Параллельный мир (первая книга)

Гелла сидела за столиком и разглядывала дождевые капли на окне. Вдруг свет в кафе начал мигать, а потом и совсем погас, так же, как и фонари на улице. Стало так темно, что ничего не было видно. Гелла, вздрогнув, резко встала со стула и начала оглядываться, пытаясь хоть что–то увидеть в кромешной тьме. Вокруг стояла полнейшая тишина, нарушаемая лишь шумом дождя.

— Эй! Что со светом? – слегка испуганно сказала она. – Тут есть кто–нибудь? Мисс Анетт?

Ответа не последовало. Вытащив телефон, Гелла принялась освещать помещение. Вокруг не было никого, она хмыкнула.

Тихое пищание заставило ее посмотреть на заряд батареи.

— Нет–нет–нет–нет, – она принялась тыкать в экран и трясти его в руках телефон. – Стой!

Экран быстро потух.

— Да чтоб тебя... – выругалась Гелла и убрала его в задний карман.

Тогда она, решив, что рабочий день был просто окончен, и все разошлись по домам, кроме нее, на ощупь начала искать выходную дверь, выставив руки вперед. Сначала она наткнулась на стол, потом, обойдя его, на стену. Держа на ней руки, Гелла начала медленнее двигаться в левую сторону. Если память ее не подводит, то дверь находилась именно с этой стороны. Ее руки вдруг резко соскользнули с шершавой поверхности стены на оконное стекло, которое было настолько холодным, что Гелла вздрогнула, резко убрала ладони и начала их согревать дыханием.

«Так, раз окно здесь, то дверь должна быть впереди», – рассуждала она, вспоминая планировку.

Снова вытянув руки, она пошла вперед и через пару метров наткнулась на деревянную выходную дверь.

— Есть!

Гелла дернула ручку двери, но она почему–то не открылась.

— Вот черт! – она начала дергать ручку сильнее и пыталась открыть дверь ногой, но та не поддавалась. – Нет, нет, нет! Только не это! Давай же! Открывайся!

Попытки Геллы открыть дверь были тщетны. Перестав паниковать, она решила найти вход в кухню. Может, ей удастся выйти через черный выход?

Развернувшись, Гелла смогла сфокусировать взгляд и начала медленно шагать, как она считала, к кухонной двери. Ее глаза почти привыкли к темноте, но по пути она два раза врезалась в стол и наткнулась на буфет. Наконец найдя вход, она попробовала открыть и эту дверь. Но та тоже была заперта, чему Гелла, как ни странно, не особо удивилась.

— Да что тут происходит? – воскликнула она куда–то в темноту. – Эй, кто–нибудь!

Вдруг Гелла услышала тихий шорох где–то около буфета. Резко обернувшись на то место, откуда шел звук, она начала вглядываться в темноту, но ничего не смогла рассмотреть. Что–то подступило к ее горлу, огромный ком сковывал ее дыхание. Страх окутал ее с ног до головы.

— Кто тут? – теперь Гелла точно знала, что не одна здесь.

Было все так же тихо. Тогда Гелла собрала всю волю в кулак и напряглась, голос она постаралась сделать как можно более уверенным.

— У меня есть оружие!

Сжимая ключи в кармане, она начала всматриваться в разные стороны, но ничего не было видно. Гелла почувствовала тепло, а затем уставилась на крохотный голубой огонек. Подойдя ближе, она не спеша потянулась к нему.

Жгучая боль медленно охватила ладонь, затем всю спину, а потом и вторую руку.

— Что за... Больно! – воскликнула Гелла и отдернула руку.

Боль все усиливалась, и Гелла упала на колени, не зная за что держаться, ведь обе руки и спина были словно охвачены огнем. Приоткрыв глаза, она заметила много ярко–голубого цвета, освещающего все помещение, а затем потеряла сознание.

