Кровная месть

Плейлист к главе
(ссылка на плйст в описании)
1. Погасли свечи|| Тимур Муцураев
2. Осень|| Сергей Шнуров
3. Зверь || Наутилус Помпилиус
4. Ангел|| Сергей Шнуров
5. Земля || Маша и Медведи

Странно это было — просить помощи у человека, которого ненавидишь.

***

Трек: Погасли свечи|| Тимур Муцураев

Смерть старшего потрясла друзей настолько, что после того рокового выстрела ни один из них не проронил ни слова. Они молча стояли на крыльце больницы.

Свет из окон скользил по снегу, фонари мрачно освещали тёмные и унылые переулки. Пять точек от сигарет стояли в ряд. А должно было гореть шесть. Но сегодня, в эту страшную ночь, этот огонёк погас и больше никогда не зажжётся.

Последнее, что Адидас увидел — страшный оскал смерти, хотя... нет. Он запомнил ту девушку, которую считал предателем. Он смотрел, как она плачет, смотря на дыру в его груди, слабо чувствовал её дрожащие прикосновения на макушке и корил смерть за то, что не мог сказать ей «прости».

«Прости, что обвинил тебя во всём, прости и не вини себя» — хотел прошептать он, уходя, но не смог. В тот момент ему было плевать на правило «пацаны не извиняются».

Когда над тобой стоит смерть, никакие правила не важны.

Только сейчас, горько затягиваясь, Регина осознала всё, что натворила. Убийца. Она убила человека, и теперь на её руках навсегда отпечаталась чужая кровь, которую никак не отмоешь. Не только кровь Егорыча, но и Вовы.

Белова виновна в обеих смертях.

Шатенка выставила перед собой дрожащие ладони, сигарета выпала из пальцев и упала в сугроб, тихонько зашипев. Всё тело забила дрожь, воздуха стало не хватать, девушку душили крепкие руки совести.

Слёзы мгновенно выступили на глазах, ноги подкосились, она попятилась назад и больно ударилась о стену здания.

Валера услышал звук глухого удара и медленно повернул голову вправо. Увидев, как кудрявая дрожит и странно смотрит на свои руки, пацан сразу всё понял. Он ринулся к ней и взял ту за плечи.

— Регина, — позвал он, встряхнув её ватное тело.

Но девушка его не слышала. Не видела и не слышала ничего, что происходило вокруг. Перед глазами стояла окровавленная слабая улыбка Владимира, что вызывала горькое и тяжёлое чувство вины, которое горело в груди.

По щёке покатились горячие слёзы, Регина всхлипнула, грудь часто вздымалась от наступающей истерики.

Туркин увидел, как стремительно шатенка отдаётся в руки слёз, и подхватил её лицо в ладони. Он машинально начал вытирать её слёзы большими пальцами.

— Слушай мой голос, Морошка, — его уверенный тон заставил Белову взглянуть на него.

— Я... в этом виновата я, — задыхаясь, говорила она, — я убила их двоих. Я — убийца, — срываясь на град слёз, торочила шатенка.

Турбо сдвинул брови на переносице. Эти слова ударили по нему сильнее, чем кулак от старшего. Он не знал, как внушить ей обратное. В его глазах Регина не была убийцей.

Она всё та же хрупкая и чуткая девушка, которая снаружи кажется сильной и независимой, а внутри кричит беззащитная Морошка, которая нуждается в помощи.
Валера не считал её убийцей. Нет.

Но факт того, что она застрелила Егорыча, был. Его уже не уберешь. Ей жить с этим, ей с этим справляться. Ей за это отвечать. Нет. Не только ей. Туркин чётко решил, что он будет нести это бремя вместе с ней. Он поможет ей справиться с этим.

— Тише, Морошка, тише, — тихо говорил он, смотря ей прямо в глаза. — Я рядом, мы справимся с этим. Обещаю.

Регина тяжело всхлипнула и буквально упала в его объятия. Крепко вжавшись в Валеру, она уткнулась носом в его плечо и попыталась успокоиться. Медленно вдыхая его запах, она пыталась не думать о плохом. Мозг усердно искал хорошие мысли, но плохо с этим справлялся.

— Мне страшно, Валер, — прошептала она.
Турбо сильнее прижал хрупкую девушку к себе, поглаживая ту по кудрям.

— Я знаю, маленькая, но я рядом, всё будет хорошо. Ты не виновата в смерти Адидаса, — бережно говорил кудрявый, заметив, что девушка понемногу успокаивается. — Он умер не для того, чтобы ты винила себя в этом. Он бы не хотел этого.

Услышанные слова что-то переключили внутри Беловой. После них на душе стало... немного легче. Но...

— Егорыч... — начала шатенка, но пацан перебил её.

— Егорыч был плохим человеком, — отрезал он, — если бы ты не сделала этого, то он убил бы нас всех.

Сзади послышались шаги. Турбо крутанул головой, но Регину не отпустил. За спиной стоял Фил.

— Поговорить надо, вы в состоянии? — вполтона спросил Лёха, подразумевая под «вы» Белову.

