Чудовище Линтерна (вторая книга)

Арон стоял у двери в комнату Геллы, откуда доносился шелест пергамента.

— Она не хочет с нами разговаривать, – пролепетала Софи, чуть поежившись. – Поговори ты с ней.

— Почему ты решила, что меня она станет слушать? – удивился он.

— Мне кажется, что ты оказываешь на нее влияние.

— Я бы не рассчитывал на это.

Дверь чуть скрипнула, в комнату вошел Арон.

— Здравствуй, – сказал он, закрывшись за собой.

Гелла сидела за своим письменным столом и листала страницы потрепанной книги, изредка делая заметки скрипучим пером. Оставшаяся часть комнаты была все так же разгромлена.

— Гелла, – Арон подошел чуть ближе. – Тебе нужно отдохнуть.

Она продолжала судорожно перелистывать одну страницу за другой. Арон обратил внимание на кровать Геллы, которую она все же поставила на место. Там разлеглись грифон и бинкат на его спине. Из – под крыла грифона показывалась лисья мордочка.

Арон взглянул на Геллу. Глаза ее были покрасневшие, а круги вокруг них совсем синие. Дверь вновь скрипнула, но Гелла и ухом не повела. Вошла Софи с большой кружкой, от которой шел пар.

— Выпей шиповника, он поможет заснуть, – тихо сказала она. – Гелла, ты уже четыре дня так сидишь.

— Я смогу лечь спать только тогда, когда найду решение. А сейчас либо помогите, либо не мешайте.

Арон жестом показал Софи, что он сам справится здесь, и она, поставив кружку на стол, вышла.

— Что это за слово? – прохрипела Гелла.

— Где? – Арон встал с кресла и наклонился над книгой.

— Вот, – указала она на старые иероглифы. – Вот это, длинное.

— Оно не переводится, я думаю... – Арон хмыкнул. – Но оно означает что–то вроде «мутировать».

Гелла захлопнула книгу и убрала ее на пол, затем достала новую и открыла первую страницу.

— Ты прочла все это? – пробормотал Арон, оглядывая горы книг, что стояли на полу.

— Да, – Гелла чиркнула по пергаменту пером.

— Гелла, – Арон поправил очки. – Я не хочу говорить этого, но...

— Так не говори.

Он опешил.

— Знаешь что, Арон? Это другой мир, здесь другие правила. Здесь есть магия, которая поможет мне, ясно?

— Не поможет. Здесь так не выйдет сделать.

— Я буду пытаться, пока не получится. Мне все равно.

— Гелла, – Арон чуть присел, чтобы посмотреть ей в глаза. – Посмотри на себя. Ты уже ничего не соображаешь. Сколько ты спала? Что ты ела?

— Либо помоги мне, либо не мешай.

— Я и хочу помочь. Тебе нужно просто...

Он замолчал.

— Гелла, – тихо сказал парень. – Тебе нужен отдых.

Гелла опустила голову и сжала пергамент в руках. Плечи ее задрожали.

— Этого не должно было произойти, – выдавила она, закрыв лицо руками. – Как так могло выйти?

Ее горло словно сжимали чьи–то руки, перекрывая кислород. Резко встав, Гелла сбросила все книги на пол. Страницы зашелестели, вылетая из – под обложек и медленно падая на ковер, залитый горячим шиповником.

— Я ненавижу своего отца! – руки ее вспыхнули голубым пламенем. – Я ненавижу Монтистен!

Огонь перешёл на ее волосы и спину. Слезы скатывались по щекам.

Она села на колени, сжимая кристалл на ее шее. Арон так же сел рядом и положил одну руку на ее плечо.

— Помоги мне! – просила она, рыдая. – Помоги, Арон! Сделай что-нибудь!

Она уткнулась лбом в его грудь, то и дело вздрагивая. Она плакала громко, утирая слезы. Арон обнял ее за плечи.

— Лучше просто убей меня! Я не могу так!

