Общежитие №16

Хёнджин вышел из душа, вытирая волосы полотенцем, и первым, что он увидел, была попытка Чана спастись от Джисона. Он прыгал с кровати на кровать, держа в руках ампулу, а Хан пытался догнать его, следуя по тому же пути. Всё это сопровождалось криками, матами, проклятиями и угрозами, но Чан не сдавался.

— Сука, верни!

— Нет! — засмеялся от страха Бан Чан, прыгнув на кровать Чонина. — Хватит!

— Уёбок, я тебя зарежу, блять!

— Ты уже дозу вколол.

— Будто мне от одной вставляет. Отдай ампулу, долбаёб!

— Долбаёб здесь только ты.

— Мразь, блять!

Джисон прыгнул на соседнюю кровать и чуть не свалился на пол, не рассчитав силу толчка, но зато смог схватить Чана за щиколотку и обездвижить его, насев на него сверху.

— Нихуя не меняется, — усмехнулся Хёнджин, сев на своё законное место, над которым сейчас проходила Третья Мировая. — Алё, полегче можно? Щас на меня свалитесь.

Джисон наконец-то вернул свою ампулу, спрыгнул со второго этажа, сел на свою кровать и закатал рукав. Он наполнил шприц веществом, затянул ремешок чуть выше локтя и поднёс иголку к вене, улыбаясь изо всех сил, но за момент до ввода дозы услышал, как открылась дверь.

— Нихера себе… — ошарашено произнёс Хёнджин, увидев орду детей.

Юци быстренько подошла к кровати, где сидел Джисон, решив, что ей было необходимо увидеть вещь, которую он прятал. Чан и Хёнджин, поняв это, обменялись улыбками, а потом начали наблюдать за реакцией Хана.

— Привет, — сказала Юци, стоя за его спиной, и широко заулыбалась. Она успела увидеть шприц.

— Блять! — крикнул Джисон, увидев её. Он думал, что пришёл только Чонин, а спрятать наркоту решил на всякий случай. Потом он увидел и остальных гостей, снова повторив это слово в такой же интонации.

— Блять, — повторила за ним Кюрин, засмеявшись.

— Так, — прокашлялся Чонин, подхватив её на руки. — Все слова, которые говорит этот человек — плохие. Рядом с ним закрывай уши. И ударить можешь.

— Э! — возмутился Хан. — Я просто обосрался.

— Так подотрись, — улыбнулся Бан Чан, подойдя к Чонину и его банде. — Это твои?

— Нет, на улице подобрал.

— Спасибо, блять, — фыркнула Минни, сложив руки на груди.

— И ты ещё что-то про меня говорил?!

— Джисон, ротик офф.

— Да всё нормально, они матов побольше вас знают, — успокоила его Юци. — Просто говорить при старших стесняются.

— Упустим этот момент… Меня зовут Бан Чан. Можно просто Чан.

— Я Хёнджин.

— Джисон.

— Сухо, — представился малыш, помахав ладошкой.

— Ну что за прелесть, Господи, — моментально расклеился Хёнджин, подойдя к нему. — Можно я его возьму?

— Ну… держи, — удивился Чонин, отдав ему Сухо, которого принёс на себе.

Хёнджин начал улыбаться ему, держа одной рукой, а Сухо ткнул пальчиком в синяк под глазом парня, делая это до тех пор, пока тот не начал щуриться от боли.

— Болячка.

— Да-да, болячка, — подтвердил Хёнджин. — Сухо, а сколько тебе лет?

— Три, — сказал он, выгнув соответствовавшее количество пальцев.

— Три?! Так ты уже совсем взрослый.

— Да.

— А куртку сам снимать умеешь?

— Умею, — кивнул он. — Я взрослый.

— Давай ты Джисона тоже научишь? А то мы уже устали его по вечерам раздевать и в кровать укладывать. Справишься?

— Справлюсь.

— Отлично.

