Манящий сирин

– Прошу тебя,  пойдём, здесь холодно. – Настойчиво просил Саша.

Он пришел практически сразу после звонка и уговаривал парня подняться с ледяного асфальта.
Володя помутнённым взглядом окинунул его с ног до головы.

– А ты быстро, прискакал на помощь, как настоящий герой.

– Хватит уже шутить,  ты вообще представляешь, что могло с тобой произойти?! – Сердился Лавров.

– Как приятно,  что ты волнуешься обо мне. – Поёжился парень от прохлады, проникающей через ткань куртки. – Значит тебе не всё равно.

– Сколько ты вообще употребил?  Ведешь себя,  как дурак.

Володя пожал плечами. Саша глубоко вздохнул, чтоб снова не закипеть и взял того за плечо.

– Пошли, говорю, мне лень с тобой тут возиться.

Подняв парня с пола он поддерживая его за плечо двинулся по дороге.

– Тебе не всё равно, я то знаю. – Повторил свои слова Володя,  крепко ухватившись за шею одноклассника и вдыхая его запах.

Всю дорогу они шли тихо. Володю шатало, но он устойчиво захватил стройную шею парня, который уже наверняка устал тащить его на себе.

– Где ты живёшь?

– Еще немного осталось, там за углом. – Кивнул одноклассник.

– Да,  точного адреса я и не ждал от тебя услышать.

Пошарившись по карманам Селиванов достал оттуда ключи и открыл железную дверь пятиэтажного дома. В подъезде воняло ссаньём, куревом и едкой краской. Видимо недавно обновили стены, но лучше явно не стало.

– У вас все время так пасет? – Закашлял Саша,  прикрывая нос рукавом,  чтобы поменьше вдыхать эту поносную вонь.

– А как ты хотел,  это тебе не пятизвёздочный отель и не престижный коттедж.

– Ну у меня то получше будет, а хата такая же!

– Везет. – Хмыкнул Володя,  добравшись до пятого этажа.

Открыв дверь парень скинул обувь и пригласил Лаврова.
Тот не желал вдыхать еще несколько секунд запах вонючего подъезда и поскорее прошел внутрь.

– Что? Хочешь пригласить меня на чай?

– А почему бы и нет?

– Заманчивое предложение,  но воздержусь. – С сарказмом ответил Саша.  – Тем более я уже довел тебя до дома, так что...

– В этой квартире отказы не принимаются. – Прошептал Селиванов и закрыл дверь на замок. – И да,  чай, к сожалению, придется отменить, потому что мать уже спит. Снимай ботинки, покажу тебе свою комнату.

Лавров сдавшись уговорам проследовал вглубь квартиры. Володя жил скромно,  почти, как и все в этом запущенном городке. Квартира пропахла старыми вещами, половицы скрипели на каждом шагу, так что пройти тихо было просто не возможно. Включив тусклый голубой ночник в виде звёздочки Володя сел на заправленную кровать и задал вопрос.

– Куда ты поступишь после школы?

– В наш техникум, хотел в Москву после одиннадцатого, но отец против, не хочет, чтоб я уезжал. – Соврал Саша,  не желая говорить о финансовых трудностях. Деньги решают всё, а с ними парень смог бы оплатить общагу в столице. И вообще всё бы мог.

– Ясно.

– А ты?

– Не знаю. Столько всего навалилось. – Парень грустно пытался выдавить улыбку.

Саша вопросительно на него посмотрел и осторожно присел рядом, ждя продолжения ответа.

– Да там семейное... – Отмахнулся Володя.  – Мечтал переехать учиться поближе к отцу,  но жизнь сучка наказывает. Мать заболела раком почек,  я не могу её оставить.

Лавров потёр глаза от не столь приятной информации. Затем положил руку на плечо и прошептал.

– Это из-за неё ты так упоролся?

– Нет. Там другое, Саш. – Володя отвел глаза в сторону, пытаясь не расклеиться.

Только сейчас парень заметил на лице одноклассника ссадины. С щеки текла кровь,  бровь была разбита.
Лавров подскочил и врубил свет  убедиться, что глаза его не обманули.

– Что с лицом, ты выглядишь очень хреново.

– Тихо,  не суетись, мать разбудишь. – Володя зажмурился от света.

– У тебя есть аптечка? Где она лежит? – Саша забегал по комнате в поисках лекарства.

– В тумбочке сто лет назад где-то валялась,  сейчас может и не быть.

Парень успешно нашел пластиковую коробку с бинтами и другими средствами и присел рядом, осматривая лицо.
Володя был весь в царапинах и синяках. Возмущался, отмахиваясь, что на нём заживает,  как на собаке.

