пролог
Плач двухлетнего ребенка эхом пронесся сквозь стены небольшой квартиры, в тот момент, когда малыш Гарри Поттер врезался прямо в дверь, пытаясь убежать от отца. Они играли в прятки. Отец пытался поднять настроение сына в хмурый дождливый день. Джеймс обещал мальчику, что они отправятся в парк после обеда, но пасмурная погода Англии как обычно разрушила эти планы. В то время, как Гарри на носочках пробирался по коридору, его отец выскочил из спальни, испугав мальчика. В следствии чего Гарри врезался прямо в дверь кухни.
Джеймс вздрогнул и увидел, как улыбка сошла с лица Гарри и превратилась в гримасу боли. Это было затишье перед бурей, тишина образовалась в квартире всего на пару мгновений, прежде чем голос Гарри выдал громкие вопли. Мгновенно, его подняли с пола, и он оказался в руках отца. Джеймс сразу увидел красный след, украшающий нос Гарри. Сила столкновения также оставила трещинку на губе двухлетнего мальчика, и капельки крови начали проливаться на его рубашку.
Мужчина начал тяжело дышать, пока нес Гарри на кухню. Взяв волшебную палочку, Джеймс аккуратно обработал раны. Тем не менее, даже после того, как Гарри был исцелен и не осталось ни одного следа этого инцидента, ребенок не остановил поток слез. Несмотря ни на какие усилия Джеймса, он не мог успокоить плачущее дитя, тело Гарри все еще содрогалось в рыданиях.
-Ну же, Гарри, все хорошо - проговорил мягко Джеймс, - Видишь, все уже в порядке, не нужно больше плакать. Ранок больше нет, все чисто, мы можем продолжить играть.
Больше всего на свете Джеймс не мог смотреть на слезы сына. Это нормально для детей плакать, особенно для ровесников Гарри и деток младше, но Джеймсу было особенно невыносимо видеть его плачущим. Это пробуждало особую физическую и эмоциональную боль, принося за собой ужасные воспоминания, свидетелем которых ему пришлось стать чуть больше года назад. Картина плачущего сына и его жены, Лили, которая неподвижно лежала на полу детской.
Нет, это не должно было так закончится.
Джеймс повторял себе это снова и снова. Это не должно было закончится таким образом. Он думал, что мог предотвратить этот ужас. Он выяснил, кто был предателем среди членов Ордена и знал, что должен был сделать. Он должен был предупредить Дамблдора в надежде, что все могут быть спасены, в том числе и члены Ордена и его семья. Его разум толкал его на то, чтобы он ушел из дома тем вечером, чтобы найти Дамблдора и раскрыть, кто в Ордене являлся предателем.
Последние несколько месяцев Ремус и Сириус, его собственные братья были настроены друг против друга, показывая пальцем и кидая обвинения. Ремус дал понять, что связи Сириуса с семьей Блэк делают из него очевидного подозреваемого, в то время как Сириус не стеснялся напомнить всем, что Ремус - оборотень, а в те времена оборотни сформировали альянс с Лордом Волан-Де-Мортом и его последователями. Их ссоры разорвали братство Мародёров, никто из них не намеревался находиться в одной комнате, так как были убеждены в том, что один из них скармливал информацию Волан-Де-Морту и Пожирателям Смерти. Джеймс отчаянно пытался убедить обоих в том, что все это нелепо. Думать о том, что кто-то из них способен совершить подобный поступок, после всего, что они вместе пережили в детстве. Но они были упрямы, и продолжали указывать пальцем друг на друга. Напряжение внутри Ордена продолжало расти, и Джеймс ощущал это и в своем браке.
Нет, все должно было быть по-другому.
Лили была его первой любовью и после нескольких лет вражды между ними она стала его возлюбленной. Он восхищался ей, ценил и любил. Он надеялся, что она разделяла его чувства. Однако, времена войны оставила его одного наедине со своими мыслями и паранойей. Джеймс задавался вопросом, что если война заставила Лили принять решение остаться с ним, ведь в те времена никто не хотел быть один, и он думал о том, что это подтолкнуло ее наконец поддаться порыву.
Когда она забеременела Гарри, пара была на седьмом небе, и стресс от войны, казалось, покинул их на короткое время. Только для того, чтобы вернуться с полной силой после рождения Гарри - пророчество повисло над головой ребёнка, как проклятье. Самопровозглашенный Темный Лорд хотел смерти Гарри или, возможно сына Долгопупсов, обе семьи бросали вызов Волан-Де-Морту трижды, что ставило их под угрозу.
Лили не хотела верить в это, только не ее сын, не ее первый ребенок. Она плакала часами, думая о том, что кто-то хочет навредить Гарри, ее малышу Гарри. Она была расстроенной, злой и более того изнуренной. Джеймс видел это на ее лице каждый раз, когда смотрел на нее утром или ночью. Женщина была невероятно уставшей, война сказывалась на ее состоянии, как и на состоянии многих других. Она была подавлена, но заставляла себя быть сильной, ради себя самой и ради её сына. Она бы сделала все возможное и невозможное ради Гарри.
