Общежитие №16

Только сейчас Феликс открыл глаза, и всё встало на свои места. Зрачки были настолько огромными, что почти закрывали радужку.

— Ахуеть…

— Что?

— Что?! Это я у тебя должен спросить! Ты… Ты совсем больной?! Не одно, так другое, блять?! Тебе лудомании мало, да?!

— Точно…

— Что ещё?

— Я в казик.

Феликс быстро помчал к выходу на лестницу. Минхо побежал за ним, преодолел несколько метров и завыл от боли, положив руку на ребро. Он попытался ещё раз, но результат не изменился. Хо спустился на пол, прижавшись спиной к стене, и начал считать до момента, пока мучения не прекратились. Пришлось вызывать помощь.

Чонин примчал к месту, которое сказал Минхо, и начал допрос, помогая ему подняться.

— Где Флекса потерял?

— Он сам потерялся.

— Это как?

— Феликс под чем-то. Он убежал в казик.

— Блять…

— Тут не блять, а пиздец. Меня другое смущает.

— Что?

— Где он, по-твоему, деньги на ставки возьмёт? — Минхо полез в карман, достал оттуда телефон и открыл приложение с геопозицией. — Вот. Найди его, приведи в общагу и держи там. На месте уже разберёмся.

— Мне же прогул засчитают.

— Скажу, что вы в больницу поехали. Чан освобождение потом нарисует.

— Понял. Сам дойдёшь?

— Дойду.

Чонин, держа перед лицом телефон Минхо, побежал за маячком. Феликс уже успел добраться до общаги. Пускай его разум и был поглощён химией, но это не стёрло воспоминания об ошибках в прошлом. Он собирался обчистить комнату кого-то левого, но в то же время знакомого. Комната девчонок, где хранились украшения, техника для волос и прочие побрякушки, подходила просто идеально.

Феликс сам не ожидал, что сможет так легко вынуть карту из кармана Лии, которую встретил в коридоре и подошёл «поздороваться». Её немного смутила тактильность парня, с которым она виделась от силы пять раз, и объятия по его инициативе, но она даже посчитала это милым. Феликс рванул к мостику и сразу же побежал к их комнате.

Его радости не было предела. Три Дайсона, украшения из золота и серебра, в которых красовались камушки, планшеты, ноутбук и многое другое, что привлекало внимание Феликса. Он залез под кровать, достал оттуда брендовую сумку, которую тоже можно было продать, и начал складывать в неё вещи.

— Флекс! Флекс! — донеслось из-за двери. — Открывай! Я знаю, что ты там!

Чонин никак не ожидал, что Феликс так быстро отворит дверь, так ещё и с улыбкой на лице.

— Ты со мной?

— Куда?…

— Играть.

Чонин выхватил из его рук сумку, бросил её в угол комнаты, а потом вывел оттуда Феликса.

— Куда мы идём?

— В отрезвитель.

Феликс даже сопротивляться не стал. Чонин открыл дверь в свою комнату, затолкнул туда парня, а потом запер её изнутри. Он усадил его на кровать и начал набирать сообщение.

— А кому ты пишешь?

— Цыц, — отрезал Чонин. — Молчи. Ничего не говори.

— Почему?

— Много хуйни несёшь.

Чонин написал в чат о том, что привёл Феликса в комнату. Осталась одна задача — удерживать его здесь четыре часа.

— Ты на кой хуй с наркотой играешься?!

— С чем? — улыбнувшись, спросил Феликс.

— С наркотиками. Тебе в прошлый раз так понравилось, блять?!

— Я ничего и ни того не… — он задумался. — Не пил.

— Колол? Нюхал?

— Я только воздух нюхаю, — Феликс развалился на кровати и начал протягивать гласные одну за другой. — Чони-и-ин…

— Мне страшно.

— А мне скучно. Пошли играть.

— Во что?

— В автоматы, — Феликс зажал невидимую ручку и опустил её вниз. — Там будет «пр-р-р-р», а потом деньги.

