Глава 8
***
/Воспоминания Эйверли/
Резкий запах антисептика заполняет легкие, выжигая изнутри. Свет ламп слепит глаза. Она лежит на холодной металлической кушетке, крепко зафиксированная ремнями. Пытается дернуться — бесполезно. Над ней склоняются силуэты в белых халатах. Лица скрыты масками, голоса — без эмоций.
— Объект А42, уровень устойчивости: высокий. Реакция на стимуляцию: стандартная. Щелчок. В вену входит игла.
Холодная жидкость сначала обжигает руку, а затем пульсом разносится по всему телу. Она чувствует, как по коже бегут мурашки, как дрожь сотрясает каждую мышцу. В голове грохочет, словно тысячи голосов говорят одновременно, но разобраться невозможно. Боль накрывает её с головой. Она сжимает челюсти, чтобы не закричать. Но боль растет, она проникает глубже, словно пытается выжечь изнутри все, что делает её собой. Ее тело выгибается на кушетке, руки инстинктивно пытаются вырваться из ремней, но они крепкие.
— Повышаем дозу.
Щелчок. Новый разряд боли. Эйверли не выдерживает. Из горла вырывается сдавленный крик. Она чувствует, как кто-то касается её лица, изучая реакцию.
—Уровень сопротивляемости выше ожидаемого. Продолжим.
Она зажмуривает глаза, стиснув зубы. Они могут делать что угодно, но она не даст им сломать себя.
***
Эйверли проснулась рано. Еще не рассвело, но Глэйд уже начинал оживать: где-то у кухни слышались шаги, с поляны доносился звон металла.
Но её мысли были далеко отсюда. Ночь прошла в размышлениях. Образ какой-то женщины — холодный, уверенный, полный власти — никак не выходил из головы. Кто она? Почему её голос, ее взгляд казались такими знакомыми?
Эйверли глубоко вздохнула, села на край кровати и потерла лицо ладонями.Она чувствовала себя другой. Как будто внутри неё открылся механизм, который она не знала, как остановить.
— Хватит, — пробормотала она себе под нос и встала. Ей нужно было отвлечься. Когда она вышла из хижины, небо все еще было окрашено в мягкие оттенки предрассветного света. Воздух был прохладным, но уже ощущалась жара, которая накроет Глэйд ближе к полудню.
На поляне она заметила Ньюта. Он стоял неподалеку от входа в лабиринт, скрестив руки на груди, и внимательно разговаривал с Томасом. Эйверли уже собиралась подойти, но её внимание привлекло другое. Чуть в стороне, ближе к деревьям. Минхо тренировался. Без рубашки.
Она остановилась, ее глаза медленно скользнули по его телу — сильному, идеально выточенному часами бега и тренировок. Каждый его мускул двигался под смуглой кожей, пока он выполнял удары по воображаемому сопернику. Он был сосредоточен, полностью погружен в движения, и не замечал её взгляда. Эйверли сглотнула и почувствовала, как по по телу пробежала теплая волна. Она знала, что Минхо всегда был в хорошей форме, но сейчас, наблюдая за ним вот так, впервые поняла, насколько он привлекателен. Она одернула себя. Что за чушь? Это Минхо! Но черт возьми, как сложно было отвести взгляд. В этот момент он резко остановился и посмотрел в её сторону. Глаза Эйверли расширились, но она быстро отвела взгляд, делая вид, что просто смотрит на Ньюта. Но она чувствовала, что Минхо усмехнулся.
— Проснулась ? — его голос раздался рядом быстрее, чем она ожидала.
— Я вообще-то не сплю дольше тебя, — бросила она, скрестив руки на груди.
Минхо ухмыльнулся, вытирая пот со лба.
— Значит, просто вышла полюбоваться на меня? — Эйверли закатила глаза, но её щеки предательски вспыхнули.
— Не льсти себе, бегун.
Он усмехнулся и, чуть приблизившись, прошептал:
— Ты так смотрела, что я почти почувствовал твои руки на себе. — Она чуть не закашлялась.
— Отвали, Минхо. — она раздраженно фыркнула, но не могла избавиться от мысли, что, возможно, он был прав.
Эйверли наблюдала, как Минхо направился к Томасу и Ньюту.
— Ты чего так долго? — спросил Томас, проверяя ремешки на ботинках.
— Любовался Глэйдом, — Минхо лениво потянулся, — и, кажется, Глэйд любовался мной.
Ньют фыркнул:
— Да ты просто нарцисс, Мин.