За стеной сидела Софи и тихо всхлипывала, но услышав крики Геллы, закрыла лицо руками и громко разрыдалась, уткнувшись в Августа, который прижимал ее к себе.

— Почему ты здесь? – выдавила Гелла сквозь слезы. – Какая тебе польза от этого? Почему ты это делаешь? Я так ужасно поступала с тобой. Почему ты так добр ко мне?

— Прости меня.

Она притихла, лишь тяжело дышала.

— Что? Почему ты...

Гелла взглянула на Арона, а тот лишь прижал ладонь ко рту и испуганно смотрел в никуда.

— ... извиняешься?

Голубое пламя, что охватывало ее, начало медленно гаснуть. Из его глаз полились слезы, а голос задрожал.

— Прости меня, Гелла.

— За что? За что простить?

— Я...

Он уставился на Геллу.

Бледная, с пустыми глазами и дрожащими руками.

Арон достал из кармана голубой кристалл, осколок. Гелла удивилась.

— Еще один? Откуда у тебя...

Не успела она договорить, как Арон положил ей руку на щеку, и она заснула, упав ему на грудь.

— Все будет хорошо, - тихо сказал он, спрятав камень, и вытерев глаза.

* * *

—Ну? Что? – Софи и Август сидели в большом зале.

— Спит, – Арон уселся рядом и подвинул очки на носу.

Софи облегченно вздохнула, держа Августа за руку.

— Спасибо, – она приложила ладонь к голове и легла на стол.

Большой зал пустовал.

— Арон, у тебя тут, - Август взглянул на его щеку. - Ожог.

— Где? - он прикоснулся к правой щеке.

— Ай.

— Дай-ка.

Август зажег кристалл и поднёс ладонь к ранению.

— Спасибо, Август, - Арон потёр заживленное место.

— Угу, - тихо ответил он, кивнув.

— Не думал, как это тяжело. Говорить такое людям, – Арон сложил руки на столе. – У нее был нервный срыв. Снова. Я не узнаю ее. Это так страшно, то, что случилось в Линтерне...

— Это ужасно, - Софи прикрыла личико руками. – Я до сих пор не верю, что все так обернулось.

— Это моя вина, - Арон поправил очки. – Если бы я остался с ним, то помог.

— Если из нас кто и виноват, то все, - тихо сказал Август. – Мы обещали Гелле, что присмотрим за ним.

— Я думаю, сейчас ей лучше отдохнуть, – сказала Софи и встала из – за стола. – Проверю, как она там.

Покинув большой зал, Софи поднялась наверх. Тихо постучавшись в комнату Геллы, она приоткрыла дверь. Комната пустовала. Геллы не было ни за столом, ни на кровати. В камине догорала одна из книг Геллы, и плавился оловянный маленький дракон.

— Вот только этого сейчас не хватало, – Софи выбежала из комнаты и направилась к мальчишкам.

* * *

— В каком смысле «сбежала»? – удивился Август, расставляя книги по полочкам в мастерской.

— Зачем ей это? – Арон копался в ящике с инструментами. – Может, вышла куда?

— А вещи свои сожгла зачем? – Софи присела на стул. – Ее даже не найти теперь.

— Значит, придется ждать, когда сама объявится. Видимо, она решила побыть одна, – ответил Арон. – С ней все будет в порядке. А пока что, у меня есть небольшая идея насчет Геллы. Помнишь, Август, она говорила, что хочет и себе какое – то оружие, чтобы защищаться?

— Да, – волшебник кивнул. – Говорила, что хочет, чтобы оно было полезно как в ближнем, так и в дальнем бою. А что? Ты что – то придумал?

— Думаю, да. Помоги мне с этим.

Арон встал из – за стола и вытащил из нижнего ящика несколько пластин из металла.

— Как вы можете просто сидеть здесь, когда она там одна? – возмутилась Софи.

