Глава 23
Ночь уже давно опустилась на Глэйд, но Эйверли не спала. Она сидела в углу кутузки, прислонившись к деревянной стене, и смотрела в темноту.
Как тут она услышала шаги. Она сразу узнала их. Быстрые, уверенные, но на этот раз чуть медленнее обычного, словно тот, кто шел, колебался.
Дверь открылась, и в узкий проход шагнул Минхо.
— Что ты тут делаешь? — её голос был хриплым от усталости.
Минхо не ответил сразу. Он прикрыл за собой дверь, задержавшись у входа.
— Хотел убедиться, что ты в порядке, — наконец сказал он, глядя на неё.
Эйверли горько усмехнулась.
— После того как предложил идею посадить меня сюда? — Минхо сжал губы.
— Я сделал это, чтобы уберечь тебя. Если бы тебя не наказали, ты бы снова полезла в лабиринт, да?
Она промолчала. Эйверли не успела отреагировать, как Минхо резко продвинулся к ней, и их лица оказались слишком близко.
— Ты сводишь меня с ума, — его голос был низким, хриплым.
Она резко отвела взгляд в сторону, уперевшись ладонями в его грудь.
— Минхо..нет..— её голос дрожал, как и её ноги и тело, но не от страха.
Но Минхо не отступил. Его руки скользнули к её талии, прижимая её к деревянной стене кутузки.
— Ты уверена? — прошептал он, его дыхание обжигало ей кожу. А его руки начали по-тихоньку спускаться все ниже и ниже.
Когда его рука остановилась между её ног, он начал массировать, сквозь её шортиков.
— Минхо..стой..— Эйверли пыталась вырваться, но он был сильнее.
Она хотела сказать ему что-то, но Минхо не дал ей шанса. Он накрыл её губы своими, настойчиво, жадно. А его руки продолжали доставлять ей удовольствие между её ног.
Она сжала пальцы на его рубашке, намереваясь оттолкнуть, но вместо этого только крепче сжала ткань. Ее сердце билось бешено, а дыхание сбивалось.
— Черт, куколка, я готов взять тебя здесь, — остранившись он произнес.
— Нет, прекрати. Мне совсем не нравится. — произнесла Эйверли, убирая его руку.
Минхо чуть склонил голову и прошептал:
— Да? А твое тело говорит о другом, ты уже вся мокренькая.
— Нет, не надо...— она попыталась оттолкнуть его, но он не сдвинулся с места.
— Ты врешь, — Минхо склонился к ней, его горячее дыхание коснулось её шеи.
— Отпусти, — сказала она жестче, её ладони уперлись в его грудь, пытаясь оттолкнуть.
— Ты можешь делать вид, что не чувствуешь того же, что и я, — его голос стал ниже, почти хриплым. — Но мы оба знаем правду.
— Нет, — процедила она сквозь зубы, дергаясь, но его хватка была слишком крепкой.
— Прекрати Минхо! — её голос сорвался, а в глазах пылала злость.
— Тогда скажи, что не хочешь этого, — он не отступал, его губы снова были опасно близко.
— Я не хочу этого, — произнесла она, но голос предательски дрогнул.
Минхо замер, пристально вглядываясь в её лицо. Несколько секунд тянулись как вечность. Потом он стиснул зубы, резко отпуская её запястья.
— Хорошо, — бросил он и отступил назад.
Эйверли тяжело дышала, её сердце бешено колотилось в груди.
— Иди к черту, — процедила она, отводя взгляд.
Минхо усмехнулся:
— Спокойной ночи, куколка, — сказал он, развернулся и вышел, оставляя её одну в темноте кутузки.
***
На следующее утро, когда солнце уже стояло высоко, Эйверли наконец выпустили из кутузки. Ее запястья заныли от долгого неподвижного сидения, но она не стала зацикливаться на этом. Сделав глубокий вдох, она натянула капюшон и пошла прочь, не обращая внимания на редкие взгляды глэйдеров.
Первым делом она направилась на кухню, где, как знала, наверняка найдет Фрайпана.
— Доброе утро, — пробормотала она, переступая порог кухни. Фрайпан повернулся к ней, вытирая руки о фартук.
— Ну, привет, заключенная, — ухмыльнулся он. Эйверли закатила глаза, но улыбнулась.
— Что на завтрак?
— Твои любимые сомнительные каши, — он махнул рукой на большую кастрюлю, булькающую на плите.
— О, как заманчиво, — протянула она, беря деревянную ложку и помешивая содержимое кастрюли.
— Лучше не мешай, а то еще хуже станет, — усмехнулся он. Она хотела что-то ответить, но тут мимо пронесся Чак, сжимая в руках пару тарелок.
— Чаки, ты чего носишься, как угорелый? — спросила Эйверли, усаживаясь на стол.
— Помогаю! — бодро ответил он, ловко уворачиваясь от Фрайпана, который пытался забрать у него посуду.
— Если он так продолжит, то скоро разнесет кухню, — пробормотал Фрайпан, закатывая глаза.
— Эй, я вообще-то все слышу! — возмутился Чак.