Хван подвёл его к кровати Джисона, который смотрел на друга так осуждающе, что даже выражать своё возмущение было необязательно. В это время Чонин помогал Кюрин развязать ленточки на шапке, а Юци и Минни мысленно оценивали размеры комнаты. Если смотреть объективно, то спать было негде, смущать друзей Чонина тоже не хотелось, но они догадывались, какой вариант им скорее всего предложат, и он тоже был довольно специфичным. Учитывая комплекцию парней, они даже при сильном желании не смогли бы лечь вдвоём, чтобы освободить для них кровать. Вывод был очевиден: им придётся спать вместе с кем-то на одной кровати. Юци и Минни были довольно миниатюрными, из-за чего легко помещались вдвоём на полутора-спальном матрасе, спя дома именно таким образом, так что Чонин, скорее всего, запихнёт каждую из них под бок к кому-то парней, к себе положит Сухо, а Кюрин так же подсунет оставшемуся человеку.

— Чонин, поговорить надо, — сказала Минни, подойдя к нему сзади.

— Сейчас. Пацаны, за мелочью посмотрите.

— Я не мелочь! — возмутилась Кюрин. — Я большая!

— Хорошо. Посмотрите за одной мелочью и за Кюрин.

Девочки вывели Чонина в коридор, закрыли за собой дверь и встали перед ним, идентично сложив руки на груди.

— Я знаю, что вы скажете. Да, не хоромы, но согласитесь, что эта компания гораздо приятнее наших родителей.

— Дело не в этом, — замотала головой Минни. — Мы не хотим стеснять их и тебя.

— К тому же, там места совсем нет, — продолжила Юци. — Пиздюков ещё можно под бок положить, им ведь насрать, с кем спать, а вот нам…

— Можем кого-то из них вместе положить, тогда вы на одной кровати будете.

— Не влезут они на одну кровать. Мы всё рассчитали.

— Вы как это сделали?

— Прикинули рост и ширину, — ответила Минни. — По расчётам только Джисон может с кем-то уместиться, но его просто задавят.

— Чонин, мы можем у подруг пару дней пожить, — сказала Юци.

— Нет.

— Почему?

— Знаю я ваших друзей. Все нюхают, бухают и траву курят.

— И чем же они от твоего Джисона отличаются? — прыснула смешок Юци.

— Ты вообще молчи. Догадываюсь, к какой подруге ты пойдёшь.

— И к какой же?

— Которая старше тебя на три года, а ещё хуй в штанах держать не умеет.

— Блять… Вот нахуя я тебе про него рассказала?

— Девочки, вы меня тоже поймите. Сейчас вы под моей ответственностью, поэтому я не могу допустить, чтобы с вами что-то случилось. С тем, где вам спать, я разберусь, не парьтесь. Я прекрасно понимаю, что вам не в кайф ложиться в кровати к мужикам, которых вы впервые в жизни видите.

— Смотря к кому, — ухмыльнулась Минни.

— В смысле?

— Ну-у-у… Чан ничё такой.

— Минни.

— Да шучу я, Боже, — закатила глаза она.

Из соседней комнаты вышел Минхо, сразу устремив ахуевший взгляд на Чонина и абсолютно идентичных девочек.

— У меня в глазах двоится?…

— Юци и Минни.

— А-а-а, — с облегчением выдохнул он. — Меня Минхо зовут.

Они тоже представились ему. Отличия между ними были лишь в одежде и причёсках, а лица казались совершенно одинаковыми.

— Зачем они здесь?

— Отец опять бунтует, поэтому забрал на пару дней.

— Ясно… Мелкие, как я понимаю, в комнате сидят?

— Да.

— Ты в лифте родился, блять?! — спросил Феликс, подойдя к двери. — Как бабка на пороге пиздишь.

— Феликс…

— Что? — спросил он, сделав шаг вперёд.

Ликс не видел перед собой людей и не слышал шагов, думая, что в коридоре никого не было, поэтому не постеснялся выйти в одних трусах после душа. Он встал таким образом, что дверь закрывала его обзор сбоку, но Юци, Минни и Чонин прекрасно видели его.

— Здрасьте, — сказала Юци, прокашлявшись.

Феликс резко повернул голову, замерев одновременно от шока, стыда и чувства, что поехал кукухой, так как видел перед собой абсолютно идентичных девушек.

— Нихуя себе…

— Крутые трусы, — кивнула Минни. — Вам идёт.

— Спасибо…

— Иди уже, — Минхо затолкал его обратно в комнату, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной. — Мачо, блять.

— Чонин, у тебя их сколько? — спросила Юци, повернувшись к нему лицом. — Что за банда?

— Семь. Пятерых вы уже видели.