***

Гелла медленно открыла глаза. Голова раскалывалась, а спина и руки будто горели. Поморщившись, она поняла, что ее очень сильно тошнит даже от моргания. Она сидела в каком–то кресле в неизвестном для месте. Гелла медленно пересела в более удобное положение. Осмотревшись, она подметила, что находится в квартире. Это было самое обычное жилье. Сама Гелла, как она подумала, была в гостиной. В центре стоял бежевый, слегка пыльный диван и такого же цвета кресло, где сидела Гелла, рядом небольшой журнальный столик. Светло–зеленые обои успокаивали, а красный ковер придавал этой комнате чего–то обычного и естественного. Но Гелла обратила внимание на один предмет мебели. У стены стоял большой шкаф–сервант темного, почти черного, цвета. Его верхушка касалась потолка. Так же в нем было множество полок с различными предметами. Странные статуэтки, похожие не то на животных, не то на людей, интересные фонарики и еще куча барахла. А на самом верху сидела большая кукла. У нее были крупные рыжие кудри, доходящие до плеч, бежевое платье с узорами и смешная шляпка. Кукла была пыльная и грязноватая. Повсюду лежали старые тетради и бумажные листы, исписанные странными буквами.

Гелла встала, что далось ей нелегко, и начала медленно и тихо искать выход отсюда. Руки и спина все еще болели, а пол скрипел неимоверно, когда она делала шаг.

— Да чтоб тебя, – шепотом ругнулась она.

Вдруг из одной комнаты донесся грохот и ругательства. Возможно, кухни, предположила Гелла, так как гремела посуда. Она с испугу дернулась и отошла в сторону. Малейшее движение вызывало жгучую боль в спине. Послышались приближающиеся шаги, и Гелла на цыпочках попыталась спрятаться за шкафом, но запнулась о ножку кресла и упала на него, громко закричав от боли. Казалось, что в каждый сантиметр ее спины ткнули иглой.

— О, уже проснулась! – радостно воскликнул кто–то.

Громко пыхтя, Гелла медленно повернула голову. Около журнального столика стоял немолодой мужчина с седыми волосами, собранными в короткий хвост, и бородой, в руках держал небольшой поднос с едой и напитком.

В комнате было не так светло, к тому же глаза было очень трудно сфокусировать.

— Мистер Хэйк? – удивленно пробормотала Гелла, приглядевшись.

Она определенно не ожидала, что ее похитит школьный уборщик.

— Вы?

— Извини, это все что я смог... – начал он, ставя поднос на стол.

— Что происходит? – то ли испуганно, то ли угрожающе спросила Гелла. – Что вам нужно?

Мужчина подошел ближе, и Гелла пнула поднос, и все, что там было, полетело на него.

— Что же ты такая буйная! – он стряхнул с футболки и джинс яичницу с соком.

Когда он наклонился, Гелла обратила внимание на его левый висок. Три длинных старых шрама ярко выделялись на его голове.

— Вы... – Гелла встала и попятилась назад. – Да вы же... Шрамы...

— Что? – старик провел рукой по виску. – Ах, да. Тебя они пугают?

— Нет... – запиналась Гелла. – Зачем ты меня сюда притащил?!

— Вышло не совсем так, как я хотел. Прости, что доставил дискомфорт. Я объясню свой поступок чуть позже. Не бойся меня. Плохого я тебе ничего не сделаю. Выход там, - Роут указал на дверь. - Я держать не буду. Ты можешь уйти в любой момент. Но разве тебе не интересна тема разговора?

— С чего бы? – хмыкнула Гелла.

— Кстати меня вообще зовут Роутен. Но лучше – Роут. Ладно? – он сел на диван. – Так ты желаешь ли узнать, зачем ты мне понадобилась, Гелла?

— Попробуй, удиви меня. Но учти, я умею драться, я серьезно!

— Я тебя здесь не держу. Лишь хочу сказать, что я знаю о тебе больше, чем ты сама, и хочу все рассказать.

— Следишь за мной?

Роутен повел бровью.

— Я бы так не сказал. Я знаю, просто знаю.

— Как это, просто знаешь?

— Именно так. Желаешь послушать?

— Я во внимании.

Собеседник усмехнулся.

— Тебя зовут Гелла Бриллар, ты живешь в детдоме. И твое место не здесь.

