Обжигающая спираль (СИ) Автор:Горовая Ольга

Глава 12

Когда она села на пассажирское место BMW Руслан говорил по телефону.

- Ладно, Серый, я скоро подъеду, - тут же попрощался он, бросив на Свету внимательный взгляд. - Нет, говорю в пятый и последний раз, я не в курсе, куда пропал Стас, и не знаю, почему он не отвечает на звонки. Хотя, - Рус усмехнулся, подмигнув Свете, - есть у меня одно подозрение. Если хочешь, могу спросить у Светы телефон Нели. Только повод, наверное, должен быть веским, - " а что?" проговорил он одними губами в ответ на ее округлившиеся глаза, "вполне вероятно". - Вот и ладно, я тоже думаю, что мы пока и сами справимся, - Руслан кивнул чему-то, что ответил Сергей в трубке. - Хорошо, давай, - он отложил телефон в сторону.

После чего повернулся и тщательно осмотрел Свету. Во время этого осмотра, цель которого она не понимала, на его губах появилась уже привычная ей немного насмешливая улыбка.

- Итак, ты живая, - подколол Рус ее, протянул руку и обхватил щеку Светы пальцами. - И даже выпущена на волю без охраны, а так волновалась, - его пальцы мягко погладили ее скулу.

И Света не удержалась, улыбнулась в ответ.

- В общем-то, у нас с папой полное взаимопонимание, - она пожала плечами и попыталась повернуться к окну, не желая показывать ему больше, чем стоило. - Просто он сильно волнуется за меня. Но думаю, это нормально, - Рус не пустил ее лицо и не позволил отвернуться.

Света оказалась вынуждена смотреть на него все это время. А подобное искушение и так превышало все допустимые нормы ее выдержки. Тогда она решила пойти другим путем -- и просто уткнулась лицом ему в плечо.

Это Руслан позволил без всякого возражения.

- Мне очень надо добраться к своей машине, - скосив глаза на часы его приборной панели, приглушенно протянула Света. - Опоздание на работу -- не самое любимое для меня времяпрепровождение. Я до жути пунктуальна, это почти навязчивая идея, - лукаво подмигнула она. - Хоть больше всего хочется упасть головой на подушку и выспаться, - не удержав зевка, честно признала Светлана.

Улыбка Руслана показалась ей слишком самодовольной. Но он без лишних возражений завел двигатель, одной рукой вывернул руль, так и не отпустив лица Светы из своих пальцев, и отъехал от тротуара, у которого стояла машина.

Поскольку на работу большинство жителей города уже добрались, до стоянки "Колизея", где и осталась машина Светы они доехали быстро. Всю дорогу она дремала на его плече, а Руслан поглаживал ей щеку и волосы.

Света только раз попробовала отстраниться, пробормотав, что мешает ему следить за дорогой. На что Руслан сильнее прижал ее к себе и заявил, что как только ему станет неудобно вести -- он сообщит ей. А за дорогой он всегда следит очень внимательно.

Света прикусила язык, не зная, стоит ли поднимать тему, о которой не должна была бы знать, и которая не могла не оказаться неприятной и болезненной для Руса.

Потому и промолчала, в общем-то, наслаждаясь своей позицией.

- Сергей хочет с тобой познакомиться, - со слышимым в голосе смехом, вдруг сказал Руслан, когда они уже парковались на практически пустой стоянке у ночного клуба.

Света, которая как раз терла глаза, пытаясь стряхнуть с себя остатки недолгой дремы, удивленно посмотрела на него.

- Ну, сейчас как-то не вовремя, - она махнула рукой на часы. - У меня осталось двадцать минут, чтобы добраться на работу.

- Да, нет, - Руслан не перестал все-так же улыбаться, чем не мог не разбудить подозрения в Свете. - Я думал позвать его к нам в гости, сегодня или завтра вечером. Ты как?

"Умел он поставить вопрос ребром, однако".

Света с трудом сглотнула. Потом прокашлялась. А потом -- трусливо открыла дверь со своей стороны и вышла из машины в жару позднего летнего утра.

- Я опаздываю, - жалкая отговорка, но единственное, что она смогла сейчас придумать.

Но Рус, похоже, не собирался позволить ей убежать не выяснив все до конца.

Света едва успела дойти до соседнего парковочного места, где стояла хонда, на ходу открыв ту брелоком, когда Руслан догнал ее. Одним уверенным движением руки он захлопнул перед ее носом дверь, которую Света только успела открыть.

- Света? - голос Руслана звучал насмешливо, вот только глаза смотрели слишком внимательно и серьезно, когда она подняла на него взгляд.

- Пффф, - Света поняла, что разговора не избежать. - Руслан, серьезно, ну кто предлагает жить вместе после недели знакомства? А может через два дня я стану тебя раздражать? Или ты меня? И, вообще, так никто не делает. Что подумают твои друзья? Мои точно удивятся... Да и потом, ты ведь не привык долго встречаться с девушкой, и что потом, когда я тебе надоем? Мне не кажется, что совместное проживание -- лучшая идея на этом этапе нашего знакомства, - она произнесла это все на одном дыхании, вперив глаза в крышу своего автомобиля. - Да, ночь и утро были волшебными, и я совершенно не отказываюсь и дальше развивать наши отношения, если у тебя есть такое желание. Но... переезд, это как-то слишком серьезно для того образа жизни, который ты ведешь, тебе самому так не кажется? - она неловко взмахнула ладонью, почему-то глядя на его пальцы, которые лежали на оконном стекле ее машины. Руслан стоял немного сбоку, но все равно, создавалось ощущение, что она окружена им.

- Закончила? - поинтересовался он каким-то совершенно незнакомым Свете, серьезным и собранным тоном.

Она перевела взгляд на его лицо, удивленная подобной интонацией, которую еще не слышала от этого мужчины. Руслан смотрел в пространство над ее головой и сложно оказалось прочесть по его глазам, что именно он думает о таком ответе. Но все его тело, весь Руслан как-то неуловимо изменился. Будто подобрался. Как перед боем, что ли.

- Да, - неуверенно кивнула Света.

Рус опустил на нее глаза и Светлана замерла под пристальным взглядом глаз, которые сейчас, из-за странной игры тени и солнца, показались ей почти черными.

- Я не знаю, что и как принято делать в таком деле, как ты верно заметила -- у меня специфический опыт общения с женщинами, - спокойно, уверенно, но с каким-то жестким напором проговорил Руслан. - Но мне плевать на это. Одно я знаю точно -- я хочу видеть тебя возле себя в кровати каждое утро, когда открываю глаза. Хочу сбиваться с графика и опаздывать потому, что тебе интересно можно ли больно удариться о гимнастический снаряд, - уголки рта Руса дрогнули, приподнимаясь в самоуверенной улыбке. А Света поняла, что краснеет, вспоминая о том, чем закончилось ее любопытство в этот раз. - Я не шутил вчера, когда предупреждал тебя, что некуда отступать и теперь ты -- моя. Не шучу я и сейчас, когда настаиваю на переезде. Света, я не говорю, что не буду чудить и всегда поступлю идеально с чьей-то точки зрения. Я такой, какой есть и не знаю просто, что будет и как. Да и кто знает? Только я уверен в том, что нам стоит быть вместе. Потому что мое место - рядом с тобой, а твое -- где-то здесь, - не перестав усмехаться уголками губ, он обнял ее и притянул к себе, прижав так крепко, что она уткнулась лицом Руслану в грудь. - И мне непонятно, зачем притворяться и поступать так, как от нас кто-то ждет, если мы можем просто сделать то, чего оба хотим? Можем жить нашей жизнью, не оглядываясь на мнение окружающих? Ты моя женщина, и не потому, что провела со мной ночь в постели. Это больше. А я не настолько туп, чтобы оставлять теперь тебя и на минуту. Да и не хочу, чтобы ты была где-то вне этого пространства. Так что -- не вижу никакой проблемы с переездом, - и замолчав, Руслан пристально, выжидательно посмотрел на нее. - Кстати, мои друзья ни капли такому не удивятся. Они слишком хорошо знают меня, - серьезно добавил он.

Светлана растерялась. Да, что там! Она утратила дар речи и теперь просто разглядывала Руслана. Его слова сбили ее с ног и лишили кислорода в легких.

Вряд ли подобную речь романтичная особа смогла бы посчитать трепетной и проникновенной. Скорее самонадеянной и возмутительной. Требовательной. Такой же напористой и наглой, прямолинейной, как и он сам.

Свете никто еще не предлагал подобного в таком тоне. Ничего не обещая и не клянясь в любви и преданности до гроба.

Наоборот - требуя, почти вымогая. Словно бы он и не сомневался в ее ответе.

Но Света вдруг поняла, что ей больше не надо никаких слов. Ничего другого.

Она бы не поверила, начни Рус признаваться в любви. Какая любовь после такого знакомства? Не поняла бы и вероятно, рассмеялась бы, начни он пытаться убедить ее иначе, со стихами и розами.

А вот те слова, что выбрал Руслан...

Странно, дико, непонятно, но она знала, что эти слова были правдой. Как и то, что он сказал ей на набережной, и что так сильно врезалось ей в память.

Светлана не понимала, как можно утверждать, что принадлежишь кому-то, как можно осознать, что не мыслишь себя без человека, которого знаешь без году неделю?

Но так было.

Он не врал. И она ощущала то же самое, когда смотрела в глаза Руслана. Между ними было нечто большее, чем просто притяжение или влечение. Даже не влюбленность.

Какая-то безумная потребность, толкнувшая ее вчера к ему в объятия. И действительно принадлежность друг другу.

Пальцы Руслана все сильнее сжимались на ее плечах, пока Света молча рассматривала его лицо.

- Ты бы убил за меня? - спросила наконец она.

Не из кровожадности. Не оттого, что собиралась нечто подобное от него требовать. А потому, что напоминала ему о его же словах, проверяя, насколько Руслан сейчас честен с ними обоими.

- Не задумываясь, - спокойно ответил он.

Руслан не отвел глаза и продолжал смотреть в упор на нее, признаваясь в подобном.

А Света вдруг осознала, что и сама сделал бы то же, если бы довелось.

Господи! Наверное, это было какой-то одержимостью, наваждением или сумасшествием из-за которых так часто люди решаются на странные, необъяснимые, а порою и просто страшные поступки. Но сейчас Света не могла отрицать, что готова стать одной из таких людей. Причем, с радостью.

- Ладно, пусть Сергей приходит завтра, - опустив глаза, кивнула она. - Сегодня мы будем заняты. Не то, чтобы у меня имелось много самых нужных вещей, но все-таки время придется потратить, - Света положила ладонь поверх его руки, и попыталась освободить свою дверь, чтобы все же сесть в машину и добраться до работы, пока у нее еще имелось минут десять-пятнадцать в запасе.

Но вместо желаемого результата, она вдруг очутилась распластанной на боку своего же автомобиля, а ее губы оказались в полной и безраздельной власти рта Руслана. Он едва не оглушил ее таким напором, но сопротивляться не хотелось совершенно. Особенно, когда Света поняла, чем именно Рус уперся в ее бедро.

Горячий металл припекал кожу через ткань, но Света этого почти не ощущала. Выгнув шею, она застонала, подставив губы под жадный и глубокий поцелуй. И сама отвечала на сильные, жесткие ласки его языка и рта.

- До скольки ты работаешь, и где мне тебя забрать? - наконец, тяжело дыша, спросил Руслан, все еще не дав ей свободы.

- Я сама доберусь к себе, - покачала головой Света, продолжая чувствовать насколько плотно вжат его возбужденный пах в ее живот. - Можешь приехать мне помочь, думаю, часам к шести я сегодня уже освобожусь.

- Я буду, - пообещал Руслан все с тем же напором, с которым и убеждал ее несколько минут назад.

И только после этого отступил на пару шагов назад, наблюдая, как Света, неловкими движениями дрожащих рук открывает дверь и почти падает на сиденье водителя.

- Будь осторожна за рулем, пожалуйста, - гораздо тише добавил он, погладив ее щеку.

И только после того, как она кивнула и щелкнула замком ремня безопасности, позволил захлопнуть дверь, подняв ладонь на прощание.

Света подняла свою руку в ответ, и в самом деле, предельно осторожно тронула машину с места. Просто потому, что в ее теле тряслась каждая мышца и поджилка после их поцелуя.

Она аккуратно выехала со стоянки, видя в зеркале заднего вида, что Руслан все еще стоит у своего кроссовера и смотрит ей вслед.

Две недели спустя

- И что ты думаешь об этом? - Руслан отвернулся от окна, за которым опять накрапывал дождь, напоминая, что осень не за горами, и посмотрел на Серого, задавшего этот вопрос.

- А что я могу думать? - насмешливо хмыкнул он и подошел к столу, у которого сидели друзья. - Мое мнение об этом не поменялось. Да и вряд ли поменяется. Я не хочу влазить в нелегальные бои. Это дурное занятие и не оправданное. Во-первых, я не собираюсь подставлять наших парней, тем более перед приближающимися соревнованиями, а во-вторых -- вы и сами понимаете, что это договор с чертом. Поучаствовав в боях раз -- мы окажемся в руках этих "дельцов" и вывернуться, даже с моими связями будет чертовски сложно. Да и не хочу я даже встречаться с дядей, - Рус скривился на этом слове, а друзья сделали вид, что не заметили, прекрасно зная, насколько он не любит вспоминать об этом "родственнике". - Тем более, сейчас не хочу иметь с ним ничего общего, - добавил Руслан уже задумчивее и тише.

И посмотрел на часы -- Света должна была появиться с минуты на минуту, они договорились встретиться в пять. Сейчас часы показывали без двадцати, а с ее страхом опоздания, в котором он уже не раз имел возможность удостовериться, можно было быть уверенным, что она вот-вот войдет в двери.

Хорошо, что Горелин ушел. Руслан не хотел, чтобы они пересеклись. Он и сам точно не знал, почему это казалось таким важным. Но что-то в сегодняшнем разговоре с Димкой его насторожило.

Горелин им угрожал.

Пусть и пошел на попятную сразу, стоило Руслану недоверчиво вздернуть бровь и поднявшись со стула переспросить, куда это он клонит?

Димка никогда не отличался стойкостью. И видно, на том его и взяли, если уж он третий раз пришел предлагать Руслану участвовать в боях. Наверное, он чем-то задолжал людям, которые теперь гоняли Горелина по клубам, заставляя собирать участников для нелегальных боев.

Вот только Рус не хотел и не собирался иметь с этим ничего общего.

- Ладно, все, с этим решили, - Сергей пожал плечами. - Просто больше не будем пускать его и все. Тем более после этих заявлений, что мы можем пожалеть о своем нежелании. Нашел пугливых, - Серый фыркнул, а Стас скривился, поддерживая раздражение друга.

Руслан усмехнулся и кивнул.

- Нам есть о чем думать, - кивнул он. - Скоро первый тур национального первенства. Да и в Бойцовском клубе мы давно встреч не организовывали, - добавил он, и тут же нахмурился, вспомнив позавчерашний вечер, который они провели в гостях у родителей Светы. - Черт! - Рус потер лоб, - я забыл про Романа, - он чертыхнулся сквозь зубы.

Стас уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент заиграл рингтон его телефона и тот, кивнув друзьям, вышел из кабинета в коридор, едва увидел номер.

Сергей с Русланом переглянулись и одинаково усмехнулись.

В отличии от самого Руса, который не делал никакого секрета из своих отношений со Светой и того, что они уже живут вместе -- Станислав все еще прятался и старался сделать вид, что совсем не с одной и той же девушкой проводит все свое время. И тушевался каждый раз, когда друзья начинали подшучивать над ним по этому поводу.

- Роман -- это брат Светы? - уточнил Сергей, откинувшись в кресле.

Рус кивнул.

- Да, мне его прибить хочется каждый раз, как я его вижу, честное слово. Но он очень нагло и настырно "попросился" на следующую встречу. Не могу отказать ему в таком. Так и хочется самому вправить мозги пацану, но пусть это лучше кто-то другой сделает. Так всем легче будет, - раздраженно признался он. - У них вообще, не семья, а какой-то серпентарий. Только отец у Светы и нормальный, - он усмехнулся. - Честно предупредил, что сотрет меня в порошок, если я не дай Бог обижу его дочь. Не понимаю, как он младших так воспитал, ведь нормальный же мужик, - Руслан пожал плечами. - А у меня такое чувство каждый раз, когда я к ним прихожу, что сестра и брат готовы убить Свету. Причем, непонятно за что. Она с ними носится и на все глаза закрывает, - Руслан сжал пальцы так, что суставы хрустнули и качнул головой. - Странная, ненормальная семья.

Сергей хмыкнул.

- Да, ладно, такое часто бывает между братьями и сестрами. То ты просто забыл, - друг уперся локтями в стол.

Руслан нахмурился.

- Не знаю, Серый, нас бы с братом отец сначала выпорол за подобное поведение, а потом бы наглядно объяснил, как именно родные люди должны относиться друг к другу, - он пожал плечами. - На кого можно расчитывать, если не на семью, ты мне скажи? - Рус вопросительно кивнул головой. - А Свете кроме отца, явно на семью рассчитывать не приходится.

Сергей хмыкнул и пожал плечами.

Руслан понимал, что другу просто нечего сказать по этому поводу. Он-то знал только Светлану.

И кстати, к его недовольному раздражению эти двое в первый же вечер знакомства моментально нашли общий язык. Даже пытались объединяться против него в спорных вопросах. Впрочем, в ком-ком, а в Сереге Рус не сомневался, знал, что друг не посягнет на Свету.

Да и в ней он был уверен. Но все равно, не удержался, то и дело демонстрировал, что это "его территория". Несмотря на все насмешливые взгляды Светы.

Просто Руслану не нравилось, что еще какой-то мужчина вызвал ее уважение и интерес. Пусть и другой, совсем не такой, как он сам. Но в первое время это его раздражало.

Хотя Света нашла способ убедить Руслана, что именно он владеет всем ее вниманием.

И Руслан не удержался сейчас от самодовольной улыбки, отвернулся к окну, вспомнив, чем закончился тот их вечер, после того, как они закрыли дверь за Сергеем.

Тарелки пришлось покупать новые, потому как ни одна не уцелела, когда он просто смел их на пол, уложив на стол Свету попутно срывая с нее одежду.

Кстати, это была именно ее идея -- что-то готовить, Руслан пытался убедить Свету, что Серый и чипсами обойдется, не в первый раз.

Однако она непререкаемо заявила Русу, что такой гадостью "их" гостей угощать не будет. А если он не доволен ее инициативой -- Света может забрать сумку, которую еще не разобрала, и уехать.

И Руслан согласился с ее условием, что они должны быть на равных правах в планировании и устройстве быта, иначе все это не имеет смысла. Собственно, поскольку он вообще в таком деле мало смыслил, Руслан готов был полностью довериться ей. И без всяких возражений помогал потом убирать следы их погрома.

Правда, и уборку они умудрились закончить сексом. После чего Света категорически отказалась подниматься и заявила, что у нее нет сил. Она со смехом сообщила, что собирается обосноваться здесь, на ковре. "Смысл куда-то перебираться, если они раз за разом возвращаются к этой точке?", не скрывая зевка спросила Света и свернулась клубочком на его руках.

Но Руслан не согласился. И отнес ее в кровать, непререкаемо постановив, что ей должно быть удобно.

За что удостоился звания "тирана".

Он даже думал обидится. Но она уже заснула, и Рус махнул на это рукой.

А вообще, он ни минуты не жалел, что уговорил Свету переехать.

Нет, нельзя сказать, что все шло идеально. Ясно, что так не могло быть. Слишком мало они друг друга знали. Но пока им всегда удавалось находить общий язык.

Даже когда Света без его ведома убрала в квартире и он долго возмущался, разыскивая свои документы. Это был первый раз, когда она в полной мере увидела его характер. Однако, как ни странно, Света не просто не испугалась раздражения и злости Руслана, а еще и сама отругала его, сообщив, что если бы он сразу сказал ей, что ему надо, то она бы показала, куда эти бумаги положила. А орать на нее нечего. И развернувшись с гордым видом ушла в комнату, которую забрала под свой кабинет, рядом с его тренировочным "залом".

Руслану же еще пришлось и извиняться. Серьезно, по настоящему говорить "прости", чтобы она поверила.

Но они справились.

А еще, ему до жути нравилось ее настойчивое желание сидеть рядом с ним, когда Руслан пил кофе в шесть утра.

Он никогда бы не признался в этом ни Свете, ни еще кому-то, и всегда ворчал, что нечего ей спать за столом, когда можно спокойно это же делать в кровати, ведь на работу она ехала гораздо позже его. Но Светлана игнорировала ворчание и скептичное хмыканье Руслана. Упрямо вставала с ним и пока Рус занимался, готовила кофе и тосты, или еще что-то, иногда блины, иногда сырники. А позавчера - даже вафли. Оказывается, Света накануне заезжала к себе за специальным аппаратом для этих хрустящих штук.

Руслан ворчал, что поправится. Что всегда обходился одним кофе и тот был без сахара, на что Света отвечала -- его никто не заставляет это есть, но она привыкла завтракать.

А как тут можно было не есть?

Он от одного запаха, который разлетался по квартире, пока она готовила, готов был урезать свою разминку и тут же отправиться на кухню, которую раньше использовал только когда хотел пить. И как казалось Руслану -- Света сразу поняла это, раскусив его, как мальчишку, а потому просто не обращала внимания на все ворчание и придирки. И упрямо пила с ним кофе...

Хотя, пил его он, а она обычно дремала, опустив голову на столешницу посреди всего того, что успевала приготовить.

Честно говоря, впервые за пятнадцать с лишком лет Руслан ощущал себя частью чего-то. Он больше не был одиноким. И дело состояло не в том, что теперь кто-то постоянно находился рядом, ворча, смеясь, подшучивая, возмущаясь или целуя его.

А в том, что это делала именно Света.

- Вы вчера рано ушли, - голос Серого отвлек Руслана от анализа первых двух недель совместной жизни. - Свете не понравился бой? - поинтересовался друг.

Руслан опять повернулся к нему.

- Типо того, - он пожал плечами.

Они вчера все ходили на городские соревнования по кик-боксингу и Руслан сам очень удивился, когда Света, которая с достаточно сильным нетерпением ждала этого, вдруг ни с того ни с сего побледнела и вышла из зала.

А когда Руслан пошел за ней -- сказала, что он пусть как хочет, а она уезжает отсюда.

Он не смог добиться от нее вразумительного объяснению подобному поступку. И даже раздраженно высказался по поводу непонятного поведения. Серьезно, Рус не собирался уходить, да они посмотрели только четыре боя!

Света в ответ на это молча развернулась и, бросив на ходу, что доберется на маршрутке, вышла за двери спортивного комплекса, где проходили соревнования.

Руслан выдержал ровно пять минут. После чего, ругаясь и проклиная в уме все подряд, чувствуя себя чертовым подкаблучником, пошел следом.

Он догнал Свету уже на остановке. Не разговаривая, Рус просто схватил ее за руку и едва ли не против воли усадил в машину.

Они не разговаривали до самого дома. Да и приехав, молча разошлись в разные углы гостинной, накапливая раздражение внутри. И только спустя часа два, когда он устал притворяться, что читает журнал и тупо, зло смотрел в окно на наступающую ночь, Света вдруг заговорила, удивив его вопросом.

- Та девушка, что сидела возле правого угла, - тихо произнесла она, и Руслан впервые за два часа обернулся в ее сторону. - Это ее муж дрался в последнем бое, да?

Он не понял к чему она это спросила и хоть продолжал злиться из-за того, что пришлось уйти, попытался вспомнить положение людей во время того боя, о котором Света говорила.

- Вероятно, - наконец, отрывисто бросил он. - Какая разница?

Света не повернулась к нему. Она сама стояла у окна, рассматривая огоньки города с шестнадцатого этажа, на котором находилась его квартира.