— Не будет там никаких денег. Это развод, если ты ещё не понял.

— Не-не, там всё честно. Я зуб даю. Хочешь?

— Хватит! — заорал Чонин, убирая руки Феликса изо рта.

— Плоскоштуки надо.

— Кого?

— Эти, — он сымитировал, как стучали плоскогубцы. — Ну, чтоб зуб дать.

— Я тебе сейчас по ебалу дам.

— Ура-а-а! — высоко поднял руки он и снова упал на кровать. — Чонин.

— Да что?! Что тебе надо?!

— Есть хочу.

— Ладно, сейчас что-нибудь найдём. Хоть немного помолчишь.

Парни пришли в общагу сразу после окончания последней пары. Странно было то, что Чонин перестал жаловаться им в группе, набирая каждое сообщение капсом, ещё два часа назад. Либо Феликс его убил, либо Чонин убирал следы крови. К счастью, ни то, ни другое не оказалось правдой.

— Флекс, — в очередной раз назвал его имя Чонин, пытаясь достучаться до парня уже битый час. — Флекс, ку-ку… Ты меня слышишь?

Остальные зашли в комнату и увидели следующую картину: Чонин сидел на коленях перед кроватью, где Феликс, смотря в пустоту, медленно рассасывал печеньку, держа на ногах упаковку, откуда её достал.

— Что с ним?

— Он четыре часа жрёт печенье без перерыва… — ответил Чонин, выдержав паузы между словами. — Это только пятая.

— Он одну печеньку час обгладывает?

— В этом-то и весь пиздец.

Они расселись по кроватям, на полу и на подоконнике, собираясь начать обсуждение. Чонин, не меняя озадаченное выражение лица, до сих пор смотрел на то, как Феликс мучил несчастное печенье.

— Он перезагружается, что ли? — усмехнулся Хан, болтая ногами, которые свесил с подоконника. — Ждём обнову.

— Флекс сказал, что ничего не принимал. И что нюхает только воздух.

— Но ему же не боженька с небес таблетку швырнул, — сказал Сынмин. — Значит, закинулся на стороне.

— Он ведь не настолько тупой, чтобы перед парами глотать. Или что он там сделал, неважно.

— Согласен, — поднял руку Джисон. — Даже я так не делаю.

— Делаешь, — возразил Чан.

— Всё равно не въёбывает.

— Давайте о другом нарике поговорим, окей? — вступил Хёнджин. — Я проверю, всё ли у меня на месте. И глаза ему закройте.

Чонин загородил собой обзор Феликса, который и до этого пялился в одну точку, а Хёнджин полез под кровать, отодвинул отходящую часть ламината и достал оттуда ключ, с которым направился в ванную. Пришлось перепрятать его после той ситуации, когда Феликс нашёл тайник. Естественно, проверять он ничего не стал, поэтому решил покурить, чтобы пробыть там достаточное количество времени.

— Вы его вещи забрали? — спросил Ян.

Чанбин отдал ему сумку Феликса, Чонин сел с ней на пол и вывалил оттуда все вещи. Остальные начали обыск на подозрительные предметы, а Минхо в это время сидел рядом с Феликсом, который до сих пор жевал бедное печенье.

— Связь есть? Радары ловят?

Феликс не отреагировал.

— Понятно… Вот скажи, ты дебил? Зачем тебе это надо?

Феликс медленно повернул голову, посмотрел на Минхо невинными глазками и протянул новое печенье, которое достал из упаковки.

— Будешь?

Минхо тихо посмеялся, забрал его из рук Феликса и только сейчас понял, что упаковка принадлежала Чанбину. Обычно Со приравнивал каждую попытку взять у него еду к диверсии, но сейчас это было последним, что его волновало.

— Ничего нет, — вздохнул Чан, закончив обыск. — Флекс, что в термосе?

Теперь котёночный взгляд перешёл на него.

— Не знаю… — виновато ответил Феликс, продолжив обсасывать печенье.

— Там кофе, — сказал Минхо. — На всю аудиторию же воняло.

