Маленькие прикосновения

Ненависть к себе переполняет сердце, но меня не изменить. Смотрю вперед, не в силах взглянуть на девушку, которая сидит рядом и дрожит от страха. Все сломалось. Никакого доверия не осталось, а теперь прибавилась ревность. Жгучая первобытная ревность, сметающая все на своем пути, как песчаная буря Сахары.

Чувствую, как ее теплая ладонь ложится на мое запястье и слегка сжимает, но это прикосновение рвет душу. Настолько тоскливо, словно похоронил себя и наблюдаешь, как близкие оплакивают твое бездыханное тело. Медленно сбавляю скорость, прокручивая в голове то, что произошло.

- Останови машину! - умоляет она, дрожащим голосом.

- Успокойся, - торможу у обочины на безлюдной улице далеко от дома.

Кейси пытается выйти из машины, но я моментально блокирую дверь. Она бьёт ладонью по стеклу, рассыпаясь в проклятиях. Перехватываю ее за локоть и поворачиваю лицом к себе.

- Выпусти! - кричит она, пряча мокрое от слез лицо за растрепанными волосами. Эти слезы пролились по моей вине.

- Прости, - шепчу, притягивая ее к себе.

- Не прикасайся ко мне, - она с силой отталкивает меня и освобождается. Ее взгляд, полный разочарования и невыплаканных слез доводит до безумия. - Чудовище! За что ты так избил его? Что он сказал?

- Кейси, послушай меня, - чувствую, что совершил непоправимую ошибку, но ни капли не сожалею. - Это сейчас совершенно неважно.

- Важно! Для меня важно, - она быстро смахивает с щеки слезу и продолжает ненавидеть меня. - Посмотри на себя. На кого ты стал похож? Кто эти люди, с которыми ты общаешься? Мафиози, наркоторговцы, контрабандисты? И такой ты представляешь нашу жизнь?

- Я предлагал уехать, но ты отказалась.

- Потому что ничего не изменится, даже если мы отправимся в Антарктиду. Ты - сын клана Гвидиче и должен нести этот крест до конца своих дней. А я не хочу всегда бояться, что моего мужа застрелят, а дети останутся сиротами...

Она резко замолкает, когда видит, насколько эти слова задели меня. В паре предложений отразилась вся моя бессмысленная жизнь. Без права выбора. Только один путь, намеченный с рождения.

- Прости, - говорю тихо. - Я не могу этого изменить. Давай, поедем домой и постараемся все забыть. У меня завтра тяжелый день.

- Что-то связанное с Беном? Тони сказал, что ему помогает некто по имени Дональд Шур. Кто он?

- Как ты сказала? - не могу поверить в услышанное.

- Дональд Шур, - с опаской повторяет она. - Марк! Я должна знать, что с Беном все будет хорошо. Прошу...

- Бен! Бен! Только о нем и думаешь. Ты не боишься потерять меня? - не знаю, как эти слова сорвались с моих губ.

- Не говори так, - еле слышно шепчет она и тянется тонкими пальцами к моим губам. - Без тебя моя жизнь не имеет смысла. Только ради возможности взглянуть в твои глаза я продолжаю карабкаться из болота своих кошмаров.

- Зачем ты приехала в клуб, зная наше положение? - ее нежная кожа сбивает дыхание.

- Хотела узнать, чем ты занимаешься, - с вызовом бросает она.

- Ревность сейчас совсем не кстати, - шепчу ей в губы.

- Кто бы говорил!

Ее глаза прожигают дыру во мне, но в глубине этих темных омутов горит огонь ревности.

- Не играй со мной в такие игры, Кейси. Каждый твой вдох и выдох, каждый миллиметр тела, принадлежат мне!

Кейси пытается протестовать, но я впиваюсь в ее губы долгим поцелуем. Мне нет прощения, но она не может противостоять натиску моих чувств.

Останавливаю машину в нескольких метрах от берега. Пляж ночью всегда успокаивал и помогал мыслить здраво, но рядом с Кейси это может и не сработать. Рядом с ней улетучиваются последние остатки разума.

***

Осталось чуть меньше трех часов до встречи с прокурором. Чарльз и еще двое ребят должны забрать пакет на старом кладбище, где его оставит Дональд Шур, и привезти домой. Тогда все станет на свои места.