Эйверли усмехнулась, глядя на них. Разговор плавно перешел на шутки и веселые истории, и на какое-то мгновение, она почувствовала себя по-настоящему свободной, как будто последние события вовсе не произошли.
Но внезапно воздух прорезал резкий металлический звук.
Лифт. Этот звук будто парализовал всех. Ложки застучали о стол, разговоры оборвались. Эйверли и Фрайпан переглянулись, затем рванули к центру Глэйда, где уже собирались глэйдеры.
Толпа сгрудилась вокруг лифта. Ньют уже был там — он первым спустился вниз, а когда снова появился в поле зрения, его лицо было напряженным.
— Открываю, — коротко сказал он, кладя руки на створки. Все затаили дыхание. Двери с лязгом разошлись, и перед глазами предстал новый глэйдер.
В помещении лежала девушка с длинными темными волосами. Она была без сознания. Толпа глэйдеров, словно единое целое, сделала шаг вперед, пытаясь разглядеть незнакомку. Шепот пронесся по Глэйду, одни переглянулись, другие пытались понять, что делать дальше.
Внезапно веки девушки вдруг дрогнули. Она резко вдохнула, словно вынырнув из глубины, и судорожно распахнула глаза.
— Томас...— слабо прошептала она, едва слышно, но этого было достаточно.
Воздух в Глэйде словно застыл. Все застыли на месте, переглядываясь в полном шоке.
— Что за..— нарушил тишину Галли, с недоверием глядя на Томаса.
Эйверли повернулась к нему, ожидая реакции, но Томас выглядел также ошеломленно, как и все остальные.
— Я не не знаю, — пробормотал он, но его голос дрогнул. Ньют нахмурился, пристально наблюдая за ним, а затем перевел взгляд на девушку, которая снова потеряла сознание.
— Так, Клинт Джефф осмотрите её. — резко сказал он. — Нам нужно разобраться с этим дерьмом.
Томас стоял чуть поодаль от хижины, задумчиво глядя в сторону лазарета, где лежала новая девушка. Он пытался сложить воедино обрывки мыслей. Она назвала его по имени. Откуда она его знала?
Ньют подошел, скрестив руки на груди, и встал рядом.
— Ну и что ты думаешь об этом всем, Томми? — спросил он, с легкой насмешкой, но в его голосе звучало напряжение. Томас вздохнул.
— Не знаю, Ньют. Я даже не помню её, но она явно знает меня.
— Удобно, да? — Ньют усмехнулся, но взгляд у него был колючий. Томас нахмурился.
— Что ты хочешь сказать? — Ньют пожал плечами, но его насмешка не исчезла.
— Просто интересно. Едва ты тут освоился, как создатели отправляют девушку, которая сразу тянется именно к тебе. Может, ты и вправду особенный?
Томас раздраженно провел рукой по лицу.
— Да откуда мне знать, Ньют?! Я так же запутан, как и все.
Ньют фыркнул, но на этот раз в его взгляде мелькнуло что-то еще. Может, ревность? Может, беспокойство?
— Ну, значит, будем ждать, пока она не очнется и все расскажет, — сказал он, и не дожидаясь ответа, развернулся и ушел.
Эйверли отошла от лазарета, чувствуя, как воздух в Глэйде буквально дрожит от напряжения. Все были на нервах из-за появления новенькой, особенно Томас и Ньют.
Она направилась в сторону поля, где обычно работал Сэм. Тот как раз стоял у загонов, задумчиво глядя в сторону лабиринта.
— Сэм, — тихо позвала Эйверли. Он вздрогнул, но быстро расслабился, увидев её.
— О, Эйв. Что-то случилось? — она вздохнула и покачала головой.
— Просто захотелось немного отвлечься от всего этого хаоса. Радует только то, что я теперь не единственная девушка в Глэйде.
Сэм улыбнулся, но ничего не сказал.
Они постояли в тишине, прежде чем он вдруг заговорил:
— Знаешь... есть кое-что, о чем я никому не говорил. — Эйверли внимательно посмотрела на него.
— Что такое? — Сэм посмотрел ей в глаза, словно решаясь на что-то важное.
— Мне снятся сны, — признался он. — Но не обычные. В них есть вещи..которых я не должен помнить.
Сэм глубоко вдохнул, прежде чем продолжить:
— Есть один сон, который повторяется чаще других. — Эйверли внимательно смотрела на него, ловя каждое слово.
— Я вижу маленькую девочку и мальчика, — начал он. — Они играют вместе, смеются. Им весело вместе, они счастливы. Но потом все меняется...
Эйверли заметила, как его пальцы непроизвольно сжались в кулак.
— Вдруг появляются какие-то люди. Они хватают мальчика и оттаскивают его от девочки. Она кричит его имя, зовет его, но её никто не слышит..
Эйверли ощутила неприятный холодок по спине.
— Ты слышал как его зовут? — осторожно спросила она.
Сэм кивнул, его лицо стало напряженнее.
— Да, она назвала мое имя..
Эйверли нахмурилась:
— Ты думаешь это что-то значит?
— Если бы я знал..Но эти стены кажутся слишком реальными, чтобы быть просто игрой воображения.