- Я бы так не смогла, - наконец, тихо произнесла Светлана, когда Рус уже решил, что не дождется ответа. - Как можно улыбаясь смотреть, когда бьют твоего любимого человека? Как? - Света покачала головой, казалось, все еще пребывая в каком-то опустошенном недоумении. - Я бы с ума сошла, если бы это ты бился. И не потому, что сомневалась бы..., - она прижала лоб и ладони к стеклу. - Но разве можно не волноваться о любимом? Разве можно спокойно смотреть на такое? Господи! Да я бы просто зажмурилась и молилась бы все время боя. Мне стало страшно, просто когда я представила это себе, а она еще болтала с другими и смеялась...., - Света вздохнула.

А Руслан впервые за вечер понял, почему она выбежала из зала. И его тронуло то, что Света сказала. В чем призналась, даже если сама не поняла.

Тихо поднявшись с дивана, он молча приблизился к ней и обхватил ладонями плечи.

- Родные к этому привыкают, малышка, - прошептал он ей на ухо. - И потом, тут же все по правилам, это же официальный бой, и судья следит. У нас в стране никогда не было несчастных случаев на соревнованиях. А синяки и ссадины -- быстро заживут, - Руслан чуть не вздрогнул от неожиданности, когда Света резко развернулась и, уткнувшись лицом ему в грудь, крепко обняла Руслана за талию.

Он обнял ее не менее сильно. Может даже чересчур. Ему сложно было вовремя остановиться с ней, и иногда Света со смехом демонстрировала Русу синяки на руках или бедрах. Но казалось, никогда не возмущалась и не была против.

Однако Руслан все равно старался, чтобы так не выходило.

- Я не представляю, как бы смогла к такому привыкнуть, - тихо прошептала она.

Руслан усмехнулся и поцеловал ее в макушку.

- Ну, я-то уже и не дерусь на соревнованиях, - подмигнул он ей и поднял лицо Светы, обхватив подбородок пальцами. - Так, с ребятами для их тренировки и повышения уровня, да чтоб самому форму не терять, - Рус говорил, а сам видел, что она не успокаивается.

Ему было приятно, что о нем волнуются. Пусть и повода, в общем-то, не было.

И все равно, Руслан ощущал себя до чертиков счастливым. Только ему не нравилось, что Свете было не весело. И потому, прижавшись губами к ее рту, он решил отвлечь Свету от глупых мыслей самым проверенным способом.

- Странно, мне казалось, что она так хотела туда попасть, - вопросительно протянул Сергей, очевидно видя, что Руслан не спешил развивать ответ.

Но Рус только хмыкнул.

- Она перенервничала, когда подумала, что и я так дрался, - пояснил он другу.

Сергей усмехнулся уголками губ.

- Знаешь, Рус, я тебе начинаю завидовать, - подколол его Серый. - Вот за что тебе такая девушка? Ты же ее не ценишь так, как она достойна, - он откинулся на спинку и пригнулся, когда возле его уха просвистел запущенный Русланом журнал. - Ладно, я пошутил, - примиряюще поднял руки Сергей. - Но если серьезно, ты же почти не дерешься уже, чего ей нервничать?

- Не знаю, - пожал плечами Руслан. - Я ей попытался это объяснить. Но..., - он опять пожал плечами. - Женщины, - протянул он.

Сергей понимающе кивнул.

- Да уж, порой их совершенно невозможно понять, - согласился приятель.

Руслан криво улыбнулся и ощущая странное тревожащее чувство, опять посмотрел на часы -- те показывали восемь минут шестого.

Он напряженно застыл, не понимая, что не так.

Света ни разу не опаздывала. Никогда. Один единственный раз, когда она только могла задержаться, Света позвонила за полчаса и предупредила его. А потом все равно приехала вовремя. Сейчас же... он просто не понимал.

Руслан нахмурился и полез в карман за телефоном.

- Что такое? - Сергей тоже напрягся, увидев изменение в его настроение.

Рус только кивнул на часы.

- Света должна была приехать восемь минут назад, - каким-то странным голосом пояснил он. И это не укрылось от друга.

- Сегодня ярмарка на набережной, - попытался найти он объяснение, - может она по проспекту едет. А там часто пробки. Тем более что поток возрастет...

- Тогда почему она не позвонила? - спросил Руслан, уже слушая гудки в трубке.

Но до того, как Сергей успел что-то сказать, на вызов ответили.

- Господи, Руслан, прости! - с какой-то непонятной ему экспрессией зачастила Света. - Я тут совсем растерялась и о времени забыла из-за этого недоумка! - она глубоко вдохнула, словно пыталась таким образом успокоиться. - Прости, что не перезвонила, просто пока аварийку выставила, пока этот придурок перестал пытаться на меня наорать, хоть сам виноват, - что-то ему не становилось спокойней от ее пояснений. Наоборот, с каждым произнесенным Светой словом, Руслан ощущал, как внутренности завязываются в ледяной узел в животе. И наверное, Серый это понял, потому что уже поднялся и с напряженным вопросом в глазах смотрел на него. - Я не успею, Руслан, - продолжала объяснять Света. - Пока ГАИ приедет..

- Света, - оборвал он ее, и сам вздрогнул от звука своего голоса. - Что случилось? Где ты?

Сергей подошел ближе, но Руслан почти не заметил этого.

- Я? - удивленно переспросила она, и тяжело выдохнула, словно растерялась. - Сейчас..., сориентируюсь. Черт! Я так испугалась, когда он в меня врезался, до сих пор руки дрожат... и ноги, кажется, - с какими-то истеричными нотками в голосе призналась Света. Он понимал ее. У Руслана самого уже дрожали руки, когда он в полной мере осознал, что именно значили ее разрозненные слова. Словно ему опять было пятнадцать, и кто-то пытался забрать у Руслана все, что имело значение. - Я на повороте у дамбы, только ниже на квартал, - наконец сообщила Света. - В меня какой-то идиот на "прадо" въехал, - добавила она, подтверждая его предположение.

- Я сейчас буду, - тем же хриплым, неживым голосом бросил Руслан в трубку и быстро направился к выходу, смутно понимая, что творится вокруг.

Его сейчас волновало только одно -- добраться до Светы и прижать ее к себе, удостоверившись, что с ней все в порядке, что она цела. Что дышит, плачет и смеется, а не бледная и холодная, как искореженные тела его родителей, к которым Руслана привозили в морг на опознание после аварии.

- Рус! - он даже не понял, что Сергей пошел за ним, пока друг не гаркнул ему на ухо, тяжело положив на плечо ладонь. - Что случилось, черт тебя побери?!

Руслан моргнул и удивленно посмотрел на Сергея. Но не остановился, сбегая по ступенькам на первый этаж.

- Света попала в аварию, - бросил он, зная, что остальное Серый и сам поймет. Они дружили с третьего класса.

Сергей на миг умолк, ошарашенно уставившись на него, а потом выругался и догнал успевшего отойти Руслана.

- Как она? - осторожно поинтересовался он.

Что Руслан мог ему сказать? Он же тут, рядом с ним, а не с ней находился. И из-за этого он злился и бесился, как и от вопросов друга.

- Разговаривает, - раздраженно бросил он, толкнув дверь выхода. - Откуда я знаю, Серый? Я же здесь, а не с ней?! - не выдержав, громко спросил Руслан.

Впрочем, друг не обиделся. И не отставал от него.

- Давай, я поведу, - предложил Сергей, следом за Русланом приближаясь к его кроссоверу.

- Иди ты, - буркнул Рус, открыв машину и сел за руль.

- И пойду, - спокойно согласился Сергей, сев рядом. - Точнее, поеду с тобой. Только не дури, Рус. Еще одна авария ни ей, ни тебе не нужна. Так что давай осторожнее, - добавил он, когда Руслан рванул с парковки так, что шины завизжали по асфальту.

Рус опять витиевато послал его подальше.

Хоть в глубине души и был благодарен другу, что тот увязался за ним. Да и правду Сергей говорил. Только эти мысли шли боком, все его внимание занимал только страх о благополучии Светы.

Глава 13

Слишком поздно она подумала о том, что не стоило вероятно признаваться Руслану об аварии.

Но как такое скрыть? Света слабо себе представляла. Чтобы она говорила, приехав на разбитой машине? Он же не идиот.

Только и то, что Рус, наверное, расстроится -- ее не радовало.

Меньше всего Света хотела бы, чтобы Руслан вспоминал неприятные и горькие моменты своей жизни только из-за того, что какой-то дурак, явно купивший права "за сало" пытался сократить себе путь, повернув через двойную сплошную, отчего и врезался в нее.

Да и сами повреждения оказались пустячными: ссадина и синяк у нее, да вмятина на бампере хонды. Правда, то что подушка безопасности сработала -- показатель силы удара. Ну а чего ждать, когда в несчастную "хонду" въезжает массивный "прадо"? Даже на шестидесяти километрах это страшно.

И к сожалению, удар пришелся на ее лоб и руль, хоть Света и пристегнулась. Теперь голова ощутимо болела в месте ушиба, но вроде бы ничего страшного -- в глазах не двоилось и зрачки казались одинакового размера, да и головокружение отсутствовало (это все, что Света смогла вспомнить из курса первой помощи, который им читали в университете). А вот синяк не спрятать, он гордо красовался у нее во лбу.

И как Света не крутила зеркальце -- тот не становился меньше.

Руслан точно не обрадуется. Она видела, как он переживал, если сам случайно слишком сильно обнимал ее. Пусть и пытался скрыть опасения за шутками или намеком на то, что это ее хрупкие сосуды всему виной.

Как же это все не вовремя! И так их переходной период не казался для нее отпуском.

Не то, чтобы они притирались с трудом. Нет. Света ожидала худшего, если честно.

Но все равно, она постоянно жила на нервах. Все казалось таким непривычным и непростым. Она должна была теперь помнить, что ей есть на кого оглядываться, что надо кому-то звонить, отчитываться, предупреждать. Просто интересоваться, как дела... правда, это Света делала с желанием.

А еще, она постоянно ждала, что вот сейчас он придет и скажет, что все -- наигрался. Ждала и боялась.

Потому что ей самой сильно нравилось все, во что так стремительно превращалась их жизнь.

Получал ли Руслан такое же удовольствие от каждой минуты, что они проводили вместе? Света надеялась на это.

Но каждый раз тайком вытирала мокрые ладони и до боли сжимала пальцы, когда они заходили в клуб. Слишком хорошо помнила, как он вел себя пару недель назад, да и о том, о чем отец предупреждал - не забыла...

- Эй, послушайте! - голос виновника и стук его пальцев, барабанящих по ее поднятому стеклу, напомнили Свете, что место аварии не лучший вариант для анализа личной жизни.

Вздохнув, и прикинув, что удар, наверное, не прошел бесследно, если она здесь о таком думает, Света вышла под мелкие капли теплого летнего дождя.

Дурная погода. И самая опасная. Дождь только начался, и пыль, смешиваясь с одинокими каплями, становилась очень скользкой, превращая асфальт если не в каток, то в его подобие. А слишком немногие водители об этом помнили. И ее визави, судя по всему, не принадлежал к таковым. Потому его внедорожник и занесло на крутом повороте.

Они стояли у обочины, отогнав туда свои машины, чтобы не мешать движению остального транспорта. И во время этого перемещения Свету до ужаса напугал шум, который теперь издавала ее "хонда", при работе двигателя. Без капитального ремонта точно не обойтись.

- У меня есть предложение. Давайте все уладим на месте, а? Без ГАИ, - мужчина лет тридцати восьми-сорока, вопросительно и несколько нервно посмотрел на нее. Его лицо казалось Свете смутно знакомым, но она никак не могла вспомнить, где и когда видела того. А может это все из-за травмы головы. - У меня важная работа и мне некогда терять время, здесь.

Света пожала плечами. Она бы не против, да только не знала, во сколько может обойтись такой ремонт, а взять мало, и потом ремонтировать за свои -- не хотелось.

- Если торопились -- не стоило нарушать, быстрее бы добрались, - как-то вяло произнесла она, оперевшись о капот своей помятой "хонды". - Я тоже опоздала, и более того, причинила лишние волнения своему любимому человеку, а все из-за вашей дурацкой манеры вождения. Но спокойно жду, - Света прижала пальцами пульсирующую от боли голову.

- Вот только не надо мне морали читать, - мужчина фыркнул и снисходительно осмотрел ее с ног до головы, - не хватало, чтобы какая-то девица меня водить учила! Да я за рулем сидел, еще когда ты под стол пешком ходила, - категорично возмутился он.

- Очевидно, и тогда вы правил не учили, а стоило бы, - пожала плечами Света. - Что и возвращает нас к корню теперешней проблемы.

- Да, пошла ты! - мужчина махнул в ее сторону рукой. - Ты хоть знаешь, кто я? Лучше б ты согласилась взять сейчас деньги и разъехались бы с миром. Потому как я могу крупно осложнить тебе жизнь...

Света рассмеялась.

Наверное, стресс сказался.

Но она никак не могла перестать хохотать. А мужчина, который, судя по всему не ожидал от нее смеха, растерянно смотрел в упор на Свету.

- Это еще как посмотреть, - сквозь истеричные смешки попыталась вставить она. - Кто кому жизнь осложнить может, потому что...

Визг шин затормозившего автомобиля прервал Свету как раз на том моменте, когда она пыталась выдавить из себя сообщение о том, кто ее отец. Да и сама она, без вмешательства внутренних служб, могла затаскать любого виновника по судам. Потому как прекрасно знала, как работает их система.

Но при одном взгляде на выражение лица Руслана, который выскочил из подъехавшей машины -- смеяться расхотелось.

Оттолкнув ничего не понимающего мужчину, она пошла навстречу Русу.

Света не знала зачем. Просто испытала потребность прижаться к нему, почувствовать его силу и дать Руслану ощутить, что с ней самой все в порядке.

Едва она оказалась в зоне его досягаемости, Руслан сгреб Свету в настолько крепкие объятия, что стало тяжело вдохнуть.

- Скажи мне, что с тобой все хорошо! - с напором потребовал он, едва не встряхнув ее. Буквально впился глазами в ее лицо, а потом, без перерыва, вдавил голову Светланы себе в плечо, обняв еще сильнее.

Света ойкнула. Больше от неожиданности, чем от боли.

И Рус тут же ослабил свои тиски, начав ощупывать Свете руки и плечи, прошелся ладонями по спине, груди и животу, добравшись до ног.

- Господи, малышка, у тебя ничего не болит? Как ты себя чувствуешь? - все тем же, странно жестким, надрывным и каким-то неживым голосом, который почти пугал ее, выяснял Рус.

Она даже потерялась от такого напора. И не успела ничего сообразить для ответа, только покачала головой. Темные глаза Руслана тут же остановились на ее лбу, откуда, по всей видимости, синяк никуда деться не успел.

Рус прищурился, так сжав челюсти, что желваки заходили на щеках, и Света почему-то очень ясно представила себе ход его мыслей. И почти не сомневалась, что он уже придумал самый страшный диагноз и безусловно приписал ей как минимум внутричерепное кровоизлияние, если не перелом черепа.

Сложно было не понять причин таких его умозаключений, но следовало их срочно прервать, а то мало ли до чего Руслан мог еще додуматься.

- Руслан, - она постаралась произнести его имя спокойно и веско, с ударением, чтобы привлечь внимание. И поймала какой-то потерянный, почти безумный взгляд, от которого у нее сжалось сердце. - Руслан, со мной все хорошо, - уверенно и четко проговорила Света. - Это просто синяк и небольшая ссадина, - она махнула на лоб рукой. - Ничего больше. Помнишь, у меня хрупкие сосуды? - она помахала перед его лицом левым запястьем, на котором виднелись уже желтеющие следы от его же пальцев.

Выражение лица и дрогнувшие, сжатые в белую полоску губы не указывали на то, что Руслана подобное объяснение успокоило. А Света поняла, что он сейчас и это может истолковать не так, как стоило. Тогда она просто обхватила его, крепко обняв и сама прижалась головой к груди.

- Все хорошо, со мной правда все нормально, - убежденно повторила она.

Он только секунду оставался неподвижен, а потом вновь стиснул Свету с такой силой, что это невозможно было назвать объятиями или поддержкой.

Руслан уткнулся лицом ей в волосы и глубоко вдохнул, вероятно, стараясь успокоиться, поверить ей. Казалось, он пытался вдавить ее в себя, растворить в себе. И Света серьезно забеспокоилась, что сейчас может получить еще и пару переломов ребер. Но не могла возмутиться. Потому что имела представление о том, насколько непросто в данную минуту самому Русу.

Только теперь, через его плечо, она заметила, что позади них остановился Сергей, который, наверное, приехал с Русланом. И что он как-то напряженно смотрит ей за спину.

Насколько она знала -- смотреть там особо было не на что, разве что на две помятые машины и виновника аварии. Вот только что из этого вызвало такое выражение лица у Сергея?

Впрочем, может это от кислородного голодания мерещится?

- С тобой точно все нормально? - уже другим, более привычным ей голосом, хрипло прошептал Руслан, так и не ослабив своих объятий. - Ничего не болит, малышка? Иногда сразу не обращаешь внимания, и только потом понимаешь, что ударился где-то, не заметив, - он отстранился немного. Совсем чуть-чуть, не больше чем на пару сантиметров, и внимательно посмотрел на Свету. И его глаза опять потемнели, когда Руслан осмотрел синяк. - Тебе надо в больницу, - вдруг решительно произнес он. - Немедленно, чтобы я был уверен, что здесь нет ничего страшного...

- Руслан, - она с трудом высвободила свои руки и обхватила ладонями его скулы. - Успокойся. Со мной ничего страшного. Синяк и все. Машина и та, не очень пострадала, - попыталась отвлечь она Руса. - Правда, не знаю, сможет ли она сейчас ехать, - Света закусила губу. - Надо будет мне отогнать ее на СТО...

Руслан скривился.

- Забудь об этом, - категорично отрезал он. - Ты больше, вообще, за руль не сядешь. Хватит.

Она опешила. И даже открыла рот пару раз, но так и не смогла ничего сказать от подобной наглости. Нет, Света все понимала, но она-то в чем виновата?

- Руслан! - к ней наконец-то вернулась способность разговаривать и возмущаться. - Ты что?! Я не собираюсь отказываться от вождения только потому, что какой-то идиот нарушил правила и врезался в меня! Это же не моя вина, черт возьми, а его! - она махнула рукой себе за спину. - И по какому праву ты мне можешь запретить водить автомобиль? - Света попыталась отступить от него, чтобы продолжить возмущенно высказывать все, что думает.

Но в этот момент Руслан, после ее жеста, перевел глаза на виновника.

И Света умолкла на полуслове, когда увидела, как изменилось выражение лица Руслана. Будто бы враз потемнело и закаменело.

Он напряг челюсти так, что она увидела контуры его мышц и одним резким движением задвинул Свету себе за спину, словно бы старался закрыть ее собой.

Она растерянно вцепилась в его руку, чтобы сохранить равновесие и непонимающе оглянулась на Сергея, который уже успел подойти и стать рядом с ними.

А потом и сама посмотрела на виновника. Тот казался немного ... смущенным и растерянным. И явно узнал Руса. Похоже, кроме нее, тут все друг друга знали.

- Виталий?! - не проговорил, а почти прорычал Руслан, все еще недоверчиво глядя на мужчину.

- Кгхм, - видя, что все взгляды обращены на него, тот как-то судорожно откашлялся. - Здравствуй, Руслан, - неловко произнес он. - А я и не знал, что она твоя девушка..., - он невпопад кивнул головой в сторону Светы. - Прости, мужик, серьезно, я не думал, что так выйдет, просто мне срочно надо на...

Руслан выругался.

Света еще не слышала от него таких слов. И даже ошарашенно посмотрела на лицо Руслана. Оно показалось какой-то взбешенной, разгневанной маской.

- Не думал? - сипло переспросил Руслан, осторожно разжав пальцы Светы на своем предплечье, но продолжал смотреть на этого Виталия. - Ты не думал?! А вы вообще думаете?! Или, куда там! Вам все можно! - он в два шага приблизился к виновнику и схватил того за ворот шведки, сильно встряхнув.

- Рус! - Сергей следом за другом обошел Свету и встал рядом, положив руку на плечо Руслана. - Я понимаю, что ты разозлен. Все понимаю. Но не стоит все усложнять. Сейчас вызовем ГАИ. Не надо, Рус.

Руслан обернулся к нему и посмотрел такими глазами, что Света впервые испугалась рядом с ним. Хотя, это скорее был страх, что он сделает что-то, что ему же принесет проблемы, которых не стоит накликать. А потому, несмотря на дрожь в коленках, она шагнула к мужчинам.

Но в этот момент Руслан заговорил.

- Понимаешь? - разъяренно переспросил он Сергея, и опять встряхнул Виталия, который и не думал вырываться из захвата Руслана, хоть и не выглядел слабым, пусть и проигрывал своему противнику в росте. - Ты ни черта не понимаешь и не знаешь, Серый! Ни черта! - зло повторил Руслан и опять выругался, обернувшись к Виталию. - Отойди, - бросил он другу. - Просто отойди, Сергей. Оно тебе триста лет не надо, - Рус толкнул Виталия так, что тот уперся спиной в бок своего помятого "прадо".

Сергей не показался убежденным, но все-таки отступил, хоть и было заметно, что он готов вмешаться в любую секунду.

Света подошла еще ближе, просто не зная, что сказать и как предотвратить назревающую беду. Даже зная о прошлом Руслана, она не могла понять, почему он сейчас настолько злится на своего знакомого. Ну врезался он в ее машину, и что? Ведь такое могло случится с кем угодно, в конце концов.

- Руслан? - неуверенно спросила она.

Однако он только покачал головой.

- Не надо, Света, отойди, - резко приказал ей Рус, продолжая впритык стоять к Виталию.

Наверное, тот забеспокоился о своей судьбе. Во всяком случае, он решил, что стоит начать оправдываться, и заговорил, не дав Свете ничего возразить на указание Руслана.

- Руслан, - Виталий выставил руки перед собой, словно пытался не подпустить того ближе. - Слушай, прости, я правда не хотел навредить ей, - он снова кивнул в сторону Светы. - Просто торопился. И так вышло. Это случайность, серьезно, мужик. Прости. Я не думал ничего плохого. Не хотел...

Кулак Руслан с грохотом врезался в бок "прадо" рядом с виском оправдывающегося Виталия, оставив приличную вмятину в металле.

Все умолкли. И ни кому не пришло в голову, что Руслан мог промазать.

- Заткнись, - сипло приказал Руслан. - Умолкни. Это все я уже слышал раньше. И знаешь что, Виталий? Это ни черта не стоит. Все ваши оправдания и извинения. Можешь засунуть их себе в глотку. А я не желаю слышать от тебя ни слова. Твое счастье, что она в порядке, иначе и он не смог бы ничего сделать. Понял? - он снова зло ударил по металлу, а Виталий дернулся, настороженно глядя в бешенное лицо Руса.

Посмотрев на виновника еще несколько секунд, Руслан вдруг резко разжал пальцы, которыми держал рубашку Виталия, и толкнул его, впечатав в машину, а потом отвернулся и притянул к себе стоящую рядом Свету.

Но отмахнулся, когда она, очень стараясь делать вид, что все нормально и у нее не дрожат пальцы, попыталась поймать его кулак, чтобы осмотреть ссадины на костяшках.

- Пустое, - тихо прошептал Руслан, уткнувшись ей в волосы лицом. - Поехали отсюда, - он потянул Свету в сторону своего BMW.

Она растерялась.

- Подожди, Руслан, - неуверенно возразила она. - А как же ГАИ, мне для страховой нужна справка, чтобы они деньги выплатили. И правила...

Рус хмыкнул. Только этот смешок показался Свете каким-то горьким.

- Поехали отсюда, малышка. К черту ГАИ, эти, - он небрежно махнул головой в сторону Виталия, - еще так все обставят, что ты окажешься виновата. Уж поверь мне, - он с силой надавил пальцами на переносицу, а после жестко потер все лицо ладонью. - Пошли, - еще раз повторил Руслан, видя, что Света его не понимает. - Обойдемся без ГАИ. Не волнуйся, они заплатят. Что-что, а с долгами они рассчитываются, правда, Виталий? - с издевкой спросил Рус, не повернувшись в сторону виновника.

Света опять посмотрела на него, все еще не разобравшись. Хотя... ей что-то очень не нравились догадки, которые проносились в мозгу. Только такого не могло быть. Ведь не могло же?

Виталий тут же кивнул.