Но порой, по ночам, то, каким взглядом она смотрела на Джеймса, он не мог не думать о том, что если она винит его? Что если она винила за то, что они оказались в той ситуации, что если она винила себя за то, что осталась с ним, за то, что вообще поддалась его чувствам и осела ради него? Если бы она никогда не давала ему шанс, не стала бы женой Джеймса Поттера, была бы у нее лучшая жизнь? Была бы у ее сына лучшая жизнь, если бы у ребенка был другой отец? Джеймс задавался одним и тем же вопросом, было бы Лили лучше с кем-то другим? Была бы она более счастливой?
Нет, так не должно было случиться.
Джеймс хотел сделать все правильно, не только для Ордена но и для своих близких, в то время, как все вокруг разваливалось на части. Его жена не могла даже смотреть на него, в то время как держала Гарри в своих руках, плача и говоря их сыну, что все будет хорошо. Ремус и Сириус не могли находиться в одной комнате, не пытаясь наброситься друг на друга и это убивало Джеймса, потому что в эти моменты он нуждался в своих братьях. Также как Ремус нуждался в них в полнолуния, он нуждался в них как никогда. Как раз в тот момент, Джеймса осенило, нашелся ответ на все его проблемы.
Он был так сосредоточен на Лили, Гарри, Ремусе и Сириусе, что полностью забыл про одну личность, которая была рядом с ним с самого первого года, но внезапно пропала.
Где был Питер Петтигрю в течении всего этого времени? Почему он не пытался помочь Ремусу и Сириусу, чтобы Джеймс мог посвятить себя Лили и Гарри? Внезапно Джеймс вспомнил каждый момент, когда Питера не было рядом. Он думал обо всех отговорках, которые Питер придумывал, половина из которых не имела смысла.
Мысль пронзила Джеймса как горящий бладжер в голову, потому что пока Ремус и Сириус были заняты, препирясь друг с другом, все это время четвертый Мародёр продавал их всех. И зная каким мальчиком был Питер, никому из них даже в голову не пришло бы подозревать его в чём-либо, пока не стало слишком поздно.
Нет, они должны были быть счастливы.
Ночь 31 Октября была той самой ночью, когда у Джеймса пришло осознание, в то время он сидел в гостиной с Гарри и Лили. Гарри сладко спал в материнских руках, пока она тихо напевала мелодию. Взрослые не разговаривали друг с другом на протяжении нескольких дней, за исключением обмена информацией или разговоров, которые касались их сына. Джеймс был в отчаянии, он хотел достучаться до жены, сказать что-нибудь, что вернет их в счастливое состояние. Но что он мог сказать? Он говорил: "Я люблю тебя" несчетное количество раз, и в то время, как она отвечала тем же, Джеймс не чувствовал этого, и каждый раз ему было больно слышать слова, которых не чувствовал.
Он сидел, просто смотря на разбросанные игрушки, с которыми Гарри играл ранее. Игрушечная метла, которую подарил Сириус, лежала рядом с плюшевым мишкой подаренным Ремусом, рядом с кучей других игрушек. Большинство из них были подарены Гарри на его первый день рождения, праздник, на который Сириус и Ремус могли прийти, но искренне извинились за свое отсутствие в письмах. Питер появился чуть позже, но он казался каким-то потрепанным, по словам Лили, которая пыталась уговорить его остаться хотя бы на чай.
Джеймс должен был заметить это раньше, нервное и дерганное поведение его когда-то близкого друга. Он должен был вспомнить, каким нервным становится Питер, особенно когда его что-то беспокоит. Однако у Питера никогда не было проблем с тем, чтобы обратиться к друзьям за помощью, а тогда он не хотел ничего обсуждать. Это все должно было сойтись в его голове в тот самый момент и может, может это изменило бы все, если бы он узнал, что Питер был предателем ранее, потому что тогда, возможно, Джеймс был бы дома в момент нападения.
Но события сложились по-другому. Когда Джеймс осознал эту информацию, он вскочил на ноги, направляясь за волшебной палочкой. Его резкие движения привлекли внимание Лили, которая посмотрела в его направлении, пребывая в замешательстве.
-Джеймс, что ты делаешь? - спросила она, уложив Гарри, - Чт-...Джеймс, куда ты собрался?
С палочкой в руке, Джеймс стремительно направлялся к выходу. Тем не менее, услышав голос Лили он обернулся, чтобы посмотреть на нее. Ее зелёные глаза были наполнены тревогой и беспокойством. Несмотря на то, что возможно она ставила под вопрос здравие его рассудка, он почувствовал легкое облегчение, что она беспокоиться за него.
- Я все понял, - сказал он - Кто продал Орден. Это не Сириус или Ремус. Это Питер.
После минутной тишины, Лили начала качать голову из стороны в сторону, было видно, что она не может поверить в это.
- Джеймс, послушай себя, Питер? Питер Петтигрю? Э-это не может, это слиш-
- Я знаю, это кажется неправдоподобным, но это так, я знаю, что прав и мне нужно сказать об этом Дамблдору немедленно.
