14 часть
Хёнджин:
Темнота. Ночь. Машина мчится сквозь чащу, фары выхватывают из мрака лишь куски дороги.
"Пожалуйста, живи ради меня..."
Четыре часа езды. Каждая минута — как пытка. 05:48. Мы на месте.
Дома. Пустые коридоры, запертые двери. Мы находим людей — изможденных, испуганных.
— Вызываем скорую!
Я бегу, сметая все на пути. Где он? Проверил каждую комнату, каждый угол.
— Черт! Черт! Черт! — кулаки врезаются в стену.
— Успокойся... - успокаивает Банчан
— -КАК?! Голос рвется от отчаяния. Я не могу без него. Не могу...
Камеры. Последняя надежда.
Мы входим в комнату с Банчаном и кровь на полу. Сердце сжимается так, что нечем дышать.
15 минут просмотра. И вдруг — худое, измученное тело выбегает из кадра. Босые ноги. Грязные шорты.
— Феликс... - говорю я
— В лесу. Его надо искать в лесу. - говорит Банчан
-Почему? За что с ним так?
—
Мы ищем. Час. Два. Три. Ноги подкашиваются, но я бегу дальше.
08:55. Светло.
— Пожалуйста...
Тишина.
И вдруг — тяжелое, прерывистое дыхание.
---
Феликс:
Ноги подкашиваются, но я бегу. Каждый шаг — будто по битому стеклу, рана в ноге разрывается от движения, но я не останавливаюсь.
Впереди — он.
Хёнджин.
Настоящий.
Не сон. Не галлюцинация.
Его глаза — такие же, как в моих воспоминаниях. Широкие, испуганные, полные надежды.
Я вытягиваю руку, пальцы дрожат, тянутся к нему, будто он — единственное спасение в этом аду. Я бегу к нему со слезами.
— Хён... джин...— голос срывается в хрип, слезы жгут щеки.
Я почти чувствую его тепло...
---
Хёнджин:
Я вижу его — худого, изможденного, искалеченного, но живого.
Мое сердце останавливается.
— Феликс!
Я бросаюсь вперед, рука тянется к нему, пальцы готовы сомкнуться вокруг его запястья, прижать к себе, убедиться, что это не сон.
Его глаза — в них столько боли, но и столько любви.
— Солнышко...
Осталось всего несколько шагов...
И вдруг — выстрелы.
Два.
Резкая боль пронзает спину Феликса.
Его глаза расширяются, рука дрожит, но все еще тянется ко мне.
— Нет... НЕТ! - кричу я
Я ловлю его, когда он падает на колени, его пальцы сжимают мою руку —холодные, слабеющие. Я опускаюсь на колени, осторожно прижимая его окровавленное тело к себе.
Он такой легкий — будто все эти годы пыток высосали из него не только кровь, но и саму плоть, оставив только хрупкую оболочку.
— Феликс...
Мой голос рвется, слова застревают в горле. Его веки дрожат, по бледным щекам катятся слезы, смешиваясь с кровью и грязью.
— Пожалуйста... не уходи...
Я провожу пальцами по его лицу, стирая грязь, как когда-то делал это утром, когда он засыпал у меня на плече. Только теперь его кожа ледяная, а не теплая, как раньше.
Мои слезы падают ему на лицо.
Его рука — та самая, что только что тянулась ко мне — медленно опускается.
-Я.... Люблю..
Только тихий выдох, который я ловлю в последний раз.
— Нет... нет, нет, нет... Феликс!
Я трясу его, но он уже не отвечает.
Только тишина.
--
450 слов)
в моём тгк проды выходят раньше: зарисовки лисы. (@lisaserions)