Валера взглянул вопросительно на девушку. Кудрявая шмыгнула носом, поспешно вытерла слёзы и слабо кивнула.
Филатов с полсекунды помолчал, оглянулся по сторонам и прочистил горло.

— Будем смотреть правде в глаза. Тебя, — Лёша кивнул на Регину, — будут искать. И пока мы будем пытаться всё решить, тебе надо где-то пересидеть.

Валера молча слушал и кивал, изредка глядя на шатенку, которую всё ещё обнимал за плечо.

— Не надо, Фил, я убила Егорыча, и мне за это отвечать.

Вдруг кто-то подошёл и подал голос.

— Нет уж, за этого козла ты не сядешь, — поддержал друга побитый Зима, — ты наши задницы спасла, мы тебе своими жизнями должны.

Все как один закивали, смотря на кудрявую. Их поддержка грела душу. У них умер друг. Погиб их старший, а они всё равно думают о ней.

За такой короткий срок Белова стала для них «своей». Поэтому бороться за неё они будут как за свою. Ведь своих не бросают.

— Есть варик перекантоваться на даче друзей моего бати. Они сейчас за границей и хату продают, — начал Фил, глядя по очереди на пацанов, — заявиться не должны.

Валера вдумчиво почесал подбородок, смотря себе под ноги, а затем, подняв взгляд на Лёху, заговорил:

— Покупатели не найдутся?

Лёша отрицательно помотал головой.

— Вряд ли. Домом уже полтора года никто не интересуется, — пацан пожал плечами, — а если и найдутся, то я об этом узнаю.
Продажей мой батя занимается.

Туркин закивал и глянул на Регину.

— Ты как? — спросил кудрявый.

Белова пожала плечами. Конечно, на старой даче одной было страшно оставаться, но других вариантов не было. Если она будет прятаться у кого-то из друзей, то есть вероятность, что их загребут вместе с ней как соучастников.

Подставлять близких людей не хотелось, поэтому Регина согласилась.

— Я за, — коротко ответила Регина.

Фил кивком принял её ответ.

— Но как Наташа? — шатенка подняла взгляд на Валеру, но ответил ей Зима.

— Света уже едет, разберёмся.

Ребята решили: Лёха отвезёт Регину на дачу, пока Зима и Света останутся с Наташей, Самбо отпустили домой, а Валера... Валера просто ушёл. Оставил на макушке шатенки поцелуй и, ничего никому не сказав, ушёл.

***

Трек: Осень || Сергей Шнуров

Свет от фар девятки светил прямо на дачу, где Регине придётся прятаться неопределённое время. Сутки, двое, трое, неделю... неясно.

Белова уже с полминуты сидела молча в машине, собираясь с мыслями, а Лёха её не подгонял. Понимал, как погано сейчас на душе.

— Слушай, — вдруг прервав тишину, начал Фил, — я понимаю, пока сама не смиришься с этим, никакие слова не помогут, но... — пацан провёл рукой по коротко остриженным волосам и вздохнул. Он явно подбирал слова, не зная, как лучше сказать. — В общем, не кори себя, ты не виновата в смерти Вовки. Он сам закрыл тебя. По своей воле.

Белова грустно вздохнула, слёзы вновь подступили к глазам. Она сразу же принялась их поспешно вытирать.

— Спасибо, Лёша. Я, конечно, очень ценю вашу поддержку, но от клейма убийцы меня это не освободит, — она криво улыбнулась, пытаясь сделать вид, что её не терзает внутри непонятный страх и отвращение к самой себе.

— А что насчёт моей машины? Она так и будет стоять у больницы? — Белова мастерски перевела тему, чтобы не ставить Филатова в неудобное положение перед плачущей девушкой.

Пацан прочистил горло и посмотрел вдаль.

— Скорее всего, отгоню куда-то. В переулки какие-то, — неуверенно ответил он, пожав плечами.

Шатенка кивнула и шмыгнула носом. Помолчав пару секунд, она открыла дверцу и повернулась к Филу.

— Пошла я, спасибо тебе, — Регина вышла из машины и уже направилась к незнакомому дому, как вдруг услышала хлопок дверцы.

Лёха вылез следом.

Быстро подбежав к кудрявой, он сунул руки в карманы куртки и неловко потупил взгляд в пол. Белова терпеливо ждала, пока тот родит то, из-за чего побежал вдогонку за ней.

Фил резко поднял голову и посмотрел на девушку. Он пару секунд изучал её заплаканные, уставшие, красные глаза, а затем так же неловко спросил:

— Ты точно сама справишься? Я ведь могу остаться.

Эти слова умилили девушку. Она проронила грустную улыбку и кивнула. Конечно, она хотела, чтобы он остался. Хотела видеть хоть одного близкого человека рядом. Хотела ответить «останься», но...

— Да что я, маленькая девочка, что ли? Старых домов боюсь? Всё путём будет, — кудрявая похлопала того по плечу и развернулась, собираясь уйти, но вдруг почувствовала крепкую хватку на запястье.