Сынмин открутил крышку и едкий запах тут же врезался в нос, вызвав у него кашель.

— Ебать меня флэшбекнуло…

— Как в окопах землю с водой мешали? — усмехнулся Хан, забрав открытый термос.

— Нет. Жижа с кофе…

— Соболезную, — похлопал его по плечу Чанбин. — Ты как выжил?

— Чуть до реанимации не дошло.

— Пацаны, тут какая-то подозрительная поеботина… — прищурившись, сказал Джисон.

Он закатал рукав, просунул руку как можно ближе ко дну и начал водить по нему пальцем, где в последствии остался налёт. Хан зачем-то попробовал его, приложив палец к языку, пару секунд пытался понять, что это, а потом широко открыл глаза. Хёнджин только вышел из ванной, как туда пулей забежали Минхо и Джисон. Хо вылил остатки содержимого на стенку раковины, и среди растёкшегося кофе чётко виднелся порошок.

— Наркота в термосе была, — сказал Хан, закрыв за собой дверь. — Вот почему я до этого не додумался?

— Принцесса, Вы где её отрыли? — спросил Хёнджин. — У меня ничего не пропало.

— Не знаю…

Спустя несколько секунд молчания, шесть пар глаз устремились на Хёнджина.

— Так, девочки, я не при делах, — поднял руки зайчиком Хван. — Или я на миллионера похож, который благотворительностью занимается?

— В тот раз тебя это не остановило.

— Да вы ахуели, бляди?! Не подкидывал я ему ничего! Мне это чучело нахуй не сдалось.

— Правда? — спросил Чан, всё это время сидевший в телефоне. — Благо, мы не в каменном веке живём.

— Это здесь каким боком?

— Тебя засекли, чучело, блять.

Чан отдал ему телефон, где был открыт кружочек от Феликса, который тот в спешке записывал с жалобой на жизнь. В момент, когда он упал, а телефон полетел вниз, можно было чётко увидеть какую-то фигуру в окне. Главной зацепкой стал красный рукав кофты.

Нависшую тишину рассеивал лишь звук, издаваемый Феликсом во время мучений печенья.

— Объяснишься?

— Нехуй объяснять, — сказал Минхо, прервав Чана. — Тут и так всё очевидно.

Хёнджин молчал, как партизан. Он не верил, что настолько гениальный план мог оборваться из-за обыкновенного падения телефона.

— Мы изначально тебя подозревали, но алиби было железобетонным, — Чонин сел рядом с Феликсом и убрал от него упаковку, которая чуть не приросла к ногам парня. — Ты ещё всё так ахуенно продумал. Утром ушёл так, чтобы мы с Чаном проснулись, убежал за три пизды, мол, раскладывал долго. Ты, конечно, последний гандон, но гений.

— И нахуя ты это сделал? — спросил Минхо. — Что у тебя там опять стрельнуло-то, блять?!

— Это из-за окна? — продолжил допрос Сынмин. — Тебе напомнить, из-за чего это произошло?

Хёнджин продолжал усердно молчать, улыбаясь уголками губ.

— Ты совсем ебанулся… — вздохнул Чан, проведя ладонью по лицу. — Ты просто… Это реально слишком.

— Такой план оборвался, господи… — тихо засмеялся Хван, закрыв лицо руками. — Как я мог так тупо спалиться?

— У тебя реально кукуха поехала, — приоткрыв рот, сказал Чанбин. — Ты готов пойти на такое, чтобы просто нагадить Флексу? Это ненормально.

— Не просто нагадить. Если бы ты, — он указал пальцем на Минхо, — не помешал, то всё прошло бы идеально.

— Что прошло?

— Его бы отчислили к чертям собачьим. Он только начинал исполнять, а тут ты со своей температурой.

— Подожди-подожди, — нервно усмехнулся Чанбин, выставив ладони вперёд. — Ты серьёзно устроил всё это для того, чтобы Феликса отчислили?

— Я так и сказал, нахуя переспрашивать?

Понадобилось около половины минуты, чтобы переварить это.