Я приехал на кладбище заранее. Сжимая в руках цветы, иду по рядам, читая надгробья. В воздухе парит странное спокойствие, словно время остановилось. Ветер слегка покачивает верхушки деревьев, и они напевают похоронный вальс в пустоте. Одинокой и бесконечной пустоте, окутанной грустью и теплыми лучами утреннего солнца. Я слышу, как где-то щебечут птицы, но слишком тихо, стараясь не нарушать сон вечно блуждающих в царстве Морфея. Ступая по пыльным дорожкам, надеюсь, что мне не придется хоронить близких. Не хочу жить дольше них. Состояние отца ухудшается, и кажется, со временем я свыкся с мыслью, что потеряю его. Из близких людей остались только племянница, Кейси и ребята, с которыми я общаюсь. Дино и Альба уже три месяца как уехали в Италию. В глубине души я рад, что они понятия не имеют о происходящем. Тони стал заложником жажды мести. Знаю, друг никогда не посягнет на мою жизнь. Но на пути к отмщению он никого не пожалеет. Чарльз доказал, что на него можно положиться в трудную минуту. А Малыш напротив. Его чувства к Кейси давно не загадка. Знаю, он никогда не причинит ей вреда и отдаст жизнь ради нее. Но не думал, что придет время, когда он попытается встать между нами. Но кто-то предал меня, и единственный способ выяснить правду - встретиться лицом к лицу со всеми.

Могила мамы очень скромная, маленькая мраморная плита, усыпанная пылью, а железная оградка не выше полуметра. Ее считали предательницей, поэтому не похоронили в семейном склепе. После отец предлагал перезахоронить, но я не хочу нарушать сон покойника.

- Когда-нибудь я тоже усну рядом с тобой, - шепчу, укладывая полевые цветы на холодный мрамор. При мысли об этом испытываю непонятное облегчение в груди.

До точки встречи осталось идти минут десять обычным ходом. Там есть небольшой сквер. Понятия не имею, кому он тут понадобился? Но, судя по состоянию, появился со времен первых захоронений. Раньше я частенько гулял по этим местам и знаю каждый уголок. За сквером растет огромный дуб, среди ветвей которого я прятался от отца, когда сбегал из дома.

Я легко забираюсь на верх, отключаю звук на телефоне и проверяю свой кольт. Подарок отца на семнадцатилетие. Он приложил столько сил, чтобы сделать из меня настоящего бандита. А в итоге получился я.

Первым появляется Чарльз с тремя своими ребятами. Он, как всегда, шутит, словно пришел на посиделки с друзьями. Из карманов кожаной куртки торчат револьверы и пачка сигарет. Чарльз никогда не курит до дела, только после и всю пачку сразу. Тони часто говорит, что он сдохнет от передоза никотина. А тот лишь смеется и называет друга тупицей.

Они не прячутся. Сидят на лавочках, но прислушиваются к каждому звуку. Моя позиция намного выгоднее, поэтому я первым вижу направляющегося в нашу сторону мистера Дональда. Он идет очень медленно, озираясь по сторонам, словно ищет пути отступления. Черная сумка крепко прижата к груди, и все мое внимание сконцентрированно лишь на ней.

- Стой! - выкрикивает Чарльз, приметив мужчину. - Ты один?

- Как видишь, - отвечает он.

- Сделай четыре шага вперед и поставь, что принес на землю. А потом отойди на шесть шагов назад, - Чарльз говорит уверенно и точно то, что мы отработали.

- И ты кое-что должен мне, - прокурор делает два шага вперед и оказывается почти под деревом, на котором я сижу. Сквозь листву практически ничего не видно, и я надеюсь, что не обнаружу себя раньше времени.

Не успевает Чарльз и слова молвить, как появляется Тони с четырьмя здоровыми парнями. Они выстраиваются в линию перед ними, Тони злорадно улыбается. Я не вижу лица Чарльза, но его люди держат руку на прицеле. Значит, не ждали гостей.

- Что ты делаешь здесь? - спрашивает Чарльз. - Как ты узнал?

- Вообще я думал, записка от тебя, дружище, - разводя руки в разные стороны, недоумевает Тони.

- Какая к черту записка? Я тебе девчонка, чтобы записки писать? Идиот! Я ручку лет сто в руках не держал.

Чарльз наставляет на него ружье. Они настолько сосредоточены на своей беседе, что ничего не замечают. Но я вижу каждое движение с высоты больше двух метров. Кладбище оцепили федералы, снайперские сверчки ищут подходящую цель. Кто-то нас сдал. Дональд не мог этого сделать, ведь в моих руках компромат, способный перечеркнуть его безупречную репутацию.

- Ты рехнулся? - ошарашенно отходит назад Тони.

- Ничего личного брат, но Марк доверяет мне, - отвечает он.

Чувствую, еще немного, и начнется захват. Почти бесшумно спускаюсь с дерева и приставляю ствол к виску Дональда Шура. Он опасливо озирается по сторонам, но ни один из них ничего не понимает.

- Потом разберемся, кто Иуда, - говорю я, выхватывая сумку из рук прокурора. - У нас гости. Валим скорее.

- Что вы делаете? Мы же договорились! - возмущается Дональд.

- Договор в силе, - успокаиваю его, как могу. - Вы ведь не вызывали копов? Поэтому и вам надо делать ноги.