Лили приблизилась, встав прямо напротив него.
- Ты не можешь уйти! Ты знаешь, что мы не должны выходить, особенно сейчас, у тебя даже нет Мантии, Дамблдор забрал её.
- Это не важно, мне просто нужно добраться до него и предупредить! Потом я сразу же вернусь! Это может вернуть нам свободу, Лили. Мы вернем нашу свободу и нам не нужно будет больше прятаться, потому что мы знаем кто сливает информацию. Мне нужно все сказать Дамблдору... Нам нужно исправить то, что Питер наш Хранитель Тайны.
Это должно было сработать.
Но это не сработало. И теперь в сознании Джеймса, все что он сделал, это оставил свою жену и ребенка беззащитными в тот вечер. И вернулся только для того, чтобы найти Лили мертвой, но это было не все, что он увидел. Она была мертва и лежала в крепкой хватке Северуса Снейпа. Со времен своей юности, Джеймс и Северус были заклятыми врагами, оба хотели заполучить сердце одной женщины. Увидев картину того, как Северус Снейп держит в руках тело его мертвой жены, пока Гарри вопит в углу комнаты, Джеймс впал в ярость.
Он мог убить мужчину в ту ночь, вспомнив, что когда-то спас Северусу жизнь и жалел об этом. Держа палочку перед собой, Джеймс направил ее на Северуса, угрожая и требуя отпустить тело Лили, медленно обходя комнату, чтобы взять на руки плачущего сына. Северус, Пожиратель Смерти, постепенно поднялся на ноги со злобным видом, вынужденно отпустив тело Лили.
- Это все твоя вина! - Завопил Северус, что еще больше напугало маленького Гарри, - Ничего бы из этого не произошло, если бы она не выбрала тебя!
Нет, Джеймсу не нужно было сейчас это слышать. Ему не нужно было чувствовать еще больше вины, чем он чувствовал в данный момент.
- УБИРАЙСЯ!УБИРАЙСЯ!УБИРАЙСЯ! - заорал Джеймс, направляя палочку на мужчину, кидая заклинания, гнал его из детской. Как только волшебник покинул место, Джеймс не мог больше стоять на ногах. Он упал на колени, все еще крепка держа Гарри в своих руках, наклоняясь над безжизненным телом Лили.
Лишь одна светлая мысль промелькнула в сознании Джеймса, видя мертвую возлюбленную, она выглядела так умиротворенно. Единственная милосердная черта Убивающего Заклятья была в том, что смерть наступала мгновенно и не приносила боли, либо мучений. Лили не выглядела так, будто ей было больно, будто она в тревоге, когда Джеймс притянул ее к себе. Её глаза были открыты, он мог видеть знакомый оттенок зелёного, такой как и в глазах Гарри, но в них не было больше света или огня. Они потускнели и приняли хмурый оттенок зеленого, безжизненно смотря вперед.
Гарри не понимал, да и как он мог понять? Ему было чуть больше года и мальчик не осознавал концепцию смерти. Джеймс не знал на чем сфокусироваться в тот момент. Его жена была мертва, его сын был вознагражден шрамом в виде молнии на лбу, а дом находится практически в руинах. Мужчина не знал, что ему делать.
Тем временем, в минуты скорби, он начал чувствовать себя еще хуже, пока смотрел как Гарри потянулся и начал играть с рыжими локонами его мамы, возможно это был единственный способ, который ребенок придумал для того, что успокоить себя в тот момент. Это были долгие минуты, после которых все узнали о том, что произошло, пока были только Джеймс и Гарри рядом с телом Лили. В течении этих нескольких минут, Джеймс поклялся сделать все, чтобы Гарри был в безопасности, чтобы Гарри был счастлив.
Это было то, чего Лили всегда хотела, для ее сына. Она хотела, чтобы ее сын вырос, чувствуя себя любимым и счастливым. После ее смерти, Джеймс был обязан сделать это ради Лили, он должен был убедиться, что он может сделать это для нее, потому что он чувствовал, будто подвел её во всем.
До того, как Сириус ворвался в дверь, выкрикивая его имя, Джеймс прижал Гарри ближе к себе и дал себе обещание, что Гарри для него всегда будет на первом месте, что он найдет счастье.
Ближе ко второму Дню Рождения Гарри без его матери, Джеймс чувствовал, что находится на грани жизни и смерти. Гарри, возможно не понимал, что происходило вокруг него, может он даже не вспомнит это день, но Джеймс заметил, что его сын часто оглядывался. Он видел, что зеленые глаза Гарри что-то ищут в комнате. Он не знал, что творится, но знал, что его мамы нет рядом. Когда Джеймс пытался успокоить плачущего сына после того, как он ударился лицом об дверь, то мог заметить, как Гарри смотрит по сторонам и оглядывается сквозь слезы. Потому что несмотря на то, что прошло время со времени смерти Лили, Гарри все еще искал ее. Даже если изо всех сил пытался исполнять роль обоих родителей, он не мог занять место Лили, как минимум в глазах Гарри.
Гарри все еще искал свою маму.