— Слушай, – Арон вновь поправил очки. – Как по мне, так она ясно дала понять, что хочет уединиться. Если мы начнем ее искать, то Гелла только расстроится. Она не хочет сейчас быть в компании. И я ее понимаю. С ней все будет хорошо, она может вернуться в любой момент, у нее есть кристалл. Не волнуйся.

Софи тихо вздохнула.

— Гелла привыкла добиваться своих целей, сколько я ее помню, она всю жизнь была такой упорной. Если она чего – то хотела, то прикладывала все свои усилия и получала это. А сейчас... – она поджала губы, чувствуя, как глаза намокают. – Сейчас они хочет только одного. Хочет так сильно, что не может остановиться и смириться.

— Ей нужно время, – ответил Арон, выкладывая на стол инструменты. – Только время.

* * *

Нерешительно постучавшись в дверь, Гелла чуть отошла. Она услышала знакомый скрип.

— Кто это к нам пожаловал, – улыбнулась тетя Хелен, поправив свои старые очки на носу. На ней был все тот же красный свитер. В руках она держала кружку с чаем. Гелла слабо улыбнулась. Обняв ее за плечи, тетя Хелен провела Геллу в дом. Усевшись на диван, Гелла поджала ноги.

— Что такое? – тетя Хелен подсела рядом. – Не понравилось быть принцессой?

Гелла удивленно заморгала.

— Почему ты так меня назвала?

— Потому что тринадцать лет назад Роут все мне рассказал. Но тебе просил не говорить, хотел чтобы у тебя было спокойное детство.

— Правда? – выдохнула Гелла.

— Правда. А теперь расскажи, что случилось?

Тяжело вздохнув и подавив поток слёз, Гелла принялась рассказывать все от того самого дня, когда она уехала с Роутом и ребятами. Тетя Хелен слушала внимательно, не перебивая. Мало какие моменты ее могли удивить, как оказалось, она была посвящена практически во всю историю Монтистена и Инвадера. Про Дина Гелла умолчала.

— Мы все многое пережили, – Гелла отпила из горячей кружки. – Я не думаю, что справляюсь. Мне там не место.

— Милая, – тетя Хелен погладила ее по спине. – Иногда случаются трудности, это нормально. Ты не можешь повлиять на все.

Принцесса убрала волосы с лица дрожащей рукой.

— Тетя Хелен! – послышался писк из комнаты.

Гелла повернула голову в сторону голоса. В дверном проеме стояло двое малышей. Девочка лет пяти в розовом платье, которое маленькая носила Софи, и мальчик, он был чуть постарше. На нем была крохотная зеленая рубашка, штанишки и ботинки.

— Кто это? – спросила девочка, теребя короткие черные волосы и смотря на Геллу большими карими глазами.

— Она новенькая? – мальчик с светлыми волосами тоже ее оглядывал.

Оба подошли к дивану и скромно выглядывали из–за подлокотника.

— Вроде того, – Гелла тут же улыбнулась. – У вас найдется для меня место?

— Я заняла розовую кровать, – тихо пробормотала девочка.

— А моя та, что рядом, – парнишка сложил руки.

— Твоя свободна, – тетя Хелен улыбнулась.

— Меня зовут Гелла.

— Я Маргарет, – девочка запрыгнула рядом на диван. – А это Матиас, он все время ворчит и спорит.

— Неправда, – буркнул Матиас, едва забравшись на диван.

— А вот и правда!

— Нет!

— Да!

— Идите–ка и поставьте чайник, – усмехнулась тетя Хелен.

— Я первая! – Маргарет соскочила с дивана и понеслась на кухню.

— Подожди меня! – Матиас побежал следом.

— Они довольно взрослые, – подметила Гелла.

— Маргарет пять, Матиасу семь. Они брат и сестра. Жили в заброшенном доме на окраине. На пустырях. Бедняжки. Родители неизвестно где. Сейчас в Вендинге творятся нехорошие вещи.