- Конечно, без проблем. Все будет оплачено, даже не волнуйтесь по этому поводу, - тут же заверил Виталий Светлану.

- Но, - она опять посмотрела на Руса, который медленно и уверенно продвигал ее в сторону кроссовера. - Я же не могу бросить машину тут, посреди дороги...

Руслан на минуту остановился, а потом взял ключи от ее машины, которые Света все это время судорожно сжимала в левой руке и бросил Сергею. Тот без вопросов поймал их.

- Реши это, а, Серый? Я буду должен, - попросил Руслан уставшим голосом. Словно у него уже не имелось сил на эмоции.

Сергей скривился и отмахнулся.

- Не мели чепуху, Рус, - раздраженно бросил он, уже направившись к "хонде", мигающей аварийками. - Какие счеты? О чем ты? Конечно решу, - он кивнул на прощание Свете. - Езжайте лучше домой. Так лучше всего будет, - их друг прошел мимо Виталия, который как раз садился в свой внедорожник.

В принципе, сложно было с этим не согласиться. Света прижалась лбом к плечу Руслана, чувствуя себе более вымотанной, чем после самой аварии. "Дом" - звучало очень заманчиво.

- Нет, - сурово возразил на предложение друга Руслан. - Сначала я отвезу Свету к врачу. И мы сделаем рентген. Или томографию. Что там назначат.

- Р-у-слан, - Света уже даже не могла спорить, но все же попыталась.

Но он не обратил на ее протяжный несогласный стон никакого внимания. Просто подтолкнул в сторону своей машины и очень аккуратно помог сесть на пассажирское сиденье, лично пристегнув Свету ремнем безопасности. И на секунду прижался губами к ее плечу, заставив кожу покрыться мурашками.

- Рус, со мной все нормально, - в который раз попыталась убедить она его. - И я не хрустальная, не надо так, - ей почему-то было больно видеть, как судорожно сжимаются его пальцы всякий раз, когда он переводил глаза на ее лоб. - И если уж мы едем к врачу, ты покажешь ему свою руку, - она махнула пальцами на его ссадины.

Руслан криво улыбнулся, но не возразил, молча сел в машину и вставил ключ в замок зажигания.

А потом вдруг неожиданно и стремительно повернулся к ней, и притянув Свету к себя, жадно поцеловал, обхватив ее лицо своими ладонями.

Только эта ласка не походила на их обычные поцелуи. В ней была не столько страсть, сколько боль и страх. Словно бы Руслан нуждался в этом давлении, в касании, таким способом убеждаясь, что она в самом деле невредима и находится рядом с ним.

И Света со всей силой своих дрожащих рук обняла его за шею, готовая предоставить любые доказательства этого, какие только Руслану могут потребоваться.

- Это что было? - осторожно спросила она, когда Руслан наконец-то отъехал от обочины.

Он криво вздернул бровь и насмешливо посмотрел на ее лицо, а потом на припухшие губы. И не надо было слов, чтобы понять, к чему он клонит.

Против воли Света улыбнулась. Но не отступила, хоть и не хотела причинять Русу лишней боли.

- Я не про поцелуй спрашиваю, - она протянула пальцы и провела ими по его сбитой кисти.

Руслан нахмурился. А потом вздохнул и остановившись на светофоре, потер лицо рукой.

- Мои родители и младший брат... погибли в аварии, - наконец, с явным принуждением, выдавил он почти сквозь зубы. - Пятнадцать лет назад. И когда ты сказала, что кто-то врезался в твою машину..., - он пробормотал проклятие и отвернулся.

Света закусила губу. Она не о том спрашивала, и почти забыла про то, что не должна знать такого о прошлом Руса. А потому просто обхватила его шею руками и уткнулась в плечо.

- Руслан, - ее голос дрогнул. Что тут скажешь? История давняя и все ее сочувствие мало что изменит. Но все-таки. - Я... я безумно тебе сочувствую, - глухо пробормотала она ему в кожу. - Прости, что заставила так тебя волноваться и вспоминать...

Он хмыкнул и обхватил ее щеку своей большой, теплой рукой.

- Ты не виновата, малышка, - тихо прошептал он. - Просто это..., - Рус мотнул головой, словно не мог подобрать слов. - Как снова вернуться в тот момент. И должен сказать - чертовски паскудное ощущение, - горько признался Руслан.

Она не могла себе представить. Такое надо пережить. Но Свете и правда было дико больно из-за того, что подобное случилось именно в жизни Руса.

Он не позволил ей поднять голову, когда Света попробовала, крепче сжал пальцы и удержал на своем плече.

- Ты знаком с этим Виталием? - осторожно уточнила она свой первоначальный вопрос, не уверенная теперь, что стоит дальше развивать тему. - Просто ты так... сильно отреагировал, когда увидел, что это он..., - запинаясь пояснила она, увидев, как сжались челюсти Руса.

- Да, я его знаю, - коротко бросил Руслан. - Пересекались часто.

- Он как-то связан со смертью твоих родителей? - высказала она предположение, которое появилось, пока Света наблюдала сцену у "прадо".

Руслан застыл. Все еще лежа у него на плече, она чувствовала как деревенеют мышцы Руса.

- Я не хочу об этом говорить, - отрезал он, не посмотрев на Свету.

Его пальцы на руле сжались так, что костяшки побелели, а на поврежденной кисти выступило несколько капелек крови.

Света прикусила язык.

- Прости, - прошептала она, и тихо достала из бардачка салфетки, который сама туда положила пару дней назад. Вытянув из упаковки одну, Света аккуратно и осторожно промакнула кровь, стараясь не смотреть на лицо Руслана.

Он перехватил ее пальцы, когда Света, зажав испачканную салфетку в кулаке, отняла ладонь от его руки. Сжал ее и положил на руль под своей кистью, словно не хотел отпускать, но и для управления машиной в этот момент не мог обойтись одной рукой.

- Нет, - тем же, странно неживым голосом, который напугал ее на месте происшествия, вдруг проговорил Руслан. - Он не связан с той аварией, - кратко объяснил он.

И Свете показалось, что Рус хотел сказать что-то большее, чем произнес. Вот только что -- она не могла понять.

Ничего больше не спрашивая и не отнимая у него свою руку, Света прижалась губами к шее Руслана над воротом футболки.

До самой больницы они ехали молча.

Домой Руслан ее привез только удостоверившись, что авария и правда не причинила вреда здоровью Светы.

Он угрюмо стоял над плечом врача на приемном покое, пока тот осматривал ее. Все же настоял на томограмме, хоть травматолог и не считал это настолько уж необходимым, и категорически отказался показывать врачам свою руку, заявив, что не впервый раз сбивает кожу. Как Света не старалась, ей не удалось убедить его.

Наконец, они ушли из больницы, получив заверения, что со Светой все в порядке. И все же, врачи порекомендовали ей пару дней посидеть дома и очень внимательно понаблюдать за своим здоровьем, потому как последствия травмы могли проявить себя еще в течении дней-двух.

Стоило ли говорить, что Руслана такие рекомендации не успокоили?

Он тут же непререкаемо заявил что она неделю никуда не будет выходить, а когда Света попыталась напомнить, что у нее имеется работа, Рус только хмыкнул.

По его просьбе, да и учитывая вероятность проявления каки-то последствий, врач выписал ей больничный, который Руслан сам пообещал завезти в ее компанию завтра же утром.

Этот мужчина слишком любил брать на себя решения и чересчур часто командовал, по ее мнению, но Света настолько устала, что решила не отказываться от нескольких выходных. Тем более, что больничные в ее фирме оплачивались.

Не то, чтобы Света нуждалась, но все-таки приятно.

А вот о намерении Руслана не пускать ее за руль -- она собиралась спорить, о чем и сообщила своему "тирану".

"Но завтра", добавила Света, "как выспится".

Он только хмыкнул и пожал плечами, всем своим видов показывая, что не собирается уступать.

Но серьезно, это казалось как-то уж слишком. Не могла же она зависеть от Руса в каждом своем передвижении? А за годы, которые Света водила машину, общественный транспорт стал казаться ей настоящим кошмаром.

Когда они вернулись домой, Руслан просто не выпускал ее из рук. Будто не мог позволить Свете отступить и на шаг. И постоянно сокращал любое расстояние, которое возникало между ними. Даже ночью он уснул, продолжая так же крепко обнимать ее.

Свете было не очень удобно, жарко и не всегда удавалось вдохнуть полной грудью. Но она и не думала высвобождаться или будить его, чтобы попросить подвинуться. Душевное равновесие и покой этого мужчины имели для нее большее значение, чем временное удобство.

В результате, она не выспалась.

Но Руслан, наверное поняв это, сегодняшним утром непререкаемо запретил ей вставать, сказав, что вполне обойдется кофе и тостами, которые не всегда, но все же ему удавалось не пережарить до черноты даже в автоматическом тостере.

А Света чувствовала себя сильно разбитой, чтобы в этот раз спорить.

Правда, она напомнила Русу, что в холодильнике есть отбивные, которые Света еще вчера готовила. Сквозь полудрему она вслушивалась в уже ставшие настолько привычными звуки ударов по снаряду во время его тренировки, в шуршание и стук посуды по дереву стола, свидетельствовавший, что Руслан добрался до кухни. И заснула, едва он щелкнул замком на входной двери, поцеловав ее на прощание и пообещав, что будет заезжать в течении дня, контролировать состояние Светланы.

В следующий раз она проснулась от странного, влажного и холодного прикосновения чего-то к своей коже. С трудом открыв глаза, Света удивленно посмотрела на Руслана, который нежно прикоснулся к ее щеке, поглаживая скулу и шею.

- Как дела, соня? - с доброй усмешкой поинтересовался он.

- Нормально, вроде бы, - Света попыталась привстать, уперевшись в матрас локтями. - А сколько сейчас времени? - спросила она, когда Руслан мягко толкнул ее назад.

- Да рано еще, только без двадцати десять, - отмахнулся он, продолжая поглаживать ее плечи. Она решила, что Рус только что помыл руки, и те еще не успели высохнуть. - Я из секции в клуб еду, решил проверить, как ты тут, - объяснил он. - Что, совсем не выспалась ночью? - с немного виноватой улыбкой спросил Руслан.

Света улыбнулась, поняв, что ее ночное бдение не осталось незамеченным, и отмахнулась, зевнув.

- Ничего, это скорее от удара и нервов, перевозбуждение, - пробормотала она, вновь улегшись на подушку и прикрыла веки, которые казались слишком тяжелыми.

Руслан хмыкнул.

- Мне больше нравится, когда твое возбуждение вызвано мной, а не нервами, - шутливо заметил он. Она улыбнулась шире, но глаз не открыла. - Ладно, спи дальше, я сегодня постараюсь быстро все решить, думаю, парни против не будут, и вернусь рано, - прошептал Руслан, прижав лицо к ее шее.

И легко коснулся губами рта Светы.

Но она, даже сонная, потянулась следом за ним, не дав прервать ласку. И довольно вздохнула, когда он углубил поцелуй.

- Спи, - суровым тоном приказал Рус наконец, но его дыхание стало глубже и тяжелее.

Свете было лень открывать глаза, но отчего-то она не сомневалась, что в отличии от тона, его темные глаза смотрят на нее с ласковым выражением. Руслан часто старался скрыть то, что ощущал за внешней суровостью и приказным тоном. Но она все равно уже научилась замечать это.

- Я скоро вернусь, - добавил он, не дождавшись ее ответа, и Света ощутила, как прогнулся матрас, когда Рус встал с постели.

А потом услышала щелчок замка, пока Руслан закрывал двери ключом.

Света попыталась опять заснуть, но что-то ей мешало, продолжая холодить кожу на груди. "Наверное капли упали с рук Руслана", в полудреме решила она, и потянулась пальцами, чтобы те вытереть.

Рука наткнулась на что-то прохладное, мокрое и металлическое.

Света удивленно распахнула глаза и уставилась на золотой крестик, неясно как оказавшийся у нее на шее.

Он был небольшим, аккуратным и изящным, а в центре поблескивал маленький камушек.

Светлана достаточно хорошо разбиралась в украшениях, чтобы отличить бриллиант от циркония.

Ошарашенно втянув носом воздух она села в постели и непонимающе посмотрела на это украшение.

Он одел его на нее, даже не разбудив! И не сообщил ни слова!

Сказать, что она была сбита с толку и ошеломлена поведением Руслана -- ничего бы не значило.

Все еще не до конца прийдя в себя, она протерла золото, не понимая, почему то мокрое.

А потом заметила на прикроватной тумбочке зеленую бархатную коробочку, в которую обычно укладывали ювелирные изделия. И та так же была покрыта мокрыми пятнами.

Света протянулась к коробочке одной рукой, второй продолжая ощупывать нежданный подарок Руслана. Щелкнула крышкой, заметив, что и на подкладке имелись следы от капель воды.

Да не мыл же он его, в самом деле?! Руслан конечно не был неряшливым, но и подобной педантичностью в вопросах чистоты не отличался.

И тут она просто уставилась на коробку сильно-сильно сжав крестик в кулаке.

Тот еще недавно лежал внутри на подкладке, это было очевидно. И Руслан не мыл его.

Она ощутила, как странным спазмом перехватило горло, когда Света поняла, что это за капли воды.

Руслан не просто купил ей украшение, или крестик, как защитный символ.

Он успел заехать в церковь и освятить его, перед тем, как вот так, почти тайком, одеть тот Свете на шею.

Она моргнула, пытаясь прогнать выступившие на глазах слезы. Светлане не было известно, религиозен ли Рус. Они как-то не обсуждали с ним тему веры. Но этот поступок говорил о многом. Может быть, даже о большем, чем он хотел ей рассказать.

И несомненно, этот крестик моментально стал значить для Светы столько, сколько бы не значило и кольцо с бриллиантами в десять карат, подаренное привселюдно.

Ей захотелось позвонить ему. Просто услышать его голос. И сказать..., сказать... что-то.

Только Света не была уверена, что Руслан захочет обсуждать сейчас свой подарок, иначе обставил бы иначе его подношение. А она не знала, была ли готова признаться ему в том, что только что поняла.

И пусть эти три простых слова душили ее, Света просто вытерла глаза кончиками пальцев и встала с кровати, поняв, что спать совершенно расхотелось.

Глава 14

Заняться было в общем-то особо нечем.

Стоя у окна и рассматривая вид позднего августовского утра над городом в окне кухни, Света задумчиво пила кофе. Телевизор смотреть она не любила, а потому, решила, что высушит волосы, еще мокрые после душа, и наконец-то займется бумагами, которые попросил ее посмотреть отец три дня назад. Он спросил ее совета когда они с Русланом приходили в гости, и Света обещала почитать документы, по какому-то делу, что сейчас изучал отец. Он передал ей несколько контрактов по бизнесу, который вела фирма подозреваемого.

В этот момент, отвлекая Свету от задумчивого настроения и вялотекущих мыслей о предстоящем чтении, зазвонил ее телефон.

На экране светилось имя сестры.

- Привет, - Маша бодро прокричала в трубку, стоило Свете нажать на прием. - Ты что, загуляла? На работе сказали, что ты сидишь дома с какой-то болезнью, а я приехала -- а тут никого нет, - в голосе сестры слышалось неприкрытое любопытство.

- Подожди, - Света отставила чашку и даже выглянула на улицу, хоть и сомнительно, чтобы она смогла с шестнадцатого этажа что-то там увидеть. - Ты ничего не напутала? Я и правда дома, Маш, - непонимающе потерла побаливающий лоб Света. - Вчера в мою машину врезался какой-то умник, и Руслан перебдел, не разрешил мне сегодня выйти, - пояснила она, вновь отпив глоток кофе.

На том конце связи повисло молчание.

- А какое место теперь считается твоим домом, Света? - поинтересовалась Маша уже совсем другим, холодным и едва ли не злым тоном.

Светлана нахмурилась.

- Ты о чем, Маш? - переспросила она. - Я уже почти три недели, как к Руслану переехала, тебе что, мама не говорила? Они с отцом знают, - проговорила Света.

- Нет, я не знала, мне они о твоей жизни ничего не сообщали, - язвительно протянула Маша. - Может ты и замуж успела за него выскочить, а? Шустрая ты, однако, - с той же злой интонацией добавила она. - Глянь, как засуетилась, решила, что и в этом первой быть должна, да? Я официально замуж выхожу, мы даже с Пашей заявление уже подали, а до сих пор с родителями живу, - обиженно ввернула Мария.

По мнению Светы, место проживание сестры обуславливалось только ее собственным желанием, а никак не волей родных, которые ту бы удерживали возле себя вопреки воле. Маше нравилось ничем не заниматься. После окончания экономического университета в прошлом году, та до сих пор никуда не устроилась на работу и жила за счет родителей.

- Маш, да о чем ты? - Света растерялась от такой реакции сестры. Ей и в голову не приходило, что Маша так может отреагировать на новость о смене места ее проживания. - Причем тут брак? Просто он предложил, и... так вышло, - никакого более вразумительного объяснения она не нашла.

И почему-то, потерла шею, скользя пальцами по звеням уже теплой цепочки, на которой висел крестик. А потом, будто в поисках силы и поддержки, которую всегда брала у Руса, обхватила изящное украшение пальцами.

- Конечно, я уже поверила! Вышло так! - Маша определенно не удовлетворилась ее словами. - Ты всегда стараешься все внимание на себя перетянуть. Вечно! Как меня это достало! - зло и громко, практически выкрикнула она на том конце телефонной связи и оборвала разговор до того, как Света попыталась вновь ее успокоить.

- Пффф, - Света посмотрела на гаснущий дисплей мобильного и только сейчас поняла, что все еще сжимает крестик.

Она не думала делать ничего из того, в чем Маша только что так гневно упрекала. Даже в мыслях не было. И Света совершенно не поняла, почему сестра так бурно отреагировала на сообщение о ее переезде к Русу.

Да в чем ей стремиться быть первой?

Как верно заметила Маша, у той с Павлом даже день росписи в ЗАГСе определен. А Света просто жила с человеком, с которым ей было хорошо, не претендуя на чье-то внимание, оценку или грандиозность данного события. Она приняла точку зрения Руса и наслаждалась их жизнью, а не оглядывалась на мнение окружающих.

Но и понимание этого не убрало горького неприятного осадка от разговора с сестрой.

Упреки Маши не отличались справедливостью. И пусть Света понимала, что обида сестры имеет более глубокие корни -- причины ни ранее, ни сейчас не имели отношения к ее собственным действиям. В конце концов, Светлана не виновата в том, что их родители выделяли любимчиков среди детей. Она сама любила и Машу, и Рому -- наверное потому и расстроилась сейчас.

Кофе показался слишком горьким. И не зная, что именно обвинить в резком изменении вкуса -- травму, таблетки, которые начала пить после переезда, или все-таки быть честной и соотнести все с разговором, Света тяжело опустилась на стул.

Телефон зазвонил снова. Не глядя на имя, она нажала прием.

- Свет, прости, - Маша, похоже, тоже не радовалась их размолвке. - Я не знаю, что на меня нашло, - сестра протяжно вздохнула. - Просто вся на нервах из-за этих приготовлений и кучи вещей, которые надо успеть сделать за оставшиеся два месяца, - тон Маши звучал искренне, и кроме того, в нем хорошо слышалась ее попытка подлизаться, уломать сестру простить Марию. - Серьезно, я не хотела так срываться и злиться на тебя, тем более, что и повода нет. Прости, прости, прости, - затараторила она, не давая Свете вставить и слова.

Против воли Светлана улыбнулась.

- Маш, - прервала она младшую. - Маш, да расслабься, все хорошо. Я понимаю, правда, - Света повертела чашку в пальцах. - Все нормально.

- Ой, спасибо, сестренка, - с искренней радостью воскликнула Мария. - Спасибо. И правда, прости еще раз. Я вообще заехала к тебе, хотела насчет напитков поговорить, твоя ж компания занимается алкоголем. Но наверное, не стоит сегодня, тем более, ты отдыхаешь, - протянула сестра. - В общем, выздоравливай. Я потом, как-нибудь позвоню или заскочу к тебе. Давай. Целую. Пока, - быстро проговорила Маша и бросила трубку.

Света вздохнула и усмехнулась настолько переменчивому настроению сестры.

И неожиданно подумала о том, что Руслан не удержался бы от раздраженного комментария по поводу полного безразличия Маши к тому, что Света попала вчера в аварию.

Не то, чтобы ей хотелось повышенного внимания или беспокойства, да и получила она все это от Руслана. Но сама Света уже летела бы на всей доступной скорости к Машке, чтобы лично убедиться, что с младшей все в порядке.

"Что ж, как ни крути, а они сильно отличались по характерам друг от друга", заключила она в уме, прикинув, что надо будет и правда решить вопрос с алкоголем к торжеству. Тем более, что сотрудникам предоставлялась приличная скидка.

Запомнив для себя этот момент, Света поднялась со стула и пошла к кабинету, в который превратила небольшую комнату, охотно предоставленную ей Русланом.

Но только Света уселась на диван, поджав под себя вечно, даже в такую жару, зябнущие ноги, в дверь позвонили.

Она удивленно вздрогнула и посмотрела на часы. Те показывали половину первого.

За все те дни, что Света жила на этой квартире -- никто не приходил к ним без предупреждения. Мысль, что это может оказаться Руслан -- она отмела моментально, потому как он точно брал ключи и сам уже дважды закрывал за собой двери. Что могло ему помешать их открыть?

Звонок прозвучал снова. Света поднялась с дивана и решила, что все же лучше посмотреть на нежданного гостя, чем строить в уме какие-то предположения.

- Сейчас, - крикнула она, не совсем уверенная, что голос услышат через двери, и поспешила ко входу.

Однако, добравшись туда, Светлана пораженно уставилась в экран дверного домофона, испытывая полный сумбур в мыслях. И не задумываясь, щелкнула замком, распахнув двери.

- Николай Алексеевич? - ничего не понимая спросила она у гостя. - Что вы тут делаете?

- Светлана? - так же удивленно посмотрел на нее человек, в аппарате которого Света проработала почти два года, когда после окончания университета отец понял ее нежелание работать в СБ и устроил на практику в обл.администрацию, надеясь, что это будет дочери интересно. - Могу задать тебе тот же вопрос, - растерянно произнес Николай Алексеевич и даже поднял глаза, будто проверял номер квартиры.

- Я здесь живу, - улыбнулась Света.

- Странно, - он усмехнулся, - раньше эта квартира принадлежала моему племяннику. Не знал, что Руслан ее продал. Да еще и тебе, - Николай Алексеевич развел руками.

Света растерялась.

Но отступила назад, жестом пригласив зайти человека, который являлся единственной константой и опорой управления их областью. Губернаторы приходили и уходили, назначаемые часто меняющейся властью страны, а Николай Алексеевич Писаренко всегда оставался, поддерживая в области порядок и стабильность.

- Вы - дядя Руслана? - ошарашенно переспросила она, отчего-то подумав, что у нее какое-то странное утро, полное потрясений. - Он никогда не говорил мне об этом, - она вдохнула поглубже и потерла лоб.

Николай Алексеевич, который уже зашел, проследил за этим ее движением. И она увидела, как он нахмуренно сдвинул брови, хотя лицо и губы продолжали улыбаться.

- Да, Руслан не любит упоминать о такой мелочи. Не хочет, чтобы думали, будто он сам ничего не стоит, - пожал плечами Писаренко.

Теперь нахмурилась Света.

Во-первых,такая причина молчания совсем не подходила в ее понимании Руслану. А во-вторых, ладно Руслан не сказал, но уж в файле СБ подобная "мелочь" должна была быть указана. Но там вообще не упоминалось, что у Руслана остались живые родственники.

Однако Николай Алексеевич прервал ее размышления.

- Я так понимаю, что Рус квартиру не продал, - задумчиво произнес он. - И ты живешь с ним? - Писаренко посмотрел на Свету, ожидая ответа.

- Да, - она кивнула, не удержавшись от улыбки.

Николай Алексеевич улыбнулся ей в ответ.

- Значит это пред тобой мне надо извиниться за то, что Виталий вчера разбил твою машину, - со смущенно-виноватой улыбкой констатировал Писаренко.