— Я не думал, что ты можешь поступить настолько низко, — разочарованно произнёс Чан. — Ты как с цепи сорвался, когда появился Феликс. Что с тобой не так, блять?! Так сильно обиделся на шутки про детдом?!

— Ты даже представить не можешь, насколько сильно он меня вымораживает.

— Беспочвенная ненависть? Серьёзно?

— Даже если и так, то что? Какие конкретно у тебя ко мне претензии? Я тебе подсыпал, что ли?

— Лично я не хочу иметь дело с таким конченым ублюдком. Тебе лечиться надо.

— Мне?! — усмехнулся Хван, положив руку на грудь. — Сам-то себя слышишь? Если кому-то и надо лечиться, то это вашему обожаемому Феликсу! Это не я ваши вещи пиздил, это не я с вами, как с говном обращался, это не я доставлял вам проблемы! Я вот одного не понимаю — почему вы все его так бережёте?! Он вам так много хорошего сделал?!

— Сейчас мы за него, и это очевидно, — спокойно произнёс Минхо. — То, что ты сделал, как минимум неадекватно и бесчеловечно. Знаешь, я тоже одну вещь не понимаю — за что ты его так ненавидишь? Феликс ведь больше не трогает тебя, а тебе почему на месте не сидится, блять?

— Тебе ли говорить об этом.

— Что?

— Ненавидеть его гораздо логичней, чем любить. Он приравнивал тебя к говну, посылал напрямую, он тебе рёбра, блять, сломал, а ты решил его защищать?

— В смысле «сломал рёбра»?… — спросил Джисон, отмалчивающийся всё это время.

— Потом объясню, сейчас не об этом.

— Мы просто не понимаем смысл такой вражды, — снова вернулся к теме Сынмин. — Окей, в начале всё совсем плачевно было, но сейчас-то что?

— А я, по-вашему, должен сейчас с ним за ручку ходить и на себе носить? Бред какой-то.

— Ты ведёшь себя, как маленький ребёнок. Обиделся, потому что пару раз за больное задели, а потом насрал кучу в три раза больше.

— Я же наши общие интересы защищаю. Или вам так нужен под боком этот лудоман?

— Не играет он больше.

— Правда? Разве не он сегодня собирался в казик пойти?

— Обстоятельства…

— Да какая, нахуй, разница?! — не сумел сдержать смех Хёнджин. — Факт остаётся фактом. Я вот вам обещаю, что вы ещё вспомните мои слова, когда вещички снова начнут пропадать волшебным образом. Если я не прибью его раньше.

— Джисон, а ты чего молчишь? — спросил Чанбин, наблюдая за ним, стоявшим в стороне. — Или тебе вообще поебать?

— Мне не поебать, просто… Не хочу вмешиваться.

— Ахуенную ты позицию выбрал, конечно, — фыркнул Сынмин. — Ты типа за тех, кто победит?

— Мне неважно, кто победит. Чтобы вы там не решили, Хёнджин остаётся моим другом, и отворачиваться от него я не собираюсь. Да, поступил, как чмошник, не отрицаю, но это же не повод налетать на него всей толпой.

— И этот человек говорил мне про розовые очки, — вздохнул Минхо. — Ты исходи из ситуации, а не из прошлого.

— Ты-то куда лезешь, Ромео? Это не я со сломанными рёбрами гоняю.

— Стоп, — притормозил их Чан. — Ещё одной ссоры не хватало. Забивать на ситуацию нельзя.

— И что же ты предлагаешь? — ухмыльнулся Хёнджин. — В ответ накачаете меня наркотой?

— Мы не звери, в отличии от некоторых. Ты извини, Хёнджин, но в моих глазах ты теперь на уровне дна. Я больше не вижу тебя в команде.

Хван не знал, стоило ему засмеяться или въебать Чану со всей силы.

— Это ты меня так отшиваешь, я правильно понял?