Гелла взглянула в сторону двух ребятишек, которые смотрели, как в прозрачном чайнике булькает вода. А ведь не так давно они с Софи бегали наперегонки от ванной до кухни. Или от спальни до двора. Подушками дрались, плескались в ванной с игрушками...

— А где остальные? Сюда должны были привезти ребятишек.

— Так пристроила я их уже, - улыбнулась Хелен. - У всех дома свои. И Эмили нашла хорошую семью.

Гелла задумалась.

— Хочешь остаться? – перебила ее мысли тетя Хелен.

Гелла повернула голову.

— А можно?

— Что за глупые вопросы? – чуть поворчала женщина. – Здесь твой дом, ты всегда можешь сюда прийти.

Слегка улыбнувшись, Гелла крепко ее обняла. Оставив тетю Хелен с детьми, Гелла зашла в свою комнату. Все те же голубые обои, а у кровати Софи – розовые. Стена Геллы все еще была завешана ее рисунками и плакатами. На полочке стояла рамка с фотографией, где они были все вчетвером. Бросив кривую ухмылку в сторону плакатов с группой «Зов бездны», Гелла сняла их и выбросила. Осмотрев старые рисунки, она кое – какие тоже сняла со стены. Несколько портретов Роута все так же продолжали висеть на стене. Их она оставила. В шкафу пылились ее книги, фигурки и прочее барахло, которое ей было всегда так лень разобрать. Но сейчас времени у нее много. Старые наброски, мелкий хлам в виде красивых пуговиц или частей игрушек, все это полетело в мусорку.

Взглянув на почти чистую полку, Гелла замерла. Она взяла старенький, чуть потрепанный браслет, который Дин подарил ей когда – то давно. Он был сплетен из темного шпагата и нескольких зеленых деревянных бусин. В центре была небольшая эмблема с белым пацификом. Усевшись на кровать, Гелла рассматривала браслет. Надев его, она легла на кровать и принялась разглядывать потолок. Он уже был целый, видимо, тетя Хелен делала ремонт здесь. Гелла завернулась в одеяло и вдохнула знакомый запах мятного стирального порошка, новое постельное белье всегда так пахло после стирки. Она и не заметила, как провалилась в сон.

* * *

Поздним вечером в Вендинге было так же спокойно, как и всегда. Люди сидели по домам, занимаясь своими обычными делами. Пожалуй, Вендинг – один и самых тихих городов в округе. Прогуливаясь по знакомым улицам, Гелла засунула руки в карманы джинс, в которые она переоделась днем, и тихо хмыкнула. Наверное, не стоило идти в одной майке, ведь на улице уже было достаточно прохладно. Но не так холодно, как в Монтистене. И ей это нравилось. Короткий меч, который ей подарила мама, болтался в ножнах на поясе.

— Браслет хотя бы оставьте! – послышался писклявый голосок из переулка.

Гелла тут же повернулась в сторону звука.

— Еще чего! Давай сюда, курица! – второй голос был тоже женский, но грубее.

Гелла поспешила к переулку, спрятав кристалл под майку. У стенки три девушки в довольно простой одежде зажали кого–то и не хотели отпускать.

— Эй, – буркнула Гелла. – Чего пристали к человеку?

Девушки обернулись и презрительно хмыкнули.

— О, да это же та самая! – одна из них в кожаной куртке засмеялась как гиена. – Она еще в детском доме живет! Давно не виделись!

Гелла сжала кулаки.

— Иди дальше, тут тебя ничего не касается! – фыркнула вторая девчонка в джинсах и толстовке.

На голове ее был черный хвост, а в руках она держала модные побрякушки и розовенькую куртку. Гелла вспомнила, что это – свита Константы.

— Втроем на одного, – холодно сказала Гелла. – Наверное, ваша самооценка сейчас до небес взлетела, да? Героями себя считаете?

Она медленно зашагала к ним.

— Надо же, силу направить некуда?

Девчонки переглянулись. Из ножен она достала меч. Девушки попятились назад.