И тут Света вспомнила, почему виновник аварии казался ей знакомым. Она и правда иногда видела его в обл.администрации. На прямую они не знакомились, но часто здоровались в коридорах. Света знала, что он один из помощников ее начальника.

- Ой, а я все никак не могла вспомнить, где его видела, - со смехом призналась Светлана, проходя дальше в гостинную. Николай Алексеевич пошел следом, сняв светлые, в тон льняному летнему костюму, туфли. - Может вы пить хотите? - спросила она, обернувшись к нему.

Писаренко кивнул.

- Не отказался бы от чего-то холодного, - он пожал плечами. - Ты не волнуйся, Свет, Виталий заплатит за ремонт. Просто я его отправил уладить одно дело, и мне срочно был нужен отчет. Вот и сглупил парень. Но я прослежу, чтобы больше подобного желания нарушать правила у Виталия не возникало, - Николай Алексеевич расстегнул пуговицу на пиджаке и сел на предложенный Светой стул. - Извини, что тебе пришлось пройти через такое волнение.

- Да, я и правда немного испугалась, - с улыбкой призналась Света, наливая в высокий стакан минералку из холодильника. Они всегда хорошо ладили с Писаренко, и Света считала, что ей повезло с начальником, пока работала в его команде. Да и отец неплохо его знал. Потому и сейчас она не испытывала неловкости или смущения. - Хотя, конечно, гораздо больше перенервничал Руслан, - нахмурившись, призналась она. - Сами понимаете, - Светлана поставила перед гостем стакан с водой.

- Да, - Писаренко кивнул. - Наверняка, это разбудило давние воспоминания, - проговорил он, и отпил воды. - Ну как тебе работается на другом месте? - вдруг спросил ее бывший босс. - Все-таки, достаточно кардинально изменился профиль, - Николай Алексеевич подмигнул Свете.

Она пожала плечами.

- Это гораздо приятнее и проще, чем сглаживать острые углы между мэрами городков и сел, и пытаться придумать, как закрыть дырку в бюджете региона, чем мы занимались под вашим руководством, - честно призналась она со смешком. - Иногда, конечно, бывают, накладки. Но в какой работе их нет, - Света отмахнулась.

Писаренко понимающе кивнул и отпил еще воды.

- А с Русланом вы давно познакомились? - поинтересовался он. - Парень -- молодец, - Николай Алексеевич подмигнул, - был бы я лет на двадцать моложе, и сам бы поухаживал за тобой.

Светлана рассмеялась.

- Да, нет, мы не так и давно познакомились, - призналась она. - Да и завязались наши отношения из-за одной такой накладки, как я только что говорила, - она почему-то не захотела вдаваться в подробности.

- А, да, Рус клубом с парнями владеет, - понимающе кивнул Николай Алексеевич, - им же алкоголь нужен.

- Да, - Света решила и себе налить воды.

Но едва она встала, входная дверь, которую Светлана наверное до конца не прикрыла, открылась и на пороге с некоторым недоуменным выражением из-за данного факта, появился Руслан.

Она тут же, забыв про воду, пошла к нему.

- Свет, - еще не осматриваясь, позвал Руслан ее. - А почему двери открыты? Тебе не плохо? - Руслан обеспокоенно перевел глаза, осматривая комнату и улыбнулся, увидев, что и она улыбается, уже спеша ему навстречу. - Выспалась? - подколол Рус ее, усмехнувшись уголками губ.

Но до того, как Светлана успела ответить, он перевел глаза дальше, и наконец-то увидел Писаренко.

Она чуть не споткнулась, увидев, как потемнел взгляд Руслана.

Оглянулась, не поняв, в чем дело. Николай Алексеевич с приветливой улыбкой поднялся со своего стула.

- Руслан? - Света опять посмотрела на него. - Тут твой дядя пришел, - зачем-то объяснила она. - А я никак не могла вспомнить, откуда знаю Виталия. А сама же два года с Николаем Алексеевичем в обл.администрации проработала, - Света поняла, что несмотря на ее попытку улыбнуться, губы сводит странной судорогой.

Что-то здесь было не так.

Глаза Руслана смотрели на Писаренко не так, как любящий, да и не очень в общем-то, племянник, обычно смотрит на дядю. Тем более, такого дядю. И он все еще не сказал ни слова, только в упор смотрел ей за спину. А мышцы его лица, да и все тело Руслана, словно бы напряженно замерло и подобралось.

- Руслан? - переспросила она, не дождавшись ответа.

Он посмотрел на нее.

И вдруг стремительно шагнул, впритык приблизившись к Свете и с силой обнял ее, прижав к себе. Так, что даже немного больно стало на талии, куда Руслан тяжело положил свою ладонь, сжав пальцы.

- Да, я вижу, - он улыбнулся, только вот глаза, которые смотрели вновь на Писаренко, оставались такими же темными и глубокими. Но Руслан спокойно кивнул, приветствуя Николая Алексеевича. - Я не сомневался, что ты быстро отреагируешь на такой поступок Виталия, дядя, - ей показалось, что он сделал странное ударение на последнем слове.

- Да, нехорошо вышло, - серьезно признал Писаренко. - Я уже извинился перед Светой, - он махнул рукой в ее сторону. - И заверил, что все будет отремонтировано в самые краткие сроки, - проговорил Николай Алексеевич. - Но и у тебя я хочу попросить прощения за своего помощника, из-за того, что так вышло.

Руслан и Писаренко на какое-то мгновение напряженно замолчали, глядя друг на друга в упор. И все это время Рус настолько же крепко обнимал ее.

А Света чувствовала себя так, словно вдруг оказалась в чужой стране, где все говорили на языке, которого она не знала. Здесь явно происходило что-то больше того, чем она видела. И Светлана просто не знала, что сказать или сделать, чтобы немного ослабить то давящее ощущение, которое едва ли не физически уплотнило воздух в квартире.

- Я не нуждаюсь в извинениях. От них мало толку, - наконец, легко отмахнулся Руслан, но Свете показалось, что не так уж и дешево дался ему этот простой тон.

У нее на талии так точно останутся синяки от его пальцев.

Впрочем, она не собиралась возмущаться, тем более, что все еще не разобралась в происходящем.

- А в том, что все сделают быстро -- ни капли не сомневаюсь, - добавил Рус с кривой усмешкой.

Писаренко кивнул.

- Как дела? - спокойно поинтересовался он. - Что там ваш этот Бойцовский Клуб? Получилось сделать то, что хотели? - спросил Николай Алексеевич.

- Неплохо, вроде, - Руслан пожал плечами. - Не без попыток повлиять на нас, как обычно, - он хмыкнул, и Писаренко кивнул, словно понял все, что Рус сказал. - Но пока справляемся.

- Это хорошо, - согласился Николай Алексеевич. - В общем-то, ладно. Пошел я, ребятки. Дела никто не отменял, даже ради приятной встречи, - Писаренко подмигнул Свете. - Рад был встретить, передай отцу привет, - проговорил он и направился к выходу. - До встречи, Руслан, - Николай Алексеевич остановился около них и протянул Русу руку для пожатия.

На долю секунды Свете почему-то показалось, что Руслан проигнорирует этот жест.

Но ее любимый усмехнулся и протянул свободную ладонь, крепко пожав предложенную ему руку дяди.

- С машиной все решим, - еще раз заверил Писаренко, и кивнув им на прощание, закрыл за собой дверь, которая так и стояла открытой.

Как только та щелкнула, Руслан притянул Свету к себе еще ближе и крепко выругался, прижавшись лицом к ее плечу.

Она совершенно ничего не понимала.

- Руслан? - Света осторожно погрузила пальцы в его короткие волосы и мягко погладила затылок Руса. - Что такое?

Но он не ответил. Опять пробормотал ругательство, после чего, наконец, посмотрел ей в глаза.

- С тобой все нормально? - сипло и требовательно спросил Руслан.

Обхватил ее лицо пальцами и начал внимательно изучать с каким-то настороженным выражением, словно боялся обнаружить на ней следы избиения.

- Как ты, малышка? - еще раз сипло спросил он.

- Все хорошо, - ни черта не разобравшись, заверила Света Руслана, не совсем поняв, куда он клонит. - Все замечательно, голова немного побаливает, но думаю, это нормально, - она пожала плечами. - С тобой что не так?

- Со мной? - он наигранно удивился. Так, что желваки заходили на скулах. - Все просто здорово. Замечательно, - с сардонической усмешкой повторил Рус ее слова.

И отпустив ее, вдруг направился к кухонному шкафу.

Светлана с непониманием следила за его действиями.

- А почему ты не говорил, что Писаренко твой дядя? - спросила она, чтобы нарушить напряжение, которое никуда не делось.

Руслан замер, протянув руку к дверце шкафа, простоял так пару секунд, а потом посмотрел на нее через плечо.

- Его спрашивала? - вздернул он бровь и, открыв шкафчик, посмотрел на мини-бар, который там располагался.

Света нахмурилась, но ответила.

- Он сказал, что ты не любишь "выставляться" таким родством, но я как-то не убедилась, - напряженно ответила она, заметив, как рука Руслана потянулась к начатой бутылке с коньяком но вдруг резко изменила направление и он достал с полки нераспечатанную водку.

Руслан резко свинтил крышку, грубо оборвав акцизную марку и хмыкнув на ее слова. Не оборачиваясь к Свете, налил прозрачную жидкость в рюмку. И тут же, залпом, глотнул ее содержимое.

- Руслан? - Свете стало не по себе. Серьезно.

Какое-то не хорошее предчувствие зародилось внутри, заставив ее подойти ближе. Пальцы сжались на золоте.

Он только опять невнятно хмыкнул, уже налив себе вторую стопку. И глотнул ее так же жадно, как и первую.

- Что происходит, Руслан? - спросила Света. Только голос, почему-то, прозвучал немного испуганно и сипло.

Наверное это заставило его обернуться к ней.

- Ты не хочешь поехать в гости к родителям? - со странным выражением, сквозь сжатые зубы, спросил Рус. - Или к Нелле? Я вызову такси...

"Он собирался ее успокоить или избавиться от нее, чтобы напиться?", Света все с большим опасением наблюдала, как водка снова льется в стеклянную рюмку.

- Не хочу, - твердо отрезала она и подошла к нему впритык, положив ладони на плечи. - Я хочу остаться с тобой и понять, почему приход дяди так на тебя подействовал, - уверенно, хоть и тихо, сказала Света.

Он рассмеялся.

Хрипло, низко и так... что у Светы пошел холод по телу.

- Да какой он мне дядя?! - Руслан снова одним глотком опрокинул в себя порцию водки и вдруг, с силой, бросил рюмку в мойку.

Стекло не выдержало, со звоном разбилось на несколько осколков.

Света вздрогнула, но ни за что на свете не показала бы ему, насколько ей стало страшно.

- Я даже не слышал об этом Писаренко до пятнадцати! - хрипло, громко, со злостью почти крикнул Руслан. - До той чертовой ночи, когда этот ваш Николай Алексеевич, в стельку пьяный, не убил всю мою семью на своей дорогой машине! До того, как он выкрутился, вылез из этого, вот так же как сейчас, твердя мне " извини, парень, я не думал, что так выйдет", - Рус резкими движениями достал новую рюмку, и тряхнул плечом, словно пытался избавиться от объятий Светы.

Но она не позволила этого. Наблюдая, как он опять наливает себе, Светлана крепче сжала пальцы на плечах Руслана.

Отчего-то, она сразу поверила ему. Пусть знала Руслана гораздо меньше, чем самого Николая Алексеевича. Пусть всегда и считала Писаренко хорошим человеком. И догадалась, что именно менялось в файле.

Нельзя было врать так. И Света уже слишком хорошо знала Руслана, чтобы не увидеть его боли и горя. Злого, жестокого, с ненавистью.

Только вот на кого была направлена эта озлобленность, она понять не могла. Потому что ей казалось, что не столько Писаренко вызывает надрывное бешенство, которым сейчас был пропитан каждый жест, каждое слово Руслана.

- Молчишь?- он хмыкнул и глотнул четвертую подряд рюмку. - Думаешь, я вру? - жестко спросил Руслан и повернулся, прожигая ее почти черным взглядом. - Думаешь, пытаюсь списать вину отца на кого-то? - требовательно, с напором произнес он, с силой сжав ее кисти своими пальцами.

- Нет, - Света покачала головой. - Я думаю, что каждое твое слово -- правда, - спокойно, пусть все внутри тряслось от напряжения и страха, от боли за любимого, произнесла она.

И даже не скривилась, когда он дернул ее на себя и запрокинул Свете голову, удерживая щеки рукой, чтобы заставить смотреть прямо в глаза.

Наоборот, обняла Руса за пояс.

Руслан вдруг как-то расслабился и наклонив лицо ниже, прижался к ее лбу губами. И тяжело-тяжело втянул в себя воздух через нос.

А потом он так же резко отвернулся и обхватил горлышко бутылки пальцами, наверное, собираясь налить себе еще.

Света мягко положила свою ладонь поверх его. Ее силы не хватило бы на то, чтобы помешать Русу. Но и смотреть на то, как он пытается погасить злость и боль водкой -- не хотелось. Ее сердце разрывалось от этого.

- Руслан, пожалуйста, не надо, - попросила она, не убрав пальцы даже тогда, когда он коротко, сквозь зубы, не повернувшись, пробормотал "Света", требуя, чтобы она отступила. - Не надо, любимый, лучше поговори со мной, - попросила Света, поняв, что на глаза наворачиваются слезы.

И постаралась их глотнуть. Только бы он не решил, что она жалеет его.

Руслан замер.

И медленно, совсем не так, как до этого, повернул к ней лицо, впившись взглядом в глаза Светы.

Он несколько минут, во время которых в квартире висела гнетущая тишина, рассматривал ее, с непонятным Свете выражением в глазах. А потом горько скривил губы, наверное, считая, что улыбнулся.

- Поговорить? - сипло повторил он. И отпустив бутылку, вцепился пальцами в столешницу со все своей силой. Света видела, как напряглись его мышцы. - Поговорить? - переспросил Руслан, уставившись в пол. - Не могу, малышка. Я обещал, что никому не расскажу, как все было, когда заключал договор с этим чертом, - напряженно, с той же ненавистью, произнес он. - Он держит свое слово, и я свое -- не нарушу.

А Света вдруг поняла, что Руслан не Писаренко ненавидит.

Не только его, во всяком случае. Вся эта злоба, обида и ярость, которую она сейчас ощущала в Руслане -- были направлены на него же самого.

У нее перехватило дыхание. Но Света и это постаралась скрыть.

- Руслан, я никогда никому ничего не скажу, - тихо произнесла она, не зная, как ему помочь, как облегчить все то, что было у любимого внутри и о чем она сама, до недавно, даже понятия не имела, считая его легкомысленным повесой.

Он промолчал, но больше не пробовал забрать у Светы водку. И жестко потер лицо рукой, бормоча проклятия так тихо, что Света почти не разбирала слов.

Так прошло минут пять.

- Он сразу все обставил так, будто его там и в помине не было, - вдруг, тогда, когда Света решила, что они так и просидят до ночи в молчании, сипло прохрипел Руслан. - Чиновник, подающий большие надежды, может, претендующий на пост мэра или губернатора. Или еще на что, не знаю, говорю же, тогда вообще ничего о нем не знал, - Руслан не повернулся, так и смотрел в пол, говоря это все Свете. - Только ему не нужен был такой эпизод в биографии, как вождение в пьяном виде и убийство семьи. Потому все упоминание о Писаренко в той аварии просто уничтожили из записей, я так понимаю, влияние он и пятнадцать лет назад немалое имел. Нам же, мне и бабушке, маминой матери, он предложил денег за молчание, - Руслан прижал сбитый кулак к губам, словно ему каждое слово причиняло боль. - Тогда он с ней, не со мной это все решал, перед сиротой Писаренко только извинялся, а мне хотелось избить его. Так, чтоб он больше слова не мог сказать. Чтоб убить, так, как он убил всю мою семью, - Света уткнулась ему в спину, зная, что Руслан заметит, как ее слезы пропитывают его футболку. Но уже не могла те сдерживать. Только губы закусила до металлического привкуса крови, чтобы не начать рыдать в голос. - Только что я мог тогда? Пацан, - Руслан и теперь не повернулся. - Бабушка отказалась от его денег, но Писаренко продолжал "курировать" нас, напоминая, что всегда готов помочь, и что не стоит забывать о том, какими могут быть последствия для нас же, если мы решим куда-то обратиться. На что нам было надеяться? Мы не имели связей, в отличие от него, - Рус тяжело и резко выдохнул, зажмурившись -- Просто жили как-то, честно говоря, то время для меня до сих пор как в тумане, - как-то потерянно признался он. - Потом я закончил школу, меня забрали в армию, потому как заплатить, чтобы не трогали -- не за что было. Правда, не знаю, он ли, но думаю, что все-таки Писаренко сделал так, чтобы меня отправили в элитный полк. Пока я служил -- умерла бабушка. Я возвращался на неделю в город, чтобы похоронить ее, там отпуск положен был, - Руслан вдруг протянул руку и обхватил ее щеку, заставив Свету стать чуть сбоку, а не позади от него. И вытер ее слезы, так и не посмотрев на лицо. - Пока я ее хоронил и оформлял документы, он опять объявился. Сказал, что все еще готов помочь. Знаешь, я тогда почувствовал такое искушение... - Рус усмехнулся уголками губ, и эта улыбка напомнила ей оскал волка. - Что мне было терять? У меня никого не осталось в мире. Вообще никого, мне и жить было особо не для чего, - Руслан погладил ее щеку, и повернул лицо к окну. - Только я к тому времени уже почти год занимался борьбой. У нас тренер, один сержант, который занимался физ-подготовкой, просто горел этим. Все занимались, но только из-за надобности. А меня как-то затянуло. Так я и стал "болеть" кик-боксингом. Этот сержант, видя мой интерес, долго возился со мной, учил не только руками и ногами махать, но и сдержанности, холодной, рассудочной оценке того, зачем и что я делаю. Не знаю, понял ли Писаренко, что тогда я мог просто убить его голыми руками. Но мне удалось сдержать ярость. И просто уйти, - Рус опять протянулся к пустой рюмке и сжал ту пальцами, вертя на столешнице. - А потом, как-то все вроде наладилось. Я отслужил, вернулся. Тут Серый и Стас позвали с собой, хотели бизнес какой-то начать. Только денег мало было. Да и не особо понимали что и к чему. У меня в армии мечта появилась -- я хотел свою секцию открыть, рассказал парням об этом. Там не так уж много денег нужно оказалось, а мне в наследство квартира бабушки, кроме родительской осталась. Вот мы и продали ее, да парни сложили свои деньги - и открыли секцию. Но когда только начали куда-то выбираться, что-то получать и выигрывать -- на нас "наехали", - Руслан с силой сжал ладонь, и Света вдруг испугалась, что рюмка просто треснет в его руке, поранив Руслана. Не задумываясь, она положила свою ладонь поверх его пальцев.

Руслан перестал сжимать руку.

- Мы не могли сами решить это. Не могли. И не хотели отдавать свое этим дельцам. Именно тогда я пошел к Писаренко. Он без вопросов помог. Твой Николай Алексеевич управляет не только видимой частью дел области. Он не последняя фигура и среди "мафии", - Руслан хмыкнул на этом слове. - С тех пор он и стал моим "дядей". Никто не знает, даже Серый и Стас, они правда думают, что он мой дальний родственник. А Писаренко периодически появляется, беспокоится, - со злым ехидством протянул Рус. - Говорит, что у самого детей так и нет, видно в наказание за "то", вот он хоть обо мне заботиться будет. А я ему руку пожимаю и улыбаюсь, - Руслан с силой ударил кулаком по столу.

Света вздрогнула, радуясь только тому, что это не та ладонь, в которой все еще была зажата рюмка.

- Понимаешь?! Он убил моих родителей! Восьмилетнего брата! А я ..., - Руслан резко отвернулся и стремительно отодвинулся от Светы. - Сволочь я. И ничем не лучше его, видно. Предал их, связавшись с их же убийцей. Наверное там, - он махнул рукой вверх, - они ненавидят меня. И правильно делают, - все с той же ненавистью к себе закончил Руслан.

Света молча смотрела на силуэт Руса на фоне окна.

От вида его ссутуленных плеч и склоненной головы ей хотелось закричать. Самой избить всех, кто был виновен в боли Руслана. Причинить им такую же муку. И она не знала, что сказать, чтобы унять его боль и страдание.

Только и в стороне стоять не собиралась.

А потому, глубоко вздохнув, Света пересекал те два шага, на которые он отошел и стала лицом к лицу с Русланом. Положила свои ладони ему на скулы и заставила Руса поднять взгляд, посмотреть на нее.

Его темные глаза показались ей страшными из-за всего, что можно было в них увидеть. Злыми и пьяными, видно водка уже начал дурманить мозг Руса, все-таки он выпил залпом четыре рюмки без всякой закуски.

Но Света не вздрогнула.

Она крепко обняла его за шею и сблизила их лица, так, что губы касались кожи.

- Ты не сволочь, и не предатель, - внятно и раздельно произнесла она. - Ты просто жил. Старался, помогал друзьям. И никто не сможет обвинить тебя, что ты принял его помощь, ведь больше желающих помочь не было. Я люблю тебя, Руслан, люблю, зная все. И уверенна на все сто процентов, что и твои родители поняли бы, и не перестали бы любить тебя.

Она не испугалась и тогда, когда он опять с силой сжал на ней свои руки, собрал, до боли стянул волосы на затылке Светы в кулак, а просто уверенно, со всем своим чувством, в котором утром так боялась признаться даже себе, смотрела в ошеломленные глаза Руслана.

Глава 15

- Не шути с этим, Света, - как-то гневно, надрывно просипел он. - Не стоит говорить такого из жалости, - Рус продолжал удерживать ее за затылок и плечи, и даже легко встряхнул, словно пытался прояснить ей мозги и вернуть здравый смысл. - Потому что, если я поверю в это..., в твои слова - ты никогда уже не сможешь от меня избавиться. Никогда, - с угрозой прорычал Руслан. А его глаза... казалось, черный взгляд Руса способен выжечь на ней клеймо вот так, просто глядя.

И выражение этих глаз было бешенным.

Собирался ли он испугать ее таким обещанием, своим поведением -- Света не знала. Только и отступать ей было некуда. Да и незачем.

- Руслан, - тихо, но уверенно проговорила Светлана, не обращая внимание на то, что кожу затылка тянет от его захвата. - Я ни на секунду не пожалела тебя, - ее собственные пальцы так и лежали на его скулах и она ощущала, насколько сильно он напряжен, мышцы Руса казались сведенными судорогой. - Мне больно, безумно больно от того, что с тобой случилось подобное, что именно тебя судьба и жизнь заставили принять помощь человека, которого ты ненавидишь. Только не жалость это.

Она медленно, но с полной и безграничной уверенностью в своих словах покачала головой.

Руслан втянул в себя воздух и надавил ей на затылок, еще больше сблизив их лица.

- Знаешь, - как-то тихо и жестко прошептал он. - А ведь больше я отказываться не собираюсь. Не такой дурак, чтобы от подобного отказаться из чертового понимания, как правильно, - он резко дернул ее на себя и впился в губы своим ртом.

Сильно, с напором, поглощая Свету этим касанием. Одна его рука так и удерживала ее волосы, не позволяя отвернуть лицо, хоть она и не пыталась. А вторая уже жадно скользила по телу Светланы, то ли лаская, то ли показывая, что именно он здесь главный, а она принадлежит только ему.

Света не отталкивала Руслана, не возмущалась привкусом алкоголя на его губах. Наоборот -- прижималась крепче к нему, даже не думая оспаривать то, что он пытался так явно продемонстрировать. Она в самом деле принадлежала этому мужчине и телом, и душой. Не из-за печатей в паспорте, а потому, что так просто было. И Свете казалось глупым отрицать истину.

Тем более, что каждое его прикосновение распаляло в ней огонь. Странно и необычно, но она еще не ощущала такого -- казалось, Света умрет, если его жесткие пальцы вдруг отпустят ее. Не сможет удержаться в реальность, если губы Руслана перестанут терзать ее рот.

