Наши сердца разные.Но мы одно целое

Когда я слезла с байка, мои ноги дрожали. Я даже подумала, что не смогу удержаться на них, обязательно упаду. Но нет, я сделала шаг, ещё шаг, ещё... После такой скоростной гонки голова слабо кружилась, а кровь, что бежала в венах, казалась ледяной. А ещё во дворе стояла блаженная тишина. Никакого рева мотора или воя сирен.

Мы с Келтом стояли друг напротив друга, держа в руках шлемы. Моё сердце бешено колотилось, отдаваясь своим биением в висках, и я то и дело облизывала пересохшие губы.

Подумать только. Я убегала от полиции. Я была на волосок от того, что нас могли задержать и отправить в участок. Я нарушила закон.

- Ты как? - тихо спросил Келт. Он хотел положить руку мне на плечо, но не решился.

- Потрясающе, - устало ответила я. - Никогда раньше не убегала от полиции.

- Всё бывает в первый раз, - пожал он широкими плечами. - Даже они.

- Они могут найти тебя по номеру.

- Не могут, - ухмыльнулся он. - Перед стартом я всегда номера грязью замазываю.

- Предусмотрительный. И что, часто у тебя старты? - внимательно посмотрела я на него. Келта взъерошил темные волосы.

- Нечасто. И вообще, я же сказал, что это было в последний раз! Почему ты мне не веришь, а?! Ну почему? - в его голосе проскользнула ярость.

- Потому что ты меня обманул.

- Заладила одно и то же.

Я промолчала. На меня накатила дикая усталость.

- Иди домой, Келт. Тебе холодно в одной футболке.

- Мы расстаемся? - вдруг спросил Келт отсутствующим голосом.

Расстаемся... Какое страшное слово. От него веет бездной. Бездной, в которой всегда царит одиночество.

- А ты этого хочешь? - тихонько спросила я.

- А ты? - Его взгляд пронзал насквозь.

- Я первой спросила. Если хочешь - расстанемся.

- Этого хочешь ты, а не я, - сдвинул он брови к переносице.

- Раз ты первый спросил об этом, значит, этого хочешь ты, - упрямо сказала я. - Это из-за неё, да?

Опять эта ревность. Проклятая ревность, сжимающая горло, царапающая изнутри шею. Я вновь увидела перед собой эту картинку - как Полина обнимает Келта, будто близкого человека, а его рука лежит на её хрупком плече.

- Из-за кого? - выдохнул Келт.

- Да ладно тебе. Я же знаю, что Полина, которая тебя обнимала, - твоя бывшая девушка. Ангел, как ты её называл, - насмешливо ответила я.

Келт раздраженно потер лоб.

- Причем тут она?

Он хотел сказать что-то ещё, но в это время зазвонил его телефон. Келт резким движением вытащил его из кармана джинсов телефон. На экране высветилась всего одна буква - «П». Моё сердце сковало льдом, а разум затуманился от обиды и ревности.

Ведь «П» - первая буква её имени.

Келт не стал разговаривать - спрятал телефон в карман. И засунул в них руки, будто пытаясь согреть.

- Ответь, - тихо сказала я.

- Не хочу.

- Нет, ответь!

- Я же сказал - не хочу! - отрезал Келт.

- Это ведь она, да? - прищурилась я. - Твоя Полина.

Келт склонил ко мне голову. В его лихорадочно блестящих глазах читалось бешенство, а челюсти были так плотно сжаты, что по скулам ходили желваки. Во мне боролось странное острое желание - либо обнять его и с силой прижать к себе, либо точно с такой же силой оттолкнуть.

Между нами искрило. И воздух вокруг был наэлектризован. Ещё немного - и мы оба взорвемся.

- Хватит нести бред, Катя, - глухим голосом сказал Келт. - Это не она.

- Тогда почему ты не ответил?! - закричала я. Ревность, проклятая ревность терзала меня. Он всё это время хранил номер её телефона!

- Потому что не хочу, - рявкнул Келт, злясь всё сильнее.

- Не ври, - рассмеялась я звонко, но в этом смехе не было веселья. Лишь злость. Это она, она!