Она сдвинула брови на переносице и кинула короткий взгляд на руку Лёхи, а затем на него. Пацан встрепенулся и отпустил её.

— Я же ведь не про то, — он сделал паузу, не зная, как сказать, — морально ты справишься? Не каждый сможет сам разгрести это дерьмо в голове, особенно после... такого.

Белова уже едва сдерживала слёзы. Как же она была рада, что ей достались такие хорошие друзья. Как она раньше без них жила?

— Всё будет хорошо, не переживай, — она вновь натянула фальшивую улыбку.

— Точно? — Фил прищурился, словно сканируя её на детекторе лжи.

Шатенка кивнула усмешку и медленно кивнула.

— Я бы дала тебе слово пацана, но слово пацана только для пацанов, — девушка развела руками, мол, «не судьба», и вновь развернулась, пошагав по хрустящему снегу.

За спиной она слышала гортанный смех Лёхи, что так грел истерзанную душу. Она мысленно боролась с сердцем, что во всё горло кричало: «Попроси его остаться».

Нельзя. Нельзя ему тут быть, иначе, если её найдут, то пацана также заденет.

В руке тихонько звенела холодная вязка ключей, шатенка приближалась к месту, где ей нужно отсидеться. Она оглянулась и увидела, что Фил всё ещё стоит на том же месте и смотрит ей в спину.

Он так же боролся со своим подсознанием. Понимал, как ей тяжело, и сильно не хотел оставлять её одну в такую трудную минуту.

Белова коротко махнула ему рукой и ускорила шаг, чтобы не разреветься прямо здесь, а хотя бы дойти до дома.

«Ничего, со смертью отца как-то же справилась в одиночку, и сейчас справлюсь», — думала Регина.

***

Света и Вахит спешили к новому знакомому, который уже однажды им помогал. Михаил. Морозова, как узнала, что произошло с ребятами, молчала минут пять, смотря в стену.

Шок попросту парализовал её.

Наташу накачали успокоительными и оставили в больнице. Её коллеги сказали, что присмотрят за ней и позвонят, когда девушка придёт в себя. Нехотя, под уговорами Зимы и медсестёр на посту, блондинка всё же согласилась оставить подругу.

Но сидеть сложа руки она не могла, ведь ещё одна её подруга так же была в беде. И кто знает, может, именно Света может ей помочь. Пара понимала, что Валера ушёл не по своим делам, а решать проблему Беловой, но всё же решили тоже посодействовать.

Они молча шагали по заснеженным улицам, тишину разрезал раздражающий хруст снега и гавкающие вдали собаки.

— С чего ты взяла, что этот Михаил нам вообще поможет? — спросил вдруг Зима, ведя под руку Морозову.

Девушка кинула на него недовольный взгляд и вздохнула.

— Думаешь, простой советский гражданин смог бы вытащить тебя из обезьянника? — фыркнула она.

Вахит выпустил какой-то непонятный звук и пожал плечами.

— Вот и я о том же, — буркнула блондинка, — тем более он Регинку любит очень, точно поможет.

— Любит? — удивлённо переспросил лысый пацанчик.

Света цокнула и закатила глаза.

— Как дочку, дурак, — девушка пнула того в плечо.

— А-а-а, — Вахит хлопнул ладонью по лбу и закивал, мол, «понял».

Дойдя до вроде нужного подъезда, парочка быстро забежала внутрь. Позвонив в дверной звонок, те немного отошли и встали в ожидании. Дверь долго не открывали, а затем по ту сторону послышалось шорканье и недовольное бурчание.

Дверь резко распахнулась, да с такой силой, что если бы ребята не отошли, то их бы точно снесло. На пороге показался заспанный Михаил. Тот недовольно смотрел на ночных гостей, щурясь от яркого света на пролёте.

Узнав блондинку, с которой он познакомился при странных обстоятельствах, мужчина почесал затылок, обула тапки и вышел к ним, тихо закрыв за собой дверь.

— Вам чё, не спится, что ли? — буркнул он, сложив руки на груди.

Света перевела взгляд на своего парня и поджала губы. Неудобно было. Девушка прочистила горло и начала:

— Помогите нам, пожалуйста. Мы не знаем, к кому ещё обратиться.

Серый тяжело вздохнул и потёр переносицу.

— Прям вот сейчас, да? В пять утра? — раздражённо бурчал он.

Светка нервно теребила край кожанки, виновато смотря на мужчину. Михаил тяжело вздохнул и упёр руки в боки.

— Ну и кого на этот раз нужно из тюряги вытащить? — он вскинул брови, смотря то на девушку, то на пацана, стоящего сзади.

Морозова сглотнула и на выдохе ответила:

— Регину.

***

Трек: Зверь || Наутилус Помпилиус

Он шёл к нему. К тому, которого ненавидит каждой клеточкой тела. В Турбо сейчас боролись два огня. Две стороны.

С одной — нежелание обращаться за помощью к этой твари, а с другой — Регина, которую могут усадить за решётку.

Но он был единственным человеком, который имел такую власть в Казани. И он, сука, очень ненавидел этот факт.