Наверное, кто-то возмутился бы таким обращением с собой, таким сильным захватом, граничащим с насильным удержанием, такими жадными касаниями, которыми он просто выпивал ее. Но Света вдруг поняла, что и таким -- обиженным на весь мир, злым на себя самого, пьяным и яростным -- Руслан ей дороже любого другого, самого нежного и деликатного. А потому с такой же страстью, граничащей с чем-то ненормальным, отвечала ему.

Это не было похоже на их обычные ласки. Не напоминало ничего, из того, что было между ними до сейчас. Нечто большее, примитивное и дикое, как отстаивание права своего, как принадлежность одного живого существа другому и их невозможность существовать один без одного.

Он целовал, почти кусал ее губы и шею, гладил и сжимал ее тело, а Света вдавливала свои пальцы в его плечи, тянула ткань футболки Руслана, стягивая ту с него, и едва не рвала материю.

Она хотела его. Хотела, чтобы он знал, что не жалость заставила ее признать свое чувство. Просто, хотела, чтобы он перестал обвинять и ненавидеть себя в том, что не имел силы изменить.

А еще, ей очень хотелось прикоснуться к нему, ощутить кожу к коже, тело к телу. И Света не отказывала себе в таком желании, чем только подстегивала яростную и алчную страсть Руслана.

Он подтолкнула ее к стене, резко опустив бретели домашнего сарафана Светы книзу, так, что почти сдернул платье с нее, оголив и груди, и живот. И тут же обхватил губами напряженные соски, втягивая их в рот, облизывая, прикусывая.

Она выгнулась и..., даже не застонала, нет. Не был стоном этот низкий горловой звук, требующий большего. Скорее, призывом.

И Руслан тут же внял ее требованию. Резко отстранившись, он обхватил талию Светы горячими ладонями и заставил развернуться, уперев в стену ее руки. Сжал пальцами ее грудь, придавливая, поглаживая. Спустился к животу, и без всякой осторожности стянул хлопковый сарафан вниз, так, чтобы тот упал на пол. А сам уже надавил Свете на спину, заставляя прогнуться. Она без вопросов послушалась, как-то смутно осознавая, что ей должно было бы быть некомфортно и страшно, может даже неприятно от такого напора, граничащего с грубостью.

Только ничего подобного она не ощущала.

Свете было хорошо. Просто обалденно здорово, и она стонала, выгибалась и с радостью слушалась Руслана, когда он заставлял ее тело выгибаться так, как удобно ему.

Она привыкла, что они всегда на равных, и в страсти, и просто в жизни. Света отстаивала это право и знала, что не уступит в подобном.

Но в этот момент -- она таяла от понимания того, что целиком и полностью находится в его власти, что подчинена ему так, как никогда ранее, и в то же время -- именно ее власть, власть тела Светы, ее слов и чувства -- настолько сильно возбуждает Руслана.

- Ты моя, - шептал он, кусая ее затылок, и тут же покрывал кожу поцелуями. - Моя, - настаивал он, сжимая в ладонях попку Светланы. - Не отпущу, - как-то отчаянно почти угрожал Руслан, погружая пальцы в ее влажный жар.

А Света не спорила. Только стонала, соглашаясь с этим первобытным угнетением. Ей не нужно было пояснять, что он слишком привык все терять и иметь в этом мире только себя самого. А потому нуждался сейчас в этом -- в таком довлении и доминировании. В утверждении своего права на то, чтобы удерживать Свету.

И да, Света принадлежала ему сейчас и понимала, что уже, наверное, никогда не сможет избавиться от Руслана в своем сердце, в своей крови, в своем существе. Ей было страшно оттого, что он так глубоко проник внутрь нее за столь короткое время, так полно захватил всю ее. Только уже ничего не могла и не хотела с этим делать. Потому послушно подавалась навстречу каждому движению.

Они подчинялись друг другу и не имело значения, у кого больше силы.

Руслан мог ее выгнуть, мог заставить стать на колени. И заставлял. Он сжимал ее кожу и с такой силой погружался в тело Светы, что это больше походило на бой. Но все равно, Руслан не забывал о ее удовольствии. И она получала столько, сколько еще не разу не имела.

На какой-то миг в сознании Светы мелькнула странная и немного веселая мысль, что она может в чем-то понять мазохистов -- было в этом подчинении любимому и желанному мужчине нечто такое... щемяще-сладкое, пусть и с острым привкусом легкой боли, возбуждающее настолько, что просто не хватало сил вдохнуть, если он не шептал ей в ухо "дыши".

Но это размышление не смогло удержаться, сгорая в жаре, который сейчас между ними пылал.

Света задохнулась, когда он вошел в нее мощным, резким и сильным толчком и просто забыла о том, что существует что-то, кроме этого мужчины, клеймящего ее тело.

Весь ее мир состоял из него, из стены, в которую она уперла ладони, пола, на который Руслан заставил ее опуститься, и наслаждения, что переполняло все ее существо.

Она кричала, кусала его ладонь и пальцы, которые скользили по ее лицу и губам, тянулась за теми, когда его рука опускалась на ее шею, и поглаживала, чуть придавливая, но Свете было мало даже такого количества прикосновений. Она хотела, нуждалась в большем, умирала без этого.

А он погружался и погружался в нее, с неистовой силой сжимая тело Светы второй ладонью.

- Скажи это, - приказал Руслан хриплым, низким и грубым от прерывистого, тяжелого дыхания голосом. - Скажи это еще раз.

Она не нуждалась в объяснениях.

- Люблю тебя, - так же сипло прошептала Света, уткнувшись губами в ладонь Руслана. - Люблю, - простонала она с надрывом оттого, как он отреагировал на это признание, полностью утратив контроль над своими движениями. И просто яростно погружался в нее, заставляя Свету раз за разом испытывать оргазм. - Люблю, - почти закричала она, не удержавшись. Выгнулась, уткнув затылок в его грудь, когда Руслан с хриплым стоном в последний раз толкнулся, вдавив себя в нее, и прижал Свету к себе со всей своей силой.

Сегодня она впервые проснулась раньше. Даже будильник еще не звонил.

Впрочем, в этом было мало удивительного, учитывая, что вчера Света спала почти до одиннадцати. Да и легли они рано...

Руслан потянул ее на верх, как только у обоих улеглось частое, тяжелое дыхание. Он не говорил ничего, просто целовал Свету так, словно хотел касанием губ выпить душу.

А Света и не требовала никаких ответных признаний. Почему-то, ей казалось, что Руслан не из тех мужчин, кто быстро и открыто признает собственные чувства. Или, точнее, в них признается.

Это последнее открытие, его откровенность, когда Свете позволили заглянуть внутрь него, когда дали увидеть, сколько всего, о чем и не догадывается никто, скрывается за внешним простым и легким фасадом -- лучше всего подтверждало подобный вывод.

Да и потом, разве все поступки Руслана в последнее время не показывали, не говорили, что он относится к ней невероятно серьезно и глубоко?

Потому и она молчала. Да и горло болело, саднило после ее криков внизу. Хотя, лежа в его сильных руках в кровати, наслаждаясь жадными короткими поцелуями губ Руслана к своему лицу и прикрытым в изнеможении глазам - Света все-таки иногда тихо шептала "люблю". И ощущала, как после таких признаний он еще крепче обнимал ее. И как надавливали его пальцы, поглаживая ее шею под звеньями золотой цепочки, словно он пытался сделать каждый миллиметр кожи и тела Светы -- частью себя.

Света не противилась этому. И старалась не говорить и больше ничего не спрашивать.

Наверное, Руслан нуждался просто в покое и такой тишине, чтобы как-то принять то, что кому-то настолько открылся, и что теперь -- он не один.

А может Свете просто хотелось верить в такую причину его поведения.

Так или иначе, но она не нарушала молчание, которое укутывало их. И сама не поняла, как незаметно задремала. Наверное и Руслан уснул в конце концов, сморенный алкоголем и всем тем напряжением, которое наполняло их день. Правда, Света смутно помнила, что они все же вставали еще, уже ближе к вечеру, и все в то же тишине что-то ели. Она хотела сесть на стул, но Руслан не позволил и Света ела сидя у него на коленях, потому что опять решила не спорить. Размореность после их взрыва страсти никуда не ушла, да и просто -- ей понравилось такое положение.

Сейчас, глядя на его спокойное во время сна лицо, Света не могла отвести глаза. Ей хотелось смотреть на Руслана так долго, как только это было бы возможно. Однако почему-то она подумала, что этим может его разбудить, и потому, решила пойти в душ, дав любимому спокойно выспаться.

Все тело тянуло и немного побаливало, но эта боль была ей приятна.

А от одних мыслей о том, как именно они вчера занимались любовью -- внутри все зажигалось, дыхание становилось слишком частым, а пальцы ног поджимались. Может такое желание и могло быть кем-то расценено как ненормальное и извращенное с точки зрения психики или чего-то там еще, но она бы не отказалась от повторения.

Улыбнувшись уголками губ, Света тихо вышла из спальни и пошла в ванную комнату, расположенную тут же на втором этаже. И с удовольствием встала под напор теплой воды, забравшись в душевую кабинку.

- Прости, - его низкий, чуть хриплый и сумрачный голос оказался полной неожиданностью для Светы.

Ойкнув, и прижав мокрую ладонь к колотящемуся в груди сердцу, она резко развернулась и посмотрела сквозь пар и воду на Руса, незаметно зашедшего в ванную. Он отодвинул одну из створок кабинки и сейчас смотрел на нее.

Его вид соответствовал тону, и она даже немного удивилась, отчего это он проснулся настолько мрачным. Не столько уж Руслан и выпил вчера, чтобы мучиться от похмелья.

- Руслан? - все еще нетвердым после испуга голосом обратилась она к нему.

Его челюсти сжались.

- Ты боишься меня, - то ли спросил, то ли констатировал он и опустил глаза, уперевшись в пол взглядом.

Света с удивлением заметила, как крепко Рус сжал кулаки. Что-то она не поняла его логической цепочки.

- Ты нормальный? - едва не со смехом переспросила она. - Подкрадываешься к беззащитной, ничего не подозревающей девушке, а потом пугаешь -- конечно, я испугалась, - Светы подошла к краю и не обращая внимания на то, что мочит его, обняла Руслана мокрыми руками за шею. С ее волос и кожи стекали капельки горячей воды, прочерчивая на груди Руса влажные дорожки, но кажется, того это не беспокоило.

Протянув руку, Руслан аккуратно отвел мокрые пряди от ее лица и обхватив щеку Светы пальцами, заставил посмотреть ему в глаза.

- Я не об этом, - все тем же нерадостным тоном произнес он. - Хоть и не хотел тебя сейчас пугать. И вчера не хотел, - добавил он, сжав ладонь сильнее. - Прости, малышка, я..., - он тяжело выдохнул и уткнулся ей лицом между влажных грудей. - Я не хотел так сделать, - его ладонь скользнула ей на плечи, погладила, переместилась на спину, словно бы он что-то показывал, только Света не видела повода для такой мрачности. - Не думал, что настолько потеряю контроль...

Света наконец-то поняла, что именно его настолько беспокоит.

Забираясь в душ, она заметила на спине и руках отметины их вчерашней несдержанности. Но ей они не мешали, даже, пожалуй, напоминали о приятном. Наверное Рус увидел синяки и следы от своих ласк, когда открыл душевую кабинку.

Пффф, он слишком много думал, и как Свете казалось, не о том.

- Эй, - Света приподняла рукой его голову. - Ты о чем? Разве кто-то тут жалуется? Подумаешь, пара синяков, - она усмехнулась и попыталась его поцеловать.

Но Рус отклонился и удержал ее голову.

- Пару синяков?! Да ты ходячее пособие по теме домашнего насилия. Видел бы тебя отец -- точно бы упек меня в тюрьму и поделом, - он тяжело потер лицо второй рукой. - Тебе очень больно? - Рус пристально смотрел в ее глаза.

Света даже забеспокоилась, его послушать -- так на ее спине полная катастрофа.

Извернувшись в руках Руслана, она повернулась спиной к запотевшему зеркалу и вывернула шею, изучая свое тело.

М-да уж, не то, чтобы их секс прошел бесследно, но и того, о чем он так сокрушался -- она не заметила. Несколько синяков на шее, да неявные следы от его рук на ее предплечьях, спине и ... чуть пониже. Света улыбнулась шире, вспомнив, что ее очень даже завело, когда Руслан вчера так сжал ей попку.

- Ты явно страдаешь склонностью преувеличивать, - пожала плечами она, и вновь повернулась к Русу лицом. - Подумаешь, да, наш секс вчера был жестким. Но, - она обхватила его щеки ладонями. - Я не имела ничего против тогда, и не буду иметь ничего против повторения, - Света с усмешкой подмигнула ему, и все-таки поцеловала, преодолев сопротивление рук Руслана.

Хотя, если ей удалось подобное, наверное, он и сам был не против.

- Иди ко мне, - потянула она его под горячий душ. - И выкинь дурное из головы.

- Я еще не занимался, - сопротивляясь, проговорил Рус, но тем не менее переступил невысокий порог, позволив Свете затянуть его под воду.

- Ничего, нарушишь свой порядок, - рассмеялась она, потянувшись к бутылочке с гелем. - Разве не для этого ты и позвал меня жить к себе, чтобы я тебя отвлекала и задерживала? - Света насмешливо приподняла бровь, подкалывая Руслана, а сама, уже выдавив гель себе на ладошку, растирала мыльную пену по его груди.

Он усмехнулся, впервые за утро. И крепко, но осторожно обняв Свету за талию, притянул ближе, вжав в свое тело. Ее кожа заскользила по его мыльной.

- Действительно, кажется я упоминал что-то такое, когда убеждал тебя переехать, - со смешком согласился Руслан. И вдруг поцеловал ее плечо, резко втянув в себя влажный, жаркий воздух, окутывающий их. - Прости, малышка, - снова повторил он. - Не знаю, что на меня нашло. Я всегда себя контролирую, - с каким-то напряженным выражением прошептал Рус. - Но с тобой..., мне все время хочется прижать тебя еще сильнее к себе, обнять еще крепче, - хриплым шепотом признался он. - Чтобы ты не исчезла.

Света ощутила, как у нее перехватило дыхание от такого признания.

Отставив в сторону синюю бутылочку, она привстала на носочки и крепко обняла его.

- Я никуда не исчезну, Руслан, - честно пообещала Света ему, глядя прямо в темные, напряженные глаза. - И еще, - она лукаво улыбнулась. -- Я люблю тебя, и собираюсь часто повторять это, - поддела Света его. - Потому что мне до чертиков понравилось то, что ты делаешь, когда веришь в это, - она засмеялась, когда он широко и самодовольно улыбнулся и приподняв ее, упер спиной в прохладный кафель стены. А потом, медленно-медленно наклонившись и не отрывая своих глаз от ее, завладел губами Светы в горячем и жадном поцелуе.

- Думаешь, осилишь? - Антон изучающе смотрел на парня, который сидел перед ним на шатком, дряхлом стуле. В этой комнате все, кроме самого хозяина было имено таким -- древним, грязным и разваливающимся. И чистоплотный Антон ощущал брезгливость. Он осторожно лавировал между элементами мебели, стараясь ничего не задеть, чтобы не испачкать свой, очень недешевый костюм.

- Я же не недоумок, - пожал плечами его собеседник. - Да и дело-то плевое, надавать в уличной драке кому-то по морде, - мужчина пожевал в зубах обломок зубочистки.

Бондаренко едва сдержал гримасу отвращения.

Что бы этот парень о себе не думал -- он и был недоумком. Потому и не выберется из низших звеньев, выполняющих самую грязную работу. И никогда не добьется того, что удалось ему самому. Впрочем, Антон и искал исполнителя, а уж никак не напарника, так что этот парень -- Лис, как его все называли, подходил идеально.

Прежде чем прийти к нему, Бондаренко собрал всю информацию по Лису, которую смог найти, и его устраивало то, как этот парень выполнял заказы.

Но все равно, окончательное решение Антон решил оставить до личной встречи, пока сам не переговорит с Лисом.

- Ты должен не просто надавать кому-то, - поправил того Бондаренко, - а обернуть так, чтобы драка вышла из-под контроля, может, даже, подрезать кого-то. За это тебя не осудят, - Антон пожал плечами, показывая, что его даже устроит такой расклад. - Только, пока без жертв, - веско предупредил он. - Посмотрим, может им и такого хватит, чтобы понять -- серьезные люди не шутят, и эти ребята приймут предложение, которое настолько любезно выдвигается их клубу.

Лис скептично скривил губы, хмыкнул, но послушно кивнул.

- Не проблема, босс, я все понял, - вальяжно протянул он. - Только скажи когда и где я должен это сделать? - несмотря на тон, глаза парня смотрели на Бондаренко пронзительно и цепко, и это склонило чашу весов в его пользу.

- Я скажу тебе позже место и время, когда сам буду точно знать его, - проговорил Антон. - Думаю, это станет известно в течении недели. А пока -- сиди тихо и не лезь на рожон, ясно? - он с предупреждением посмотрел на Лиса.

Тот поднял раскрытые ладони, очевидно таким образом показывая, что ему все ясно.

Кивнув, Бондаренко молча развернулся и вышел из комнаты в такой же древний и старый коридор постройки барачного типа. Судя по записям архива, здание построили еще до войны. И сейчас здесь жили еще два человека, кроме Лиса.

У одного из жильцов Антон уже успел побывать. Семидесятилетний старик, который все потерял еще лет двадцать назад, когда началась перестройка и с тех пор влачивший жалкое существование. Бондаренко предложил тому помощь в иске против государства, пообещав, что сможет добиться моральной компенсации всех мытарств пенсионера и достойной выплаты от страны. Он представился одним из юристов общественной организации, которые помогали пожилым людям вернуть хоть часть утраченных сбережений и пообещал настороженному старику, что не возьмет за работу ни копейки.

Антон действительно состоял в такой благотворительной организации -- это хорошо влияло на его социальный имидж. И дело он мог выиграть без проблем. А главное, что этот Никанор Анисимофич обеспечил ему вескую причину для посещения дома, в котором жил Лис.

Не то, чтобы Бондаренко подозревал, что за ним следят или интересуются. Но лучше все предусмотреть, чем потом устранять огрехи.

Довольный собой, и выполнив все, что планировал на сегодня, он вышел из угрожающе поскрипывающего дома и направился к своей машине. Достал из кармана летнего пиджака солнцезащитные очки и подумал, что пора бы найти повод официально познакомиться со Светланой. В конце концов, за прошедшие несколько недель, он достаточно часто "случайно" сталкивался по делам с полковником, и даже пару раз обедал в его компании и обществе своего клиента. Так что, случайным человеком Антона уже не назовешь.

Решив, что придумает предлог вечером, Антон завел свой представительский солидный "фольксваген" и поехал обратно в офис.

Глава 16

В пятницу вечером Света решила, что убьет Руслана.

Серьезно, у нее не хватало никакого терпения. И дело было даже не в том, что он все еще не выпускал ее никуда. Сегодня Рус пригнал ее машину, полностью отремонтированную. Писаренко не обманул -- Виталий просто молниеносно компенсировал все затраты и обеспечил быструю починку. Но Руслан, поставив "хонду" на парковку у дома, категорически отказался обсуждать вопрос передвижения Светы.

- Это ненормально! - возмущенно крикнула она и со всей силы опустила на стол папки с делом, которое все еще изучала по просьбе отца.

По гостинной разнесся звук удара, но Руслан даже не вздрогнул, только немного вздернул бровь.

- Что ненормального в том, что я забочусь о твоей безопасности? - голосом, полным убежденности в своей правоте, протянул он и бросил ключи от своей и ее машин на одну из полок стенки-перегородки между гостинной и кухней.

Рус огорошил ее этим сообщением с порога и потому, даже не успел снять туфли, когда Света начала высказывать свое несогласие.

- Господи, Руслан! - у Светы просто не хватало вразумительных слов для аргументов этому упрямцу. А ведь предполагалось, что как юрист, она всегда должна была бы знать, что возразить. - Но я же десять лет вожу машину! С восемнадцати, и ничего, еще жива.

- Вот и хорошо, - пожал он плечами, наконец-то пройдя в комнату, и подошел к ней впритык, обхватив руками талию Светы. - А я хочу, чтобы так и дальше оставалось, - непоколебимо заявил он, сильно и крепко поцеловав ее в возмущенно приоткрытые губы. - И заботиться о тебе -- мой долг и привелегия. Так что я буду определять, что более целесообразно для твоей безопасности, - добавил Руслан.

Она толкнула его.

Разумеется, Руслан сделал вид, что даже не заметил этого удара ее ладоней по его груди.

Черт! Он даже не пошатнулся, и Свете стало обидно.

Она понимала, что попытка применения силы, как смешно бы это не звучало применительно к ней и Русу -- последний аргумент, когда не хватает разума. Но Света так разозлилась! А он еще и делает вид, что это ослиное упорство -- для ее же сохранности!

- А как я буду ездить на работу?! - с возмущением и обидой в голосе спросила она. - В магазин? По клиентам? Как? Ты что, собираешься заставить меня ездить на общественном транспорте? Так там гораздо опасней, чем самому сидеть за рулем, - все больше раздражаясь, громко возмущалась Света.

- Я буду возить тебя, - спокойно сообщил Рус, продолжая обнимать Свету и нежно гладить ее по волосам.

Однако ее такая ласка не успокаивала, наоборот, бесила еще больше. Потому что он пытался использовать ее же слабости, чтобы повлиять на решение Светы. Ведь Рус прекрасно знал, насколько ей приятно, когда он так делает.

- А что мне делать, когда ты не сможешь?! - она оттолкнула его ладонь. - Отменить свои дела и покорно сидеть, ожидая тебя дома?! У тебя же тоже есть важные встречи и какие-то дела, - Света обиженно поджала губы. - И потом, с чего ты решил, что с тобой за рулем я буду в большей безопасности?! Разве я была виновата в этой аварии? Или..., - она прикусила язык, вовремя оборвав себя, чтобы не упомянуть, что не по вине его отца произошла та авария. Как бы Света не злилась, она не хотела ворошить его раны. - Да я могу просто идти по тротуару, а какой-нибудь идиот обкуренный или пьяный -- меня собьет. Или кирпич упадет -- нельзя уберечься от всего и глупо прятаться! - Света сопровождала каждое слово толчком своих кулачков в его плечо.

Лицо Руса потемнело и захват его рук стал слишком сильным.

- Не говори так, - резко потребовал он, прижав ее голову к своей груди. - Ничего такого с тобой не случится. Я не позволю! - самоуверенно заявил он с какой-то экспрессией.

Света громко и шумно вздохнула, демонстрируя, что он слишком сильно сжал ее. Руслан не отреагировал.

Она поняла, что стоит сменить тактику. Рассказами о вероятной катастрофе, которая может поджидать ее, Свете явно не убедить Руса позволить ей сесть за руль.

- Руслан, - протянула она, постаравшись смирить свое раздражение, - любимый, я понимаю, что ты беспокоишься обо мне, но это же чересчур. Нельзя же спрятаться от мира, только потому, что кто-то въехал в мою машину, - она попыталась глубже вдохнуть, не смогла и погладила его щеку, надеясь немного расслабить напряженное тело Руса. - Вот сейчас, например, я дома -- а вполне могу задохнуться, потому что кто-то меня сильно крепко обнимает, - с намеком усмехнулась ему Света.

Руслан моргнул, чертыхнулся и тут же ослабил свой захват.

- Извини, - пробормотал он, коснувшись губами ее лба. - Не хотел так сильно тебя сжать. Просто..., - он тяжело выдохнул. - Я не хочу, чтобы ты подвергалась опасности, Света, - серьезно произнес он, пристально глядя в ее глаза. - Понимаешь? - она кивнула, в самом деле понимая его. - А машина..., - Рус пожал плечами, сделав безразличный вид. - В моем понимании это самая большая опасность для тебя, - уставившись куда-то, поверх ее плеча, безэмоционально закончил он.

- Руслан, - Света привстала на пальцах ног, чтобы обнять его за шею. - Но ведь ты не сможешь всю жизнь возить меня, - попыталась убедить она любимого.

- Почему? - резко и требовательно удивился он.

Света улыбнулась.

