Город, который не спит
Париж встретил Эвелину не романтикой, а ритмом. Аэропорт, такси, звонки от координаторов форума — и ни секунды покоя. Но ей это нравилось. Здесь она не была «девушкой футболиста», не частью чьей-то истории. Здесь она была сама. Архитектор. Участница международного проекта.
И всё же, ночью, лёжа в гостиничном номере с видом на Сену, она потянулась к телефону. Пау не писал. Ни одной строки.
Она отложила экран в сторону и закрыла глаза. Ей нужен был новый фокус.
Утро началось с кофе и оргсобрания. Архитекторы из Токио, Лиссабона, Нью-Йорка... и она — с планшетом, зарисовками и нервной улыбкой.
На перерыве она отошла в сторону — слишком много лиц, слишком много языков. И вдруг:
— Вы — Эвелина Родригес? Из Барселоны?
Она обернулась. Перед ней стоял парень лет 22–23, с лёгкой небрежностью в одежде и уверенной улыбкой.
— Да. А вы?..
— Пабло Барриос. Я участвую в секции по реконструкции спортивных объектов. Мы вроде как в одной группе. — Он протянул руку. — Я из Мадрида. Учился в школе при архитектурном факультете Complutense. Сейчас на практике в частной студии.
— Приятно, — ответила она. Их руки соприкоснулись — и на секунду стало странно. Слишком просто. Слишком легко.
— Я вас помню, кстати. Вы выиграли конкурс в Барселоне пару лет назад, где нужно было проектировать городской парк на базе стадиона. Крутая идея с вертикальными садами.
Эвелина немного смутилась. Она привыкла быть «чей-то», а не «самой по себе».
— Спасибо. Приятно, что кто-то помнит.
— Не только помнит. Вдохновился. — Он посмотрел на неё чуть внимательнее. — Если не против, может, позже кофе? Вне расписания форума.
Она улыбнулась, но не ответила сразу. Голова пульсировала вопросами, а внутри всё ещё жила Барселона. И один молчащий номер в телефоне.
— Может быть, — тихо сказала она.
Тем временем в Барселоне Пау вышел с тренировки, уставший и раздражённый. Мяч не слушался, тренер придирался, а Ламин пару раз обошёл его слишком легко — даже для разминки.
Он шёл по коридору, пока не услышал голос Педри:
— Устал? Или просто не здесь?
— Я здесь, — буркнул Пау.
— Нет, брат, ты где-то далеко. И не только физически. — Педри бросил полотенце в сумку. — Она уже уехала?
Пау кивнул.
— И ты её не остановил?
— Она не просила.
Педри посмотрел на него с лёгкой усмешкой:
— Иногда любовь — это не просьба. Это риск. Особенно, если ты футболист и молчишь в ключевой момент.
Пау не ответил. Он знал, что Педри прав. Но время говорить прошло.
И где-то в Париже, среди стеклянных зданий и новых встреч, Эвелина начинала жить отдельно.
Впервые — по-настоящему.