня, Илманар, - говорит мой отец. - Да, мы хотели спасти Мираль. Хотели остановить Ночного Короля - потому что уверены, что он собирается использовать силу девочки и готовит нападение.
- Под «остановить» вы действительно подразумеваете два покушения? - не знаю, с какими чувствами произносит это Король Солнца. Ждет ли он признаний? Или действительно раздумывает над ситуацией?! Ризанис сдержан, по его лицу сейчас сложно понять, доверяет ли он главе совета.
Он надеялся, что светлые короли в целом благоразумны. Но мои пленители хотели поговорить с Илманаром сами! Ризанис, сам того не зная, их опередил.
Но к чему это приведет?
- Мы делали все возможное, чтобы обезопасить свои земли, - произносит Дайлен.
- Вы делали все, чтобы утопить их в крови! - выпаливаю я. У меня больше нет сил молча слушать.
- Моя дочь не в себе. Под влиянием темных сил, - тут же отзывается отец, и я просто задыхаюсь от гнева.
- Серьезно? Потому что несколько минут назад на мой разум действительно пытались влиять - светом! И я это отлично почувствовала! Чтобы я не сказала тебе, король Илманар, неудобных слов. И остальным, видимо, тоже!
Король Солнца хмурит брови, на его лице - такое мрачное выражение, будто он наблюдает за какой-то очень неприятной, низкой ссорой. На самом деле, так и есть. Меня просто мутит от мысли, что все самое худшее сейчас лезет наружу - но сдаться я не имею права.
- А у тебя есть неудобные слова, Мираль?
О да.
- Послушайте! - я обвожу взглядом окружающих. Не отца и Дайлена, но Илманара и каждого из воинов. - Я говорила это в разных вариантах разным собратьям за последнее время. Меня редко слушали, но я повторю столько раз, сколько позволит голос. Меня отдали в жены мужчине, который стоит перед вами, Ночному Королю, надеясь с моей помощью ослабить его и убить. Он ни в чем не успел серьезно провиниться перед нашим народом к тому времени. Но ему желали смерти - давно, настойчиво и хладнокровно. Те самые мужчины, которые сейчас называют темных подлецами!
Я говорю все, что успело созреть в сердце за последнее время.
Что я сама едва не погибла от плана отца.
Что видела темные земли и темный народ. Мужчин и женщин, которые не грезят войной. Живут нормальными жизнями - пьют на праздниках, влюбляются, отмечают рождение детей.
Я говорю это так, будто это последние слова в моей жизни.
- Между нами века вражды. Недопониманий. Претензий. Но я знаю, что мы не обязаны воевать. Нет ни одной разумной причины бить первыми - чтобы пожертвовать своими и чужими жизнями.
Новая пауза после моих слов - гудящая и долгая.
- Удивительно, но по мне это совсем не звучит как речь одержимой женщины, - тихо произносит Илманар. - Скорее, как речь настоящей светлой. Андалон? Ты правда готов убить собственную дочь, если она займет сторону мужчины, которому мы ее отдали?
Лицо отца белеет. Он двигает губами, и я запоминаю эту краткую картину как вспышку. Зато Дайлен смотрит на меня - неожиданно очень внимательно.
- Ты ведь не могла отдать ему силу. Ты говорила, что либо безумна, либо врешь. И этот свет в зале... мощный. Слишком.
Проклятье!
Меня словно бьют в живот.
Неужели? Из всех моих слов он решил поверить в эти?!
- Что на самом деле тебя защищает? - быстро бросает Дайлен моему мужу. - Какие приказы ты отдал? Спалить здесь все, если не вернешься через полчаса? Жечь ближайшие деревни? Напасть без предупреждения в ночи, как вы всегда делаете? - Он смотрит на Илманара. - Между нашими народами не будет мира. Война - лишь вопрос времени. Прошу, раскрой глаза! У нас есть шанс ударить первыми, и это единственный способ с ними бороться.
И я понимаю.
Они рассчитывали на что-то подобное.
Убить Ризаниса? Не получилось. Похитить меня и лишить его источника магии? Возможно. А еще они просто ждали от него любых угроз, любых поводов свалить на него всю вину!
Но мой муж... вдруг улыбается. Холодно, но почти восхищенно.
- Что ж, есть и хорошие новости. Ты наконец признался, что война - ваша идея, а не моя. Я все ждал, когда же это случится. - Он переводит взгляд на Илманара. - Я мог бы позвать дракона мысленно, но не стану. В конце концов, здесь моя жена. Было бы некрасиво рисковать ее жизнью, верно?
Отец сжимает руки.
Мое сердце пропускает удар.
Он... правда считает, что переиграл их?
Следующие слова Илманара вселяют в меня странную надежду:
- Думаю, нет смысла говорить, как я разочарован и зол. Дайлен, прикажи своим воинам сложить оружие и сдайся. Я не займу вашу сторону, но хочу все решить по-хорошему.
- Нет, - цедит отец Эйлиана. - Проклятье на ваши головы, вы правда будете сомневаться во враге?! Сомневаться, стоит ли нам ударить по тварям, которые уничтожали наши семьи?
Краткая мысль: он потерял лицо первым.