— Щас мы Феликса оденем и к вам придём, — сказал Минхо и вернулся в блок.

Знакомство с остальной бандой Чонина прошло довольно неловко для Юци и Минни, но зато очень весело для Кюрин и Сухо. Хёнджин категорически отказывался отдавать Сухо кому-то другому, сказав, что теперь был обязан занять место Чонина. Кюрин больше всех понравился Чанбин, из-за чего она постоянно вертелась вокруг него до момента, пока Со не посадил её к себе на плечи. Юци и Минни до сих пор было не по себе от такого количества взрослых парней, но те заверили их, что повода переживать не было, потому что они сами боялись даже притронуться к ним.

— Флекс, ты чего на них так смотришь? — усмехнулся Сынмин. — Детей никогда не видел?

— Видел, конечно, но не контактировал с ними.

— Это как? — засмеялась Минни. — Ты в пещере жил?

— Нет, наша принцесса во дворце заспавнилась, — подправил её Хёнджин, не прекращая играть в машинки с Сухо, которые тот взял с собой из дома. — В башне заперли.

— Короче, в садик и школу я не ходил, — объяснил Феликс. — На домашнем обучении сидел.

— А сёстры и братья?

— Нет.

— Завидую, — прыснула Юци. — А что значит «во дворце заспавнился»? Ты из богатой семьи?

— Да.

— Это ж как тебя жизнь помотала, что в общагу пришлось перебраться?

— Там долгая история.

— Мы не торопимся.

— Ну, меня на перевоспитание сюда отправили. Отец решил, что я ахирел в край, поэтому оставил без денег, связей и так далее, а потом заставил поступить в уник и заселиться в общагу.

— Из грязи в князи?

— Именно.

— Чонин, у тебя есть пожрать? — спросила Минни, переведя тему. — Я щас сдохну.

— И я сдохну, — сказала Кюрин, закрыла глаза и высунула язык. — Всё.

— Так, на мне не умирать, — улыбнулся Чанбин, до сих пор державший её на плечах. — Надо их накормить.

— Чего хотите?

— Есть! — громко крикнул Сухо. — Есть хочу!

— Сейчас закажем, — сказал Минхо, взяв в руки телефон. — Девочки, вы что будете?

— Что дадите, — усмехнулась Юци. — Ты чё хочешь?

— Не знаю, — замотала головой Минни. — Правда, что дадите, то и будем.

— Вы не стесняйтесь, всё нормально. Давайте у Кюрин спросим.

— Я хочу… Я хочу… — начала думать Кюрин. — Я хочу бургер.

— Большой?

— Огромный! — сказала она, разведя руки в стороны так широко, как только могла. — Вот такой.

— Мак закажем?

— Да! Да-да! — повторила Кюрин, прыгая на месте.

— А что оттуда Сухо можно? — спросил Хан. — Морковку грызть будет?

— Картошку и нагетсы ему закажите, — предложил Хёнджин. — Сухо, ты будешь такое?

— Буду.

Юци и Минни ещё долго отнекивались, но всё-таки решили послушать старших, которые уже угрожали им из-за того, что те не хотели ничего заказывать. Парни тоже решили поесть вместе с ними, посмотрели цены на то, что выбрали, и скинули деньги Минхо до того, как он оплатил доставку. Чонин перевёл ему сумму за своих мелких, не собираясь наживаться на Минхо, который изначально собирался заплатить за них.

Весь оставшийся вечер девочки просидели в телефонах, Хёнджин занимался с Сухо, а Кюрин мучила Пеппу, которую нашла в туалете соседней комнаты, решив поиграть в прятки с Чанбином, но не предупредила его об этом. Она забежала туда вместе с Сынмином, которому нужно было позвонить, зашла в ванную и радостно завизжала, увидев Пеппу. Естественно, Чанбин не мог отдать её на растерзание девятилетке, поэтому всё время сидел рядом и пристально наблюдал за ними, а в особенности за хвостом Пеппы, который Кюрин чуть трижды не вырвала.

— Так, решаем вопрос со сном, — сказал Чонин, хлопнув в ладоши. Как назло, сегодня ему дали отгул на работе, из-за чего кровать автоматически не становилась свободной. — Я могу на полу лечь, а вы вдвоём на…

— Нет, — Юци даже не собиралась дослушивать. — На полу ты не ляжешь.