— Да, именно поэтому я собираюсь уехать отсюда, когда закончу школу. Есть что–то посущественнее?

— Тебя много лет мучил один и тот же сон.

Гелла хмыкнула и чуть сдвинула брови.

— И что тебе от меня нужно?

— Ты же не хочешь слушать, – усмехнулся Роут.

— Тем не менее, я слушаю. Кто ты такой? Помимо уборщика, конечно.

— Я здесь чтобы помочь.

— С чем?

— Если я скажу, что знаю твоих настоящих родителей?

— С чего я должна верить?

— С того, что тебе ничего не остается, как сделать это. Или у тебя есть другая версия того, почему ты здесь?

— Нет, – она сжала губы.

— Гелла, если бы я хотел тебя обокрасть или навредить, то давно бы это сделал.

Взвесив все «за» и «против», Гелла скрестила руки на груди.

— Продолжай.

— Голова все еще болит?

— Немного, – холодно ответила она, заставив собеседника только усмехнуться.

— Так вот. Тебе интересно кто ты? Как бы тебе помягче сказать, – он задумался. – Ты не из этого мира. У тебя есть особые способности.

Гелла подняла брови, а затем засмеялась.

— Я серьезно! Я могу доказать! – не унимался Роутен.

— Давай! – воскликнула она, все улыбаясь. – Мне даже интересно. Мне вот этого сейчас только не хватало, знаешь, чтобы крыша еще дальше уехала.

Роут со стола взял нож и протянул Гелле.

— Возьми.

Она выполнила просьбу. Осмотрев предмет, она поняла, что это самый обыкновенный чистенький кухонный нож.

— Порежь свою руку.

— Издеваешься?

— Да не бойся ты. Я бы сам тебе показал, но ничего не выйдет. Ибо камень теперь твой и... Это сложно объяснить. Гелла, просто легонько порежь себя и поймешь. Не бойся.

Гелла еще раз внимательно осмотрела предмет, словно ища в нем подвох. Она аккуратно кончиком ткнула себя в ладонь.

Гелла собралась духом, крепко взяла нож и, зажмурившись, приставила нож к руке.

«Я что, больная, резать руку?»

Она хмыкнула и легонько порезала кончик пальца. Гелла почувствовала неприятную боль, и ранка начала щипать. Крохотные капельки крови выглянули из царапины. Но тут боль начала утихать, и порез зажил за пару секунд. Гелла взглянула на то место, где только что она порезала себя. Раны не было.

Она внимательно начала исследовать палец, ища хотя бы царапину, но никаких следов не было.

— Погоди. Как это? Как так? Что это? Объясняй, быстро.

— Здорово, да? – усмехнулся Роутен.

— Но это невозможно! Так нельзя.

— Можно, как видишь. Я же говорил, – довольно сказал старик. – Эта способность у тебя появилась после того, как я передал тебе кристалл. У тебя есть регенерация, Гелла.

Она еще пару раз проколола и порезала кожу на пальце и ладони, все зажило практически моментально. Гелла ненадолго замолчала и уставилась в стену.

— Ладно, допустим, – медленно протянула она, чуть прищурившись и взглянув на Роута. – Значит, мои раны заживают быстрее, чем у других людей?

Небольшое желание порезать палец еще раз утихло, и Гелла положила нож на стол.

— Именно. Только запомни. Чем серьезнее рана, тем дольше она заживает. Но ты не бессмертна. Если ты не будешь осторожна, тебе мало не покажется. Теперь–то ты веришь?

— Может быть.

— То есть этого мало?

— Нет, не то, что бы мало, – Гелла отвела взгляд. – А еще есть что–нибудь подобное? Я могу гипнотизировать или летать? Может, поднимать тяжести? Нет–нет, дай угадаю, становиться невидимкой? Было бы круто.

— Это вряд ли. Но другие способности, конечно, есть. Например, воронки, сквозь которые можно пройти в любую точку мира. Скорее, ты можешь открыть портал. Что–то в этом роде. Но это очень затратное дело.