«Он» — бывший друг отца, который давным-давно предал его, повёл себя как последняя скотина. Последний раз Валера видел его лет пять назад, если не больше. И этот последний раз очень ярко запомнился в его голове.

Туркин обещал себе рано или поздно закопать эту скотину, но он с каждым годом всё больше набирал авторитета в этом городе. И лезть к нему с угрозами было бы глупо. Что такому влиятельному мужчине сделает обычный супер в группировке? Ничего. Ничего, и точка.

Поэтому Валера постарался просто забыть. Как минимум, пока у него не будет достаточно ресурсов, чтобы отомстить за отца.

А сейчас? Сейчас он переступает через все свои принципы, всю свою ненависть ради неё... Блядь. Он даже не знал, что между ними, не знал, в отношениях ли они... или... В общем, при другом раскладе это было бы глупо — так жертвовать собой ради какой-то девушки, с которой даже не ходишь.

Но у него не такой расклад. Регина — это что-то большее. Регина — это что-то, что задевает до глубины души. Поэтому деваться некуда.

Подвальное помещение, запах алкоголя, сигарет... клишированное место обитания серьёзных людей. Комната встретила его приглушённым светом, десятками чужих голосов, клубами дыма и приглушённым шансоном из углов.

Валера попал в змеиное логово. Если кто-то узнает, чей он сын, живым он может отсюда не выйти. Пацан оценивающе окинул взглядом всех присутствующих. К компаниям подходить не стоит: в кругу друзей-мотальщиков все особо дерзкие и смелые, могут сразу начать бычить.

А зная себя, Туркин понимал, что впитать хамское поведение он не сможет и сразу заедет кому-то по роже, чего делать нежелательно.

В углу помещения он заметил одинокого мужика. В очках, невысокий и некрепкий, более похож на задрота. Он вдумчиво потягивал сигарету и что-то писал на листке перед собой.

Посидел, затянулся, быстро что-то чиркнул, вновь откинулся на спинку стула, затянулся. Явно размышляет или считает что-то.

«Бухгалтер, что ли?» — от этой мимолётной мысли Турбо выпустил насмешку под нос и двинулся к нему. Этот мужик был идеальным вариантом. Вероятность, что тот начнёт пылить, нулевая. Скорее, он испугается одного лишь вида Валеры и сразу же скажет ему, где находится тот, кто ему нужен.

Сунув руки в карманы кожанки, он уверенно приблизился к незнакомцу и навис над ним, бросая тень на стол. Бухгалтер застыл, а затем резко бросил карандаш и стянул очки.

— Я же сказал не отвлекать меня. Что непонятно? — говорил тот, смотря перед собой.

— Да не, мне ты такого ещё не говорил, — спокойно ответил кудрявый.

Мужик медленно поднял голову. Его взгляд скользнул по Турбо, который как гора возвышался над ним. Кадык мужика медленно дёрнулся от глотка, он вновь натянул очки и поёрзал на стуле.

— Ты кто? — вскинув одну бровь, спросил он.

Валера хмыкнул, посмотрел по сторонам и сложил руки на груди.

— Неважно, — сухо ответил кудрявый, — где он? — ему даже не надо было уточнять, к кому он пришёл: по лицу Бухгалтера было видно, что тот всё понял.

Мужик снова сглотнул и часто заморгал. Тот стянул свои очки, похукал на них и принялся протирать краем свитера, притом не смотря на пацана.

Нервничает, тянет время, думает, как уйти от вопроса. Сука.

Внутри Туркина в момент забурлила злость. Он резко схватил мужика за воротник и подтянул к себе. У бедолаги едва глаза не повылезали со страху, тот схватился за подлокотники стула и привстал.

— Ты чё себе позво... — не успел возмутиться тот, как Валера его перебил.

— Значит, слушай меня сюда, очкарик: если ты мне сейчас же не скажешь, где он, я твой палец на карандашик заточу и будешь им писать, — процедил кудрявый, смотря тому прямо в глаза, — усёк? — рыкнул он, дёрнув мужика за воротник.

— Там, в той комнате, — быстро пролепетал незнакомец и ткнул пальцем на дверь позади.

Турбо выпустил издевательскую насмешку и резко отпустил его воротник, толкнув обратно на стул.

— Так бы и сразу, — пацан подмигнул Бухгалтеру и развернулся, направляясь в ту комнату.

— Но туда нельзя! — крикнул вслед мужик.

— Разберусь, — буркнул через плечо Валера и дёрнул дверную ручку.

Перед ним открылась весьма примитивная картина: сидит он и пара его друзей. На столе дорогой коньяк, может, даже импортный. В руках сигареты, не из дешёвых, на лицах улыбки. Шутят, веселятся, отдыхают. А тут он.

Гром среди ясного неба.

— Ну здорова, Харон, — пацан выплюнул его имя, словно оно было кислое или острое на вкус.

Мужчина сначала не понял, в чём дело. Его друзья переглянулись между собой, разделяя недопонимание. А затем, спустя пару минут шоковой молчанки, Харон помрачнел.