— Всё нормально будет.

— Я сказала, что не ляжешь. Это не обсуждается.

— Ебать она, — усмехнулся Хан, высоко подняв брови. — Брат, я бы не рисковал.

— Хорошо, что предлагаете? — спросил Чонин. — Могу одну из вас к Феликсу положить. Он от вас несильно отличается.

— Ты ахуел, кажется, — в шутку возмутился тот. — Но я не против, если что.

Юци и Минни состроили одинаковые, смущённые лица.

— Я понимаю, о чём вы думаете, но у меня, как и у всех остальных, мозги на месте, — сразу же успокоил их Феликс. — Просто больше вариантов нет.

— Я не знаю… — вздохнула Минни, задумавшись. — Кюрин и так на Чанбина спихнули, а тут ещё мы, блять.

— А у коменды нет раскладушек? — спросила Юци.

— Нет, мы спрашивали.

— Тогда пиздец.

— Вас смущает факт того, что мы старше, или что мы разного пола? — уточнил Чан.

— Второе, — ответила Минни, а Юци кивнула для подтверждения.

— Тогда ждите, я сейчас приду.

Чан вышел из комнаты и направился дальше по коридору, подойдя к блоку девочек. Он постучал в дверь несколько раз, но ответа так и не дождался. Чан набрал номер Лии, потом Черён, затем Йеджи и Юны, но никто из них не ответил. Трубку подняла только Рюджин.

— Алё-алёшеньки?

— Пьяная?

— В говно! — прокричала она и отодвинула телефон от уха, чтобы Чан услышал громкую музыку. — Мы тут все в пизду наебашенные!

— Я уже понял, — разочарованно вздохнул Чан, поняв, что план провалился. — У вас всё нормально?

— Да, но Лию какой-то мужик чуть не трахнул! — кричала она, чтобы Чан услышал. — А так-то всё окей!

— В смысле «чуть не трахнул»?!

— Вот так! О, Йеджи куда-то повели… Блять, Черён, помогай! А я знаю?! Ногами ебашь!

— Рюджин, назови адрес.

— Что?

— Адрес клуба! Или скажи название!

— А-а-а… Щас, вспомню.

Рюджин решила скинуть ему геопозицию, чтобы не выводить символы.

— А зачем тебе?

— Я скоро буду.

Чан просмотрел геопозицию, пулей помчал обратно в комнату, схватил с вешалки кофту и начал обувать кроссовки.

— Пожар?

— Хуже. Девок в клубе щас выебут. Спасать бегу.

— Я с тобой, — сказал Сынмин и побежал в свою комнату за худи.

Они вылезли на улицу через окно и побежали к точке, которую скинула Рюджин.

— С ними ведь всё нормально будет?… — обеспокоено спросила Минни.

— Они успеют, не парьтесь, — сказал Минхо. — Такое уже случалось.

— И что было?

— Честь девчонок отстояли, только потом с синяками гоняли, — ответил Хёнджин, вспомнив, как в прошлый раз набивал морду уроду, который приставал к Юне. — Но всё обошлось.

— Значит, вариант с комнатой девчонок отлетает… — цокнул Чонин, снова начав думать.

— Остаётся только один, — пожал плечами Хёнджин. — Выбирайте, кто вам больше симпатизирует.

— Обид не будет?

— Нет.

Выбора действительно не было, так что придётся ложиться на кровать вместе с кем-то. Парни даже провели тест, пытаясь уместиться по двое на одном матрасе, но расчёты Юци и Минни только подтвердились. Никто из них не смог улечься вместе. Кровати были рассчитаны на «полтора» взрослого человека, а близняшки как раз занимали чуть меньше половины от этого размера из-за хрупкого телосложения и роста по 155 сантиметров каждая.

— Решили?

— Я могу с Сухо лечь, если что, а одну из них к Чонину, — предложил Хёнджин. — Если он не против, конечно.

— Сухо, с дядей Хёнджином ляжешь?

— Давно я стал дядей?

— Пять часов назад. Так что, Сухо, поспишь с ним сегодня?

— Да! — радостно крикнул он, подбежал к Хвану и положил руки на его ноги. — Я буду.