— Как это?

— Чем больше расстояние перемещения, тем больше сил у тебя отнимется.

— Я так умею?

— Да, умеешь.

— Здорово! Покажи!

— Для этого нет времени, пока. Ты должна узнать о себе и прошлом. Мне нужно многое обсудить с тобой, – улыбнулся Роут.

— А у меня есть своя история? – удивилась Гелла.

— Конечно, есть.

— Расскажешь?

— Естественно, но сомневаюсь, что ты поверишь, – он уселся поудобнее.

— Я открыла в себе свойство неуязвимости, – Гелла подняла брови. – Теперь тебе придется постараться, чтобы меня удивить.

— С чего бы начать... История довольно затянутая, но знать ты должна. Есть другое измерение. Ну, другой мир.

— Погоди, – Гелла остановила его.

— Что?

— Ничего... – она осторожно скрестила руки и нахмурилась, уставившись в пол. – Звучит немного странно. Мне нужно привыкнуть. Продолжай.

— Хорошо. Монтистен. Там все и началось. Представь себе гору невероятных размеров. Много снега, холодно. На той горе город. Мой родной город – Монтистен. В подробности сильно вдаваться не буду. Во всяком случае, пока что. Здесь у вас немного все по–другому, не как у нас. Я читал вашу литературу и пришел к выводу, что наше устройство немного совпадает с вашим прошлым. У нас во главе стоял король. В Монтистене людей не слишком много, но вот в силе нам равных пока не нашлось. После смерти короля Айомхара его старший сын Ульрик должен был взойти на престол, но королева Аливера приняла другое решение. У Ульрика был младший брат.

Тут Роут задумался, вздохнув.

— Что? Что с ним? – заинтересованно спросила Гелла.

— Выбрали его. Впервые за столько лет королем стал младший в семье. Его звали Эльбрус.

— Почему королева решила так?

— Если бы ты знала Ульрика, то сама поняла бы, – Роут почесал нос и усмехнулся. – Жены у него не было, друзей тоже. Скрытный слишком. Недоверчивый. На пирах его не видел практически ни разу. В то время как Эльбрус всегда был открыт, любил поболтать. Общался со всеми, из дворца постоянно выходил и прогуливался по городу. Его все любили. Он мечтал сделать жизнь в Монтистене еще лучше. Я знал его лично, сам во дворце жил. Эльбрус довольно... Неплох. По крайней мере людям он вселял больше доверия, нежели Ульрик.

— Ты жил во дворце? Серьезно?

— Серьезно, – он довольно улыбнулся. – Эльбрус был идеальным кандидатом в короли, уж поверь. Именно поэтому Аливера решила выбрать его. На самом деле, жители против не были. Даже обрадовались.

— И он стал королем?

— Стал. Проблема в том, что так не делается. На престоле должен быть старший наследник.

— Но если верить твоим словам, то Эльбрус действительно подходит больше. – возмутилась Гелла. – Я бы поступила так же. А чего ожидал этот Ульрик?

— Я и сам не знаю. Ульрик неглупый, но при этом он почему–то будто специально себя вел так, чтобы его освободили от престола. – задумчиво ответил Роут. – После коронации Эльбруса Ульрика почти не было видно. Никто не придал этому значения. Но спустя время  он выдвинул свое мнение по поводу того, что Эльбрус слишком мал для того, чтобы править. Так вот. Аливера настаивала на том, что ее выбор осознанный, и Эльбрус гораздо лучше справится с ролью короля.

— И что сделал Ульрик?

— Ничего. Он хотел сбежать, но его успели остановить, чтобы стереть память, затем изгнали, забрав кристалл. Его не видели несколько лет, все решили, что он уже мертв. За то время у Эльбруса с Ранелией родилась дочь.

— Но ведь он не навсегда ушел, да?