Поставил полную чарку на стол, положил сигарету в пепельницу и встал с дивана. Он встретился взглядом с Валерой и понял: раз уж он тут, значит, это что-то серьёзное.

— Мужики, погуляйте-ка где-то полчасика, — словно робот, проговорил Харон, всё так же смотря на Туркина.

Его друзья медленно встали и, всё так же переглядываясь, вышли из комнаты, обойдя Валеру.

— Не о чем нам с тобой полчаса базарить, я по делу, — монотонно ответил кудрявый и захлопнул дверь, прокрутив на ней замок.

Харон медленно опустился на диван, всё так же наблюдая за нежданным гостем.
Турбо окинул комнату взглядом. Заметив дорогущий алкоголь в не менее дорогом серванте, он присвистнул и ухмыльнулся.

— Хорошо устроился ты, — он медленно подошёл к серванту и стал рассматривать бутылки, словно они были ему интересны.

Мужчина усмехнулся и раскинул руки по дивану.

— А чё праведника из себя строить? Когда есть деньги, надо жить красиво, — Харон потянулся за чаркой, опрокинул её, даже не сморщившись, вставил в зубы тлеющую сигарету и вновь откинулся на спинку дивана.

В воздухе витало такое напряжение, что его и пулей не пронзишь. Эта встреча похожа на схватку двух волков, что прижали уши и танцуют по кругу, выжидая намёк на нападение от врага.

Оба были наготове, оба напряжены и готовы к схватке. Слова, возможно, не выдавали этой взаимной ненависти, а вот голоса, сарказм и характерные действия... делали своё.

— Конечно, — Валера поставил дорогой коньяк обратно на полку и закрыл шкафчик. — Ахуенно, наверное, живётся на чужие бабки?

Харон хмыкнул, понимая намёк, лениво почесал щетину и закивал.

— Давай не будем ворошить прошлое. Кто старое помянет — тому глаз вон, сам знаешь, — мужчина пожал плечами и подался вперёд, хватаясь за бутылку.

— А кто забудет — тому оба. Вот конец пословицы, Харон, — ледяные слова слетели с уст пацана, и собеседник застыл, не доведя горлышко до чарки.

Они оба помнили, что случилось. Оба помнили поступок Харона. Оба помнили, но говорил об этом только один. Другой молчал, наверное, потому что понимал, что поступок этот не из лучших.

— Ну, прошлое в прошлом, — пытаясь как-то соскользнуть с темы, вновь завёл мужчина.

— Ты обманул моего отца и забрал его долю в бизнесе, — резко отрезал Туркин, — вот это всё, — он обвёл пальцем комнату, — наполовину принадлежало бы ему, а поскольку его не стало, то мне, — пацан словил его взгляд и стиснул челюсть, борясь с желанием заехать ему в рожу, — он считал тебя другом, даже братом, а в тебе заиграла жаба, и ты решил не делиться.

Харон ещё с полминуты после тирады пацана молча смотрел тому в глаза. Улыбка медленно съезжала с его лица. Отшутиться не получилось, маска невинности и доброты слетела, с грохотом разбившись.

— Слушай, щенок, не тебе взрослому дядьке рассказывать, как правильно жить, — процедил он. — В наше время выживает сильнейший, и я не виноват, что сильнее оказался я, — он вновь опрокинул чарку и зажёг новую сигарету.

Валера сжал кулаки, костяшки побелели, ногти рвали внутреннюю сторону ладони. Но он сдерживался ради неё. Ради Регины.

— Ты там про дело какое-то говорил, — он слегка скривился, вдохнул воздух через нос и схватил с тарелки кусок хлеба, сначала занюхивая его, а затем надкусывая, — выкладывай, я слушаю.

Харон прожевал кусок ржаного хлеба и посмотрел в ожидании на Валеру. Пацан шумно выдохнул и прошёлся рукой по волосам.

Странно это было — просить помощи у человека, которого ненавидишь.

— Человека тут надо одного от ментов отмазать, — начал Турбо.

Харон вскинул брови и затянулся.

— За что? — коротко спросил он.

— Убийство, — так же коротко ответил пацан.

Мужчина выпучил глаза и шокированно посмотрел на Туркина. Он прокашлялся, словно поперхнулся, и мотнул головой.

— Ну и кого вальнул этот твой человек?

— Егорыча.

— Вашу мать, — тихо выругался Харон, проведя рукой с затылка и закрыв глаза, — рассказывай всё как было.

И Валера рассказал. Выложил всё как на исповеди. Если уж обратился за помощью, то нужно говорить правду. Рассказал и про то, какой Егорыч сволочью был, и про все инциденты, и про ту страшную стрелу, где погибло двое, и про то, кто такой этот человек.

Харон лишь то и дело что закрывал ладонью глаза и тихо матерился под нос.

— Ну вы, блять, даёте, — под конец тирады Туркина сказал мужчина, — я столько за всю свою жизнь не сделал, сколько вы за несколько дней. — Он потянулся к коньяку и, заметив, что тот уже закончился, швырнул пустую бутылку на пол.

Она с грохотом разлетелась по полу, устилая его мелкими осколками.

