Судьба за стенами

Первая глава второго тома. Всем желаю приятного чтения и пожалуйста оставляйте комментарии❣️

Pov.

Яркий свет резал глаза. Эйверли резко открыла их, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она дышала тяжело, пытаясь осознать, где находится. Последнее, что она помнила — это гулкие звуки лабиринта, как гривер двигался в её сторону, как она пыталась сопротивляться..а потом темнота. Теперь же она была здесь.

Белые стены, белый потолок, белый пол. Комната казалась пугающе пустой. Единственная мебель — узкая кровать, на которой она и лежала, и небольшой стул в углу.

Эйверли медленно села, её тело ломило, но серьезных повреждений не ощущалось. Она осмотрела себя: одежда была порвана, но без следов крови. Только царапины и синяки. Что, черт возьми, произошло?

Она провела рукой по лицу, заставляя себя дышать ровнее. Где она? Как сюда попала? Эйверли спустила ноги на холодный пол и встала. Она подошла к стене, провела пальцами по идеально гладкой поверхности. Окна не было. Дверь тоже не виднелась. Её похитили? Но кто? В этот момент в комнате раздался мягкий механический звук, и незаметная до этого панель в стене слегка приоткрылась.

В помещение зашел высокий мужчина в идеально выглаженном костюме. У него были коротко отстриженные волосы, холодные глаза и выражение лица, полное самодовольства.

— Доброе утро, Эйверли. — произнес он ровным голосом. — Меня зовут Дженсон. — она не ответила, только сжала руки в кулаки.

— Я понимаю, что у тебя много вопросов, — продолжил он, подходя ближе. — Но сначала тебе нужно привести себя в порядок. — он протянул ей сложенный комплект чистой одежды — простую белую футболку, удобные брюки и новые кроссовки.

— Там есть душевая, — он кивнул в сторону небольшой двери. — Прими душ, переоденься. Я подожду. — Эйверли колебалась, но чувствовала, что у неё нет выбора. Её одежда была порвана, покрыта пылью. В конце концов, она молча взяла вещи и зашла в душевую.

Теплая вода смыла с неё усталость, но в голове по прежнему царил хаос. Кто эти люди? Почему они спасли её? Когда она вышла, Дженсон все так же стоял в комнате, спокойно наблюдая за ней.

— Вот так лучше, — кивнул он, жестом предлагая ей сесть. — Эйверли скрестила руки на груди.

— Теперь расскажите мне, что здесь происходит. — потребовала она. Дженсон лишь усмехнулся:

— Ты конечно, не из терпеливых, — заметил он. — Но мне это нравится. Хорошо, я расскажу тебе. — он сделал шаг назад и сложил руки за спиной.

— Мы называем себя «Правой Рукой». Мы спасаем детей от вируса, защищаем их от Порока. — Эйверли нахмурилась.
— От Порока?

— Да, — подтвердил Дженсон. — Эти люди разрушают все. Они отправили тебя и остальных твоих друзей в лабиринт, они наблюдали за вами, проводили эксперименты. — Эйверли напряглась.

— Значит вы — хорошие? — Дженсон кивнул.
— Именно. Мы хотим помочь таким, как ты. Спасти мир. — Эйверли внимательно наблюдала за Дженсоном. В его словах было что-то неправильное. Что-то натянутое, слишком отрепетированное.

— Вы спасли меня? — осторожно спросила она, пытаясь разобраться в ситуации. Дженсон улыбнулся, словно был доволен её вопросом.
— Именно так. Мы нашли тебя в лабиринте, ты была без сознания. Но теперь ты в безопасности. — Эйверли невольно напряглась. Она помнила, как боролась с гривером, как пыталась выбраться, но затем все погрузилось в темноту. Кто-то забрал её оттуда, но почему-то она не вернулась в Глэйд.

— А где остальные? — резко спросила она. На этот раз Дженсон не сразу ответил. Он окинул её взглядом, будто решая, что можно сказать, а что нет.
— Они все еще в лабиринте, — наконец произнес он. — Но не волнуйся. Мы скоро поможем им выбраться.
— Почему тогда я здесь, а они нет? — голос Эйверли стал тверже. Дженсон усмехнулся:
— Ты особенная, Эйверли. Мы знали, что тебя нужно спасти первой. — Эйверли почувствовала, как внутри в поднимается тревога. Все это звучало неправильно.

— И чем же я особенная? — Дженсон снова сделал паузу, прежде чем ответить. — Мы поговорим об этом позже, — уклончиво сказал он. — Сейчас тебе нужно отдохнуть и привыкнуть к новому месту.
— Я не собираюсь привыкать, — огрызнулась Эйверли. — Я хочу вернуться к своим друзьям. — Дженсон тяжело вздохнул, как будто говорил с упрямым ребенком.
— Поверь, они в безопасности. А сейчас тебе лучше следовать нашим правилам. — он жестом указал на дверь.
— Тебе покажут комплекс, познакомят с другими. Здесь есть и другие выжившие. Просто дай себе время. — Эйверли неохотно встала, у нее не было выбора — она была в ловушке, одна, без поддержки.