— Не факт, что навсегда, но хотя бы на время. Такие тёрки в команде ничем хорошим не заканчиваются. А если ты изобьёшь Феликса прямо перед игрой? Но ты можешь и хуже, в твоих способностях я больше не сомневаюсь. Нет порядка во взаимоотношениях — нет порядка на поле. Думаю, это и так всем известно.

— Ты реально собираешься избавиться от меня из-за какого-то волейбола?

— Мы же не за «спасибо» играем. К тому же, я не горю желанием найти Феликса в подворотне, умирающего от передоза, который ты ему запросто можешь устроить.

Хёнджин замолчал.

— Ты ведь чуть не убил его, понимаешь? А если бы ошибся с дозировкой? Что тогда?

— Тогда всё было бы прекрасно.

— Об этом я и говорю, — Чан повернулся лицом к остальным. — Решение за вами.

Первым руку поднял Чанбин. Потом к нему подключился Минхо, затем Сынмин и Чонин.

— Прости, брат, но тут факты, — опустил голову Хан и поднял руку.

— Хорошо, я вас понял, — улыбнулся Хёнджин, спрыгнув с подоконника. — Решили променять проверенного человека на какую-то шавку, прекрасно. Просто прекрасно, блять.

Он достал из шкафа большую сумку и начал складывать в неё вещи.

— Ты куда?

— От вас подальше.

— Мы не имели ввиду переезд. Это был спортивный вопрос.

— А я не собираюсь жить под одной крышей с предателями.

— Брат, останься, пожалуйста, — попросил Хан, едва не плача. — Всё нормально будет.

— И это говорит человек, который проткнул мне яйца своим выбором.

— Тихо, — твёрдо произнёс Минхо, положив руку на плечо Джисона. — Потом это обсудим. Не ломайся.

Хёнджин как можно быстрее собрал вещи, застегнул сумку и посмотрел на парней, собираясь высказать им всё до конца.

— Значит, Флекса вы нахуй не слали, когда он вещи пиздил, а как меня, так сразу. Ахуенные вы подруги, девочки.

— Только давай без желчи, — фыркнул Сынмин. — Мы тебя за дверь не выставляли.

— Я просто понимаю, какое у вас теперь было бы ко мне отношение. Уж лучше съебаться, чем наблюдать ваши недовольные рожи.

Хёнджин подошёл к кровати, где безмолвно сидел Феликс, находящийся в своём мире, согнул колени, чтобы их лица были на одном уровне, и омерзительно улыбнулся.

— Что ж, принцесса, поздравляю. У тебя талант к расположению людей под себя.

— Ты будешь меня бить? — впервые за полчаса что-то сказал Феликс.

— Я даже руки об твою морду пачкать не хочу. Ну, девчонки, бывайте. Счастья, любви и здоровья.

Хёнджин вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. Всё было настолько плохо, что не хотелось верить в происходящее.

Феликс проснулся от громкого стука в дверь, от которого подскочили все. Он был не в своей кровати, не в своей комнате и без воспоминаний о вчерашнем дне. Ликс сразу начал массировать лоб, чтобы хоть немного успокоить головную боль, а через несколько секунд увидел перед собой Чана с таблеткой и стаканом воды.

— Держи.

— Это что?

— От головы. Не подумай.

— А что я должен был подумать? — спросил Феликс, забрав у него лекарство. — Спасибо.

Ликс выпил таблетку, поставил стакан на тумбочку и начал считать. Хан, Чан, Чонин и сам он. Кое-кого не хватало.

— Куда Хёнджина дели?

— Ты не помнишь?

— Я вообще нихуя не помню. Ну, с момента как вчера в аудиторию зашёл.

— На тебя было совершенно покушение, — сказал Чонин, спрыгнув со второго этажа. — Думаю, догадываешься, кем именно.

— Представление имею. Можно вопрос?

— Валяй.

— Почему мне так хуёво?

— Это сейчас и расскажем, — сказал Джисон, сев рядом с ним. — Короче, у Хёнджина опять в коробке что-то перемкнуло, и он подмешал тебе наркоту. Мы, как порядочные граждане республики, не стали терпеть эту диверсию, и отшили его нахуй.