Турбо лишь пожал плечами, обвёл взглядом разбитую бутылку и вновь взглянул на мужчину, у которого, по всей видимости, уже кипела голова.

— Ну так что, Харон, поможешь? Согласись, за тобой должок, который пришло время возвращать, — хрипло произнёс пацан и пнул ботинком кусок осколка.

Тот поднялся с дивана, схватил свою кожанку, пачку сигарет и подошёл к Валере.

— Помогу, — тихо ответил Харон, — по доброй воле. — Тот потянулся к замку на двери и, провернув его, схватился за ручку, но вдруг остановился. — Только вот интересно мне, чё там за деваха такая, ради которой ты пришёл ко мне?

— Меньше знаешь — крепче спишь, — буркнул Валера и толкнул того в плечо, — поехали.

***

Трек: Ангел|| Сергей Шнуров

Настенные часы тошно тикали, скрипели половицы, трещины в оконных рамах «укали» от сильного порыва ветра. Регина даже не раздевалась. Она включила настольную рыжую лампу, закрыла дверь на замок и рухнула на пыльный диван.

Свернувшись самым маленьким комочком, Белова вновь зарыдала. Ей было настолько страшно, настолько болело за смерть Адидаса, что не помогали даже слёзы. Спустя полчаса рыданий девушка вырубилась от бессилия. Глаза сами понемногу закрылись, отправляя её в царствие Морфея.

Стук. И ещё один. А затем целая череда стуков, что разбудили шатенку. Она испуганно подорвалась на диване и оглянулась. Вновь постучали, звук уже был более настойчивым.

Кудрявая подорвалась и выглянула в окно. Рассвет. И не только. На пороге стоял мент. Ильдар, кажется.

Сердце ушло в пятки. В голове сразу паника, в груди рвалась тревога. Регина отскочила от окна и прижалась к стенке. Закрыв глаза, она шумно выдохнула. Вновь стук. Но как они так быстро её нашли?

Белова постаралась успокоиться и придумать путь для отступления. Она не хотела сесть, а они точно пришли по этому делу. Зачем же ещё? Собравшись с мыслями, девушка медленно, пытаясь не издавать никаких звуков, подошла к окну в крайней комнате.

За забором виднелась тропа, что вела к другим домам и к главной дороге. Других вариантов не было. Если она выберется и останется незамеченной, то остальное уже пустяки. «Что-то придумаю», — подумала кудрявая и решительно дёрнула ручку окна.

Оно открылось со слабым скрипом, морозный холод ударил в лицо, отчего она слегка поежилась. Взявшись за края, кудрявая поставила ногу на подоконник и тихо выругалась под нос. Под окном была гора снега. Если она хрустнет, а она хрустнет, то мент сразу же это услышит и пойдёт проверить.

— Бежать, что ли, придётся, — тихо буркнула она, — сука.

Вдох-выдох. Полезла. Аккуратно переставляя ноги и меняя руки, она вылезла, развернулась и спрыгнула. На удивление, сугроб даже не проломился. Он попросту замёрз и превратился в лёд.

— Храни тебя Бог, казанский мороз, — почти не слышно произнесла она и потянулась, чтобы закрыть окно.

В груди разлилось облегчение, перед глазами уже горело успешное слово «победа».

Но вдруг слева она услышала хруст снега под чьими-то ботинками. Резко повернув голову на хруст, шатенка увидела молодого парня в милицейской форме.

Он шокированно смотрел на неё, служебный пистолет застыл в опущенной руке. Взгляд прикован к ней.

Регина медленно отпустила оконную раму и так же не спеша слезла с сугроба.
Бежать было поздно, Белова это понимала, но ноги сами понесли её назад.

— Стоять! — крикнул вдогонку мент и рванул за ней.

Конечно, останавливаться она не собиралась. Но и бежала девушка недолго. На пути встал Ильдар. Взялся из ниоткуда, а точнее, резко вышел из-за угла дома.

Регина врезалась в него и плюхнулась на снег, больно ударившись копчиком. Она искривилась от боли, из уст вырвался тихий стон.

— Вот так люди, — послышался знакомый голос над головой, — Регина, правильно? — Ильдар протянул ей руку и наигранно улыбнулся.

Кудрявая пару секунд посверлила взглядом его ладонь, а затем решила: лучше не сопротивляться и не агрессировать. Приняв его помощь, она встала и почувствовала, как что-то металлическое ущипнуло кожу и выскользнуло из пояса джинсов. А затем услышала звук и автоматически посмотрела вниз.

Ствол. На земле лежал её пистолет, которым несколько часов назад она застрелила человека. «Сука». Сердце мгновенно ушло в пятки. Теперь это точно конец. Падать на дурочку поздно.

Регина подняла голову и взглянула на мента, а он всё так же смотрел на эту неожиданную находку без единой эмоции на лице.

Белова незаметно для себя задерживала дыхание и замерла, ожидая хоть какой-то реакции от представителя органов.

— Чё это? Твоё, что ли? — невозмутимо спросил Ильдар и присел на корточки, чтобы поднять оружие.