— К сожалению, это так. Вскоре, он вернулся, но совсем не один, а с солдатами. Ульрик объявил нам войну. Инвадер. Так называется королевство, куда сбежал Ульрик. Инвадер находится на самом западе Ниории, это наш континент. Но у них не было кристаллов, как у нас. Нам известно только это. Я давно не был в Монтистене, так что не знаю, как у них там дела. Инвадер гораздо больше, как и количество людей в нем. Поэтому шансы примерно равны, ведь у нас есть кристаллы в противовес им. Мы бились против простых людей, которые и не владели магией, но зато были лучше нас в создании оружия и защиты, так же их алхимия на высоте. В ту ночь мы потеряли людей, но по плану короля, который был создан на случай нападения, все точно прошло хорошо.

— Ого, а как война закончилась? Что произошло?

— О, произошло многое. Из–за тех событий всех детей королевской свиты я решил эвакуировать.

— То есть обычные остались умирать? - нахмурилась Гелла.

— Да, - ответил Роут. - Я буду отвечать тебе честно даже про плохие стороны Монтистена. Эта операция была под мою ответственность и с моей инициативы, времени было мало. У этих детей гены, предрасположенные к магии сильнее, пришлось сделать так. Я бы не смог спасти всех.

Гелла хмыкнула.

— Если бы я мог спасти всех, то я бы спас, Гелла. Это не так просто, как кажется.

— Ладно, - отмахнулась она. - Пусть будет так. Мне это не нравится. Но хорошо, что сказал правду. Дальше?

— Люди Ульрика проникли в Монтистен, нарушив когда–то заключенный мирный договор. Хорошо, что все кристаллы были под очень надежной охраной. Детей успели переправить всего пять. Их я сам перенес через портал сюда. Жена Ульрика совсем ничего не знала про это.

— У него была жена?

— Да. За это время он нашел себе жену в Инвадере. Ее звали Сецилия. Ей было–то лет шестнадцать. Совсем девчонка. Она боялась своего мужа. Поэтому сбежала в Монтистен вместе с сыном. Больше деваться было некуда, а за полезную информацию ей предоставили убежище. Она попросила взять ее ребенка на Землю.

— У Ульрика есть сын? – удивилась Гелла.

— Да.

— Выходит, – перебила Гелла. – Сын Ульрика здесь? Прямо здесь? На Земле?

— Да, он здесь. Никто о нем ничего не знает. Только имя. Арон. Арон Бриллар.

— Бриллар? – спросила Гелла. – Он мой брат? То есть, кузен, да? Тогда получается, что я... Нет, этого не может быть.

— Правильно мыслишь, – улыбнулся Роутен.

Гелла опустила глаза и нахмурилась.

— Гелла? – Роут прервал ее размышления.

— Да? – она взглянула на него.

— Тебе дать время все обдумать? Ты в порядке?

— Да, я в норме. Но... Как–то слабо в это верится.

— Понимаю, – вздохнул он. – Но это твой выбор. Верить или нет. Я не могу заставить тебя.

— Так чем закончилась война?

— А она и не закончилась. Теперь я тут. Я должен тебе дать инструкции по возвращению домой.

— Домой? Я вернусь домой?

— Да, ты же хочешь вернуться?

Гелла замолчала. С одной стороны, это все так странно и внезапно, что даже слабо верится. Вдруг это все неправда? Если это просто чей–то глупый розыгрыш? Это ощущение не покидало Геллу на протяжении всего момента ее нахождения здесь. Вдруг эта противная Константа выпрыгнет из–за угла и пропищит, что это все шутка?

А ведь может быть, что слова Роута – правда? Если у нее действительно есть настоящая семья и дом, где ее ждут?

Но ее подсознание, оно будто твердило: «Эй, девочка, спустись на землю. Ты же не веришь в это. Это глупо!».

А почему бы не рискнуть? Ведь какая–то ее часть жаждала чего–то нового. Приключений! Да и что она теряет?

К тому же, Роут так похож на того мужчину с ее портретов... Нет, в этом нет сомнений. Это точно он.

— А как же школа? А друзья? А я смогу вернуться? А если...

— Стой, стой, стой, – Роутен перебил ее. – Давай по очереди.

— Что со школой?

— Закончишь этот учебный год и летом начнешь.

— А мои друзья? Я не хочу с ними расставаться.