– Тебя классуха погонит к директору,  будут разборки,  ты этого хочешь? – Лавров достал вату,  смочил йодом и поднес к раненной брови.

Володя жмурясь зашипел.

– Потерпи и не ной, как баба.

– А по аккуратнее можно?

– Спасибо не хочешь мне сказать?

– За что ещё?

– Ну например, хотя бы за то,  что тащил тебя пятнадцать минут до твоего дома. Это так, для начала.

– Тебя никто не заставлял.

Саша с силой прижал вату к кровоточащему месту Селиванова, что тот снова заскулил.

– Ладно,  ладно. Спасибо тебе. – Послушно прошептал парень,  ойкая от боли.

Закончив обрабатывать раны Лавров убрал аптечку обратно в шкаф и хотел уходить.

– Останься ещё ненадолго. – Печально посмотрел парень. – Прошу.

– Как ты меня замучил,  Селиванов.

Саша выключил большой свет, оставив только ночник и сел рядом.
Атмосфера была, что и в тот вечер,  когда Володя оставался у него в комнате. Это напоминало о тёплых ненавязчивых эмоциях, которыми пропиталось то время.
Но длилось оно недолго,  пока Лавров не выставил того из своей квартиры. Случился небольшой казус для двоих. Вскоре он забылся,  но сейчас в Сашиной голове ярко вспыхнул тот момент,  когда парень потянулся к его лицу. При этой мысли Лавров покрылся краской и отвел глаза в смущении.

– Ты такой обворожительный, когда стесняешься. – Володя прилег, подпирая затылок руками,  всё ещё продолжая смотреть.

– А ты не думал,  что парням такое говорить неуместно, – повернулся Саша, – или под наркотой и алкашкой это нормально?

– Возможно, второе. – Селиванов почесал нос от наступившей зевоты. – Но я пока не уверен. Останешься у меня сегодня?

Володя перевел тему и сказал,  что места хватит на двоих.

– Гонишь что-ли, что я скажу отцу, да и неловко мне...

Саша замялся,  неуверенно раздумывая над предложением. В ту же секунду одноклассник обхватил парня и потянул на себя.
Они плюхнулись на кровать.

– Эй,  что творишь,  с ума сошел! – Шепотом закричал Саша, высвобождяясь из чужих рук, но крепкие объятия не давали ему этого сделать.

– Согласишься, так уж и быть,  отпущу. – Игриво произнес парень.

– Ладно,  ладно,  твоя взяла.

Саша немедленно вылез из цепких рук одноклассника и возмущенно на него зыркнул. Володя поймал себя на том,  что под голубым светом глаза Лаврова выглядет потрясающе, а мягкие волосы мило распались по лбу в виде сердца, как это бывает у людей с небольшой челкой. Обворожительный румянец придавал ему еще большей привлекательности.
И тут Селиванов,  возможно, сделает большую ошибку, из-за которой есть вероятность потерять этого человека. Он притягивается к лицу смущённого парня и мягко касается его губ. Ждя пощёчины он зажмуривается, но ничего такого не следует. К его великому удивлению Лавров неуверенно отвечает на поцелуй, переминая его губы.
С нежного прикосновения они переходят на быстрый темп, сбивчиво дыша. Как раз в этот момент на кухне слышаться шаги. Кажется, мама встала налить воды.
Они резко отстаняются от друг друга. Сердце болит от стремительного стучания. Саша бегает глазами, приходя в себя от волнения,  но Володя тут же охватывает его шею поцелуями,  касаясь руками голого живота под тостовкой. Они импульствно снимают с друг друга одежду,  поддавшись эмоциям. В потоке возбуждения Володя укладывает парня на кровать и принимается растягивать ширинку. В смятении Саша вздрагивает и сбивчиво шепчет.

– Что ты задумал?

– Увидишь. Или почувствуешь. – Коротко отвечает парень и понимается за дело,  водя рукой по приподнятому стволу.

Саша вскрикивает,  прикрыв рукой рот. Разум мутнеет, а тело поддается ласкам. Володя тоже не обделяет себя и параллельно снимает трусы. Без стеснения трогает себя внизу, прикрыв глаза от удовольствия. Только щас он замечает сбоку живота Лаврова еле выделяющуюся татуировку. Разглядев он понимает,  что на ней изображена птица с человеческой головой. Задать вопрос неудаётся из-за внезапной дозы эндорфина. Они оба кончают и без сил падают на кровать, восстанавливая дыхание. Укрывшись одеялом через несколько минут их ждет крепкий сон.

* * *
В этот раз глава получилась чуть длиньше,  чем обычно. Мне немного неловко было её писать,  но без такого момента,  как сексуальное влечение нельзя обойтись, ведь это любовь, к тому же не гетеро.