[не] идеальная гармония

Я проснулся очень рано, несмотря на выходной день (час дня довольно раннее время, учитывая мое состояние после вечеринки). Джин поселился у меня в доме сегодняшним утром. Точнее будет сказать, что двухэтажное здание в центре Манхэттена принадлежало моим родителям. Однако я жил тут дольше моего брата, поэтому считал дом практически своим. За время моего проживания здание ни разу не подвергалось опасности оказаться непригодным для жилья (не считая одного наводнения, когда я забыл выключить воду в ванной). Очень надеюсь, что папа учтет этот факт при составлении завещания.

Джин сидел на кухне и уплетал за обе щеки фруктовые колечки, при этом не смешал их в пиале с молоком. Вместо этого он ел колечки из упаковки и запивал содовой, не отрываясь от своего телефона. При виде меня он укоризненно покачал головой:

- Причешись! Ты позоришь нашу семью своими патлами...

- У меня все в порядке с волосами - буркнул я, но все же намочил руки у раковины, и попытался пригладить непослушные пряди.

- Сама изящность - цокнул Джин, возвращаясь обратно к телефону.

Вот в этом есть одна из наших отличий с братом. Ему прямо-таки необходимо выглядеть на одиннадцать баллов из десяти с утра. Он предельно аккуратный и чистоплотный настолько, что иногда я его жалею. Вы только представьте себе, какой ад творится у него в голове, когда он видит раковину с грязной посудой или кривой коврик у соседей. Однажды в Сеуле он на Солляле мыл посуду, пока мы все праздновали. Бедный парень. Хотя сейчас Джин уже не такой дотошный, как раньше (это мои молитвы были услышаны небесами).

А вот я считаю, что нечего так париться о внешности, если не нужно никуда выходить. Тем более мои волосы все равно не такие послушные, как у моего братца (я уже смирился с этой генетической несправедливостью).

- Что ты там так внимательно читаешь? - спросил я у него, присаживаясь напротив.

- Изучаю расписание - ответил Джин, наливая мне сока. - Мы с тобой в разных группах. Я не смогу присматривать за тобой, малыш Тэхен.

- Да, какая жалость - закатил я глаза, потянувшись к апельсину. - Как же я обойдусь без тебя?

Джин фыркнул от смеха. На самом деле мы обе были довольны, что находимся в разных группах. Если будем находиться рядом не только дома, но еще и в Джульярде, то точно сойдем с ума. Перерыв в общении просто необходим родственникам.

- Кстати, эта Пак Суен довольно страшная - вспомнил Джин вчерашнюю встречу. - Знаешь, кого она мне напомнила? Нашего отца в моменты ярости. Прямо копия...

- Не разрушай мое впечатление о Суен! - перебил я его, кинув в него фруктовым колечком. - Она вовсе не похожа на папу.

- А вот и похожа! - настаивал братец с упрямым видом. - Она меня вчера так допрашивала на кухне, что я без задних мыслей честно отвечал ей. Эта Пак Суен... необычная девушка. Я имею в виду, было очень странно, когда меня допрашивал Смурфик.

- Она была Растяпой из Смурфиков - улыбнулся я, вспомнив ее. - Суен очень милая, когда узнаешь ее ближе. Она не такая резкая обычно...

Джин улыбнулся, и у него появилось то самое противное выражение на лице «Я знаю что-то, чего ты не знаешь». Он раньше дразнил меня этим в детстве, когда знал местонахождение шоколадных печений мамы, а я нет.

- Она тебе нравится? - спросил брат с ухмылкой. - Ты поэтому отшил Чудо женщину?

- Нет! Не неси чуши - фыркнул я, отпив глоток сока. - Суен из тех девушек, которым нужно все серьезно и надолго. А меня это не интересует. Я просто хотел узнать причину ее ненависти к тебе. Если бы знал, что ваша история такая скучная, то ушел бы с Нэнси. Хотя позже я все-таки развлекся с Беттани...

- Избавь меня от подробностей - поморщился Джин, хрустнув очередным колечком. - Твоя личная жизнь такой бардак.

- Да-да, конечно - закатил я глаза, поднимаясь со стула. - В общем, добро пожаловать домой. И не забудь приготовить мне тех димсамов по маминому рецепту.

С этими словами я потопал к своей комнате. На самом деле, Джин был более скрытным в плане личной жизни. Он почти никогда не рассказывал мне о своих девушках, но однажды в старших классах хандрил из-за расставания. А вот я не из тех, кто скрывает свою жизнь от других. Если есть чем похвастаться, то не скрывай это - мой девиз по жизни.