- Не вру! - закричал он с яростью.

От напряжения на его шее выступали провода, дыхание участилось. Почему-то было такое ощущение,что он взорвётся. А я сжимала кулаки, чувствуя, как сердце колотится где-то в висках.

- Да, конечно. Ты ведь всегда честен со мной. Не соврал, когда сказал, что на подработке, а не на гонках. - Я прикрыла глаза. - Как мне после всего этого доверять тебе, Келт? Как? Как я могу верить, что это не твоя Полина тебе звонит?

- Думай, как хочешь. Повторять не стану.

Келт сдерживал себя - я видела это. Возможно, боялся сказать что-то лишнее, а, возможно, не видел в этом смысла.

- Ты до сих пор что-то чувствуешь к ней? - спросила я, подавшись вперёд - так, что почти касалась его. - К Полине? Или как ты там её называл? Ангелом?

- А может быть, ты что-то чувствуешь к Кислому? Или как ты там его называешь? Женя? Раз катаешь с ним, - сказал Келт с презрением. - Тебе не противно? Папу тебе не напоминает?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Об одном только упоминании об Васе меня передернуло.

- Я вижу его второй раз в жизни. Как он может мне нравится?

Я отошла от него ещё на шаг, пытаясь привести мысли в порядок. Получалось плохо. Злость и удивление, ревность и обида - всё перемешалось в голове. Нужно успокоиться, и только потом говорить.

Снова зазвонил его телефон, и Келт сунул руку в карман, чтобы выключить его. Наверняка это снова она.

- Да ответить ты ей уже, - улыбнулась я холодно. - А если так скучаешь по Полине, то держать тебя не стану.

На его лице появилось отвращение.

- Значит, всё-таки хочешь расстаться. Окей. Я тебя понял, Катя.

Мне перестало хватать воздуха.

- Уйди, - тихо сказала я. - Иди домой. Ты замёрз в одной футболке.

- Уйду. Раз ты этого хочешь, - сказал он, тяжело дыша.

- Поговорим завтра. Когда успокоимся, - нашла в себе силы сказать я.

Он кивнул.

- Думаешь, что-то измениться?

- Не знаю.

Если бы Келт сейчас сказал, что ему жаль. Что он не хотел. Что она ему не нужна. Что он любит меня... То моё сердце растаяло, и я бы всё простила, забыла бы обо всём. Бросилась бы к нему, чтобы крепко обнять и поцеловать. Извиниться за то, что наговорила. Это ведь такая глупость - то, что между нами произошло. Всё можно решить и обсудить. Понять.

Но он ничего не делал. Просто стоял и смотрел на меня, как дурак. И я вела себя, как дура.

Мы ревновали друг друга. Злились. Боялись. И не могли отвести друг от друга взгляд.

Келт всё же нехотя развернулся и всё же ушел. Пересек двор и скрылся за своей подъездной дверью. А я осталась одна.

Не чувствуя ног, я села на качели, взялась руками за холодные цепи, на которые качели были подвешены, и стала отталкиваться ногами от земли. Мои пальцы быстро заледенели - за день резко похолодало. Осень становилась всё суровее и суровее, и в воздухе уже носилось дыхание приближающейся зимы. Подул ветер, и за полчаса я так продрогла, что решила пойти домой.

Лучше бы не приходила.

Вернулся отчим. И, судя по всему, крайне неожиданно. Когда я вошла в квартиру, в ней разгорался скандал. Мама и Вася ругались так, что, наверное, слышали всё соседи.

Я застыла в прихожей.

- Алеся, говори мне прямо! Кого приводила в квартиру? - кричал Вася.

- Никого я не приводила! Никого! - так же громко отвечала мама. В её голосе слышались истерические нотки.

- Не ври мне! Поняла? Не смей мне врать! Говори, кто здесь был! Кого ты сюда таскала, дрянь?! С кем мне изменяла?!

- Ты в себе?! Вася, я никого не таскала в квартиру! Я тебе не изменяю! Господи...