— Что? – Гелла подняла брови. – Вы уже не такие смелые? В чем же дело? Вам же нравится на одного идти втроем? Я чего–то не понимаю?

Она сжала рукоять меча и выставила его перед собой.

— Кто первый? – Гелла ловко прокрутила меч в руке. – Может, ты? А? Иди сюда.

Девчонки, отпрыгнув, тут же едва ли не бегом удалились.

— Зачем ты это сделала?

Гелла повернула голову. Испуганная девушка стояла, съежившись у стены в одном белом платьице. Ее черные волосы были чуть растрепаны. Гелла приглянулась.

— Константа?

Девушка отвела взгляд.

— Не узнала тебя без косметики. Ты цела? – спросила Гелла, убрав меч. – А это разве не твои подружки были?

Константа промолчала.

— Что ты здесь делаешь так поздно? – поинтересовалась Гелла.

— Домой иду. С работы.

— Работы? – она удивилась.

Константа подошла к лавочке и уселась, Гелла последовала за ней, сев рядом.

— У тебя что-то случилось? Почему они лезут к тебе?

Девушка замялась и отвернулась.

— Тебе-то что?

— Как скажешь, я ухожу.

— Мою маму убрали с поста мэра города. Она впала в депрессию. Другая работа ей не нужна. А деньги приходится где – то брать. Часть вещей у нас конфисковали, как незаконно купленные. Оказывается, все наши деньги были сворованы ею, теперь все ребята относятся ко мне, как к...

Она опустила глаза.

— Мы уже и дом продали, и вещи. Я даже свой самый любимый сувенир продала.

— Какой?

Прикрыв лицо руками, Константа тихо пропищала сквозь слезы:

— Копию меча Пенни из книги, которую я читаю. Я так долго на него копила.

— Пенни? – Гелла чуть улыбнулась. – Той самой Пенни из «Кольца времени»?

Подняв голову, Константа удивленно на нее посмотрела.

— Угу, он так мне нравился. Этот был меч для меня самой большой ценностью на свете. Эта книга – лучшее, что я читала.

— Не знала, что тебе нравится читать.

— Я уже очень давно увлеклась этой книгой, так давно, что ждала в магазинах вторую часть, когда никто о ней не знал.

— Ого, – удивилась Гелла.

Ведь сама она не слишком давно узнала о «Кольце времени», около года назад. А если верить Константе, то она, должно быть, уже около восьми лет увлечена этим.

— Это здорово.

— Я заметила на Хэллоуине твой костюм, – сказала Константа. – Едва держалась, чтобы не завизжать.

— Но нужно было сохранять хладнокровие стервы? – усмехнулась Гелла.

— Вроде того, – Константа улыбнулась. – Мне жаль, что я так себя вела. Только об этом и думаю. Теперь поняла, что жить самостоятельно – трудно. На самом деле я восхищаюсь тем, что ты жила без родителей, переносила травлю в школе, подрабатывала и смогла сохранить рассудок.

Гелла взглянула на свои ножны и меч.

— Это, конечно, не точная копия, но за сувенир сойдет, – Гелла сняла меч и протянула Константе.

— Ты хочешь отдать его мне? – она неуверенно взяла в руки ножны с мечом. – Почему?

— Тебе он нужнее. Может быть, он поднимет твой дух.

— Было бы здорово.

Константа чуть вытащила меч и заворожено разглядывала блестящую сталь.

— Откуда он у тебя? И почему ты с ним по улице ходишь поздно вечером?

Гелла взглянула на землю, затем вновь на меч.

— Я... – она замялась. – Шла с игры.

— Игры?

— Да – а, – протянула она неловко. – Ну, знаешь, вроде игры на мечах. Дружеские... Дуэли, вот.

— Здорово, не знала, что такие есть. В любом случае, я не смогу ходить туда. У меня работа. Я бросила школу.

— Серьезно? – Гелла захлопала глазами. – И где ты работаешь?