Но затем он поднимает руку. Я вижу бесконечное замешательство на лицах стражи, но постепенно некоторые мечи тоже поднимаются. Магия наполняет воздух. Сердце прыгает в горло, потому что инстинкты вопят обо всем в этот момент.
Мне нужно что-то сделать.
Может, встать перед Ризанисом, надеясь, что в меня стрелять не будут! Но малейшее движение останавливает стальная рука.
- Вижу, мы все прояснили. Что же, - голос Ночного Короля на пару секунд становится тихим, шелестящим. А потом набирает силу: - В таком случае не вижу другого выбора. Илманар и все светлые. Я объявляю вам войну.
Меня просто встряхивает от этих слов.
Окатывает ледяной водой.
Пространство вокруг идет трещинами и раскалывается. Миг мне кажется, что все в таком же полнейшем ужасе, как и я - а потом сталь и магия сверкают в воздухе. Глаза Дайлена блестят тоже - но лишь мимолетно, потому что Илманар вскидывает руки:
- Как глава совета в военное время я принимаю командование всеми войсками. Собратья, я приказываю незамедлительно сложить оружие.
Мир останавливается.
Все замирает.
Только Дайлен открывает рот, словно ему не хватает воздуха.
- Немедленно! - звенит голос короля Солнца. - Сложить и не поднимать!
Дайлен тяжело дышит. На отца почти больно смотреть. Эйлиан еле заметно выдыхает и прикрывает глаза.
И он первым отцепляет от пояса ножны и бросает на каменный пол.
Это всего лишь кинжал - небольшой и узкий. Но...
За ним следуют мечи. Быстро - быстрее, чем я успеваю прийти в себя. Один за другим они звенят о камни. Остается магия, но без стали она хотя бы менее опасна.
Я едва не зажмуриваюсь.
Он...
Они и правда обо всем договорились. Успели! Мой муж - со светлым королем, который принял его правду, увидев все собственными глазами!
Я почти не верю, что это происходит. Мне хочется рассмеяться. Запрокинуть голову, посмотреть в потолок, представляя на его месте чистое небо.
Я поднимаю глаза...
И вижу лучника, который целится в нас.
Вместе с тем же на краю зрения Дайлен все-таки машет рукой.
- Нет!
Не знаю, о чем я думаю.
Ризанис реагирует - может, на мой крик, может, на движение. Меня хватают знакомые руки и закрывает тьма.
А потом что-то стучит, он вздрагивает, и я слышу крики.
И звуки ударов.
И свист, с которыми лезвия разрезают воздух!
Когда зрение возвращается, меня больше никто не держит
- Всем стоять на месте! Любой, кто нападет на кого-либо вокруг, станет изменником!
Последние мечи летят на пол, и вслед за ними стражники крепости поднимают руки.
Но все это меня едва тревожит, потому что я смотрю на стрелу, катящуюся по полу у моих ног. И на Ризаниса.
Он стоит перед Дайленом - держа меч у горла того, обвивая шею врага темным потоком. Кажется, он едва удерживается от жажды сделать последнее движение - наплевав на намерения Илманара.
И его собственное лицо ужасно бледное.
Потому что я не знаю, сколько стрел было. Но одна сидит в его груди.
Желтое оперение, древко и совсем небольшой алый круг на серебристых одеждах.
Меня просто ведет от этого зрелища. Пол под ногами вдруг становится зыбким и абсолютно ненадежным. Я закрываю рот рукой - отчаянно сдерживая крик.
Нет.
Нет же!
Все было так хорошо на краткий миг, все ведь почти наладилось! Почему...
- Тебя и правда можно убить, - шипит Дайлен, сползая по стене.
До того, как его глаза закатываются.
В зале снова повисает подобие тишины - на этот раз не плотной, перебиваемой и шепотом и шумом шагов.
Ризанис хватается пальцами за оперение стрелы и отламывает его. Я подрываюсь к нему - пока мир расплывается.
- Ризанис...
Он снова меня закрыл. Только на этот раз я уверена, что защищал он не силу. Зачем, ну зачем?! Ясно же, что целились в него!
- Прекрасно, - выдыхает мой муж.
Его голос слишком тихий. Пальцы тоже касаются стены, и прижимаются к ней плотно-плотно, словно ища опору.
- Ризанис? - Илманар ругается совсем не по-светлому. Зовет кого-то. Резко, жестко.
Но все это кажется ужасно далеким, потому что ноги моего мужа подгибаются, и он оседает, практически падает у стены. Я падаю на колени рядом. Хватаю его руку, не слыша звуков вокруг, не понимая, что говорю сама.
- Мираль, - выдыхает он глухо. - Ты... моя королева, и я сейчас назначаю тебя вторым лицом в темных землях. Если я потеряю сознание - решения на тебе.
Еще одна фраза, бьющая меня под дых. Но ее я почти не запоминаю - моя магия течет в его пальцы, будто это должно немедленно помочь, моя ладонь ведет по его лицу.
Стрела сидит глубоко, между ребер. Когда он открывает рот, пытаясь еще что-то сказать, на его зубах - кровь.
- Все... будет в порядке, девочка. Здесь же... сплошные светлые. Они дадут мне умереть только если захотят.
Он умудряется улыбнуться - отчаянно, безрассудно и с разрывающим мне сердце видом победителя. И с этими словами закрывает глаза.