- Оставьте своих головорезов здесь и идите ко второму выходу. Я спрятал машину у обочины в кустах. Разделимся, это даст больше времени.

- Зачем он нужен? Оставь его.

- Я дал слово, что он не пострадает.

Они кивают, и мы расходимся в разные стороны. Дональд Шур послушно бежит за мной. Слышу сбивчивое дыхание и немного замедляюсь.

- Тут совсем недалеко. Видите? - показываю ему фамильный склеп. - Там есть тайная комната. Вас никто не найдет. Можете даже поспать.

- Это план вашего отца? - спрашивает он, хватая меня за плечо.

- Нет.

- И это вы называете комнатой? - спрашивает он, заглядывая в небольшую нишу в стене.

- Тут могут поместиться два человека. Если бы не вы, то я мог бы укрыть здесь своих друзей. Вот, ваше видео, - протягиваю ему флешку, которую он тут же прячет в карман.

- Спасибо!

- Вы мне должны. Если со мной что-то случится, то я прошу сообщить о месте нахождения Бена Эванса его сестре. Этот отморозок жив только благодаря Кейси.

- Непременно!

Ухожу, не сомневаясь, что он сдержит слово. Надеюсь, что с Беном и Тони ничего не произошло. Пробежав метром двести, сворачиваю в сторону выхода. Слышу выстрелы за спиной. Слишком много времени у меня ушло на прокурора. Ускоряюсь и петляю в разные стороны. Очень мешает этот груз. Прячусь за огромной мраморной плитой черного цвета. Выворачиваю содержимое сумки: документы, фотографии, электронные носители. Жаль нет времени все это посмотреть. Но сейчас не стоит рисковать. Достаю из кармана зажигалку и предаю все огню.

Именно в тот момент, когда я задумываюсь о безопасности, слышу рядом быстрые и четкие шаги, как у солдат в армейских ботинках. Он появляется неожиданно. Чувствую, как острая боль пронзает левое бедро, и я сгибаюсь пополам. Ощущаю, как теплая кровь вырывается из раны. Переворачиваюсь на другой бок и прячусь за плитой. Пытаюсь отстреливаться. Но чем больше времени задерживаюсь в этом месте, тем больше копов меня окружают. Набираю легкие полные кислорода и выбираюсь из укрытия. Стреляю, не прицеливаясь. Попадаю в плечо. От неожиданной боли он выпускает пушку из рук. Затем отстреливаю ему ноги, чтобы он не смог установить слежку. Хотя было бы правильнее убить того, кто сможет опознать.

До машины осталось метров триста. Но нога болит настолько сильно, что парализует все тело. Только бы с ребятами все было в порядке. Но когда подхожу к машине, вижу лежащего на земле Тони. Рядом с ним стоит Бен. Он крутит в руках биту. Самодовольная улыбка расползается по его лицу при виде меня. А мой друг истекает кровью. Возникает ощущение, что его били не один день. Целюсь в Бена, но тот лишь ухмыляется.

- Выстрелишь, и я размажу его мозги по земле, - говорит он, приставив ружье к виску Тони.

- Какого черта ты творишь? Оставь его, не могу поверить своим глазам.

- Выброси ствол!

Безумие в его ледяных глазах не оставляет выбора. Я медленно опускаю кольт на землю и слегка отталкиваю в сторону. Он приближается ко мне и с размаху пытается ударить битой. Но я уворачиваюсь. Наваливаюсь на него со спины и пытаюсь занести его руки назад. Бен сопротивляется, и мы валимся на землю. С трудом удается уложить противника на землю. Одной рукой пытаюсь провести удушающий, а второй наношу удары по почкам. Но он замечает рану на моей ноге и резко впивается пальцами в мышцу. Острая боль парализует. Хватка ослабевает, и он вырывается. Бен хватает биту и наносит первый удар по раненой ноге. Я кричу от боли. А он продолжает наносить удары по всему телу. Сжимаюсь в клубок. Закрываю голову руками.

- Эй! - кричит он, подстреливая мне вторую ногу. - Вставай, герой! Давай же!

Я не в силах промолвить слово. С трудом открываю глаза, которые непроизвольно сжимаются от боли, и вижу, как Тони ползет к моему стволу.

- Откуда ты узнал? - спрашиваю я, захлебываясь собственной кровью, когда он заносит биту над моей головой.

- А как ты думаешь? Идиоты! - ухмыляется он. Это не тот ботаник, за которого вышла замуж Николь. Стоящий передо мной человек полон решительности и намерен довести жестокую расправу до конца. - Прощай!

Жаль, что не позволил Тони сделать это раньше. Но все же благодарен судьбе, ведь я встречаю смерть лицом к лицу. А он получит пулю в затылок, как падаль.

- Ты труп! - это все, что я успеваю ему сказать, перед тем, как бита опускается на мое лицо.