Притяжение

Шесть лет спустя.

Середина октября как никогда радует и удивляет своей безветренностью и облачностью. Эдакое сочетание несочетаемого встретились в один день. И действительно было приятно даже прогуливаться по безлюдному парку, будь то день или же ночь. Одному, или же в компании весёлой блондинки, что своим ангельским голоском вновь пробуждает желание жить.

Но прогулка в парке перенесена на завтра, пока нещадный ливень щедро поливал весь город, не давая возможность спокойно передвигаться по улице. И, исходя из этих событий, Голубин забежал в торговый центр, что был как раз по пути.

Его внимание привлёк самый дальний отдел, куда он наведывался гораздо чаще, чем в любой ларёк за сигаретами. И наведывался он туда исключительно без сопровождения супруги. Это отвлекало его, отвлекало от нагнетающей суеты. Это был отдел с игрушками, как бы то ни странно.

Это словно ностальгия по тем временам, когда в один из подобных вечеров он ворвался в этот отдел с девушкой, с которой шесть лет назад разлучила судьба. Он не скучал, не страдал, лишь молча глотал ком обиды, прекрасно чувствуя за собой вину. Глеб давно не жил прошлым, только изредка открывал в него дверь, сам не зная для чего.

– Папа! – он вновь слышит звонкий, девичий голосок со спины, от чего и оборачивается сразу же, не в силах сдержать улыбки.

– Даша, перестань носиться, ты сегодня точно кого-нибудь с ног собьёшь, – он пытается говорить это как можно строже, примеряя на себя роль строгого отца, но это не выходит и в очередной раз, когда его маленькая блондинка, улыбаясь, игнорирует его наставления.

Голубин ещё несколько секунд смотрит на игривую дочь, чьё поведение можно списать на лишнюю позволенную порцию сладкого, а потом только взмахивает головой единожды, приковывая своё внимание на плюшевую кошку. И с минуты раздумий принимается приобрести игрушку в подарок Вике, которую он по сей день иногда называет кошкой, даже мимолётно пропуская мысль о том, когда и кем всё-таки было дано это прозвище.

И пока он ненадолго углубляется в мысли, то неожиданно для себя подмечает, что голос родной дочери оказывается вне поля слышимости.

– Даша! – кричит чуть ли не на весь отдел, пока в метрах десяти вновь слышит звонкий смех.

– Не догонишь, – радостно вопит блондинка, устремляясь в бег.

Голубин вновь усмехается, но пускается вдогонку, словно ребёнок. И подмечает для себя один единственный факт, что только благодаря своей блондинистой копии он существует. Только это светловолосое чудо держит его здесь.

– Ай! – пусть на большом расстоянии, но он слышит этот болезненный взвизг своей девчонки.

– Даша!

Пытается найти, пытается себя сдержать, чтобы не начать крушить всё вокруг, но вовремя останавливается, когда, наконец, находит девочку. И судя по развернувшейся перед глазами картины, маленькая Даша всё же удалось потерпеть небольшое столкновение с какой-то девушкой.

– Я ведь предупреждал тебя, – хватая девчушку на руки, Голубин иной раз выдает очередной упрек с добрым смешком, вызывая неё ответную реакцию. – Я прошу прощения, она ещё совсем...

– Привет.

А голос, словно из сна. Из того самого, где ему доводилось его слышать последние шесть лет.

– Лия? – это проговаривает скорее для себя, всё ещё не веря своим глазам. – Ты... ты отлично выглядишь, – выпаливает первое, что на ум приходит, даже не успевая рассмотреть девушку сполна. – Как ты?

– Хорошо, как видишь, – она с улыбкой укладывает правую ладонь на выпуклый живот, тем самым заставляя парня обратить на это внимание. – А ты?

– Тоже не плохо, как видишь, – он дублирует её улыбку, опуская взгляд на наблюдавшую за ними девочку. – Какой срок? – он не хочет этого знать, не хочет...

– Почти седьмой месяц, – улыбается она, уже двумя руками поглаживая живот. – Врачи говорят, что будет мальчик.