- Потому что все предусмотреть невозможно, и ты сам это прекрасно понимаешь, - она нежно коснулась его недовольно поджатых губ своими. - Я люблю тебя, и ценю, правда очень ценю твою заботу, - проговорила Света ему в губы, - но думаю, что ты не можешь не признать -- запретить мне ездить на машине -- не выход.

Руслан вздохнул, а потом, подхватив ее под попку, еще немного приподнял Свету, почти оторвав ее ноги от пола, и перехватил власть в поцелуе, углубив его, сделав полным и покоряющим. Но не столько со страстью, сколько с какой-то подавляющей нежностью.

- Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности, - снова повторил он, не прекратив поцелуя.

- Я понимаю, - признала Света, наслаждаясь его объятиями. - Правда, любимый, но...

Ее прервал звонок его телефона.

Вздохнув, Рус потянулся одной рукой к заднему карману брюк и достал свой мобильный.

Света попробовала отойти, чтобы не мешать его разговору, но Руслан только покачал головой, не позволив подобного, и нажал на прием.

- Да, Валик? - вместо приветствия, спросил Руслан, прижав телефон к уху.

Честно говоря, Руслан сейчас ни с кем не хотел говорить. Но не игнорировать же звонок друга только потому, что Света так упрямо отрицает его заботу.

Нет, он понимал, что ее аргументы правдивы и сильны. Но... Руслан ничего не мог поделать с этим опасением, которое исподволь закралось в его сущность.

Иногда он даже думал, что раньше было проще. Когда он уже не имел, что терять. И просто жил так, как шла жизнь.

Потому что страх того, что что-то случится со Светой -- он бесил его, приводил в ярость и бешенство от одной такой мысли. И с этим оказалось не так уж и просто жить.

Временами опасения настолько цепко впивались в его внутренность своими противными зубами, что хотелось что-то сломать или кого-то ударить. И тогда Руслан бросал все свои дела и мчался домой, проверять, все ли нормально со Светой. В его понимании -- до паранойи оставалось каких-то полшага. И все равно, Руслан не мог с этим ничего поделать.

- Привет, Рус, - с каким-то странным напряжением проговорил Валентин в трубку. - Все нормально?

Руслан удивился.

- Да, - коротко ответил он, не понимая, что заставило Валика так разговаривать. Разве что... Но Лине вроде бы давно не становилось хуже. - Что у вас случилось? - вдруг напряженно спросил он сам, крепче сжав руку на талии Светы.

Валентин хмыкнул.

- Ничего, кажется, - с каким-то протяжным вздохом проговорил он. - Понимаешь..., тут такое дело. Я понимаю, что у тебя сейчас своих забот по горло, - Валик явно чувствовал себя не в своей тарелке и Руслану стало уже интересно, что же это такое с его другом. - Короче, у меня к тебе просьба есть, - вдруг резко выдал друг, наверное, решив, что нечего тянуть резину.

- Я слушаю, - серьезно кивнул Руслан, не понимая, чего тот вообще так нервничает.

- Ты не мог бы завтра чуть дольше с Леркой посидеть, и не в зале? - осторожно, словно прощупывая зыбкую почву, спросил Валентин.

Руслан мог, хоть и подозревал, что это окажется сложнее уже имеющегося у него опыта. Но не видел проблемы в этом, да и почти не сомневался, что Света не будет против, а с радостью поможет. Но вот что творилось с его другом -- ему не было понятно.

- Без проблем, - кивнул он, и вздернул бровь, с вопросом посмотрев на Свету. Та стояла достаточно близко, чтобы слышать их разговор. Она спокойно кивнула, и положила голову ему на плечо. - Мы со Светой за ней посмотрим. Но что у вас случилось-то? - с некоторой тревогой спросил Рус.

Валик вновь нелегко вздохнул. А потом, словно сиганув в холодную воду, резко выпалил:

- Я Лине машину купил. Хочу завтра подарить. Она же на них помешана. И... вот, короче.

Руслан немного опешил.

Да, ладно, не немного. Черт! Да он как никто знал, насколько друг боится пускать жену в автомобиль, опасаясь... много чего опасаясь. Но в первую очередь, переживая о безопасности Лины. И сейчас сам Руслан прекрасно понимал его.

- Валик? - вопросительно спросил он, мягко отстранив от себя Свету и отошел к окну. - Ты уверен, что стоит? - осторожно уточнил он, опасаясь задеть Валентина недоверием. Но и удержаться не смог.

Друг опять тяжело вздохнул.

- Не знаю, - честно признался Валентин, хоть и слышалось, что это признание дается ему нелегко. - Но ей сложно все время быть привязанной ко мне. Да и Лерка..., с ребенком без машины непросто мотаться, - Валик вздохнул. - И потом, это у нас больной вопрос, - хмыкнул друг. - Вопрос понимания и доверия, не хочу, чтобы Лина думала, что я считаю ее недостаточно здоровой для этого, - пояснил он.

Руслан пожал плечами. Он мало что мог тут посоветовать. По его мнению отношения в семье друга запутали бы и самого опытного миноискателя, слишком там все казалось ему взрывоопасным. Хотя, а разве ему самому со Светой было так уж легко находить общий язык? Ведь только что они спорили.

- Ладно, что я могу сказать, - Рус усмехнулся, - тебе виднее. А мы без проблем посидим с Леркой, - добавил он.

- Спасибо, Рус, - с искренней благодарностью в голосе проговорил Валентин. - Я в долгу не останусь.

- Да, ладно, - Руслан отмахнулся, - Было б за что.

Попрощавшись, он положил трубку и повернулся к Свете, которая внимательно следила за ним.

- Посидим завтра с Леркой чуть дольше? - с улыбкой спросил он ее.

- Конечно, - Света пожала плечами. - Мы же всегда этим в субботу занимаемся, так что - какая разница, - она как-то странно, изучающе, смотрела на него. - А почему тебя так удивило, что Валик машину купил жене? - вдруг спросила Света. - Разве она раньше не ездила? Это у вас принято так -- урезать женщин в праве вождения? - с остатками раздражения, проскользнувшими в любопытстве, уточнила она.

Руслан не удержался, широко усмехнулся.

- Да. Мы вообще -- все страшные шовинисты и тираны, - едва не смеясь, подколол он ее. - Страшно боимся, что с нашими женщинами что-то случится, и потому урезаем их во всем, - он насмешливо вздернул бровь с мягким упреком глядя на Свету.

- Рус! - Света надула губы. - Я тебя серьезно спрашиваю.

- А я правду говорю, - он пожал плечами и пошел к ней, обняв со спины, потому как Света обиженно отвернулась. - Ты просто еще не знакома с Линой, - осторожно пояснил он, - только Валика видела. А его жена, - Руслан задумался, как бы такое помягче объяснить. - В общем, не знаю, сама посмотришь на нее, думаю, они вместе завтра придут Лерку забирать, - наконец, вздохнул он. - Просто Лина бывает немного неадекватна, - пояснил Рус. - Когда-то, года четыре назад, пыталась с крыши прыгнуть. Вот Валик и боялся, что она может что-то сделать себе, если будет водить машину, - добавил Руслан. - Но ей уже вроде гораздо лучше стало, особенно, как Лера родилась, - Рус поцеловал ее плечо под бретелькой сарафана, и посмотрел на золотую цепочку, охватывающую шею Светы.

Ему очень нравилось, что она без вопросов и выяснений носила крестик. Руслан не смог бы объяснить ей всего, что заставило его купить это украшение. И то, что Света приняла такой молчаливый подарок -- значило для Руса безумно много.

Она успела повернуться и внимательно посмотреть на него.

- Ладно, - Света кивнул. - Хорошо, я понимаю такую ситуацию. Но мне почему ездить нельзя?! - вернулась она к их разговору.

Руслан обреченно вздохну, поняв, что у него нет выбора. Если Валентин решился на такое, то ему в самом деле нет оправданий. Да и права Света, на тротуаре ее поджидает не меньше опасностей, чем на проезжей части. В их стране было не мало примеров, когда люди гибли в дорожных авариях даже не ступив на дорогу. Потому что слишком много существовало тех, кто считал, что выше правил и общих требований.

- Ладно, будешь ездить, - недовольно проворчал он. - Но это не значит, что я считаю такое решение разумным, - не приминул добавить Рус.

Света мягко обхватила его шею руками и нежно поцеловала.

- Спасибо, любимый, - мягко и понимающе прошептала она. Хоть Руслан отдавал себе отчет, что Света могла бы просто возмущенно заявить, что он даже не имел права заводить подобный разговор. Но она поступила совсем не так. - Я очень ценю, что несмотря на свое мнение и опасения, ты пошел мне навстречу, - если бы еще в ее глазах не было столько смешинок, он бы ей совершенно поверил.

Руслан не удержался от смеха.

- Ты -- хитрая плутовка, - он легко шлепнул ее, но все равно не отпустил. - Не остановишься, пока своего не добьешься, - поддел Рус ее.

- А разве ты не такой же? - с тихим смехом спросила Света.

Он только улыбнулся в ответ. Она и правда, оказалась слишком похожа на него, и потому, вероятно, так хорошо подходила ему. Но Руслан не думал, что готов в этом признаться вслух.

Честно говоря, она бы с большим удовольствием посидела дома, чем торчать в машине Руслана не имея права даже выйти на улицу.

Света вздохнула и еще раз осмотрела все видимое пространство. Но поблизости не было видно никакого движения. Она не понимала, почему он так категорично запретил ей даже окна открывать, но в этом Светлана решила с Русом не спорить. Он лучше понимал, что сейчас происходило.

Сам Руслан ушел около получаса назад. Сегодня проходила очередная "встреча" Бойцовского Клуба и Руслан вместе с еще несколькими парнями обеспечивал присмотр за дерущимися.

Его бы воля -- Света бы осталась дома, но в сегодняшней драке на правах новичка, принимал участие Роман. И Рус уступил ее желанию быть рядом. В конце концов, как старшая сестра, она не могла не волноваться о брате, как бы тот порой не раздражал ее. А Руслан понимал это волнение и заботу о семье. Потому и позволил Свете приехать, хоть и долго повторял, чтобы она не думала даже кончик носа высовывать из машины.

Пока не было понятно, чего он опасался. Но Света отдавала себе отчет, что всякая уличная драка, даже проходящая по правилам клуба, всегда может выйти из-под контроля. Потому и маялась от скуки внутри удобного салона его BMW.

Не имея чем заняться, она даже пожалела, что не захватила с собой какой-нибудь книги. А потому, откинувшись на сиденье и прикрыв глаза, Света стала вспоминать прошлую субботу, и свое знакомство с женой Валентина.

Весь тот день, почти до сумерек, они провели развлекая Леру. И глядя за тем, как заботливо относится к девочке Руслан, как он терпеливо сносит ее изучение каждой детали их квартиры, как раз за разом поднимает игрушки, которые Лерка разбрасывала явно не без умысла, хихикая, когда "лунану" приходилось идти за теми - Света впервые подумала о том, что он был бы замечательным отцом. И любил бы свою дочь или сына до безумия.

Эта мысль, непроизвольно, потянула за собой другую. И она глупо замерла посреди ковра, где играла с Лерой в мячик, почти увидев мысленно, как Рус возился бы с их ребенком.

У нее перехватило дыхание от такой картины. А внутри появилось слишком искушающее и сильное желание превратить ее в реальность. Не прямо сейчас, нет. Но в обозримом будущем. Она поняла, что хочет иметь детей от него.

Правда за свою мечтательность она тут же получила по коленке мячом, что к счастью оказалось не больно, и удивленный интерес Руса, который начал переживать, все ли с ней хорошо, и отчего Света спит на ходу. Придумав что-то про низкое атмосферное давление, она ушла от прямого ответа.

Родители Леры, действительно, как и предполагал Рус, оба приехали забирать дочь вечером, и Света даже немного удивилась -- почему-то, она ожидала, что Лина окажется старше. Наверное потому, что у той уже имелся ребенок и муж.

Однако на самом деле Лина была младше всех их. Как потом ответил Руслан на вопрос о возрасте жены друга -- ей недавно исполнилось двадцать пять.

В принципе, она даже понравилась Свете, хоть и вела себя как-то... настороженно, что ли.

Первое время Света даже не могла понять, в чем дело - Лина все время держалась возле Валентина и едва ли не пряталась за него. Но потом, вроде бы, немного освоилась и они даже поболтали о разных мелочах.

Был и еще один момент, который многое решил в их общении -- во время разговора за приготовлением чая и кофе, Света заметила несколько желтоватых пятен на запястье новой знакомой. Возможно, раньше она бы сделала определенный вывод. Сейчас же, и сама имея пару подобных отметин, да и видя, как Валик носится с женой и дочерью -- только улыбнулась кончиками губ.

Лина же, когда заметила, куда направлен взгляд Светы -- сразу как-то ощетинилась, что ли. Стала колючей, словно ежик. Пока Света с улыбкой не заметила, что таким сильным мужчинам, как Валик и Руслан часто нелегко контролировать силу своих объятий.

Лина удивленно моргнула и пару минут молча смотрела на нее, а потом искренне улыбнулась в ответ.

- Знаешь, ты первая, кто не решил, будто он бьет меня, - тихо призналась она, наклонившись ближе. - У меня раньше была подруга, которая всегда только упрямо хмыкала, когда я пыталась ей это доказать.

- Эй, мне доказывать ничего не надо, - Света рассмеялась и помахала перед глазами Лины своей рукой. - Я тебя как никто понимаю, - она подмигнула Лине.

После этого ее новая знакомая чувствовала себя гораздо спокойней. Она с восторгом рассказывала Свете о том, как муж учил ее управлять машиной на полигоне у аэропорта. Восхищалась каждым сантиметром своей "тойоты аурис", снова и снова перечисляя все достоинства этой модели, в чем Света, если честно, несмотря на десятилетний опыт вождения -- мало что понимала. И почти подпрыгивая от радости, рассказывала, что с понедельника пойдет на курсы водителей.

Свете оказалось весело и интересно общаться с новой знакомой, которая, несмотря на весь свой восторг от машины, не спускала с рук дочь, едва зашла к ним в квартиру, и с любовью поправляла то ползунки, то сползающие бантики.

А еще, Свете показалось, что Валик, который часто поглядывал в их сторону, разговаривая о чем-то с Русланом, был очень рад, что они нашли общий язык. И Руслан потом подтвердил это ее предположение, сообщив, что Валентин просил поблагодарить ее за то, как Света отнеслась к Лине. Той не всегда удавалось легко сходиться с людьми и после того, как с единственной подругой Лина перестала общаться в силу каких-то причин, ей очень не хватало такого общения.

Поскольку Лина понравилась Свете, она не видела никаких препятствия для того, чтобы продолжать и дальше с ней общаться. Да и Неле, Света в этом не сомневалась, Лина понравилась бы. Потому она решила, что обязательно познакомит их.

Вдруг, какой-то неясный шум вырвал Свету из воспоминаний и заставил немного испуганно осмотреться вокруг. Но, казалось, ничего не изменилось -- стадион и пара улиц, который виднелись с места их парковки были все так же пусты. Однако, какие-то крики, словно спор, нарастали.

Светлане стало страшно и захотелось выйти, побежать туда, чтобы удостовериться - с двумя дорогими ей людьми -- все в порядке. Но она понимала, что может только ухудшить ситуацию, если там возникли проблемы, отвлекая внимание Руслана на себя. А потому, сжав ладони в кулаки так, что заломило пальцы, и закусив губу, Света начала напряженно всматриваться туда, откуда и доносился шум.

Руслан знал, что этот парень способен доставить кучу неприятностей. Но такого он от Романа просто не ожидал.

"Хотя стоило", придушив бушующую в душе ярость, Рус старался вернуть в разум холод и отстраненность. Он сильнее сжал пальцы на предплечье и глубже вдохнул.

Сейчас слишком много зависело от его способности быстро и трезво принимать решения. А ему хотелось лично прибить брата Светы.

Если бы он вовремя не заметил, куда все катится. Если бы не успел вмешаться...

Черт! Полковник не погладили бы Руса по голове, если бы во время встречи Клуба его сына бы зарезали. Да и просто ранения ему бы так не оставили.

Такое случилось впервые за все существование их движения. Двое из участников нарушили правила.

В очередной раз громко выругавшись, он зло посмотрел на обоих противников, которых сейчас удерживали его парни.

Вокруг уже собрались почти все старички клуба, образовав какой-то странный, отгораживающий их от улицы, круг.

Роман строил из себя крутого парня, хоть Руслан без труда видел страх в глазах младшего брата Светы. Наверняка, до парня только сейчас начало доходить, как крупно он мог влипнуть. Но Русу не было жалко Романа. Какого дьявола этот сосунок притащил на встречу кастет?! Ему же четко и внятно объяснили правила!

Русу хотелось размазать того по стенке. Пусть он и понимал, что не Роман представляет собой основную проблему.

Второй участник этой драки был гораздо опасней. Руслан прекрасно видел его хитрый и хищный взгляд. Он следил за боем и хорошо запомнил плавные, рассчитанные и уверенные движение. Кто бы он ни был, но этот парень, с пронзительными глазами и достаточно длинными патлами, собранными в хвост на затылке определенно являлся профи. Вот только Русу не понравилась догадка о роде деятельности этого "мастера".

И он притащил нож на встречу Клуба! Это категорически запрещалось. Однако, наверняка, парень был в курсе. Его самоуверенный и нахальный взгляд четко показывал, что тот точно знал, на что шел. А значит -- он делал это с какой-то целью.

- Руслан, - Ромка ершился, только еще больше раздражая его этим. - Пусть твои псы меня отпустят. Сам знаешь, я могу всем устроить неприятности, - Роман задрал нос.

А Рус едва не рассмеялся.

Господи! Ребенок. Он совершенно не понимал, похоже, что уже мог валяться на асфальте в луже собственной крови, и только потому, что пренебрег настоятельным советом Руслана и полез не к тому противнику.

Если бы Рус вовремя не заметил, как парень вытащил нож...

Черт. Он не знал, как бы потом смотрел в глаза Свете и ее родителей. Но все, что Руслан успел -- это подставиться вместо Ромки. И сказать честно, боль в порезанной руке не добавляла ему благодушия.

- Умолкни, - грубо приказал он, даже не обернувшись в строну Романа.

Его не интересовали угрозы, которыми тот мог попытаться кого-то тут запугать. Руслан должен был выяснить, что задумал этот, хвостатый.

- Рус, - Глеб подбежал с бинтом и быстро занялся его рукой. Руслан облегченно разжал пальцы, которые уже начинали затекать от неудобной позиции, пока он держал края, пытаясь пережать кровоточащие сосуды. - Глубокий порез, - Глеб серьезно посмотрел на него. - Могут швы понадобиться.

- Обойдусь, - отрезал он, хоть и весь испачкался в крови.

Самому Русу порез оказался почти пустяковым. И он слабо представлял, что скажет по этому поводу Свете. Впрочем, у Руса была шикарное оправдание -- в конце концов он спасал ее брата. Чтобы самому потом прибить.

Как же ему хотелось хоть кого-то ударить! Но Рус только сильнее сжимал кулаки и стискивал зубы, слишком хорошо понимая, чем это все может закончиться.

- Руслан, расслабься, - жестко бросил Сергей. - Так только крови больше идет, - друг стоял рядом, наблюдая, как Глеб пытается наложить повязку.

- Ничего, не умру, - так же резко отрезал Рус и пристально посмотрел на парня, которого удерживало двое его помощников. - И зачем ты взял на себя такие проблемы? - рассматривая того через прищур, поинтересовался Руслан.

Парень пожал плечами и усмехнулся. Он наклонил голову и безразлично посмотрел на Руслана.

- А у меня сообщение для вас, - насмешливо протянул он. - И этот пацан, - он мотнул головой в сторону притихшего пока Романа, - сильно облегчил мне всю работу.

Руслан проглотил ругательство. Не время демонстрировать свою ярость.

- И в чем суть твоего сообщения? - с издевкой поинтересовался он, выдернув руку у заворчавшего Глеба, так и не дав другу нормально перебинтовать рану. Сам оторвал зубами лишний кусок бинта и резко затянул узел пальцами, продолжая внимательно следить за парнем.

- Если вы не примите предложение -- на следующей встрече будет труп, - все так же насмешливо протянул хвостатый. - Вряд ли такое событие пойдет на пользу этой организации, - парень усмехнулся шире, когда один из тех, кто его удерживал выругался и встряхнул нахала.

- Миша, - Рус покачал головой, взглядом показав помощнику, что не стоит поддаваться на провокацию. - И что хотят твои хозяева нам предложить? - холодным и безэмоционально спросил он.

- Вам уже озвучили предложение, - хвостатый снова пожал плечами.

Сергей жестко выругался и Рус видел, что друг и сам едва удерживается от того, чтобы не ударить хвостатого пару раз.

Ему же самому хотелось высказаться грубее, гораздо грубее.

Руслан перевел глаза на притихшего Романа.

Хвостатый не врал, этот сосунок прилично их всех подставил. Кроме него и этого парня -- сегодня на встрече не было других новичков. А любой опытный участник клуба сумел бы не допустить того, что сейчас произошло.

Может Рус искал крайнего, осознавая, что его самого загнали в угол и пытался на брате Светы сконцентрировать свою злость, только... тот действительно подложил им огромную свинью своей выходкой и непослушанием.

- Глеб, - Рус повернулся к другу, - увези Романа, пока я не отблагодарил его за все, - сквозь зубы прорычал он, надеясь, что друг быстро поймет что к чему.

Глеб и правда понял, и тут же крепко ухватил Ромку за плечо, потащив в ту сторону, где все они оставили свои машины.

Пацан попробовал возмутиться, но Глеб что-то негромко сказал и Ромка заткнулся. Руслан был благодарен другу за такую быструю реакцию. Он сам ходил по краю терпения.

- Уведите этого куда-то, - он махнул рукой парням, которые удерживали хвостатого.

- Мы просто отпустим его? - раздраженно поинтересовался Михаил.

- А что ты предлагаешь? Убить его?! Сдать милиции?! За что?! - Рус чувствовал, что голос срывается на раздраженный рык. - Уберите его отсюда, быстро, - приказал он.

И в этот раз парни без возражений послушали. А Руслан резко развернулся на пятках и глубоко вдохнул.

Не помогло, черт побери!

Хотя, не стоило и расчитывать

- Руслан, - окликнул его такой же злой Серый. - Что будем делать?

Он зло засмеялся.

- А у нас есть выбор, Серый? - гневно спросил Рус и яростно пнул одну из шин, закопанных в землю стадиона до половины. Просто от бессилия что-то изменить. - Или у нас будет труп, или мы подставим парней и станем зависимыми от этих дельцов, или... я пойду к дяде, просить его о помощи, - подвел итог Руслан, вновь пнув шину. - Опять пойду к нему... Нет выбора, не так ли, Сергей, - усмехнулся Рус, не заметив, что улыбка стала горькой. Впрочем, друг все равно не понял бы причины его ярости. - Не волнуйся, я улажу это, - выдавил он из себя, и не оглядываясь пошел в сторону своей машины, надеясь, что Света послушалась и не пробовала выйти на улицу.

Внутри бушевала такая ярость, что казалось, мир вокруг стал бесцветным.

Кровь застилала глаза от понимания своей беспомощности, от осознания, что он опять вынужден просить помощи у того, кто убил его семью. И что бы там не говорила Света, Рус не считал, что его хоть что-то могло оправдать. Только он не мог подставить своих парней. Не мог кинуть их в эту яму, в которую сам едва не падал. И не без помощи дурного малолетнего пацана, чересчур избалованного любящей семьей, чтобы понимать -- слишком часто от любого твоего поступка зависят жизни и судьбы других людей.

Он старался и никак не мог подавить в себе этот гнев и злость.

Наверное потому так резко дернул дверь своего кроссовера и тяжело опустился на место водителя. Хоть и обрадовалась, что Света послушалась его, никуда не делась.

- Руслан? - она с испугом смотрела на его руку, где на бинтах уже проступило небольшое алое пятно. - Господи, Руслан, что случилось? - Света потянулась, чтобы дотронуться, обнять его.

Но как бы Руслану не хотелось ощутить ее прикосновение, он дернулся, отклонившись. Руслан не знал, достаточно ли контролирует свою злость, чтобы сейчас что-то объяснять или рассказывать, чтобы сдержаться. А меньше всего он хотел бы причинить боль ей.