Константа тут же отвела взгляд.

— Слишком стыдная работа, чтобы озвучивать. Я – официантка.

Гелла едва улыбнулась.

— Знаешь, что я тебе скажу?

— Что? – брюнетка обернулась.

— Стыдно сидеть дома и ничего не делать, осуждая других. Ты молодец, верь в себя. Я горжусь тобой.

Константа удивленно захлопала ресничками.

— Вообще я бы хотела стать писателем, – призналась она. – У меня столько рукописей дома.

— Почему бы тебе не попробовать куда – то их подать?

— Я... Я не знаю. Это как раскрыть что – то личное другим людям. Страшно.

— Делай это анонимно. Но попытаться стоит. Раз ты действительно любишь свое дело, то когда – нибудь обязательно добьешься успеха, если будешь продолжать им заниматься.

Константа задумчиво оглядела парк, что был рядом.

— Я думаю, что попробую, – уверенно сказала она. – А где все твои друзья? Вас давно не было в школе.

— Они... – Гелла замялась. – Они в другом городе. Я приехала сюда немного... Отдохнуть. Учусь в новой школе... Там слишком трудно, я не справляюсь. Сейчас мне кажется, что я зря туда перевелась.

— В начале всегда трудно. Потом становится легче, когда освоишься. Да и ты не одна, думаю, поддержка у тебя есть. Верно?

— Верно.

— Спасибо, что помогла, – тихо проговорила Константа.

Гелла просто не верила своим ушам. Кто это такая перед ней? Константа? Та самая противная девчонка из ее класса, которая унижала всех, кого видела? Что вообще может изменить так человека? Неужели работа и трудное положение в семье?

— Недавно Риэтта Броуди выпустила новую часть, – сказала Константа.

— Новую? Да ты что?

— Ага, там такое творится! Не представляешь! Держи.

Константа достала книгу из сумки.

— Я уже пять раз прочла! И начала строить теории! Если ты фанатка серии, то просто обязана прочитать.

— Ого, – Гелла взяла книгу в руки.

На обложке ее любимые герои уже такие повзрослевшие.

— Возьми ее себе, – Константа пожала плечами. – В знак нашей новой дружбы. Ладно? Там даже автограф есть!

Гелла развернула книгу, и на форзаце красовалась ровненькая роспись Риэтты Броуди. Там даже было нарисовано само кольцо времени.

— Спасибо, – Гелла прижала к себе книгу.

— Раньше я была далеко не приятным человеком, – призналась Константа. – Но я думаю, никогда не поздно исправиться, что бы ты ни натворил. Это же так, да?

— Безусловно.

— Знаешь, уже вечер. Я думаю, мне пора. Надо будет научиться обращаться с этой штукой, – она кивнула на меч.

Константа встала с лавочки и, искренне улыбнувшись, помахала рукой.

— Спасибо за все, – попрощалась она.

— Удачи. Осторожнее с мечом, он очень острый, – улыбнулась Гелла.

Оставшись сидеть на лавочке, Гелла еще раз взглянула на обложку книги. Пенни, главная героиня, в своем особенном лесном костюме была окружена своими верными друзьями. Встав на ноги, Гелла направилась в детдом. Спина вновь разболелась.

* * *

— Брось отвертку!

— Держи! – Август из другого конца мастерской подкинул инструмент, а Арон ловко поймал его.

Он чуть подкрутил стальной винт и взглянул на чертеж. Август в это время листал книгу за другим столом и делал пометки на пергаментах.

— Август, – позвал Арон. – Гляди.

Встав из – за стола, Арон прокрутил в руке нечто похожее на серебряный кинжал с цилиндрической рукоятью. На остром длинном лезвии была выемка для шестиугольника.

— Закончил? – спросил рыжий.

— Почти, осталось заняться гравировкой иероглифов для зачарования.

— Вы чем – то заняты? – Софи приоткрыла дверь в мастерскую, придерживая подол синего платья. – Можно с вами посидеть?