– Уже придумала имя? – а у самого кошки на душе скребутся, пока на лице красуется невинная улыбка.

– Мы думали назвать Глебом, но...

– Мы? – блондин честно хотел сказать это про себя, но рвущиеся эмоции наружу физически не дают этого сделать.

– Макс не до конца согласился с выбором, – Лия невинно пожимает плечами, будто вся эта история шесть лет назад была просто кошмарным сном, не более.

– Так вот кто этот счастливчик, одевший обручальное кольцо на твой палец, – а улыбка шире, а на душе всё больнее.

– Я вижу, что у тебя выросла дочь. Как её зовут? – она плавно откланяется от темы, чтобы не возвращаться к прошлым обидам, и пока Глеб бесцветно пялится в одну точку, маленькая блондинка весело произносит: «Даша». – Она так похожа на тебя. – Но вновь переведя взгляд на блондина, она примечает его легкий ступор, отчего подходит ближе не шаг, кладя руку на плечо. – Меня чертовски тянуло к тебе какое-то время, пока ты всё-таки не стал отцом.

– Так ты всё знала? Что со мной, где я...? – поднимает на неё тяжелый взгляд, но тона в голосе не меняет.

– В первый год нашей разлуки, а потом мы вынуждены были уехать...

И момент последующего молчания можно назвать моментом, когда все точки расставляются над «И». Словно теперь их историю можно назвать по-настоящему завершённой, пока последняя надежда на спасение их душ не иссякла до конца. Они свободны, теперь по-настоящему.

– Мне пора, – первой эту тишину нарушает Лия, слегка растеряно вглядываясь в парня.

– Постой, – она уже хочет уйти, но Голубин слабо вцепляется в её предплечье. Он словно чувствует, что эта встреча действительно окажется последней, поэтому и улыбается как-то странно, по-свойски, что ли. Но напоследок всё решается сказать то, что отчего-то ломит внутри. – Не называй сына моим именем...

И звучит это не как угроза, скорее, как предостережение. Блондинка вряд ли воспримет его слова и сделает так, как он велел. Нет. Она только слабо улыбнётся, вновь прикасаясь к его руке, полушёпотом произнося:

– Прощай, Глеб.

Лия уходит, оставляя слабый шлейф сладкого парфюма. А блондин так и останется стоять на месте, мысленно прощаясь с той, чьё присутствие больше не ощутимо. И он простоял бы так ещё несколько часов, если бы не тоненький голосок, лепетавший невинное:

– А кто это был? – спросит девочка, вцепляясь в руку отца, который медленным шагом топает к выходу, теперь уже до дома. Он продублирует улыбку ушедшей девушки, немного задумается.

– Просто хорошая знакомая, моя принцесса... просто знакомая.

И, на удивление, когда они выйдут на улицу, дождь прекратится, но серые тучи так и останутся на небе ещё надолго. Они дойдут до дома, где как всегда весёлая блондинка подбежит к матери, вручая ей подаренную игрушку, которую выбрал Глеб.

Сам же парень оставит их в гостиной, уходя на балкон, где спасительная сигарета приведёт мысли в порядок. И стоит он так долго, смутно улыбаясь всё ещё не уходящим тучам.

– Как она? – кажется, утонув в собственных мыслях, он и не заметил, как вошла Вика. И судя по вопросу, Голубина младшая уже посвятила её в суть минувших событий.

– Они с Максом ждут ребёнка.

Он словно говорит это не ей, словно повторяет это для себя. А девушка только тяжело выдыхает, намереваясь уйти обратно в комнату, но рука Голубина останавливает её на полпути.

– Останься со мной...

Глеб прижимает к себе свою брюнетку, зарываясь носом в волосы. К слову, взаимность с её стороны он чувствует не сразу, а только спустя несколько секунд. Вика даже брови от удивления вскидывает, ведь обычно парень просит оставить его наедине с собой. Но она прижимает его к себе, наслаждаясь моментом.

А Глеб... Глеб молча смотрит за горизонт, улыбаясь шире и чувствуя... чувствуя то, что не ощущал с тех самых пор, как шесть лет назад ушла его блондинка – притяжение.