- Руслан? - непонимающе спросила Света и подняла на него глаза, которые показались ему слишком большими и испуганными. А еще, обиженными от такого его действия.

- Потом, - коротко процедил он сквозь зубы и завел машину, резко выжав педаль газа. - Мы потом поговорим, ладно? - Рус протянул пальцы, чтобы погладить ее волосы, но все же, не решился, отдернул ладонь и круто вывернул руль, выезжая на дорогу.

Света моргнула. И как-то неуверенно облизнула губы.

- Тебе надо в больницу, - обеспокоенно потребовала Света, но Руслан мотнул головой. Света скривилась, однако не спорила. - Ромка как-то с этим связан? - осторожно спросила она.

Руслан цинично засмеялся.

- О, да, он имеет к этому отношение, - со всей своей злостью к этому пацану, подтвердил Рус.

Света вздрогнула.

- Он тебя поранил? - со страхом спросила она.

- Нет, - мотнул головой Руслан.

Казалось, она испытала некоторое облегчение.

- А..., - Света неуверенно замолчала. Но все же решительно сжала кулаки. - Он не ранен?

Руслан скривился. Он понимал, что Света не может не волноваться о брате. Но сейчас его это только больше злило, хоть Рус и старался образумить себя самого.

- С твоим братом все нормально, - жестко отрезал он. - Это же я подставился вместо него под нож, - хмыкнул Руслан.

Света сдавленно вздохнула и потянулась к его руке. Но Рус покачал головой.

- Не надо, Света, - предупреждающе прорычал он. - Я слишком злой, чтобы гарантировать, что буду держать себя в руках.

Она вздрогнула, он видел это краем глаза, когда проверял дорогу в боковом зеркале. Но все равно, уверенно посмотрела на него, кладя ладонь поверх руки Руса.

- Не говори глупостей, Руслан, - отмахнулась Света. - Я знаю, что ты никогда ничего не сделаешь мне, - уверенно произнесла она.

А ему стало хоть и немного, но легче от ее самовольной поддержки. Впрочем, Руслан только сердито поджал губы. А потом наклонился и прижался ими к ее ладони.

Глава 17

Свете было страшно. Она не понимала, что случилось. Не могла разобраться, почему Руслан такой злой. Казалось, что кончики пальцев почти ощущали его гнев и ярость, будто бы те бурлили под кожей.

Ей очень хотелось ему помочь, успокоить любимого. Хотелось уговорить его поехать в больницу и показать врачам руку. Да что там, хоть бы самой узнать, что там, под той повязкой. Слова Руса о ноже напугали ее.

А еще, Свете хотелось позвонить Ромке. Она и за брата волновалась. Пусть и не так, как о Руслане, в конце концов, любимый же сказал, что с Романом все нормально, а она ему верила. Но все равно, серце было не на месте.

Исходя из всего, что Света знала о Клубе от Глеба и самого Руса -- ничего подобного случиться не могло. А значит, произошло нечто экстраординарное. И это "что-то" явно вызвало бешенство в Русе. До сегодняшнего момента она только раз видела его в подобном состоянии -- когда к ним приходил Писаренко. Неужели и сейчас это как-то связанно в его "дядей"? Света закусывала губы, боясь спросить.

Нет, она не соврала, когда сказала, что уверенна -- Рус не причинит ей боли. Но не могла сказать, что настолько же уверена в его адекватной реакции на любой заданный сейчас вопрос. А они ехали. И любое проявление темперамента ее любимого более разумным казалось отложить до возвращения домой.

Потому она молчала.

И Руслан не выказывал никакого желания прервать напряженную и тяжелую тишину, повисшую в салоне машины. Только периодически тихо бормотал ругательства сквозь зубы и резко дергал рычаг коробки передач, выдавая этим бурлящие внутри чувства.

Едва они поднялись в квартиру, Рус сильно хлопнул дверьми, и все так же молча подошел к окну, уставившись на город.

Света сомневалась, что он видит хоть что-то, пусть еще и было светло. Но вся его напряженная поза и то, с какой силой он тер лицо ладонью, как крепко все время сжимал кулаки -- указывало, что Руслан никак не может успокоиться, скорее, заводится еще больше.

А Света даже не знала, в чем причина.

- Руслан? - осторожно позвала она, но Рус тольк передернул плечами, словно говоря, чтобы она его не трогала.

Вообще-то, такое его поведение -- не было приятным. Свете стало немного обидно, что мужчина, которому она не раз доказывала свою готовность помочь и поддержать во всем, сейчас просто не считает нужным делиться с ней своими проблемами. Ведь они не были чужими друг другу.

Но она постаралась подавить в себе это чувство. И чтобы хоть немного переключиться, достала из сумки телефон, собираясь позвонить Ромке.

Наверное Руслан услышал, как пикнул мобильный, когда она сняла блокировку экрана. Он повернулся и внимательно посмотрел на нее.

- Кому ты звонишь? - резко спросил Рус.

Света даже вздрогнула от такого тона.

- Роме, - с недоумением пояснила она, глядя на Руслана. - Хочу проверить, все ли с ним нормально...

Рус скривился.

- Да, что с ним случится?! С твоим ненаглядным братом?! - со злым сарказмом протянул он и с силой упер кулак в бетонный простенок между окнами. - Хватит менять ему пеленки, Света! Уже и так из пацана - черти что сделали!

Это звучало грубо. И видя выражение глаз Руса, она понимала, что он знал о таком впечатлении. Раздражение, которое никуда не ушло, вспыхнуло с новой силой.

- Он еще ребенок, Руслан, - с упреком одернула его Света. - А я его сестра, и это нормально, что я волнуюсь...

- Ребенок?! - почти крикнул Рус, с такой злость в голосе, что Света судорожно сжала в пальцах телефон. Таким она Руслана еще не видела. - Ему восемнадцать! Какой он, к черту, ребенок?! В его возрасте я похоронил всех, кого имел! И не портил жизнь всем вокруг так, как это делает твой брат!

- Руслан! - в свою очередь повысила голос Света. - Ромка специально никого не обидит, он просто еще не привык отвечать за свои действия, и это нормально...

- Нет здесь ничего нормального! - яростно и грубо прервал ее Руслан, ударив по стене, так, что раздался глухой звук. - Нет! Потому что за твоего избалованного парня будут отвечать другие люди. Из-за его самовлюбленности и нежелания прислушаться к хорошему совету -- или мои люди, или я будем вынужденны участвовать в боях на деньги! Тебе рассказать, что это значит? Или ты сама поймешь, имея папу - полковника СБ?! - Руслан пересек разделяющее их расстояние в пару шагов и забрал телефон из рук Светы, отбросив тот на диван. - Хватит! Хватит с ним нянчиться.

Она не сопротивлялась, слишком ошарашенная подобным заявлением. Словно гром среди ясного неба. И никак не могла понять, сопоставить все его фразы.

- Подожди, Рус, - Света протянула руку, дотронувшись до его напряженных кулаков. - Какие бои, о чем ты?! С чего?!

Руслан чертыхнулся и отвернулся, не позволив ей удержать их прикосновение.

- С того, что твой брат полез не к тому человеку. И если бы я не заметил этого -- он сейчас был бы порезан, и я не знаю, насколько серьезно. Потому что люди, которые послали этого "хвостатого", не шутят. И как выяснилось, слишком хотят затянуть мой клуб в свой тотализатор, - все с той же экспрессией и злостью в голосе ответил Руслан. Света не поняла, кто такой "хвостатый" и решила, что наверное с ним и дрался Ромка.

- Но, - Света неуверенно облизнула губы, слишком хорошо представляя себе, чем участие в подобном "мероприятии" может грозить ее любимому. - Они же не могут тебя заставить? - голосом, который выдавал ее опасения, уточнила она.

- Не могут, - с горьким сарказмом повторил Рус, ехидно посмотрев на нее через плечо. - А ты знаешь, что будет, если в милиции или представительстве того же СБ узнают, что сегодня на встречу Бойцовского Клуба, зарегистрированного, как общественное движение -- один из участников приперся с кастетом, а у второго оказался нож, который он не замедлил применить? - с издевкой спросил Руслан. - Нас закроют. В лучшем случае, и хорошо, если без следствия обойдемся. Но и это ладно. Хоть мы с Серегой последние два года почти все свое время отдавали этому клубу. Ладно, пережили бы, - Руслан зло пнул диван кулаком. - Только те люди не остановятся, они или заполучат нас сейчас, или пойдут дальше, убив кого-то из моих парней.

Руслан даже не обернулся, когда она сдавленно втянула в себя воздух. У Светы ни на секунду не возникла мысль, что он шутит или преувеличивает ситуацию. Она не сомневалась, что с таким бы Рус не шутил.

- И у меня только один вариант, Света, благодаря твоему ненаглядному, "маленькому" брату, - с тем же злым ехидством протянул Руслан, - идти к Писаренко, если я не хочу потонуть в этом болоте, - вот теперь Руслан обернулся и просто впился в нее бешенным взглядом, засунув напряженные руки в карманы джинсов.

Света на миг закрыла глаза, наконец-то поняв, отчего он так зол.

И глубоко-глубоко вдохнула, стараясь найти аргументы и доводы, хоть и понимала -- тут мало что можно доказать. Даже если она будет очень стараться. Ведь Света слишком хорошо знала, что чувствовал ее любимый по отношению к Писаренко. И как ненавидел себя за то, что тогда обратился к нему за помощью. Теперь же...

Что ж, она могла себе представить, насколько он сейчас бесился внутри. Потому и искал повод сорваться, обидеть, причинить боль кому-то еще. Искал виноватого в любом, кто хоть мало-мальски был причастен к ситуации.

- Руслан, - она шагнула ближе к нему. - Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, только не надо Ромку во всем обвинять, любимый, - он дернулся от этих слов так, словно она его ударил.

- Ни черта ты не понимаешь, если продолжаешь защищать его! Может, еще скажешь, что он ущемленная сторона? - почти крикнул Руслан, отступив от нее. - Ты не сможешь понять, какого это -- делать то, что мне приходится. Тебя всегда оберегали, как и твоего брата, ты всегда оказывалась выше дна жизни, Свет, читая о нем только в учебниках или слушая лекции. Поэтому не надо мне сейчас ничего рассказывать, - гневно добавил Руслан и, развернувшись, отошел прочь.

- Он мой брат, Руслан, - Света старалась, правда старалась, но ей тоже становилось обидно и неприятно от его слов. Ведь в конце концов, она поехала с ним, она жила с ним, и делала то, что говорил Руслан. Как он мог сомневаться в том, на чьей она стороне? - И я не могу не жалеть и не защищать его. Но это не значит, будто я не понимаю того, что ты испытываешь..., - обида и гнев на такие слова все равно прорезались в ее голосе, заставив Руслана хмыкнуть.

- Конечно, - вдруг странно холодным голосом протянул он, вновь сжав кулаки. - Он -- твоя семья. Что же странного, что ты защищаешь его? - от этого тона по спине Светы прошла холодная дрожь.

- Руслан, - хрипло и сдавленно окликнула она его. - Не надо так...

- А как надо? Как? - отстраненно спросил Рус, не обернувшись. - Откуда мне знать, как? Меня некому так защищать, - он подошел к стене и взял с полки ключи от машину, которые бросил туда, когда они зашли.

"Неправда!", хотелось крикнуть Свете. Она защищала бы его перед кем угодно до последнего слова, до последнего аргумента, до тех пор, пока у нее бы просто оставалось дыхание и силы. Он был ее семье в такой же мере, как и Ромка. Нет. Даже в больше, гораздо в большей мере.

Но Рус даже не дал ей шанс ничего добавить. Он сейчас не хотел слушать ее. Или просто не мог за тем гневом, который ощущал.

- Не уходи, пожалуйста, - негромко, надрывно попросила она его, увидев, что Рус направляется к двери.- Это ведь не решит ничего, Руслан. Нам просто надо поговорить.

Он застыл на секунду, почти открыв входную дверь.

- Что-то мне не хочется сейчас разговаривать, Света. Может потом, вечером, - с таким же трудом ответил Руслан, покачав головой, и все-таки вышел, закрыв за собой двери.

Она задохнулась, ухватившись пальцами за диван. Глаза обожгло злыми, горькими слезами обиды.

За что он так? Ведь Света же ни в чем не виновата. Она просто пыталась помочь. И всего лишь волновалась о брате, причем, даже в меньше степени, чем о самом Руслане.

Только кому это теперь объяснять?!

Стараясь не разреветься, как глупая девчонка, она вдруг взяла и так же, как он сам недавно, со всей силой пнула диван, пытаясь согнать злость.

Только это не помогло. И Света тяжело опустилась на пол, даже не представляя, что теперь будет, и как убедить его поговорить с ней, когда Руслан вернется? Как вдолбить в его твердолобую голову, что Рус больше не один, что она готова все что угодно сделать, чтобы помочь ему? Что можно попробовать позвонить ее отцу, может он сможет как-то уладить это все...

Только смысл? Руслан не захотел ее выслушать.

И захочет ли? Света не знала.

А сейчас просто старалась успокоиться, убеждая себя, что он пошел проветриться, или поехал в клуб, к парням...

Вот только обида не желала улечься. Никому не будет приятно, когда любимый человек вами пренебрегает. Когда из-за своей обиды, готов и вам причинить боль. И Света, несмотря на все понимание, тоже не испытывала в этот момент радужных чувств. Ей хотелось на кого-то накричать, может, даже, пару раз ударить кое-кого. Проблема состояла только в том, что виновника ее раздражения как раз уже и не было в комнате.

Руслан понимал, что чересчур резко выкручивает руль и слишком зол, чтобы нормально вести машину, но и остановиться не мог.

Он не знал, зачем ушел.

Только и выдержки находиться в комнате со Светой -- не хватало.

И не виновата она была ни в чем. Ни в том, как все случилось в его прошлом, ни в поведении своего брата, ни в том, что любила свою семью несмотря ни на что.

Он сам бы тоже защищал родного брата до последнего вздоха, если бы тот все еще был у него.

И наверное, Свете не казалось, что она пытается навязывать ему свое отношение и взгляд на ситуацию. А вот Русу казалось сейчас именно так, хоть и знал он, что глупости это все.

Только и понимание не унимало гнева, не тушило горечи и злобы из-за того, как все снова закрутилось в его жизни.

Он терял контроль над событиями, перестал быть тем, кто управляет собственной судьбой. Все стало сложно и смешалось так, что Рус сейчас просто не мог разобраться.

И вероятно, все равно, ему в самом деле сейчас луше было уйти. Потому что Рус раз за разом говорил не то.

Он не собирался срываться на Свете. Не хотел, но обидел ее. И видел эту обиду в ее огромных выразительных глазах. А она все равно пыталась понять его.

Руслан злился еще больше на себя, и опять срывался на ней.

Какой-то чертовый замкнутый круг!

Он бесился и никак не мог разорвать его. И потому решил, что лучше пока в клубе посидит, чем доведет до того, чего и сам пока не мог представить.

Только и от того, что Руслан ушел - раздражение не угасло.

Проблема с выбором висела над ним, как десятитонная бетонная плита, грозя вот-вот обрушиться на голову. И он все больше и больше накручивал себя, понимая, что деваться-то некуда, и придется все равно идти к Писаренко, просить помочь. И от одной мысли об этом -- хотелось кого-то избить до крови.

Каким-то невероятным чудом добравшись до "Колизея" невредимым, Руслан резко затормозил на парковке. Все с той же злостью хлопнув дверцей, он закрыл машину брелоком и стремительно пошел внутрь.

Еще было рано для столпотворения, да и среда не располагала людей к развлечениям в клубе. Потому по залу бродило человек десять, не больше, и то, из тех, кто зашел выпить в бар.

Руслан сел на высокий стул в закоулке изогнутой барной стойки и мотнул головой на водку, когда Андрей вопросительно поднял глаза.

Через три часа он успел выпить еще шесть рюмок, отказавшись от закуски, поговорил с такими же злыми и хмурыми Сергеем и Стасом, опять пообещав друзьям, что все уладит. И осознал, что не просто не успокоился, а наоборот, разозлился еще больше на все эту чертову ситуацию.

Света звонила ему несколько раз, но он все время сбрасывал вызов, не уверенный, что в состоянии адекватно разговаривать. Все вокруг раздражало и увеличивало степень его злости.

И хотелось, чтобы всем стало так же плохо, как было сейчас ему.

Потом она перестала звонить. А Русу почему-то стало еще хуже от вида темного дисплея.

Он поднял голову и поймал взгляд бармена. Андрей послушно поставил перед ним еще рюмку, которую Рус начал зачем-то вертеть в пальцах.

- Руслан, привет, - он скользнул взглядом по девушке, которая опустилась на соседний стул.

Рус не помнил ее, не знал, были ли они знакомы. И испытывал слишком сильное раздражение на любое живое существо, чтобы делать вид, будто узнал эту девицу.

Вместо ответа на приветствие он одним глотком опустошил рюмку и показал Андрею, чтобы тот повторил.

- У-у-у, - протянула девица, которую он даже толком не рассмотрел. - Да ты сегодня в плохом настроении, - Руслан почувствовал, как ее рука скользнула по его плечам и дернулся, стряхивая пальцы.

Это касание только еще больше вывело его из себя.

- Я не нуждаюсь в компании, - резко и грубо проговорил он, глядя на очередную рюмку водки.

- Люблю я злых мужчин, - в ответ, с усмешкой протянула девушка и опять положила руку ему на плечо.

Руслан опрокинул водку себе в рот и стремительно развернулся, перехватив и крепко сжав тонкое запястье. Наверное, даже чересчур крепко. И дернул, вывернув ей руку за спину. Но его не волновали ощущения этой девки.

- Ты глухая? - зло спросил он, краем сознания подумав, что зря столько выпил. Контроль явно слетел ко всем чертям. А злобу водка только усилила.

- Нет, - если она и испугалась, то виду не показала. - Просто настойчивая, - ее губы растянулись в призывной улыбке.

Руслан скривился. В другое время он бы просто посмеялся с этой девчонки, наверное. Но сейчас, она показалась ему идеальным объектом, на котором можно было согнать раздражение.

- А ты уверена, что знаешь, чего добиваешься? - не меняя тона, все так же грубо спросил он, не ослабив захвата.

- Люблю грубость, - пожала плечами девушка и, несмотря на то, что он продолжал удерживать ее, потянулась к губам Руса своими.

Он вновь отдернул ее, потянув за руку.

- Нет, крошка, - насмешливо хмыкнул он. - Здесь правила устанавливаю я. А целовать тебя у меня никакого желания нет, - он практически намеренно унижал ее.

И злился на себя же еще больше.

Какого лешего он творил? Рус не знал ответа. А выпитый алкоголь не добавлял ни ума, ни рассудительности.

- А какие же желания у тебя есть? - все еще улыбаясь, спросила она и протянула руку, уперевшись пальцами в его кожу в вырезе горловины.

Руслан жестко оттолкнул ее руку и саму девушку. Несильно. Просто отстранился.

- Ты не будешь меня касаться, - приказал он. - Мне это противно, - не скрывая своего к ней отношения, Руслан поднялся со стула. - Все еще весело? - грубо поинтересовался Руслан, даже не подумав спросить, как ее зовут.

- Более чем, - довольно кивнула та.

Он хмыкнул и пошел в сторону лестницы на второй этаж, не проверяя, идет ли та следом. Но судя по стуку каблуков позади, девчонка попалась настырная.

Почему-то среди увеличившейся толпы, Рус заметил Сергея, который внимательно следил за ним. И впервые, пожалуй, за все года их знакомства, он увидел что-то, слишком напоминающее неодобрение в глазах друга. А может это водка так действовала.

Только Рус почувствовал еще большее раздражение. Почему все пытались им управлять, черт возьми?

Сделав вид, что не заметил друга, он ступил на первую ступеньку.

- Полегчало? - безучастно поинтересовался Сергей и опустился на соседний стул, осматривая зал с высоты второго этажа.

Руслан жестко потер лицо и придавил глаза, которые отчего-то болели.

Хотелось послать друга далеко-далеко и грубо. Потому что Руслану не стало легче. Скорее, наоборот. Сейчас ему хотелось, чтобы кто-то сказал, какого лешего он учудил такое? Только что-то никто не спешил отвечать за глупые поступки Руса.

А еще, хотелось вымыться.

Вместо ответа он наклонился, уперевшись локтями в бедра, и вперился взглядом в пол.

- Какого черта, Рус? - не дождавшись его слов, с недоумением спросил Серый. - Тебе мало проблем, решил еще нервы пощекотать?

- Отвали, Серый, - глухо буркнул Руслан, не подняв глаз. - Без тебя тошно.

- Где Света? - собранным тоном поинтересовался друг.

- Дома, - ответил Рус, и опять с нажимом потер лицо.

Во всяком случае, он надеялся на это. Что она еще ждет его, несмотря на час ночи, их ссору и все сброшенные им звонки.

Сергей поднялся.

- Пошли, - он хлопнул Руслана по плечу. - Я отвезу тебя домой. И скажу парням, чтобы они эту больше в клуб не пропускали, - он мотнул головой в сторону лестницы, по которой уже наверное с час назад спустилась та девица. - Навряд ли ты захочешь, чтобы они со Светой случайно столкнулись, - предположил Сергей.

Руслан промолчал. Но поднялся и пошел следом за другом.

Ему и правда рано еще было садиться за руль. Хоть и казалось, что алкоголь полностью выветрился. Зато, вместо пьяной злости и раздражения, вернулся здравый смысл и пришло опустошение.

Что он сделал? Зачем?

Из-за злости? Из-за алкоголя? Пытался доказать кому-то, что до сих пор сам управляет своей жизнью?

И что? Разве доказал? Решил хоть одну проблему, которые снежным комом накапливались в его жизни?

Руслан тихо выругался сквозь зубы.

Он помнил их разговор со Светой. Помнил, как рассказывал ей, что подобные "случайности" мало что значат для мужчин. И так действительно было. Он не смог бы вспомнить лицо этой женщины, даже если бы захотел сделать что-то подобное.

Только отчего-то, несмотря на всю "незначительность" этого поступка, во рту появился горький привкус и ощущение неправильности того, что он сделал.

Сергей обернулся, услышав его бормотание, но ничего не сказал, только опять хлопнул Руслана по плечу.

Света смотрела в окно на маленькие огни неспящего города и не видела их. Свет в комнате был выключен, как и во всей квартире.

А ей казалось, что в душе так же темно.

Она не могла бы сказать, что ощущала. Наверное, тупое опустошение.

Обида, злость на него уже прошла. Она бесилась и злилась первые несколько часов, когда Руслан ушел. Пыталась дозвониться, чтобы попросить его вернуться домой, поговорить с ней. Но Рус сбрасывал ее вызовы. И Света злилась сильнее.

Господи! Ведь она не сделала и не сказала ничего, чтобы обидеть его! Просто заступилась за брата! При этом, оставшись с ним, с Русланом. А он такое устроил...

Но и возмущение давно перегорело внутри Светы.

Она просто хотела, чтобы Руслан вернулся домой. Живой и невредимый.

А еще, до боли зажимая крестик в сбитых в порыве злости о его треклятую грушу пальцах, она молилась, чтобы все ее знание о том, почему мужчины задерживаются ночью или вообще не приходят до утра домой -- оказались неправдой.

Света уговаривала себя, напоминая, что наши мысли материальны и мы сами притягиваем собственные страхи в свои же жизни, раз за разом ожидая, что такое может произойти. Но не могла остановиться, вспоминая, как вот так же, стояла по ночам у окна ее мать, ожидая возвращения отца.

Когда внизу послышался шум подъехавшей машины, Света неосознанно сильнее стиснула крестик.

Несмотря на то, что уже два часа как наступил первый день осени -- окно было открыто и в тишине пространства сонного двора, ограниченного планировкой "П" -образного дома, любые звуки разносились прекрасно.

Громко хлопнула дверь, но ей все равно не было видно, кто вышел из машины.

- Ты завтра в секцию с утра? - Света испытала невероятное облегчение, узнав голос Сергея.

- Не знаю, Серый, - Руслан, которым и оказался вышедший из машины человек, остановился со стороны водителя.