— Конечно, – Август усадил ее за стол. – Что – то случилось?

— Отец Геллы постоянно выпытывает у меня, куда она делась, – вздохнула Софи. – Финн все так же лежит в облике лиса, Нирета куда – то ушла с родителями, а Юльхен спит.

Август погладил ее по плечу.

— Гелла вернется, – сказал Арон. – Ей нужно просто побыть одной сейчас. После такого.

— Я уверена, она ненавидит это место, – Софи опустила голову. – Сейчас последнее, что она хочет – вернуться. А ведь она так хотела тут оказаться. Даже просила научить ее вести себя как принцесса, чтобы ее приняли сюда.

Софи поджала губы и утерла глаза, но затем уверенно встала.

— Чем вы тут занимаетесь? – она едва улыбнулась, чтобы убрать тоску. Или хотя бы скрыть.

* * *

Утреннее солнце согревало уже не так хорошо, но тишина спящего Вендинга точно стоила того, чтобы сидеть в старой постройке, которая напоминала башню. Гелла рассматривала рисунок, что она создала несколько лет назад. Краска уже слазила, покрываясь грязью и пылью. Но все равно виднелись очертания снежного леса и белокаменного замка. А ведь Гелла и не думала, что несколько лет назад она нарисовала Монтистен еще до того, как вернулась туда. Оглядев потрескавшиеся стены, Гелла спустилась вниз по ступенькам. В городе светлело.

— На улице так холодно, а ты в одной майке ходишь, – обеспокоенно сказала тетя Хелен, когда Гелла вернулась с утренней прогулки.

— В Монтистене холоднее, – вяло сказала Гелла.

— Иди пить чай! – пискнула Маргарет из – за стола.

Чуть улыбнувшись, Гелла уселась рядом и принялась греть замерзшие руки о теплую кружку с ароматным травяным напитком.

— Что такое Монтистен? – поинтересовался Матиас, жуя печенье.

— Город такой. Далеко. Там много снега.

— Я люблю снег! – воскликнула Маргарет.

— Я тоже, – Гелла сделала глоток, и горячий напиток начал согревать изнутри.

Погрузившись в мысли, Гелла засмотрелась на светлый пар, исходящий от кружки. Дымок медленно поднимался вверх, а затем растворялся в прохладном воздухе.

— А это у тебя что такое? – Маргарет разглядывала кристалл на шее Геллы.

— Что? – она оторвала взгляд от кружки. – Ах, это...

Положив ладонь на камень, Гелла сжала второй рукой ручку кружки.

— А это украшение такое, дорогуша, – проворковала тетя Хелен. – Красиво, да?

— Да! – Маргарет заворожено осматривала камешек.

— Спасибо за чай, – улыбнулась Гелла.

Встав из – за стола, она ушла в свою комнату.

Закрыв за собой дверь, Гелла уселась на незаправленную кровать и сжала свой кристалл. Как часто мы задумываемся о том, чтобы стереть себе память? Чтобы не помнить того, что причиняет тебе невероятную боль каждый день. Мгновение – и уже ничего не помнишь, тебе хорошо и спокойно, страх внезапно исчезает, и ты совсем другой человек. Гелла поднесла руки к голубому кристаллу и высвободила немного энергии, затем прошептала себе под нос дрожащим голосом. Трясущиеся ладони она поднесла к своему лицу. Перед ее глазами блеснули голубые лучи, которые медленно и плавно приближались к ней. Гелла терпеливо ждала, чувствуя, как внутри у нее все тяжелеет.

Услышав жужжание позади, она погасила камень и повернула голову. Ей закрыли рот, и мигом незнакомые руки утянули ее в портал.

Пару мгновений спустя, в комнату раздался стук.

— Гелла, милая, я принесла тебе пирог!

Тетя Хелен открыла дверь, но комната была пуста.

Вещи Геллы остались нетронуты.