Глава 40,дверь,которую никто не открывал.
Глава 40. «Дверь, которую никто не открывал»
От лица Энли.
Утро началось непривычно тихо.
Не потому, что в Грин Гейблс кто-то решил перестать разговаривать. Нет. Просто иногда бывает такая тишина, которая звучит громче любого крика.
Я открыла глаза ещё до рассвета.
Потолок был таким же белым, как вчера. Маленькая трещина в углу никуда не исчезла. Я уже давно привыкла к ней. Иногда мне казалось, что она похожа на молнию. Иногда — на реку. А сегодня она почему-то напоминала ту самую тропинку на старой карте, которую вчера показала мне Лина.
Я резко села.
В комнате было прохладно.
В открытое окно медленно вползал утренний ветер. Он шевелил занавеску, заставляя её плавно колыхаться, будто белое привидение решило прогуляться по комнате.
Я вдохнула.
Пахло мокрой травой.
Свежестью.
Яблонями.
И дымом из кухни.
Марилла уже топила печь.
Я провела ладонью по лицу.
Перед глазами снова всплыла хижина.
Тёмные брёвна.
Пыль.
Старый сундук.
Лошади, выцарапанные на стене.
Звёзды.
Лица.
Дневник.
И наша с Линой лента.
Удивительно...
Я знала Лину совсем недавно.
Но почему-то вчера мне казалось, будто рядом со мной был человек, которого я искала всю жизнь.
— Уже не спишь?
Голос Энн прозвучал совсем тихо.
Она лежала на соседней кровати, укрывшись одеялом почти до подбородка.
Её рыжие волосы разметались по подушке.
Она сонно смотрела на меня.
— Ты опять думаешь.
— Думаю.
— О Гилберте?
Я моментально повернулась.
— Нет.
— Тогда о Лине.
...
Я промолчала.
Энн улыбнулась.
Не насмешливо.
По-доброму.
— Знаешь...
Она перевернулась на бок.
— Мне нравится смотреть, как ты становишься счастливее.
Я закатила глаза.
— Ты становишься слишком сентиментальной.
— А ты слишком упрямой.
— Это разные вещи.
— Нет.
Она тихо засмеялась.
— Просто раньше ты никого не подпускала к себе.
Я ничего не ответила.
Потому что...
Она была права.
И это раздражало.
⸻
За завтраком всё было удивительно спокойно.
Джерри пытался незаметно стащить ещё один кусок хлеба.
Марилла делала вид, что не замечает.
Но замечала.
Мэтью сидел с кружкой чая и улыбался себе под нос.
Энн рассказывала сон, в котором корова каким-то образом научилась играть на скрипке.
— И знаешь что самое странное? — оживлённо сказала она.
— Что корова играла? — спросил Джерри.
— Нет.
— Тогда что?
— Она играла лучше, чем мистер Белл.
За столом раздался смех.
Даже Марилла едва заметно улыбнулась.
Я тоже.
И вдруг поймала себя на мысли...
Когда я вообще в последний раз так часто улыбалась?
...
Не помню.
Совсем.
⸻
Школа встретила нас привычным шумом.
Но сегодня...
Мне казалось, что всё вокруг стало ярче.
Деревья.
Небо.
Даже старое школьное крыльцо выглядело иначе.
— Энли!
Я обернулась.
Лина почти бежала ко мне.
Щёки её раскраснелись.
Дыхание сбилось.
— Я думала, ты уже ушла.
— Без меня?
— Конечно.
— Не дождёшься.
Она рассмеялась.
И почему-то её смех оказался таким заразительным, что через несколько секунд смеялась уже и я.
Наверное, со стороны мы выглядели странно.
Две девочки стоят посреди школьного двора и смеются буквально ни над чем.
Но иногда именно такие моменты запоминаются сильнее всего.
⸻
— Доброе утро, класс.
Мисс Стейси вошла быстро.
Как всегда.
Её длинная юбка слегка качнулась.
Она положила на стол толстую папку.
Осмотрела каждого.
И неожиданно сказала:
— Сегодня учебников не будет.
Класс мгновенно оживился.
— Вместо этого...
Она достала большую стопку белых листов.
— Я хочу увидеть мир вашими глазами.
По классу пробежал шёпот.
— Нарисуйте место, где вы чувствуете себя свободными.
Наступила тишина.
Такая, когда даже перо, касаясь бумаги, кажется слишком громким.
Я долго смотрела на чистый лист.
Совсем долго.
Потом...
Карандаш сам коснулся бумаги.
Сначала появилась крыша.
Потом кривые брёвна.
Окно.
Сломанная дверь.
Деревья.
Я даже не заметила, как начала рисовать хижину.
— Значит...
Тихий голос Лины прозвучал совсем рядом.
Она почти не шевелилась.
Только смотрела на мой рисунок.
— Она теперь живёт и в твоей голове?
Я сглотнула.
...
— Наверное.
Она ничего не сказала.
Только улыбнулась.
И дорисовала на своём листе маленькую птицу.
Точно такую же, какую вчера оставила на стене нашей хижины.
И именно в этот момент я вдруг поняла...
Вчера мы оставили в том доме не только ленту.
Мы оставили там часть себя.
Мисс Стейси медленно прошла между рядами.
Её каблуки тихо постукивали по деревянному полу. Каждый шаг отдавался в классе глухим эхом. Кто-то рисовал неуверенно, постоянно стирая линии. Кто-то уже заканчивал работу, с гордостью рассматривая своё творение.