- Я же знаю - ты постоянно смотришь на других мужиков! Заигрываешь с ними! Флиртуешь! Я тебя не устраиваю, значит? Решила повеселиться, пока я в командировке был? - прорычал Вася. - Я всё понял!

- Как, как ты понял?! - выкрикнула мама.

- За придурка меня держишь, милая? В доме был мужчина! Он вкрутил лампу! Починил смеситель! Или ты думаешь, я поверю, что ты сделала это сама? Последний раз спрашиваю, Алеся. Кого приводила?

- Боже, какой ты придурок! - выкрикнула мама.

Вдруг послышался грохот. Такой, что сердце ёкнуло. Мама взвизгнула.

Господи, что случилось?.. Если отчим тронул мою маму, я его прикончу! Клянусь, ему непоздоровиться!

Прямо в обуви я бросилась в их спальню и замерла на пороге. Мама жалась в углу, будто провинившаяся школьница, а отчим стоял рядом со стеной, и около его ног валялся разбитый телевизор, что раньше стоял на тумбочке вдоль стены. Также на полу валялась ваза с белыми цветами, которые, видимо, привез отчим. Сам Вася, облаченный в белоснежную рубашку и дорогой костюм, тяжело дышал. Его лицо было искажено от ярости - так, что даже вены на лбу вздулись. Мне стало не по себе. Да он же ненормальный псих!

- Что происходит? - дрожащим голосом спросила я, переводя взгляд

- Вон пошла, - велел Вася, не глядя на меня.

- Ты как с моей дочерью разговариваешь? - закричала мама.

- Пусть не лезет под горячую руку. Дверь закрыла и ушла, - приказал отчим. - Живо.

Но я не сделала этого. Осталась. Как я брошу маму одну?

- Ты прав, - вдруг сказала я, чувствуя, как печет от эмоций щёки. - В доме был мужчина. Единственный мужчина за всё то время, пока я тут живу.

Вася медленно ко мне развернулся, и мне стоило больших усилий не отступить назад. Глаза у него были яростные, налитые кровью. Он совсем свихнулся на ревности!

- Да ты что? - вкрадчиво спросил он. - И кто же это? Что за настоящий мужчина тут бывает?

- Мой парень, - вздернула я подбородок. - Он приходил ко мне в гости. Починил то, что неделями не можешь починить ты, вася.

- Катя! - выкликнула мама, но меня было не остановить.

- Да, ко мне приходил мой парень.

- Что?.. Тот отброс? - Лицо Васи потемнело. И, несмотря на то, что он говорил спокойно, мне стало страшно. Но не отступать же?

- Он не отброс... Не называй его так. Его зовут Келт, - тихо сказала я.

- И сколько раз он тут был? - Отчим словно забыл о маме. Понял, что она ему не изменяла, и его гнев направился на меня.

- Какая разница? - дерзко ответила я.

- Отвечай.

- Вася, оставь в покое! - Мама вышла из своего угла и встала рядом со мной. Я видела, как её бьет мелкая дрожь. Боже, может быть, она хотя бы сейчас поймет, насколько отвратителен Вася? И бросит его?

- Алеся, пожалуйста, не вмешивайся, - всё тем же ледяным бесчувственным голосом попросил отчим, словно они только что не ругались на всю квартиру. - Сколько раз он к тебе приходил?

- Я не считала, - соврала я.

На самом деле, два.

- Вот, значит, как.

- А к маме никто не приходил. Не мужчина, не женщина. Благодаря тебе она живет тут затворницей, - продолжала я, а щёки пекло все больше и больше. Должно быть, они покраснели. - Ни с кем не общается. Ни подруг, ни коллег. Ты, наверное, рад, да? У неё ведь только ты есть. Ты ведь этого добавился. Полного контроля над мамой?

Вася покачал головой, не сводя с меня хищных глаз.

- Я же попросил тебя, - сказал он всё так же на удивление спокойно. - Я попросил тебя быть со мной вежливым. Следовать моим правилам. Тебя придется наказать.

- Ну знаешь, Вася! - снова выкрикнула мама, закрывая меня собой, хотя я и не просила ее об этом. - Свою дочь я наказывать буду сама! Даже пальцем её не смей тронуть!