— Не волнуйся, ближайшие несколько месяцев ты с ними не расстанешься.

— Почему? До лета всего неделя.

— Потому, что тебе придется найти своих, скажем так, земляков. А одна ты не справишься. По крайней мере, тебе нужно будет найти трех. Арона беру на себя, ты пока без него сможешь вернуться. Ты должна будешь их убедить в том, кто они такие и откуда.

— И как это ты себе представляешь? Да мне в жизни не поверят. И где их искать?

— А вот как доказать им, решай сама. А найдешь их с помощью одной штуки. Точнее, вам понадобятся пара предметов.

— Какие?

— Пока неважно. Вы сами их достанете.

— Мы?

— С твоими друзьями.

— Ах, конечно, – задумалась Гелла.

Она даже не знала, как расскажет друзьям, что с ней случилось, а про все остальное вообще разговора нет.

— А почему мне снился один и тот же сон?

— Ну... – замешкался Роут. – Когда я тебя сюда доставил, то решил стереть тебе память, чтобы ты забыла меня и всех остальных. Но ты закапризничала, и заклинание, видимо, частично отскочило. Долго тебе снилось это?

— Последние лет так...тринадцать.

— Прости. Не знал, что так выйдет, – он почесал затылок. – Кстати, возможно, за вами увяжутся люди Ульрика, но...

— Что–что? – удивилась Гелла. – Зачем?

— Им нужна ты. Они схватят тебя. В крайнем случае, будут пытать или что–то подобное. А может, доставят Ульрику, но он точно тебя не будет любить и жаловать. Твоя кровь очень ценная. И кристалл тоже.

— Есть еще что–нибудь хуже?

— Они, конечно, могут попытаться убить тебя, – начал Роут, но потом он увидел испуганный взгляд Геллы и затараторил. – Но ты же почти неуязвима, а без специального оружия тебя не убить так легко.

— Ну, это меняет дело! – воскликнула она. – Вообще–то неуязвимость не позволяет не чувствовать боль. А друзья мои? Что с ними? У них вообще–то нет моих способностей.

— Поэтому жду вас на тренировке. Научу вас всему что нужно. Ты не сможешь справиться в одиночку.

— Почему бы людям Монтистена этим не заняться?

— Я им не доверяю, на то есть причины, о которых я расскажу позже.

— Но я не хочу подвергать друзей опасности. Почему ты не можешь привести тех троих сам?

— Потому, что буду занят поисками Арона. Так как его я отдал в семью, которая живет дальше всех отсюда. А люди Ульрика сделают все, чтобы нам помешать. Чем нас больше – тем лучше.

— Почему тогда ты не воспользуешься этой своей магией?

— Я уже стар и не могу делать те же вещи, что годами ранее.

— Хорошо. Но почему ты не показывался? Не давал себя обнаружить. Почему я узнаю все это только сейчас?

— Не хотел, чтобы ты вспоминала дом. Однажды я попытался убрать твое видение, но ничего не вышло. Поэтому, чтобы ты меня не узнала, а в следствие не вспомнила родной дом, я старался не выдать себя. У меня были причины для этого. Одна из них: я люблю Землю, даже больше Монтистена. Я хотел, чтобы ты провела здесь, как можно больше времени. Честно говоря, я бы и оставил тебя тут, жизнь у тебя была неплохая. Но там тоже твой дом. И лишить тебя выбора было бы неправильно. Так что я показал тебе этот мир. Затем покажу Монтистен. И ты сама выберешь, что для тебя лучше.

— Справедливо, - согласилась Гелла.

Роут кивнул.

— А как работает магия? То есть... В книгах, что я читала, она описывается как нечто... Как просто магия. Она есть и все. Но есть ли какое–то логическое объяснение ей?

— Что ж... – он выдохнул. – Смотри. Существуют два параллельных мира. Так?

— Так.

— И чтобы получалось колдовать тут, нужно очень постараться. И уметь это дело контролировать. Вот эта вещь, – он показал ей свой голубой камень в форме шестиугольника на цепочке. – Поможет тебе. Этот кристалл позволяет сфокусировать энергию, которая пройдет через тебя и выйдет наружу.