***

Я направлялся в кафетерий, когда из одного кабинета вышла заплаканная Суен. Она прижимала к груди стопку книг и шмыгала носом. Было очень непривычно видеть ее в таком состоянии. Пак не плакала ни разу за время нашего знакомства, поэтому я предположил худшие варианты (например, смерть ее хомячка или наезд Нэнси).

- Суен, почему ты плачешь? - обеспокоенно спросил я ее, положив руку ей на плечо. - Что-то случилось? Я могу помочь тебе?

Я через ее плечо успел увидеть Джина, который сидел на одном из стульев.

- Мой брат тебе что-то сказал?! - начал я закипать от злости. - Он полный идиот! Если он действительно тебе сказал что-то...

- Не смей говорить ничего плохого о Джине! - гневно посмотрела на меня Суен. - Это святой человек! Он стольким пожертвовал ради тебя. Как ты можешь его ругать?

Стоп! Когда это мой брат успел превратиться для нее из заклятого врага в ангела? Судя по всему, это случилось за одно несчастное утро.

- С чего это ты решила, что он святоша? - фыркнул я, отпуская ее плечо. - Что он тебе сказал?

- Джин пожертвовал своими интересами ради тебя - растроганно произнесла Пак с блестящими глазами. - Ты ведь знал, что он решил бросить пианино и поступить в Стэнфорд ради тебя? Это для того, чтобы ты мог продолжать изучение музыки...

- Что за чушь ты несешь? - закатил я глаза, открыв дверь кабинета. - Джин хен! Топай сюда. Нельзя же так обманывать людей.

Я не мог поверить, что братец так подставил меня. Хотя он всегда был тем еще жуликом, но это было слишком. Ситуация с его поступлением в Стэнфорд имела интересную историю, но уж точно не такую, какую он рассказал Пак.

Джин подошел к нам с хитрой улыбкой. Он слегка виновато сказал Суен:

- Возможно, я немного преувеличил эту историю...

- Да ты переврал все факты, хен - укоризненно произнес я, обратно поворачиваясь к Суен: - На самом деле, это было решением судьбы. Наш папа хотел, чтобы хоть один из нас последовал по стопам наших родителей. Они знали, что это невозможно, но все равно хотя бы для виду нужен был один умный ребенок в семье. И мы с братом должны были решить: кто же будет тем неудачником, который возьмет год перерыва...

- Ты имел в виду, что я в итоге стал твоим спасением! - вмешался Джин с натянутой улыбкой.

- В общем, мы решили этот вопрос нашим методом - продолжил я, не обращая внимания на родственника. - Мы с Джином сыграли в «камень-ножницы-бумага». Он проиграл, так что я поступил в Джульярд. И вот это и есть правда.

Я с чувством выполненного долга посмотрел на Джина, который кивнул для подтверждения мой истории. Суен выглядела абсолютно сбитой с толку.

- Подожди-ка - выдавила из себя Пак, посмотрев мне в глаза. - Ты хочешь сказать, что вы решили такой важный вопрос таким глупым способом? И на месте Джина мог быть ты?

- К твоему сведению, я мог изучать экономику и бизнес в Нью-Йоркском университете - раздраженно ответил я, оскорбленный ее удивленным тоном. - Может, я и выгляжу легкомысленным дурачком, но уж точно не глупее хена.

Суен смущенно опустила глаза, а Джин хмыкнул:

- Хорошо, что ты и сам признаешь, каким дурачком выглядишь.

- Джин хен, отойдем-ка на два слова - позвал я его, отходя от Суен.

Братец последовал за мной, и тут же сказал с раскаивающимся видом:

- Ну, извини меня. Просто Пак Суен оказалась такой милашкой. Как я мог устоять перед ней?

- Ты же говорил, что она страшная!

- Извини меня, но как я мог разглядеть ее настоящую внешность через костюм Смурфика и синюю кожу? - запротестовал Джин, хлопнув меня по плечу. - Ладно, мне пора к преподавателю Браун. Вечером я приготовлю тебе овощное рагу, так что не дуйся.

Мой брат повернулся к Пак, и помахал ей на прощание:

- Увидимся еще, Суен! Я слегка преувеличил правду о поступлении в Беркли, но про свои вкусные плюшки с шоколадом не врал. В следующий раз я угощу тебя.

Я ожидал, что она разразится руганью в его адрес и отправит подальше, но Пак вместо этого мило улыбнулась и кивнула. Очень разочарованный таким исходом событий я подошел к ней.

- Ты так просто купилась, Плюшка Пак? - возмущенно спросил я, похлопав ее по голове. - Он же соврал тебе. Ты это понимаешь?