— В смысле «отшили»?

— Выперли из команды, — ответил Чонин. — Но из комнаты сам ушёл. Вот хуй знает, где он сегодня ночевал.

— На паре пересечёмся, и я поговорю с ним, — сказал Чан, закинув на плечо полотенце.

— Вы его конкретно за это депортировали?

— Не совсем. Решили, что такие тёрки в команде — полная залупа, поэтому отстранили на время. Не хотим, чтобы он тебя на поле молотком ебашить начал.

— То есть, вы выбрали меня, а не его?

Они закивали головами.

— Вот вы дебилы…

— Не понял, — пустил смешок Чонин. — Что за бунт?

— Очевидно же, что он в команде нужен намного больше меня. Вы как без нападающего играть собираетесь?

— Кандидаты есть, и это радует. Не парься, Флекс, всё нормально.

— Просто… Вы ведь знаете его больше года, а меня всего пару месяцев.

— Тут ситуация вынудила. Вопрос был исключительно спортивным, а Хёнджин развёл такую драму, будто мы его во всех смертных грехах обвинили.

Феликсу поподробнее объяснили всю ситуацию, убедив его в том, что принятое решение было верным. Ему было безумно приятно, что парни выбрали его, но всё это казалось до жути странным. К тому же, зная Хёнджина, в ближайшем будущем Феликса наверняка ждала более жестокая расправа.

Джисон безумно обрадовался, увидев Хёнджина в аудитории. Он тут же начал махать ему, подзывая, но не получил в ответ даже взгляда.

— Вот же сучка, — фыркнул Хан, надув щёки.

— Забей, — сказал Минхо, сидя перед ним. — Пару дней будет строить из себя обиженку, а потом сам прибежит.

Хван пару минут разговаривал с одногруппником, бросил рюкзак на парту и приземлился там, начав что-то бурно с ним обсуждать.

— И насколько долго вы его отстранили? — спросил Феликс.

— Первая игра через две недели. Если в ближайшие дни ничего не изменится, то нужно искать нового нападающего.

— И как вы собираетесь подготовить кого-то за две недели?

— А нам не нужно подготавливать. Поверь, здесь есть люди, которые умеют играть.

— Значит, у вас был целый гарем волейболистов, а жертвой всё равно стал я? — в шутку возмутился Феликс

— Ну… да, — неловко улыбнулся Минхо.

— Вот это вы профессионалы, конечно. Но человеку всё равно нужно как-то прижиться, что ли.

— Ты же смог сделать это за неделю.

— Так я чисто по задней линии гоняю, а не хуярю мяч в чужие ебасосы. И вообще, почему это говорю я, а не ты?

— Не знаю. Надо с Чаном всё обсудить.

Все пары Хёнджин просидел вместе с парнем, которого звали Ли Бом, а к своим он даже не подходил. Бан Чан пытался поговорить, но по итогу Хван чуть не плюнул в него кислотой, как только увидел его. Чан тоже был не железным, поэтому тратить лишние силы и нервы на бессмысленную болтовню не собирался. Хёнджин не просто обиделся, а отгородился от них, не желая общаться с предателями. Теперь в его глазах они все выглядели, как Феликс, которому вечно хотелось пробить черепушку и закопать в лесу рядом с дохлой собакой. Проще говоря, проявлять инициативу в решении конфликта Хван не собирался.

Он сидел в курилке, находящейся на улице, когда у всей группы началась физ-ра. Чан пока не убрал его из списка команды, так что пожизненное освобождение ещё работало. Хёнджин уже смирился с тем, что это счастье скоро его покинет, но решил тупо наслаждаться моментом, пока была возможность.

Он пытался игнорировать человека, шедшего к нему. Причём именно к нему, вокруг просто не было других людей. Он сел на скамейку рядом с Хваном и попытался настроиться на разговор.

— Тут курят, а не семки грызут.

— Так устроит? — спросил Феликс, достав из кармана подик. Он взял тягу, выдохнул пар и убрал его обратно.