— Я не нарцисс, я реалист, — Минхо ухмыльнулся.
Ньют стоял у входа в лабиринт, наблюдая, как Томас и Минхо исчезают за массивными каменными стенами. Он долго смотрел им вслед пока туман не поглотил их силуэты, а затем вздохнув, убрал руки в карманы и направился к кухне.
Как обычно, день начинался с завтрака, а затем его ждала работа: организация Глэйдеров, проверка инвентаря, контроль за строительством и распределение ресурсов. Все одно и тоже, день за днем. Но именно эта рутина и удерживала их всех на плаву. По дороге он заметил знакомую фигуру — Эйверли стояла в стороне, у края грядки, едва замечая суету вокруг. Она выглядела отстраненной, словно её мысли были далеко за пределами Глэйда.
— Эй, все в порядке? — спросил он, подходя ближе. Она вздрогнула от неожиданности и посмотрела на него.
— Да..просто задумалась, — её голос был тихим, почти отсутствующим. Ньют прищурился, разглядывая её.
— Ну, если ты собралась голодать, то мне придется только тебя похвалить. Отличный выбор.
Эйверли не могла сдержать легкую усмешку.
— Ладно, убедил. Пойдем.
Когда они добрались до столовой, там уже было полно народу. Повсюду гудел шум голосов, скрипели деревянные лавки, кто-то громко смеялся, кто-то уже обсуждал план работ. Ньют быстро оглядел помещение, прикидывая, где бы им сесть.
— Вон там, — он кивнул в сторону столика, за которым уже расположились Галли, Чак, Зарт. Они подошли и Ньют сразу же плюхнулся на лавку, ухватив кусок хлеба.
— Утро доброе, что ли — проворчал Галли, жуя рагу.
— Очень, — буркнул Ньют, откусывая хлеб. Эйверли села рядом, но еда не вызывала у неё никакого аппетита. Она механически водила ложкой по тарелке, не притрагиваясь к еде. Чак сидевший напротив, с любопытством уставился на нее.
— Ты какая-то тихая, — заметил он.
— Просто, задумалась. — ответила она.
Зарт сидевший рядом пожал плечами.
— Неудивительно. Тут всем есть о чем задуматься.
— Ага, только одни думают, а другие хитро что-то скрывают, — вдруг вставил Галли, бросив на Эйверли пристальный взгляд. Она подняла глаза и встретилась с ним взглядом.
— Что ты хочешь сказать? — спокойно спросила она.
— То, что с самого начала ты была не такой, как все.
Эйверли сжала губы.
— Может, потому что я не ты? — выстрелила в ответ она.
— Нет, просто ты слишком загадочная. То молчишь, то носишься по Глэйду, то глазеешь на бегунов. Что, ищешь, к кому бы примкнуть?
— Я не обязана отчитываться перед тобой, Галли, — бросила она.
— Ой-ой, какая грозная, — он насмешливо вскинул руки. — Просто держи в голове: здесь все должны быть на одной волне. А если кто-то выделяется..
— То, что? — ее голос был холодным.
— Ладно, не заводись, Галли, — пробормотал Зарт, не желая начинать перепалку.
— Мне-то плевать, — Галли пожал плечами. — Но запомни, девочка, я вижу людей насквозь. Эйверли отвернулась, пытаясь игнорировать его.
— Перестань, Галли, — спокойно ответил Ньют.
***
После завтрака ей захотелось побыть одной, чтобы проветрить голову. Она шла по тропинке, между огородами, наслаждаясь тишиной. Но внезапно кто-то схватил её за запястье.
— Куда такая серьезная? — она резко обернулась и увидела одного из дружков Галли — Марк. Высокий парень, короткими светлыми волосами.
— Отпусти, — холодно отрезала она. Парень ухмыльнулся, и сильнее сжал её руку.
— Ты чего такая недотрога? Или даешь только Томасу и Минхо?
В её глазах вспыхнул гнев. Она выдернула руку и шагнула назад.
— Повтори, это еще раз, — её голос был тихим, но угрожающим. Парень, похоже, не воспринял ее всерьез.
— Ты слишком много о себе возомнила, если думаешь, что можешь мне угрожать.
Эйверли не раздумывая шагнула вперед и резко ударила его локтем в солнечное сплетение. Парень согнулся по пополам, хватая воздух, а в следующий момент она схватила его за воротник рубашки и швырнула в землю. Он закашлялся, морщась от боли попытался подняться.
— Ты..— Эйверли наклонилась к нему, сжимая кулаки.