- Да, но я ведь раньше сорвалась на него - пожала плечами Суен. - Я не имею права злиться на человека, которого ранила своими резкими словами. Ты это понимаешь?

Последнее предложение она спросила тем же снисходительным тоном, что и я раньше.

Я фыркнул со смешком, и приблизился к ней на расстоянии нескольких сантиметров. Суен очень сильно смутилась и залилась краской. Она поспешила отодвинуться от меня, и чуть не упала. Однако я успел подхватить ее за талию и притянуть к себе. Я ожидал, что Суен повиснет у меня на шее (как другие нормальные девушки), но вместо этого она шлепнула меня по лбу рукой, и отодвинулась со словами:

- Предупреждай меня, прежде чем набрасываться так резко! И убери свои руки.

- Так я могу набрасываться так на тебя, если предупрежу? - ухмыльнулся я, обратно сокращая расстояние между нами.

- Конечно, нет! - вспыхнула Суен, сделав шаг назад. - Это было просто... предупреждение такое. В общем, будь добрее к брату. Он все равно принес свою мечту в жертву ради тебя. А тут еще и я вчера наброс...

- А передо мной тебе совсем не стыдно? - выпалил я с раздражением. - Ты меня оскорбила больше, чем моего брата.

- Ты о чем? Когда это я тебя оскорбила?

Вот черт! Вообще-то я не хотел этого говорить ради гордости, но уже выпустил кота из мешка, так что было поздно отнекиваться.

- В день нашей первой встречи - ответил я, сделав небольшую паузу. - Ты сказала, что я не кореец. Ты назвала меня американским корейцем, а по твоим словам «это не одно и то же». Так по-твоему я фальшивка и чужак?

- Я так сказала? - ужаснулась Суен, поднимая на меня виноватый взгляд. - О господи! Извини меня... В тот день я сорвалась и не имела в виду то, что сказала. Конечно, ты настоящий кореец! Извини меня, пожалуйста. Иногда я сама не понимаю, что болтаю. Что мне сделать, чтобы ты меня простил?

Я некоторое время раздумывал, а потом произнес:

- Научи меня быть настоящим корейцем. Я отменяю наши уроки скрипки, потому что Джин хен приехал, и он сыграет на виолончели на свадьбе нашей кузины. Так что вместо этого... покажи мне свой образ жизни. Я хочу посмотреть на то, как ты жила в Сеуле.

- Но ты итак кореец, что бы я там не ляпнула! - возразила Суен, но сдала позиции под моим решительным взглядом: - Ладно, если ты так хочешь, то я покажу тебе жизнь из Сеула. Хотя различий особенно нет... Еще раз извини меня. Я даже не помню, что говорила тебе такие ужасные вещи.

Суен выглядела такой милой и виноватой, что я ободряюще ей улыбнулся:

- Тебе не нужно чувствовать себя такой виноватой! Я не так уж сильно и переживал. Могу тебя заверить, что не рыдал ночью в подушку из-за слов одной ненормальной девушки с агрессивными навыками вождения. Серьезно, тебе нужно пересдать свои права. Ты худший водитель, которого я встречал.

- Я не так уж и плохо вожу - буркнула Пак, надув губы. - Просто в тот день спешила.

Я подошел к ней и потянул ее за руку в кафетерий:

- Пошли, пообедаем, Плюшка Пак. Может, во время обеда я помогу тебе вспомнить некоторые важные правила вождения? Например, «не наезжай на машины»...

- Нормально я вожу! - взорвалась Суен, но все же послушно шла со мной в кафетерий: - Вот как-нибудь покажу тебе, как круто я вожу. И перестань называть меня «плюшкой».

- Ладно, больше не буду - похлопал я ее по голове свободной рукой. - А что ты хочешь на обед, Плюшка Пак?

- Ты же сказал, что не будешь называть меня так! - напомнила мне Пак с негодованием.

- Я сказал, что не буду называть тебя «плюшкой». Но ты не просто «плюшка», а единственная и неповторимая Плюшка Пак. Ты не запрещала мне так себя называть...

Суен не выдержала и рассмеялась вместе со мной, но секундой позже вырвала свою руку. Я пытался с ней говорить, но она притворялась глухой, хотя в кафетерии все-таки прервала свое молчание. Обычно я не вел себя так с девушками, но дразнить ее было слишком весело, чтобы я мог остановиться. Мне с каждым днем хотелось проводить с ней больше времени. Ну, почему мой сосед по дому Джин, а не забавная Плюшка Пак? Вот тогда бы у меня была действительно веселая жизнь.