— А где я возьму эту энергию?

— Вот в этом как раз и заключается все самое тяжелое. Ты должна будешь открыть разрыв внутри себя, который свяжет тебя с параллельным миром. Поняла?

Гелла нахмурилась, обдумывая услышанное.

— Да–а, – протянула она, хмыкнув. – А как его открыть?

— Смотри, – Роут надел камень на ее шею. – Ты должна сосредоточиться. Камень сам поможет тебе создать разрыв. Я не знаю, как это объяснить с помощью слов, ты должна сама понять это. Ты же Бриллар, давай. У тебя это в крови. Подключи интуицию.

— Ладно. Еще раз, что мне нужно делать?

Роут легонько стукнул ее пальцем по макушке.

— Думай, концентрируйся. Представь что–то, что поможет тебе сосредоточиться.

Гелла прикрыла глаза и приложила руки к камню. Слегка вытащив кончик языка и нахмурив брови, она вздохнула. Что–то мягкое начало согревать ее руки. Внутри нее словно образовался огромный ком, тепло которого начало разноситься от живота к рукам, ногам и груди.

Открыв глаза, она увидела, что ее камень загорелся ярким голубым светом. Затем ледяного цвета огонь легко пробежался по ее рукам до самых плеч.

Раскрыв рот, Гелла наблюдала за всем этим, не веря в происходящее. Внезапно она ощутила ощутила головокружение и расслабилась, а камень потух.

— С этим нужно быть очень осторожным, – пригрозил Роут. – Если переборщить, разрыв разойдется и уничтожит тебя. Магия требует полной сосредоточенности. Ты должна знать свои возможности и силы. Ни в коем случае никогда не переоценивай себя в таких делах. В первую очередь — контролируй эмоции. Это важно. И не пытайся сама колдовать, пока ты не обучена достаточно.

Слабо кивнув, Гелла потерла лоб и протянула ему кулон.

— Пусть пока у тебя побудет. Вдруг тебе не поверят друзья. Итак. Завтра ты приведешь своих друзей в то кафе, где я тебя... Встретил.

— Ясно. Дальше, – она махнула рукой.

— Так вот. Я вам даю подробные инструкции и рассказываю план. Идет?

— Идет.

— Откуда это у тебя?

— Что? – спросил Роут, но затем понял, о чем она, когда Гелла осмотрела его шрамы и глаз. – Ах, это... Получил в схватке с одним зверем.

Он задумался, проведя пальцем по шрамам.

— Я защищал короля с остальной стражей. На самом конце Ниории, есть один город – Линтерн... Там живут довольно сильные маги... Мы едва спаслись от него.

— Расскажешь подробнее?

Роутен взглянул на свои наручные часы и приподнял седые брови.

— Уже одиннадцать вечера. Долго же ты, кстати, спала. Тебя не потеряют друзья?

— Сколько?! Меня уже потеряли! И школа! Мне надо бежать! – Гелла вскочила с кресла и рванула к двери.

Ожоги все еще были на ее руках, но уже болели не так сильно. Она, надев камень на шею, выбежала.

Но потом, секунд через пять, снова заглянула.

— Погоди, мой телефон, – она принялась шарить по своим карманам. – Где он?

— Ах, да. Вот.

Роутен достал из своей куртки кусочки металла и пластика.

— Потрясно, – пробурчала Гелла, забрав то, что осталось от телефона.

— Мне жаль, – расстроенно пробормотал старик. – Ты упала на него.

— Надо купить новый, – усмехнулась Гелла, убирая в карман запчасти. – Зачем ты меня вырубил?

— Это не я, это камень, я сидел за столиком и не знал, как начать разговор с тобой. Но мой кристалл словно взбунтовался, погасил свет, и начал странно на тебя реагировать. Мне пришлось передать его тебе.

— Серьезно? – Гелла подняла брови.

— Я запаниковал, – Роут развел руками, на что она вздохнула.

