Проникновение 7
Центр, комендантский час.
Айлин пришла чуть раньше назначенного времени.
Ночь была прохладной. Она стояла в тени соседнего здания и смотрела на тёмные окна.
Дверь скрипнула едва слышно.
Ричи быстро спустился, появился осторожно. Он был уже одет, так как всю ночь только делал вид, что спал. Увидев Айлин, он выдохнул.
— Я думал опередить тебя, — тихо сказал он.
— Ты почти это сделал, я только пришла, — солгала она.
Он просто улыбнулся.
Они шли молча, держась узких улочек и обходя освещённые места.
Прибыв, Ричи остановился первым.
У заднего входа были люди, получившие разрешение на работу в комендантский час. Пахло морской солью и мокрым деревом. Никто не смотрел друг другу в глаза. Они выгружали с повозки тяжёлые ящики с книгами. Привезённые из-за рубежа вместе с остальным товаром, который прибыл в страну по морю на этой неделе.
— Я... я скоро... — он сглотнул.
Ричард накинул капюшон и слился в толпе рабочих. Когда проводник открыл им двери, Ричи подошёл придержать ту дверь, что была с металлической коробкой на косяке, куда входил засов.
В темноте он нащупал винты, их количество и положение. Пальцы дрожали. Он выкрутил один. И не до конца вкрутил на его место винт, который принёс с собой. Он был чуть длиннее и с более широкой шляпкой.
Айлин напряжённо наблюдала за всем.
— Эй! Вы, оставьте эти двери. Тут рук не хватает. Подоприте их чем-нибудь и помогите здесь.
Уже заносили последние ящики.
Главный был раздражён и хотел закончить всё до рассвета.
— Закрываем, — бросил он, придерживая дверь.
Ричи выходил последним, неся громоздкий ящик. Он оставил его прямо у двери, тем самым подперев её.
Всё идёт гладко. Единственной угрозой остаётся, решит ли он проверить ручку, после того, как закроет её ключом.
Когда главный вставлял ключ, Ричард «случайно» задел его плечом.
— Извините, — сказал он тихим, низким голосом, не поднимая глаз. Он сжал зубы, пытаясь не выдать своего беспокойства.
Если он дёрнет дверь, она ударится о ящик. Он решит, что дверь заперта, и не станет отодвигать груз, чтобы проверить замок ещё раз, — мысли крутились в голове.
Когда тот начал поворачивать ключ, Ричи громко кашлянул, срывая тишину. Всё обратили на это внимание. Ригель упёрся в винт, не защёлкнувшись полностью. Главный, отвлёкшись на звук, не потянул ручку так сильно, как обычно.
— Всё время уже почти вышло. Все быстро расходимся по домам! — выдал грубо.
Было очень темно. Ричи снял капюшон, чтобы сменить силуэт и остаться незамеченным. Не останавливаясь, Ричард продолжил движение в том же темпе, что и вся группа. И, не ускоряя шаг, отошёл в тень повозки. Он тихо скрылся и вместе с Айлин начал выжидать момент.
Когда все разошлись и вокруг стало тихо.
— Дальше ты одна, я покараулю здесь, — оглядываясь сказал Ричи.
Айлин кивнула.
Она направилась к двери, потянула и та поддалась. А Ричард остался ждать снаружи с мыслями, от которых ему становилось не по себе. Как у меня это получилось? И как я вообще решился?
В библиотеке было темно и тихо. Она открутила колпак керосиновой лампы, выпуская тусклый свет. Его хватало, чтобы различать дорогу, не больше. Айлин шла между стеллажами медленно, корешки книг тянулись вдоль стен длинным рядом. Раздел лечебных книг находился в глубине.
Она шла быстро и позволила себе выдохнуть, оказавшись между высокими стеллажами. Вытаскивала книги одну за другой, укладывала их стопками, села на пол и начала их листать.
Глава за главой, заголовок за заголовком, абзац за абзацем, отчаянно перебирая их одну за другой.
Она не искала чуда или заклинаний. Она искала ответ. Можно ли спасти, если да, то как? Если нет, то почему?
Там были даже записи врачей, умерших задолго до её рождения, но ответов не последовало. Всё описывалось просто, симптомы поверхностно, а болезни заканчивались там, где начинались страдания.
Время тянулось и голова начала болеть. Бумага шуршала под пальцами и этот звук начал раздражать. Ей он казался громче мыслей.
Прошёл час. Потом второй. Айлин закрыла очередную книгу и прижала ладонь к груди. Под рёбрами тянуло, как от сильного ушиба. Воздух не хотел заходить дальше горла.
Она резко встала, мир качнулся. Стеллаж перед глазами расплылся. Айлин сделала шаг, споткнулась и задела плечом полку. Книги посыпались вниз. Сначала одна. Потом сразу несколько.
