Порча крови 🩸

Утро наступило медленно — сквозь щели в деревянных стенах охотничьего домика пробивался мягкий свет. Пахло дымом, хвоей и телом Пола — тепло, терпко, живо.

Селестия проснулась первой. Она лежала, уткнувшись лбом в его ключицу, слушала размеренное биение его сердца — и чувствовала, как её собственное больше не подчиняется ей.

Она боялась.

Боялась не того, что он человек. Не того, что он волк.
А того, что он стал её миром.

Она поднялась тихо, закуталась в одеяло и вышла на крыльцо. Утренняя прохлада коснулась её кожи, как вода. Она стояла и пыталась дышать ровно.

«Я не должна.»
«Я не могу.»
«Я — Вольтури. Он — стая. Мы враги по крови.»
Но внутри — было тихо. Там больше не было войны. Только его имя.

— Думаешь сбежать? — раздался голос за спиной.

Пол вышел босиком, взъерошенный, с тёплой улыбкой.
— Без обуви далеко не уйдёшь.

— Я не убегаю, — ответила она. — Я… думаю.

— О чём?

Она колебалась.

— О тебе. О нас. О том, что всё слишком быстро. Слишком... важно.

Пол подошёл ближе. Встал рядом. Плечом к плечу.

— Я тоже думаю, — тихо сказал он. — О том, что… возможно, это — импринт.

Тишина.

Селестия напряглась. Резко.
Он почувствовал это.

— Ты серьёзно? — голос её стал жёстче. — Это то, что ты чувствуешь? Биологическая привязка? Как печать?

— Я не знаю точно, — признался он. — Но я знаю одно: с тобой всё звучит иначе. Жизнь. Я сам.

— А если это не твой выбор? — прошептала она. — А если я просто навязанная тебе судьба?

— Я бы всё равно выбрал тебя. Даже без привязки. Просто — потому что ты ты.

— Не говори так, — резко. — Не превращай это в предначертанное. Я всю жизнь была чьей-то куклой. У Аро. У рода. Я не хочу быть чьей-то обязанностью.

Он отшатнулся чуть. Впервые — укол.
— Ты думаешь, я с тобой из долга?

Она посмотрела в его глаза.
— Я думаю, ты не до конца понял, насколько я... опасна.

Пол вздохнул.
— Я не слепой, Селестия. Я всё вижу. Но, чёрт возьми, если я должен сгореть ради кого-то — я хочу, чтобы это была ты.

И он ушёл.
Спокойно. Без крика.

Оставив её на крыльце, с сердцем, которое вдруг не вмещало её саму.

___________________________________________

Глава 10 — Голос крови

Волки почувствовали запах раньше всех.

Ночные патрули стали молчаливыми, тревожными. Лия уловила запах чужих — сладкий, хищный, чужеродный. Сэм знал этот след. Он был вольтуровским. Безошибочно.

— Они идут, — сказал он, глядя в темноту. — Не разведка. Делегация.

—

Селестия стояла у окна, прислонившись лбом к стеклу. Она уже всё чувствовала: прилив силы в груди, словно в ней просыпалось то, что она так долго глушила.
Она была напугана. Но не слабая.

Пол зашёл, молча. Держал в руках что-то обмотанное тканью.
Он раскрыл — серебряный кинжал, тонкий, с гравировкой на итальянском. Из тех, что использовались в Вольтерре для церемоний. Символическая вещь.

— Ты оставила это, когда сбежала, — сказал он. — Нашёл у реки, где ты ранила себя, чтобы сбить след. Это твоё?

Селестия кивнула. Глаза — тяжёлые, тёмные.
Она взяла кинжал и стиснула его так, что из пальцев пошла кровь. Но не отпустила.

— Я устала бояться, — прошептала. — Я устала быть их беглой игрушкой, устала просыпаться с вопросом: «Кого я предам — себя или других?»

Пол молчал. Он видел, как она дрожит. От злости, от решимости.

— Я не уйду. Пусть идут. Пусть Аро сам посмотрит мне в глаза и увидит: я — не его дочь. Я не Вольтури. Я — Селестия. И я буду биться.

—

Позже, вечером, они пришли в дом Калленов. Эсме открыла первой, её взгляд был мягким — но обеспокоенным. Эдвард молчал.
Белла стояла позади, прищуренная. Что-то в её взгляде было... нечисто.

Алиса первой подошла к Селестии и крепко обняла.
— Ты выросла, — сказала она тихо. — И ты стала сильнее, чем думаешь.

Селестия впервые — улыбнулась искренне.

—

Собрание в гостиной было напряжённым.

— Аро прислал братьев — Деметрия и Джейн. Они будут здесь через два дня, — сказал Карлайл. — Но боюсь, это не просто разговор. Он хочет забрать тебя обратно. Или уничтожить.

Селестия встала.
— Я не скроюсь. Я не попрошу вас драться за меня. Но если кто-то хочет быть рядом — я не откажусь.

И тогда Пол встал первым.

— Я с тобой. Даже если это будет конец.

А за ним — неожиданно — Алиса.
— У меня были видения. Всё не так однозначно. Ты не одна, Селестия.

Даже Джейкоб, после паузы, кивнул:
— Волтури не имеют права решать, кем тебе быть. Мы были против тебя. Я — был. Но теперь... я не слепой.

Все повернулись к Белле.
Она молчала. Губы сжаты. В глазах — зависть. Глухая, опасная.

Селестия заметила. Но промолчала.

Пока.