— Ты ж моё золотце, — так же радостно произнёс Хёнджин, подхватил его на руки и начал легонько трясти, чем смог рассмешить Сухо, а потом поцеловал в лобик. — Всё, я его себе забираю. Слишком крутой микро-бро.

— Можно я с Чонином останусь? — спросила Минни у Юци. — Сама понимаешь…

— Валяй.

— Отлично.

Юци ещё разок окинула задумчивым взглядом троих оставшихся парней, так как не брала в учёт занятых Хёнджина, Чанбина и Чонина, а ещё умотавших на подвиг Чана и Сынмина.

— Ты как в армию их отбираешь, — усмехнулся Хёнджин. — Может, примерку устроить?

— Не надо, я выбрала. Минхо.

Это не могло не льстить. Минхо бы вбросил пару шуточек, но решил сдержать их, чтобы лишний раз не заставлять Юци переживать.

— А почему он? — спросил Чонин. — Ты на какие критерии смотрела?

— Он добрый.

Минхо довольно заулыбался.

— Так он ещё и гей, — добавил Хан. — Ты прям в яблочко попала.

— В смысле?

— Вот и мне интересно… — протянул Минхо, повернувшись лицом к Джисону. — Это что за клеймо?

— А это не так, разве?

— Нет!

— Ну-ну. Короче, на данный момент его сердце занято, так что не ссы в трусы, Юци.

— Это пиздец полный… — Минхо закрыл лицо руками, склонив голову вниз.

Феликс еле сдерживался, чтобы не заржать. Но Юци всегда могла увидеть то, что хотела, так что не заметить это не смогла.

— Догадываюсь, кем именно, — улыбнулась она. — Минхо, мнение о тебе не поменялось, если что.

— Радует.

— Минни, помоги им пиздюка уложить, — сказала Юци. — И таблетку выпей.

— Какую?

— От амнезии, блять. Кстати, для памяти тоже выпей.

— Ты только не ржи.

— Ты их забыла?

Минни кивнула, но вместо Юци заржал Джисон. Он заткнулся сразу же, как поймал на себе суровый взгляд Юци.

— Малая, ты меня реально пугаешь…

— Только не обосрись. И ночью её не трожь, понял?

— Чего?! Я не… Не собирался я её трогать!

— Я просто догадываюсь, в каком состоянии ты будешь, когда все спать лягут. Так сказать, контролировать себя не сможешь.

От внезапных предъяв Хан раскрыл глаза так широко, что стал похож на рыбу.

— Ты о чём?

— Во-первых, я видела ампулу, а во-вторых, сложно было не заметить твою ломку. Весь вечер только и делаешь, что трясёшься, а ещё курить ходишь, чтобы полегче стало.

— Чонин, её кто воспитывал? Волки, блять?

— Улица, — улыбнулся он, пару раз кивнув. — Так, шпана, по горшкам. Юци, иди уже, хватит Джисона кошмарить.

— И проверь, не убила ли Кюрин Чанбина, — сказала Минни.

— Может, наоборот? — спросил Феликс.

— Нет, всё правильно.

— Феликс, идём, — подгонял его Минхо, уже собираясь направиться к окну, но понял, что Юци пошла к двери, как только взяла с пола рюкзак со своими вещами. — Нет, стой!

— Что?

— Щас коменда ходит, в коридоре не мелькай. Иди сюда.

Феликс продемонстрировал, как нужно было перебираться в комнату через лестницу, и остался на подоконнике, чтобы потом помочь Юци забраться внутрь.

— Круть…

— Давай-давай, пока не продуло.

Юци схватила Феликса за руку перед тем, как сделать шаг к окну, тот помог ей спуститься на пол, а затем освободил проход для Минхо. Чанбин, Кюрин и Пеппа уже спали, вымотав друг другу все нервы и забрав последние силы. Кюрин решила залезть на спину Чанбина, который всегда спал на животе, и использовала его волосы в качестве подушки.

— Я на твою кровать лягу, чтоб вам удобнее было, — сказал Феликс. — Ещё свалитесь, и будет пиздец.

— Слушайте, у меня вопрос такой… странный, но у вас умывалки для лица есть? — спросила Юци. — Я свои дома оставила.

— Есть, — ответил Ликс. — В ванной стоят, бери.

— Нихуя себе, — удивилась она, посмеявшись. — Спасибо.