— Еще раз, как мне тебя найти?

— Завтра вечером. В том же кафе.

— Роут.

— Что?

— А откуда взялось мое видение? – поинтересовалась Гелла.

— Я его напустил на тебя.

Она удивленно хлопала глазами.

— Что–что?

— Магия способна на многое. Мне же нужно было, чтобы ты поверила мне. Мне пришлось даже поколдовать над той официанткой, чтоб она забыла, что ты была в кафе. А теперь иди домой, потом поговорим.

— Хорошо, – сказала Гелла и выбежала на улицу.

— Замечательно! – воскликнула Гелла.

Она вышла из дома, и оказалось, что на улице уже темно и вовсю хлещет дождь. Заметив светящий фонарь, она решила пойти к нему, чтобы ей было хоть что–то видно. Рядом оказалось то самое кафе, в котором она была около суток назад. Теперь Гелла знала, где находится и могла спокойно пойти домой, но ей хотелось побыть здесь. Прямо тут на улице под дождем. Она стояла и пыталась обдумать все, что с ней произошло.

Гелла просто стояла под ливнем. Она подняла голову к верху, и капли дождя бились о ее волосы и лицо. Ее голова раскалывалась от такого множества мыслей, что ей хотелось просто смыть это все дождем.

Вдруг Гелла вспомнила, что Роут отдал ей камень. Она аккуратно сняла его с шеи. Это был небольшой, чуть меньше ее ладони, кристалл формы вытянутого шестиугольника в серебряной оправе, на которой были аккуратно вырезаны непонятные символы.

Гелла стояла и внимательно рассматривала предмет. Чем–то он ее притягивал, словно она его уже видела или прикасалась к нему очень давно.

— Хм–м... – она взяла предмет в правую руку и крепко сжала, закрыв глаза.

Гелла сама не знала, зачем она это делала, но чувствовала, будто так все и должно быть. Тут Геллу объяло знакомое чувство. Боль. Та самая, что и тогда. Тем вечером. Ее спина, руки, шея. Они словно горели. Она открыла глаза и выронила кристалл. Ей на секунду показалось, что он светился. Да не только он, ее ожоги на руках. Они тоже сияли! Или нет? Она подняла вещь обратно.

Гелла разглядела витрину какого–то магазина, где было видно ее отражение. Она встала к стеклу спиной и, снова закрыв глаза, начала сжимать вещицу в руке, но на этот раз сильнее. Спустя пару секунд, боль вернулась. Гелла сжала зубы и зажмурилась. Словно чиркнули спичкой и прижали ее к коже между лопаток. Затем такое же чувство медленно начало расползаться по всей спине, рукам и шее. Словно огонь хотел обнять ее. Гелла открыла глаза. От боли у нее пошли слезы. Она начала настолько сильно сжимать кристалл, что порезала ладонь об оправу. Медленно повернув голову, она посмотрела на витрину. Сквозь промокшую майку были видны ярко–голубые узоры по всему телу. Все это светилось ярче любого фонаря. Она медленно покрутилась, чтобы себя осмотреть.

Гелла не выдержала и, разжав руку, упала на колени. Правая ладонь немного кровоточила и болела, но Гелла не обращала внимания на это. Стало темно, то ли в глазах, то ли от того, что голубой свет так резко угас. Тяжело дыша, она медленно встала и подошла к витрине. Гелла оперлась на нее ладонями. Стекло было холодное, словно лед. Гелла слабо видела свое измученное отражение. Перед глазами было мутно, словно она открыла их под водой. Влажные волосы облепили ее побледневшее лицо. Она глубоко дышала ртом, выпуская легкий пар, капельки которого оставались на стекле витрины.

Вздохнув, Гелла отошла, убрала камень в карман и медленно побрела домой, даже не думая о том, туда ли она идет?

Промокшая до нитки, уставшая, она тихо пробралась домой. Хорошо, что тетя Хелен ушла на ночную смену. Медленно пройдя на кухню, Гелла увидела тарелку с печеньем и обрадовалась, но ее ноги подкосились, и она мешком рухнула на пол.