Эйверли последовала за Дженсоном в коридор. Белые стены, чистые полы, приглушенный свет — все здесь казалось слишком стерильным, слишком искусственным. Это место напоминало больницу, но почему-то от него веяло чем-то зловещим.

— Здесь безопасно, — продолжал Дженсон, ведя её вперед. — Мы постарались создать условия, в которых вам будет комфортно.

Эйверли ничего не сказала. Она изучала каждую деталь вокруг, пытаясь найти хоть что-то, что помогло бы ей понять, где она и как отсюда выбраться. Они остановились у двери, Дженсон провел карточкой на панели, и та плавно открылась.
Перед Эйверли было много подростков — кто-то ел, кто-то разговаривал, кто-то смеялся. На мгновение Эйверли показалось, что она снова в Глэйде, но атмосфера здесь была другой. Люди казались расслабленными, но в их взглядах читалось что-то странное — словно они привыкли к этому месту и приняли его правила.

— Можешь присоединиться к любому столу, — произнес Дженсон, и не дожидаясь её ответа, развернулся и ушел.

Эйверли провела глазами по столовой, пытаясь понять, к кому подойти. Её взгляд зацепился за дальний стол, где сидела странная парочка. Мальчик был худым, бледным, с темными кругами под глазами, как будто не спал несколько дней. Он лениво ковырял еду вилкой, не проявляя к ней особого интереса.
Рядом с ним сидела рыжая девушка, живая и энергичная, которая что-то быстро ему рассказывала, жестикулируя руками.

— Можно к вам? — спросила Эйверли, подходя ближе. Рыжая девушка подняла голову и улыбнулась.
— Конечно! Присаживайся. — Эйверли села напротив. — Я Эйверли.
— Лина, — представилась рыжая, а затем ткнула пальцем в своего молчаливого соседа. — А это Арис. Он неразговорчивый, но мы его любим. — Арис никак не реагировал, продолжая равнодушно ковырять еду.

— Так ты новенькая, да? — спросила Лина, внимательно её разглядывая. — Можно и так сказать, — ответила Эйверли.
— Ты хоть знаешь, где ты? — неожиданно спросил Арис, пристально глядя на неё.
— Дженсон сказал, что это «Правая Рука», они спасают детей от вируса. — Лина и Арис снова переглянулись, и в этот раз их лица стали более серьезными.
— Да, — протянул Арис. — Спасают...— Эйверли почувствовала, как внутри все неприятно сжалось.
— Вы что-то знаете, чего не знаю я? — спросила Эйверли, прищурив глаза. Лина и Арис переглянулись и хотели что-то сказать, как вдруг в столовую влетела одна женщина в медицинском халате. Все кто сидел в помещении тут же бросили на неё взгляд, и принялись дальше уплетать еду.

— Эйверли ? Есть тут Эйверли? Одна из новоприбывших. — произнесла она, осматривая подростков. Эйверли нахмурилась и поднялась с места.
— Это я. — Женщина подошла ближе, оглядывая её с головы до ног. — Пойдем за мной. Нам нужно сделать несколько анализов.

— Анализов? — переспросила Эйверли, бросив взгляд на Лину и Ариса. Лина быстро спрятала взгляд в тарелке, а Арис чуть качнул головой, будто предупреждая её. — Это обязательно. — добавила женщина, не давая времени на
размышления.

Эйверли почувствовала, как внутри что-то сжалось, но спорить не стала. Она кивнула и бросив последний взгляд на новых друзей, последовала за женщиной. Она шла по длинному коридору, освещенному холодным белым светом. Женщина в халате не говорила ни слова, просто уверенно вела её вперед. Каждый шаг отдавался гулким эхом, и от этого в груди Эйверли росло напряжение.

— Какие анализы? — наконец спросила она, пытаясь хоть что-то выяснить.
— Обычные, — коротко ответила женщина, даже не обернувшись. Эйверли сжала кулаки. Она ненавидела, когда её держали в неведении.

Наконец, они остановились перед металлической дверью. Женщина провела картой через считыватель, и замок с тихим щелчком открылся.
— Проходи. — Эйверли сделала шаг внутрь. Помещение было небольшим и чистым. В центре стояло медицинское кресло, рядом — столик с инструментами и какие-то аппараты, назначение которых она не знала.
— Садись, — скомандовала женщина, надевая перчатки. — А если я не хочу? — нахмурилась Эйверли, оставаясь на месте.
— Это не обсуждается, — её голос оставался спокойным, но в нем чувствовалась сталь.

Эйверли села, при этом не переставала настороженно следить за каждым движением женщины. Та достала стерильный шприц и подошла ближе.
— Что вы собираетесь делать? — спросила Эйверли, когда та взяла её за руку.
— Просто возьму кровь. Расслабься. — Эйверли не верила ни единому слову. Она напряглась, готовая вырвать руку в любой момент. — А если я скажу нет? — женщина вздохнула и наконец, посмотрела ей прямо в глаза. — Тогда мне придется применить силу. — Эйверли сжала зубы. Она не могла позволить, чтобы её подставили или использовали. Но пока у неё не было выбора. Она отвела взгляд и позволила ввести иглу в вену.