Теперь дыхание девушки участилось. За пару секунд можно было насчитать больше десяти вдохов и выдохов. Она не знала, что ответить, просто следила за каждым его движением. Макушкой шатенка почувствовала чьё-то присутствие за спиной.

— Вещдок, начальник? — спросил тот, что молодой.

Ильдар поднялся и пожал плечами, рассматривая ствол.

— Поглядим. Пока у нас побудет, хозяйка не против же? — он вновь фальшиво улыбнулся, посмотрев на Регину, и протянул Токарев подчинённому.

Милиционер прокашлялся и посмотрел вдаль.

— Чё в домике делала? — обыденно спросил он. — Нам Нина Степановна, соседка, звонит, говорит, мол, домушники, — он поджал губы и развёл руками.

А Регина молчала. Не знала просто, что говорить. «Я тут от вас прячусь, ведь убила человека»? Смешно.

Мент перевёл на неё взгляд и шмыгнул носом.

— Чё молчишь? Права соседка? — Ильдар вновь улыбнулся.

Его добрый тон так не сочетался с этими словами. Эта манера общения... ловушка. Улыбка, спокойствие... Всё это располагает преступника к себе и заставляет открыться. Схема для развязывания языков. Добрый милиционер.

Белова повертела головой, отрицая то, что она прокралась в дом с целью обокрасть его.

— А зачем тогда? — так же спокойно вёл мужчина.

Молчание.

Тот ещё пару секунд помолчал, сверля кудрявую взглядом, а затем закивал, поправляя что-то на пальто.

— Молчишь? — он хмыкнул. — Ну тогда в обезьяннике посидишь до выяснения обстоятельств, — он развернулся и спиной добавил, обращаясь к подчинённому: — Грузи её.

***

Трек: Земля || Маша и Медведи

У участка сидели трое: Михаил, Света и Вахит. Света плакала своему парню в плечо, её плечи содрогались от всхлипываний. А Вахит смотрел вдаль, медленно потягивая сигарету.

Михаил. Он зажал между пальцами сигарету и закрыл ладонями лицо. Голова уже кипела.
Он не знал, как вытащить Регину, которая стала ему второй дочкой. Не мог он оставить её, даже зная, что она убила человека. В голове он перебирал всевозможные варианты, ведь один, который казался стопроцентным, не прокатил.

И теперь они, так сказать, у разбитого корыта. Больше связей, которые могли бы помочь в такой ситуации, не было. Но Миша пытался, сушил голову, выжимая из неё всё что только можно.

Внезапно ко входу подъехала служебная машина. Миха автоматически или из-за простого интереса подвёл взгляд. Со стороны водителя вышел знакомый мент, затем ещё совсем зелёный помощник.

Парнишка шустро выскочил из машины и подошёл к задней дверце. Открыв её, тот схватил кого-то за руку и выволок на улицу.

Регина.

Увидев её, Серый подскочил со ступенек и автоматически ринулся к ней, но потом мозг остановил его, и он застыл наравне с Зимой. Светлана выглянула из-за плеча Вахита и ахнула, заметив знакомые кудряшки.

— Регина! — вскрикнула Морозова и так же кинулась к подруге, но Зима её остановил, схватив за предплечье.

Белову повели ко входу, держа её руки за спиной. Шатенка лишь кинула на них взгляд, полный боли и страха, а затем скрылась за дверью не по своей воле.

— Сука, — тихо выругался Серый и зло швырнул окурок в сторону.

Следом подъехала ещё одна машина. Дорогая. Мерин. Они не обратили на неё особого внимания, пока оттуда не вывалился Валера с каким-то незнакомцем.

Света сразу же кинулась к нему, крича:

— Регину задержали!

Туркин сдвинул брови и глянул на Зиму. Друг кивнул, подтверждая слова блондинки. Сзади Валеры встал удивлённый Харон.

— Уже? Чё-то не похоже это на наши органы. Уверены, что её за подозрение в убийстве задержали? — спросил мужчина, смотря на Светку.

Девушка боязно пожала плечами. Этот мужчина вызывал у неё страх. Небольшой, но страх.

— А за что же ещё? — тихонько спросила она, кидая вопросительный взгляд на Турбо.

Харон пожал плечами и поджал губы.

— Сейчас узнаем, — он двинулся ко входу, а затем затормозил, увидев Михаила.

— Старик, сколько лет, сколько зим! — Харон протянул руку для приветствия, но Серый даже руки из кармана не достал.

Он окинул мужчину ледяным взглядом и с презрением посмотрел на его протянутую руку.

— Не делай вид, что мы закадычные друзья, Харон, — выплюнул Миша, — мы с тобой не на хорошей ноте разошлись.

Харон неловко улыбнулся и спрятал руку в карман.

— Ну, — на выдохе и с улыбкой начал он, — кто старое помянет — тому глаз вон, — кажись, эта пословица его любимая.

Больше Михаил ничего не сказал. Харон постоял пару секунд и вновь пошёл ко входу.
Светка, что всё ещё стояла рядом с Валерой, дёрнула его за рукав, обращая на себя внимание.