— Поглумиться пришёл? — ухмыльнулся Хван, смотря на бычок. — Или отомстить?

— Я правильно понял, что ты меня с нихуя накачал наркотой?

— Ну, не прям уж с нихуя. Планы у меня были… — он взял долгую тягу, прищурившись, — гитлеровскими.

— И зачем?

— Тебе не всё сказали?

— Конкретно это не объяснили.

— Было два варианта, оба из которых меня устраивали. Первый — тебя отчисляют, второй — ты подсаживаешься на наркоту. Такой дистрофик, как ты, долго бы всё равно на химии не протянул. Ну, там один финал из другого всё равно бы вытекал.

— Значит, ты захотел так от меня избавиться?

— Ты тупой или глухой? Всё понятно же объяснил.

— Да уж, покушений на меня ещё не совершали, — усмехнулся Феликс. — Ты так тупо обосрался, что смешно.

— Кто ж знал, что ты наебнёшься на ровном месте.

— И где же ты ночевал?

— Что, волнуешься за меня?

— Я с тобой рядом срать не сяду. Просто интересно.

— У наших добрых волонтёров, которые всех на свой диванчик пускают.

— Ёнджун и Бомгю?

— Да.

— Почему ты сегодня с Чаном не поговорил?

— Он мне нахуй не всрался. Сначала выгнал, теперь пытается что-то предпринять. Говно у него политика.

— Но ты ведь знаешь, почему он тебя выпер. Ни на какие мысли не наводит?

— Слушай, принцесса, блять, я больше не собираюсь тебя трогать. Физически уж точно. Больно дорого мне это хобби обходится.

— Очень на это надеюсь.

Феликс поднялся со скамейки, скрывая радость того, что никаких драк и покушений больше не предвиделось. Но он пришёл сюда по другой причине. Ублюдок ублюдком, но нужно думать головой, а не ссылаться на прошлое. Он остановился в трёх метрах от курилки, поправил рюкзак на плече и посмотрел на землю перед тем, как сказать заветную фразу.

— Возвращайся в команду. Пускай ты и гандон, но мяч в пол вбиваешь, как бог.

— Кому я там нужен? — усмехнулся Хёнджин, взяв тягу. — И с чего такая доброта? Я же тебя чуть не убил.

— Просто мне надоели эти бессмысленные срачи. Мы уже отомстили друг другу за всё, что могли. Думай, как взрослый человек, а не как обиженный на весь мир ребёнок.

— Зато ты у нас так повзрослел, да? Игрушки же забрали.

— Вот нахрена ты опять начинаешь? — спокойно спросил Феликс. — Оно тебе надо?

— Ладно, реально лишнего спизданул. Погоди, ты ведь не хочешь сказать…

— Нет, я по-прежнему тебя ненавижу и презираю, не беспокойся. Просто нашу взаимную ненависть можно скрывать, или как минимум не показывать её остальным, если опять не хочешь наступить на те же грабли. Спокойно засирай меня и не переваривай моё существование в своё удовольствие, но будь добр делать это молча. Надеюсь, мы друг друга поняли.

— Ахуеть.

— Что?

— Вот теперь я вижу, что ты сын ебать какой важной шишки.

— Стараюсь. С Чаном я поговорю, остальных тоже убежу в своей позиции. Можешь уже начинать собирать вещи и возвращаться. Никаких претензий к тебе не будет, тут просто доверься мне.

Феликс кивнул перед уходом, снова поправил сумку и направился к общаге. Хёнджин изо всех сил пытался не идти против своей гордости, но не смог.

— Эй, Флекс!

— Что? — спросил он, остановившись.

— Мне вчера что-то реально кукуху снесло. Ты это… извини.

—————————
——

Эта часть получилась большая на 3772, спасибо всем огромное кто читает этот фф и ставит звёздочки♡♡♡, дописала до 26 части наперёд так как интернет не ловит практически. Надеюсь интернет будет как обычно хорошо ловить из-за заглушек когда отключат.