Айлин не успела закрыться, раздавались глухие удары о голову. Боль вспыхнула, и она рухнула на пол вместе с бумажным дождём. Пыль поднялась облаком.
Айлин лежала, не двигаясь. Глаза жгло, в ушах стоял долгий свист. Потом пришли слёзы. Они просто текли, пропитывая ворот платья.
Она приподнялась, опираясь на локоть и начала собирать книги. И тогда между страниц одной из них что-то выпало.
Она замерла.
Небольшой прямоугольник, это был старый конверт. Потемневшие края и пожелтевшая от времени бумага. Оно всё ещё было запечатано. Печать из красного воска оставалась целой. Айлин разломила её осторожно, боялась что письмо рассыплется в пыль.
Она разглядела его. Ни имени, ни даты не было. Открыла. Письмо начиналось просто.
«Это то что может спасти жизнь».
А затем пустота, чистый лист и всё.
Она перевернула его и там ничего, трясла конверт не веря. Сердце сжалось, а надежда, которая только что вспыхнула, снова начала угасать.
— Нет... — выдохнула она, а голос её дрожал.
И тогда она вспомнила, то о чём рассказывал ей Джон.
Она поднесла лист к лампе. Бумага медленно нагревалась, и буквы начали появляться. Это было письмо от охотника. Он писал о сделке с ведьмой. О вампире-прародителе. И о том, что заточение потребует жизни всей его группы.
Руки Айлин дрожали.
— Да... я знала, что тебя можно спасти... Джон, я скоро... — Она сжала письмо так сильно, что бумага смялась.
Когда она встала, часы из кармана упали со стуком. Их ей дал Ричи перед тем, как отпустить её сюда. И только подобрав их, она поняла, что прошло почти четыре часа. Нужно уходить.
Собрав некоторые книги в сумку, она ушла. Времени всё раскладывать не было. Скоро придут рабочие.
Айлин почти дошла до выхода, когда почувствовала чьё-то присутствие. Недалеко между стеллажами скрипнула старая доска. Чужие шаги были медленными и тяжёлыми. Она замерла, сжимая книгу так сильно, что пальцы побледнели.
Сердце пропустило удар и прихватило. Воздух стал таким густым, что вдохнуть не получалось. Айлин прикрыла глаза и схватилась за висящий, привязанный к лямке сумки мешочек с тем самым порошком. На мгновение ей показалось, что сейчас всё рухнет, все старания, все усилия. Внутри все мысли путались. Когда человек повернул голову в её сторону, она уже делала шаг. Пыль из маленького мешочка рассыпалась в воздухе почти незаметно. Белёско-серая.
Мир вокруг дрогнул, а взгляд человека поплыл. Он начал странно качаться, моргал, хмурился, будто забыл, что хотел сказать. Где он и что происходит. Он начал уходить, разговаривая с пустотой. Перед ним возникло знакомое лицо, но уже давно потерянное, в следующую секунду он рухнул.
Даже в таком положении кружилась голова, его крутило, выворачивало. Он не мог двигаться и одновременно бежал по лесу, а ветви деревьев, порывами били по лицу. Ему так казалось.
Это чувство пугало. А засевшая, горько сладковатая в горле пыль, душила. Про себя он просил помощи, но девушка, убегавшая прочь, не обернулась.
Когда Айлин выходила из библиотеки, двери за её спиной беззвучно закрылись. Холодный воздух ударил в лицо, напоминая, как дышать глубоко.
Ричи всё ещё ждал её там.
Он сидел на холодной земле, укутавшись в накидку. Считая трещины на камне, с потухшей лампой у ног. Его плечи были напряженно сжаты, но он не спал. От беспокойства и ожидания даже дремота не подступала. Услышав шаги, он резко поднял голову.
— Ты долго, — сказал он просто, без вопросов и упрёка.
Айлин на мгновение остановилась, все эти книги, слова и письмо, всё, что она ещё не успела до конца осмыслить. Она сжала дрожащие пальцы под плащом.
— Прости, — выдохнула она.
Ричард встал, встряхнулся разгоняя кровь и сделал шаг к ней. Он не стал спрашивать, нашла ли она что-нибудь. Он просто протянул ей шарф и не задумываясь, поправил его на её плечах.
— Главное, что ты вышла. Я уж надумал, что библиотека тебя съела.
Он замолчал. Затем улыбнулся, той самой яркой улыбкой, от которой становилось теплее на душе.
Айлин посмотрела на него. Её лицо было бледным, а глаза потемнели, будто в них вселилась тень. Она кивнула, но не улыбнулась в ответ.
— Пойдём, — наконец она тихо произнесла.
Она молчала, а он просто шёл рядом, как делал это всегда. А их уходящие шаги отдавались эхом.