— Еще раз дотронешься до меня — тебе придется питаться едой через трубочку, понял?
Парень злобно посмотрел на нее, но ничего не сказал. Он поднялся, вытирая рот, и, бросив на неё последний взгляд, ушел. Эйверли медленно выдохнула, пытаясь унять злость, все еще пульсирующую в груди. Она не знала, сколько людей видели этот инцидент, но ей было все равно. Сегодня она дала понять, что её лучше не трогать.
Эйверли быстрым шагом направлялась к кухне, все еще ощущая напряжение в теле после драки. Сердце стучало в груди, дыхание было сбивчивым, но она пыталась взять себя в руки. Она знала, что скоро последствия достигнут её, но сейчас ей хотелось только одного — отвлечься. Дверь кухни была чуть приоткрыта, и оттуда доносились аппетитные запахи свежего хлеба и жаренного мяса. Войдя внутрь, она сразу заметила Фрайпана, который стоял у массивного деревянного стола, сосредоточенно разделывая мясо большим ножом. Он не сразу заметил её, но когда поднял голову, на его лице появилось выражение легкого удивления, которое тут же сменилось привычным равнодушием.
— Что, пришла прятаться? — спросил он, продолжая нарезать куски мяса ровными движениями.
— Нет, — Эйверли скрестила руки на груди, опираясь на дверной косяк.
— Пришла помочь. — Фрайпан прищурился, оценивающие взглянув на неё, а затем хмыкнул.
— Ты удивительная, конечно. Только что вмазала какому то идиоту, а теперь хочешь чистить картошку?
— Мне нужно чем-то заняться, — пожала плечами Эйверли, проходя дальше в кухню. — Да и ты всегда ко мне нормально относился. — Фрайпан фыркнул, повернувшись к кастрюле, в которой что-то булькало.
— Потому что ты не такая ужасная, как некоторые тут думают, — бросил он через плечо.
Эйверли усмехнулась, но ничего не ответила. Фрайпан махнул рукой в сторону большой плетеной корзины, полной овощей.
— Ладно, если уж решила помочь, займись этим. Нужно почистить и нарезать.
Эйверли молча взяла нож со стола и опустилась на низкую табуретку рядом с корзиной. Взяла в руки морковь и уверенными движениями начала срезать с неё кожуру. На какое-то время кухня наполнилась только звуками работы — стук ножей по доске, шорох овощей, бульканье кипящего бульона. Фрайпан первым нарушил тишину:
— Ты ведь понимаешь, что Алби это так не оставит? — Эйверли продолжала резать морковь, её руки двигались спокойно и уверенно.
— Конечно, понимаю.
Фрайпан бросил на неё короткий взгляд, а затем снова вернулся к своему занятию.
— И тебя это не волнует? — Эйверли на секунду замерла, а затем пожала плечами, подбрасывая в руках кусочек нарезанной моркови.
— Я поступила правильно. Марк получил то, что заслужил.
— Ты ведь знаешь, что здесь такие вещи не решаются кулаками? — Эйверли резко воткнула нож в доску, и, наконец подняла на него взгляд.
— А как тогда? По-твоему, я должна была просто терпеть? — Фрайпан наклонился над кастрюлей, помешивая её содержимое деревянной ложкой, и задумчиво сказал:
— Нет, конечно. Но..— он вытер руки о фартук и посмотрел на неё.
— Ты же не глупая, Эйверли. Ты должна понимать, что в Глэйде все держится на порядке. Если каждый будет разбираться сам за себя, тут начнется хаос.
— То есть ты думаешь, что я зря это сделала? — Фрай вздохнул.
— Я думаю, что тебе нужно выбирать свои битвы. — она пожала плечами.
— Я выбрала. — Фрайпан фыркнул и покачал головой.
— Ты упертая, знаешь?
— А тебе это не нравится? — с легкой усмешкой сказала она. Фрайпан взглянул на неё, и неожиданно улыбнулся.
— Наоборот. Я уважаю тебя за это. Но все же.. если хочешь выжить здесь, будь осторожнее. — Эйверли опустила взгляд и продолжила резать овощи.
— а у тебя хорошо получается, —проговорил он с некой насмешкой в голосе.
— Лучше чем в первый день? — улыбаясь спросила она.
— Ты молодец, Эйв.
На душе у неё стало чуть легче. Пусть глэйдеры смотрели на неё с осуждением, но здесь, на кухне, среди запахов свежего хлеба и жаренного мяса, она чувствовала себя в безопасности.