Он добавил еще что-то, но наверное тихо, потому что Света не разобрала слов, только слышала его голос.

- Ладно, давай, - попрощался Сергей и отъехал.

Руслан поднял руку, прощаясь с другом. И некоторое время смотрел вслед машине. А потом вдруг повернулся и поднял голову, будто бы знал, что Света стоит у окна и смотри на него.

Взъерошив волосы, он потер лицо и наконец пошел в сторону подъезда.

А Света уперлась ладонями в подоконник и попыталась сделать глубокий вдох.

Дверь открылась минуты через три и Света резко обернулась, зажмурившись, когда он щелкнул выключателем, отчего яркий свет вспыхнул в гостинной.

- Света? - похоже, Руслан удивился, увидев ее. - Ты почему не спишь, поздно же, - Руслан как-то устало и опустошенно бросил ключи на полку.

Глава 18

- Я тебя ждала, - как-то неуверенно ответила она, и отошла от окна, направившись к нему. - Не смогла бы уснуть, слишком волновалась, - с виноватой улыбкой призналась Света, пытаясь поймать взгляд любимого, убедиться, что все хорошо, что он не сердится на нее больше. - Ты все еще сердишься? - уточнила она, не сумев встретиться с ним глазами.

Руслан улыбнулся уголками губ, но почему-то посмотрел себе под ноги, скинув туфли.

- Нет, - тихо ответил он. - Не сержусь. Не стоило переживать, малышка, что со мной случится? До сих пор же обходило все, - пренебрежительно, и все так же опустошенно отмахнулся Рус и пошел мимо нее к дивану.

Света замерла. И медленно-медленно повернулась за ним следом, с каким-то отстраненным удивлением заметив, что не может выдохнуть.

Он не подошел к ней, не обнял, не поцеловал так, как всегда это делал, даже когда уезжал всего на полчаса. Просто сел на диван и устало опустил голову на руки, упертые локтями в колени.

Только не в том было дело.

В конце концов, ясно, что обида или раздражение могли и не улечься, чтобы он там не говорил, и Рус просто старался не накалять опять то, что вспыхнуло вечером.

Только... только...

Руслан не смотрел на нее. Старательно избегал взгляда.

А легкие Светы жгло запахом женских духов.

Чужих. Противных, приторных и сладких. У нее самой от таких всегда начинала кружиться голова и ее подташнивало. А она все никак не могла глотнуть свежего воздуха, хоть и уговаривала себя, что в клубе, где Руслан без сомнения сидел все это время, вокруг него кто угодно мог отираться. И ничего это не значит.

Только...

- Руслан? - голос Светы прозвучал слишком хрипло и ломано, так, что она сама вздрогнула.

И увидела, как напряглась его спина.

- Что, малышка? - спокойно поинтересовался он, глядя в окно.

- Посмотри на меня, Руслан, - чувствуя, как камнем замирает внутри сердце от страха, тихо попросила она.

Он повернулся и несколько удивленно посмотрел на Свету.

Все хорошо было. Нормально.

Только пальцы его слишком сильно сжались в кулаки. Но ведь на это можно было не обращать внимания, правда?

Света вздохнула, и все равно ощутила удушье.

Она почти ненавидела сейчас тех, кто слишком хорошо учил ее замечать детали, мелочи и строить на основе незначительных движений целые версии и догадки. Ненавидела себя и свой вечный подспудный страх.

- Скажи, что я ошибаюсь, - вдруг сипло прошептала она, видя, как Рус нахмурился от ее слов. - Просто скажи, что это не правда.

- Света? - Руслан поднялся с дивана. - Ты о чем? - он шагнул в ее сторону, приблизившись за пару шагов. - Что не правда, малышка? - Руслан протянул руку, обхватив ее щеку и нежно погладил скулу.

Он не выполнил ее просьбу, не так ли?

Мама когда-то говорила ей, что женщина всегда знает, когда ее обманывают. Всегда. Просто часто ей легче не замечать, не видеть этого, и она лжет следом за любимым человеком самой себе.

А вот Света, похоже, так не умела.

Закрыла глаза, зажмурилась так, что стало больно. И все равно, не могла выкинуть из разума выражение его глаз, хоть Рус и старался. Правда старался.

Просто она слишком сильно уже любила его. И знала каждый нюанс, каждый оттенок выражения этих темных глаз. А такого... такого выражения она в них еще не видела.

Только Света не нуждалась в толковании того, что там светилось.

Она резко дернулась, освобождая свое лицо из захвата его пальцев, и отступила, поняв, что уперлась в стену.

Она ошиблась. Ее сердце превратилось не в камень.

В маленький ледяной кристалл. И сейчас он разлетелся на осколки. И стало так больно, что не хватало сил сделать вдох и открыть глаза, чтобы посмотреть на него. Только зачем дышать? Чтобы опять ощущать этот проклятый запах другой женщины на нем?!

- Почему? - жалко, вымученно прошептала она. - За что, Руслан? Только за то, что я заступилась за Ромку?

- Света, - Рус шагнул за ней, и она почувствовала, как он уперся ладонями в стену по обоим бокам от ее лица, ограничив пространство вокруг Светы своим телом и стеной. - Что с тобой? О чем ты?

- Не надо, - она горько усмехнулась, почему-то замерев глазами на точке пульса его шеи. Та слишком часто и сильно билась. Мелочи. Такие незначительные по отдельности, и просто убивающие, когда появлялись все вместе. - Теперь уже не надо, - Света наклонила голову и прижала глаза пальцами. - Кто она, Руслан? Кто та, чьими духами ты пахнешь? - спросила Света, и поняла, что еще надеется, еще верит, что сейчас он просто рассмеется и скажет, что не понимает о чем она.

Мало ли там девчонок в клубе было, что ли, которые просто стояли или сидели рядом?

- Я не знаю, - тихо и опустошенно ответил Руслан после минутного молчания.

Только он не отрицал, как она хотела бы, он признавался этими словами.

Света судорожно вдохнула, запрокинув голову, и посмотрела в потолок.

У них всегда были честные отношения, чтобы там не говорил ее отец. А вот сейчас, Свете захотелось, чтобы он соврал. Обманул так, чтобы она поверила.

Только Света же сама не хотела обманываться.

- Почему? - повторила она свой вопрос. И вдруг почувствовала такую обиду, такую злость, что с силой сжала кулаки и резко ударила ими по груди Руслана. А он даже не подумал защищаться или возмутиться. Она как дура волновалась, что обидела его, боялась,что с ним может что-то случиться, а он... - Почему, черт возьми?! - почти закричала Света, забыв, что уже начало третьего ночи и все соседи давно спят.

Да и если бы помнила, не смогла бы понизить голос, ей было слишком больно.

- Я не знаю! - так же громко ответил он, и тяжело выдохнул. - Не знаю, почему! Просто был злой. И напился. Меня все вокруг раздражало. И то, что ты за брата заступилась, а не меня поддержала... Хотелось, чтобы всем было так же плохо и больно, - глухим и пустым голосом проговорил Руслан.

А Света вдруг рассмеялась, надрывно и горько.

- Но ведь я же с тобой была, - неверяще покачала она головой. - Что Ромка? Я просто сказала пару слов. Но осталась я с тобой, и тебя всегда слушала..., - Света прижала глаза пальцами, не пуская слезы. - А больно... что ж, у тебя вышло, - с истеричным смехом прошептала она. - Мне больно. Так больно, словно бы кто-то в меня воткнул тот проклятый нож, из-за которого все началось.

- Света, - он наклонился ниже, сблизив их лица и обхватил ее щеки руками, игнорируя то, что Света пыталась отвернуться. - Малышка, - Руслан нежно коснулся ее скул губами. - Это не значит ничего. Ничего. Я не знаю, почему вытворил такое. Только, не думал причинить боль тебе.

- Отпусти! - Света снова толкнула Руслана, отворачивая лицо, вырываясь из его ладоней, которые сейчас не грели, а жгли ее, как каленым железом. Пытали. - Не прикасайся ко мне, после этой! - она поняла, что все равно вот-вот заплачет, и еще больше разозлилась. Толкнула его со всей силы, только Руслан не отступал, хоть и опустил руки. - Не трогай меня! - Света прижала губы ладонью, чтобы не разрыдаться, как самая глупая идиотка. - Как ты мог поступить так?! Как? Хотел секса? Почему не со мной? Разве я хоть раз тебе в чем-то отказывала? Что та дала тебе такого, что не смогла бы дать я? - она опять ударила его, от бессилия, от обиды, которая бурлила внутри.

- Малышка, я..., - он пытался поймать ее взгляд. - Ничего, ничего она не дала. Не в этом дело было, - Руслан немного отстранился. На пару сантиметров и резко чертыхнулся. - Не хотел я от нее ничего получить. И не нуждался ни в чем от нее. Просто..., - Рус отвернулся, а она с болью и почти ненавистью смотрела на такого любимого и настолько обидившего ее человека. - Я так разозлился на всех, на Романа твоего, на обстоятельства, на то, что теряю контроль над своей жизнью и опять должен идти к Писаренко просить помощи... напился, и перестал соображать. А та, она просто под руку попалась, и я...

- Замолчи, - вдруг резко оборвала его Света. - Я не хочу знать, как ты с ней..., - горло сжало спазмом, и Света тоже отвернулась, вперившись глазами в краску на стенах.

- Света, - его руки легли ей на плечи, а Свету затрясло от этого. - Она ничего не значит для меня. Ничего. Это было ошибкой. Я не собирался, не думал... Так по дурному вышло как-то, - Руслан опять тяжело выдохнул, не отпуская, хоть Света и старалась высвободиться.

- Разве это хоть что-то меняет, Руслан? - спросила Света и сама удивилась тому, как ей удался такой холодный и собранный тон, когда хотелось кричать, выть от боли. - Что я должна сказать тебе? Что понимаю тебя? Что все хорошо и мы можем идти спать? - она вдруг развернулась и посмотрела прямо ему в глаза. - Я сейчас тоже зла. Очень. И мне больно. Так больно, что даже слов не найти. Так может и мне напиться твоей водки и пойти, постучаться в первую попавшуюся дверь и сказать любому парню -- "трахни меня, я злая, хочу сделать больно тому, кого люблю"? Это поможет мне, Руслан?! - с горечью и болью спросила она, не отпуская взгляд темных, сузившихся злых глаз. - Это уймет боль? Мне станет легче потом, когда этот парень будет возиться на мне, а? Скажи Руслан, я почувствую себя лучше?! - вдруг сорвалась на крик она. - Или тебе станет легче от этого?!

Она не вздрогнула, когда он резко, с силой ударил кулаком по стене недалеко от ее плеча. Не скривилась, когда Рус слишком грубо выругался.

Ее сейчас ничего не могло тронуть.

Чувства и ощущения замерзли вместе с сердцем. И разбились с ним.

Только ее любовь к нему не хотела замерзать, а потому так болела и кровоточила, что хотелось сделать что-то страшное, что угодно, лишь бы унять, вырвать из груди эту изматывающую, режущую боль.

- Нет, - хрипло прошептал Руслан, вновь со злобой вдавив сбитый кулак в стену. - Нет, не становится легче. Еще хуже становится.

- Так какого черта ты такое натворил?! - опять закричала Света, толкнув его. - Зачем?! Что и кому ты доказал?! Что крутой? Что сам себе хозяин, а мое место здесь -- молча ждать и прощать тебя?! Да?! - она все больше и больше злилась.

Потому что когда Света кричала, когда сердилась на него, боль становилась не такой заметной. За ненавистью - и рана в груди терялась.

- Нет, малышка, нет, - он скривился. - Нет, я...

- Я поняла это, - прервав его, кратко бросила Света, и оттолкнулась от стены. - Уяснила. Только я не такая, Руслан! Я не смогу так. И ты знал об этом, черт возьми! - она резко прошла вглубь комнаты, почему-то обрадовавшись, что так и не переоделась, и все еще ходила в джинсах и футболке.

Наклонившись, она подняла свой телефон с журнального столика и оглянулась, пытаясь вспомнить, где оставляла зарядное устройство. А в рвущейся душе проклинала трясущиеся пальцы.

- Я терпеть не собираюсь.

Она застыла посреди комнаты и обвела ту изучающим взглядом.

- Света, - настороженным голосом позвал ее Руслан, с подозрением следя за ней. - Что ты делаешь?

Светлана обернулась и несколько секунд просто молча смотрела ему в глаза, горько улыбаясь.

- Я ухожу, Руслан, - наконец, почти спокойно проговорила Света, чувствуя себя так, словно внутри, в пустоту, которая образовалась на месте разбитого сердца -- набили ваты, и та приглушала, притупляла... нет, отупляла любую боль. - Я так жить не смогу. Ты знал об этом, когда предлагал быть вместе, - опустошенно напомнила она.

Он снова выругался, а потом стремительно подошел и крепко сжал плечи Светы своими большими сильными руками, которые она так часто целовала, которые так любила... а теперь, ей хотелась просто избавиться от их касания.

Она ощущала себя так мерзко, что даже не могла подобрать определения.

- Никуда ты не пойдешь, - категорично, резко проговорил Руслан, в свою очередь начав злиться. Она видела гневные искры в его глазах. - Ты -- моя, Света, и я не отпускаю тебя. Ни сейчас, ни вообще, хоть когда- нибудь. Ты ведь тоже знала, какой я, когда соглашалась на мое предложение, - жестко напомнил Рус, все еще удерживая ее плечи.

Света закрыла глаза, чтобы не видеть его лица, его губ, его глаз. Таких родных, таких любимых и дорогих, и таких, как оказалось, жестоких...

- Значит, я ошиблась, Руслан, - не поднимая веки, прошептала она, не сумев скрыть надрыв в голосе. - Думала, что со мной -- ты изменишься. Дура я, - словно соглашаясь с тем, чтобы ее такой считали, кивнула Света. - Но терпеть того, что ощущаю сейчас -- не смогу. Это слишком больно, когда предает тот, кого любишь настолько сильно.

Он резко притянул ее к себе.

- Ты не можешь уйти! - Руслан заставил ее посмотреть на него. - Ты обещала, что не исчезнешь, что будешь со мной! - раздраженно, с экспрессией, проговорил он. - Я просто не отпущу тебя! Ты моя, Света, - с нажимом, почти прокричал Руслан.

- Я твоя, - грустно повторила Света, не обращая внимания, на то, что в злых, почти черных глазах появляется огонек облегчения. - Я была твоей, и останусь твоею, - опустошенно пожала плечами она. - Наверное, навсегда. Только..., - Света подняла взгляд и посмотрела прямо в глаза Руса. - Ты - перестал быть моим, - горько, тяжело добавила она.

Руслан скривился. С шумом втянул носом воздух.

- Малышка, это ничего не значит! НИЧЕГО, слышишь?! Я твой, и ничей больше...

- Нет, Руслан, - Света не обратила внимания на его тон, даже из его ладоней перестала вырываться. - Я помню твои примеры с едой. Только неправда это. Все поменялось! ВСЕ! Ничего не будет так, как было, - она и сама не поняла, где взяла силы, чтобы оттолкнуть, ударить его в плечо. Света казалась себе пустой и безжизненной. - Я не смогу просто жить дальше, как будто не было ничего. Я хотела детей с тобой! - почему-то, она отстраненно наблюдала за тем, как ее голос превращается в крик. Словно не сама отвечала за это, а кто-то другой крутил тумблер громкости. - Мечтала о том, как у нас родится мальчик или девочка, и мы будем возиться с ними так же, как игрались с Леркой, понимаешь? - горько и с болью спросила Света. - Так хотела отдать тебе все, что у меня есть, чтобы хоть немного унять ту боль, которую ты в себе держишь. Только тебе, похоже, нет в этом нужды, - она попыталась отвернуться.

Руслан не позволили, и прижал к себе еще крепче, а она вновь задохнулась от этого запаха, почувствовала, как подкатывает тошнота к горлу.

- Надо, - сипло прошептал Рус ей в ухо, до боли обняв. - Ты мне нужна вся. И у нас все будет, малышка. И дети, и каждый день всей жизни...

- Нет, - она всхлипнула, осознав, что все же не сдержалась, и по щеке покатились слезы. - Нет, Руслан. Уже ничего не будет. Ничего..., - Света моргнула, только слезы не переставали течь.

- Как я смогу уехать на работу и не думать о том, один ли ты? Не изменяешь ли мне с кем-то, только потому, что мы утром не сошлись в мнении о том, в какой садик отдать ребенка? Как я смогу ждать тебя вечерами, и не представлять, как ты целуешь, обнимаешь другую, которую просто случайно встретил в баре... КАК?! Скажи мне, как я могу перестать думать о том, что ты так просто можешь меня сломать?! Разбить меня, даже не подумав, насколько это больно. Просто потому, что тебе захотелось "перекусить", - Света дернулась, вырвавшись из его рук, которые Руслан почему-то разжал.

И посмотрела в его потемневшее, напряженное лицо, перевела глаза на сжатые челюсти. Она видела, что ее слова ранят его, причиняют Руслану боль. Только Света просто говорила правду. То, что чувствовала. То, что теперь было ее реальностью. Ее болью.

- Как я буду объяснять проснувшемуся от кошмара малышу, почему папа не может сейчас подойти и успокоить его? Скажу, что папа какую-то девку тискает в баре, потому что моей любви, моей страсти, моего тела -- ему мало? - горло уже перехватывало, но слова никак не желали останавливаться.

Света пыталась остановить слезы дрожащими пальцами, только это ей не удавалась, и она просто размазывала их по лицу.

А Руслан молчал. Лишь все крепче стискивал зубы и сжимал кулаки так, что побелели костяшки.

- Не смогу я так, Руслан, несмотря на то, что безумно люблю тебя, - уже почти в полный голос рыдала Света, и сердилась на себя за это. - А может, именно из-за этого. Только я такой же собственник, как и ты. Не могу, не понимаю, как можно делить с кем-то то, что составляет часть меня, часть моей души, моего сердца? А ты просто разорвал все это, - она покачала головой, не видя, как слезы срываются со щек и падают на шею. - Я отдала тебе всю себя, ни на что не обращала внимания. Но и сама хочу такого же, - Света закрыла лицо ладонями. - Мне нужен такой мужчина, Руслан, который не будет не то, что секса искать вне дома, а даже есть, только то, что я ему приготовлю, или сама положу на тарелку! - с обидой на все его сравнения и отговорки зло воскликнула Света. - По-другому -- я не сумею.

Она резко отвернулась от него, и почти убежав, быстро подошла к подоконнику, на котором лежали салфетки.

Попыталась унять дурные, жалкие слез, которые все равно ничего не могли уже изменить, а потом пошла в строну комнаты, где стоял ее ноутбук, не обращая внимания, что хмурый, мрачный Руслан идет следом.

Он стоял на пороге, пока она собирала свои документы и компьютер, и не отступил, когда Света попыталась пройти мимо.

- Не уходи, - вдруг хрипло, с надрывом, которого она никогда не слышала у него, прошептал Руслан, протянув руки, и прижав ее к себе, уложив себе на плечо ее голову. - Пожалуйста, не уходи. Света. Прости меня. Давай, попробуем начать снова.

- А ты бы простил меня, Руслан? - все еще плача, спросила она, пытаясь не дышать, не слышать запах чужих духов. Не думать о том, что он с той, другой делал, как обнимал ее. - Простил бы, если бы я пришла после другого? Если бы на мне был запах другого мужчины, если бы другой целовал, обнимал меня, делал со мной то, что только хотел? Ты бы начал со мной все по-новому после такого? - Света посмотрела на него сквозь слезы.

У Руслана желваки заходили на щеках, и он шумно, зло, резко выдохнул.

- Я не знаю, - наконец, признал он.

Света криво улыбнулась, не заметив, что это больше напоминало гримасу боли.

- Вот и я не знаю, смогу ли хоть когда-то простить тебя, несмотря на то, что люблю. И всегда буду любить,- она зачем-то протянула руку и погладила его напряженную щеку.

Ей пришлось закусить губу, чтобы снова не зареветь, когда Рус перехватил ее пальцы, и прижался губами к ссадинам от его снаряда.

- Я все равно тебя не отпускаю, - зло, обиженно выкрикнул Руслан, словно маленький ребенок, когда Света попыталась отнять пальцы. - Никогда не отпущу. Слышишь?!

- Слышу, - тихо прошептала в ответ Света, поняв, что если сейчас же не выйдет -- умрет.

Не физически. Нет. Морально. Ее душа, надорванное сердце уже просто не выдерживали.

Света нуждалась в пространстве, в воздухе. В чем-то, чего уже никогда не сможет иметь.

И это понимание убивало ее надежнее пистолета.

- Не уходи, - снова прошептал он, когда она подошла к двери, так и не взяв ничего, кроме мобильного и ноутбука. - Останься. Поговорим. Мы сможем решить это....

Света не удержалась и надрывно, то ли зарыдала, то ли завыла.

- Разве не о том же я просила тебя несколько часов назад? - горько спросила она Руслана, не обернувшись к нему.

И, не дождавшись никакого иного ответа, кроме звука глухого удара о стену, взяла ключи от своей машины и просто трусливо сбежала, так и не обернувшись. Потому что знала -- не сможет тогда уйти. И добьет себя окончательно.

Только в лифте Света позволила себе заплакать в полный голос, уже ни на что не обращая внимания. А потом, почти ничего не видя заплаканными глазами, едва смогла доехать по ночным улицам до своей квартиры, которую язык, отчего-то, не поворачивался назвать домом.

Опустошенно рухнула на диван, свернувшись клубочком, и вновь зарыдала, пока не выплакала все слезы, до последней, и не сорвала голос так, что могла только сипло хрипеть.

"Она вернется.

Вернется.

Не могла не вернуться".

Руслан смотрел на свои руки, сбитые в кровь о стены зала и болтающуюся кожанную грушу, а видел перед глазами ссадины на кулачках Светы.

Руки его женщины не должны были быть разбитыми. Но были. Так же, как и ее сердце -- и во всем этом виноват был он.

И чего Руслан так взбеленился на Ромку? Ведь ясно же, что не было бы брата Светы -- достали бы другого. Если уж такие люди брались за дело -- то не останавливались на полпути. Просто Роман сам полез на рожон. А Рус взбесился, словно бы не понимал -- некого здесь винить. Не тех, кто в результате пострадал.

Он с силой надавил разбитыми руками на глаза, которые продолжали болеть.

Сколько же дурных, непонятных и жестоких поступков он совершил сегодня? Сколько раз обидел ее, если Света срывала злость, подобно ему самому, пытаясь найти разрядку в ударах о что угодно. Только это не помогало.

Он снова и снова бил, не обращая внимания на боль, а вспоминал то, что она говорила перед уходом.

"Не могла Света уйти. Ведь она обещала... давала слово, что будет всегда с ним!"

Руслан злился, и еще отчаянней бил, только уже не по груше, по стене, пытаясь болью прояснить мозги. Но и это не помогало.

Он то обижался на нее, то бесился от всего, что сам натворил, то просто, отчаянно хотел обнять Свету, спрятать свое лицо в ее волосах, и представить, что не было ничего.

Почему она ушла? Ведь Света не могла не понимать, сколько значит для него!

Руслан никогда, ни к одной женщине не относился так, не чувствовал того, что ощущал к Свете. И она не могла не знать, не видеть этого!

А то, что случилось -- не имело значения для него! Просто Руслан сорвался, поддавшись простому способу решения проблем, к которому слишком привык, за это годы, делая вид, что ни к чему и ни к кому не привязан... Но он ни за что на свете не хотел потерять ее...

Он вновь и вновь метался по залу, пытаясь найти слова, чтобы вернуть Свету, уговорить. Только память о боли в глазах Светы не давала ему сказать и слова в свое оправдание.

Да, он не скрывал, как смотрит на жизнь. Да, она знала это... И, казалось бы, какие претензии?

Только, слова Светы о том, чтобы он ощущал, если бы она вернулась домой, после секса с другим -- они бесили Руслана, застилали глаза красной пеленой и заставляли ощущать себя способным на убийство.

Он бы никогда не позволил бы никому и пальцем прикоснуться к его Свете. Никогда.

   Наверное потому и сидел до сих пор у себя в квартире, не находя в себе достаточно наглости, чтобы хоть позвонить ей.