— Кто это, Валер? — тихо спросила блондинка.

Турбо глянул на девушку и буркнул сквозь сигарету в губах:

— Знакомый, — чиркнув спичкой, он зажёг сигарету и плотно затянулся, — поможет Регину вытащить, — сплюнув в сторону, добавил он. — А это кто? — кудрявый кивнул на Мишу.

— Он там какой-то друг семьи Регины, помогает ей, — ответила Морозова. — Мы не могли сложа руки сидеть, поэтому решили к нему обратиться. Только вот не получилось у него ничего, — грустно закончила она.

Туркин лишь кивнул и затянулся, сверля взглядом мужчину. Он-то знал, что всё уже почти решено, поэтому совсем не волновался.

Только вот на душе как-то погано было.

Совесть грызла его. Предал отца, обратился к его врагу... Долго он будет себя за это корить. Хотя... наверное, до того момента, пока не увидит свою Морошку.

Минут пятнадцать они молча стояли у участка. Утренние лучи солнца постепенно будили жителей Казани. Улицы не спеша наполнялись людьми, все куда-то спешили.

Кто на работу, кто домой после ночной смены. А кто-то ещё даже не побывал в своей кровати. Кто-то сутки стоит на ногах и даже не просто стоит, а нервничает, переживает, решает, переступает через свои принципы, плачет.

Спустя двадцать минут входная дверь громко скрипнула, из неё вышел Харон, а затем и Белова, что копошилась, пряча ствол в пояс джинсов.

Света радостно взвизгнула и ринулась к подруге, зажав ту в крепких объятиях. Регина же, казалось, прижимала Морозову даже сильнее.

Вроде всё наладилось, но... осталось очень большое «но». Разбитая Наташа, что потеряла жениха, и Марат, что потерял старшего брата, который был для него примером для подражания. И ребятам нужно с этим всем справиться. Каждого поддержать, вытащить из этого траура. Им предстояла длинная дорога, полная боли и мучений.

А сейчас они радовались этой победе. Вопреки всему они справляются. Вместе. Они справятся, просто это будет невыносимо больно.

Харон вставил сигарету в зубы и с победной ухмылкой шагнул к Валере, отводя того на пару слов.

— Как ты это сделал? — спросил кудрявый.

Мужчина прикурил сигарету и хмыкнул, туша спичку.

— Братки Егорыча не хотят сесть за убийство вашего, вот и договорились. А менты — это так, — он характерно подмигнул и цокнул, — пустяк. Просто надо уметь договариваться, Туркин, — тот закачал головой. — Ты слишком принципиальный, что однажды тебя погубит.

Турбо криво улыбнулся, собираясь уже что-то ответить, но вдруг передумал и промолчал. Находиться рядом с этой гнидой он больше не хотел, поэтому дёрнулся в сторону, собираясь уйти, но Харон остановил его за плечо.

— Не спеши, не договорили ещё.

Валера, стиснув зубы и сжав кулаки, вернулся на место. Костяшки прямо-таки чесались, чтобы заехать тому по роже. Пацан не знал, какие силы помогают ему сдержаться.

— Думаю, за мою помощь ты теперь должен мне услугу, — хитро проговорил Харон.

Пацан опешил. Он выпустил издевательскую насмешку и вопросительно посмотрел на мужчину. Он же несерьёзно?

— А я думаю, что твоя помощь ещё очень далека от количества того, что ты задолжал моему отцу, — выплюнул с ненавистью Турбо.

Мужчина затянулся и улыбнулся, выпуская дым через нос. Но через пару секунд его оскал исчез. На лице ни одной эмоции, но глаза так и стреляли злобой в сторону кудрявого.

— Возьми на место старшего моего пацана, — сказал он и харкнул в сторону.

Даже не задумываясь, Валера ответил:

— Нет.

Он хотел вновь забыть на долгое время про него, а не видеть его людей среди своих пацанов и чаще встречать его рожу. Не хотел подставлять пацанов. Ведь знал, что это вновь его хитрые мутки.

Не просто так он хочет втолкнуть своего в их круг.

Харон закивал и почесал переносицу. Теперь уж между ними вновь царило напряжение. Ненависть и раздражительность сочились с каждой стороны.

— Значит, возьму твоей девахой. Сейчас попрощаешься или дать вам денёк на потрахаться по доброте душевной? — мужчина взглянул на Белову, которая уже обнималась с Михаилом, и мягко улыбнулся. — Красивая, — он извращённо облизнул губы. — Знаешь, в чём твоя проблема? Ты показываешь свои слабые стороны. Так же сделал твой отец, — издевался тот.

Турбо был на пределе. Харон задел сразу две его слабые стороны: отца и Регину. Желваки заиграли на лице, дыхание стало рваным.

— В общем, или она, или пацаны. Выбирай и помни, что я всегда добиваюсь желанного, — Харон проронил злую ухмылку, бросил окурок в снег и резкими шагами направился к своей машине.

Мой тгк: Кошка\\jazdlks
Тт: jazdlkss