Я украдкой подняла голову.
Диана рисовала цветущий сад. Каждый куст был аккуратно прорисован, а маленькие цветы выглядели так, будто вот-вот начнут качаться от ветра. Она улыбалась, полностью растворившись в своём рисунке.
Руби выводила большую белую лошадь. Настолько красивую, что казалось — стоит провести пальцем по бумаге, и почувствуешь мягкую гриву.
Гилберт...
Я не хотела смотреть.
Правда не хотела.
Но глаза сами нашли его.
Он сидел, чуть наклонившись над листом. Прядь тёмных волос упала ему на лоб. Он даже не замечал этого.
Карандаш в его руках двигался уверенно.
Море.
Конечно же море.
Большие волны, высокий корабль, бесконечный горизонт.
Я невольно улыбнулась.
«Даже не сомневалась.»
В эту секунду Гилберт поднял голову.
Наши взгляды столкнулись.
Буквально на одно мгновение.
Сердце неприятно дёрнулось.
Я тут же отвернулась, будто меня поймали за чем-то постыдным.
— Ты красная.
Прошептала Лина.
— Замолчи.
— Я ничего не сказала.
— Уже сказала.
Она тихонько засмеялась.
— Ты смешная, Энли.
— Не начинай.
— Хорошо.
Пауза.
— Но ты правда покраснела.
Я ткнула её локтем в бок.
— Ай!
— Будешь знать.
Она тихо фыркнула, потирая место удара.
— Жестокая.
— Заслужила.
— Вообще-то нет.
— Вообще-то да.
Мы ещё несколько секунд пытались не рассмеяться.
Именно пытались.
Потому что уже через минуту обе согнулись над партой, закрывая рты ладонями.
Мисс Стейси подняла глаза.
— Что вас так развеселило?
Мы одновременно выпрямились.
— Ничего.
— Совершенно ничего.
Учительница подозрительно посмотрела сначала на меня.
Потом на Лину.
Потом снова на нас.
— Надеюсь.
Она отвернулась.
Мы облегчённо выдохнули.
Лина наклонилась ко мне.
Совсем близко.
Так, что я почувствовала лёгкий запах полевых цветов, исходивший от её волос.
— Мы ужасно врём.
— Особенно ты.
— Почему?
— Потому что улыбаешься.
Она снова засмеялась.
⸻
После уроков школьный двор быстро опустел.
Одни дети сразу побежали домой.
Другие остались играть возле старого клёна.
Кто-то громко смеялся.
Кто-то спорил.
Но всё это постепенно растворялось в вечернем воздухе.
Мы с Линой переглянулись.
Никаких слов не понадобилось.
Она только слегка кивнула в сторону леса.
Я ответила таким же коротким кивком.
Через несколько минут мы уже шагали по знакомой тропинке.
Сегодня лес казался другим.
Вчера он встречал нас солнцем.
Сегодня — тишиной.
Такой странной, почти тревожной.
Даже птицы почти не пели.
Лишь где-то далеко слышался стук дятла.
Тук.
Тук.
Тук.
— Тебе не кажется...
— Кажется.
Лина ответила раньше, чем я закончила вопрос.
— Здесь слишком тихо.
Я остановилась.
Прислушалась.
Под ногами хрустнула сухая ветка.
Звук оказался настолько громким, что я вздрогнула.
— Глупости.
Сказала я скорее себе.
— Просто показалось.
Но внутри неприятно кольнуло.
Чем ближе мы подходили к поляне...
Тем сильнее становилось ощущение, будто за нами кто-то наблюдает.
Я медленно подняла голову.
Вот она.
Наша хижина.
Только...
Я замерла.
Совсем.
Дверь.
Она была открыта.
Не просто приоткрыта.
Распахнута настежь.
Старые петли медленно поскрипывали от ветра.
Скрип.
...
Скрип.
...
Скрип.
Я почувствовала, как по спине медленно пробежали мурашки.
Лина тоже остановилась.
Её улыбка исчезла.
— Мы...
Она сглотнула.
— Мы ведь закрывали её?
Я посмотрела на неё.
— Закрывали.
— Точно?
— Лина.
Я даже немного обиделась.
— Я прекрасно помню.
Мы вместе толкнули дверь.
Она медленно открылась ещё шире.
Воздух внутри оказался холоднее, чем вчера.
Намного холоднее.
Пахло сырой древесиной.
Плесенью.
Мокрой землёй.
И...
Чем-то ещё.
Будто кто-то совсем недавно развёл здесь костёр.
Я осторожно переступила порог.
Доски жалобно застонали под ногами.
Каждый шаг отдавался эхом.
Я невольно посмотрела на первую стену.
Лошади.
Они были на месте.
Каждая царапина.
Каждая линия гривы.
Каждый маленький глаз, вырезанный чьей-то рукой много лет назад.
Но почему-то теперь мне казалось...
Что они смотрят прямо на нас.
Я медленно перевела взгляд выше.
Звёзды.
Те самые кривые звёзды.
И одна из них...
Та, которую вчера я назвала своей...
Почему-то была перечёркнута свежей глубокой царапиной.
...
Я резко вдохнула.
— Лина...
Она подошла ближе.
Её лицо побледнело.
— Этого вчера не было...
Я медленно покачала головой.
— Не было...
И впервые за долгое время мне стало по-настоящему страшно.
_________________________
дождались?я видемо вернулась🥀🥀
ваша розочка с иголками🥀