- Алеся, - вздохнул отчим. - Ты опять за своё? Считаешь, что я могу ударить ребенка? Всё-таки ты считаешь меня чудовищем. Обидно. Я ведь тебя люблю. Всё делаю для тебя. И для твоего ребенка. Стараюсь заменить отца. И в итоге я самый плохой. Хотя, я привык быть самым плохим.

- Вася... - выдохнула мама.

Боже... Мама, нет! Мама, он неадекватный абьюзер! Мама, ну пожалуйста, не ведись на это... Он играет с тобой!

- Хватит! - решительно сказала я, выходя вперёд. - Ты манипулируешь мамой, зная, что она любит тебя. Если ты не любишь, пожалуйста, перестань. Это ни к чему хорошему не приведет.

- Это он тебе внушил? - спросил отчим, приподняв бровь. - Твой парень, который настоящий мужчина? Я запрещаю тебе с ним общаться, Катя. Ради твоего блага. Алеся, ты должна знать. Этот парнишка несколько лет назад встречался с моей дочерью. Довел её до попыток суицида. Настоящий подонок.

- Чтоо-о-о? - закричала я в шоке. Да что он несёт, урод! Как только смеет?!

- Ты о чем, Вася? - потрясенно спросила мама.

- Я его сразу узнал. Запретил Катя общаться с ним, но она меня не послушала, - продолжал Вася. Он был из тех людей, которым ложь давалась так легко, будто была правдой. Она звучала убедительно.

- Келт хороший мальчик, - прошептала мама, которая под его взглядом стихла как мышка перед коброй, вот-вот готовой напасть.

- Он из очень неблагополучной семьи. Приходил к нам в гости и воровал деньги, - продолжал врать отчим. - Нужно посмотреть, всё ли на месте.

- Хватит! - дрожащим голосом воскликнула я. - Хватит лгать, Вася! Ты ненормальный.

Он прикрыл глаза.

- Успокойся. Просто прими тот факт, что со своим настоящим мужчиной видится больше не будешь. Я переведу тебя в другую школу. В ту, про которую тебе говорил. - На его губах зазмеилась улыбка, и вдоль позвоночника пополз холодок. Да, он обещал перевести меня в закрытую школу, если я буду плохо себя вести.

- Да пошел ты! - выкрикнула я в ярости и, развернувшись, побежала вон из квартиры. Выскочила из открытой двери и помчалась вниз по ступеням.

Я вылетела из подъезда, не помня себя от злости и обиды, а Вася выскочил следом. Он поймал меня и больно схватил за руку.

- Слушай, ты, маленькая мерзавка, - прошипел он. - А ну живо домой. Живо, я сказал!

- Отпусти!

Вася поволок меня за собой назад к подъезду, а я упиралась. Но отчим был сильнее. И ему удалось затащить меня в подъезд. Дверь с шумом захлопнулась. Отчим отпустил меня, зная, что мне некуда бежать. Не о чем не думая я трансформировалась в ниндзя. Надо было видеть его глаза когда я это сделала.
Позади меня ящики. Я могу вырваться и помчаться по лестнице, он не легко догонит меня. Он мог сделать со мной всё, что угодно но не сможет я сильнее его,я ниндзя..леди фея - камеры всё ещё не работают. А квартир на первом этаже нет - только магазины и салоны.

- Ты очень плохо себя ведешь, дочь, - с угрозой в голосе сказал Вася,
приближаясь ко мне. - Что соседи о нас подумают?

- Да мне всё равно, что о нас соседи думают! - выкрикнула я, чувствуя себя загнанным зверем. - Мне на всё, всё равно!

- Зато мне не всё равно, Ты слишком плохо себя ведёшь. Расстраиваешь меня, свою маму. Думаю, со следующей недели ты действительно будешь ходить в другую школу. Раз в месяц мы будем забирать тебя на выходные. А если будешь вести себя хорошо, - то и два.

- Я никуда не собираюсь переводиться.

- А тебя никто и не спрашивает. Всё будет так, как решу я. Твой отец.

- Что-о-о?! - взвилась я. - Какой ты мне отец?!

- Я уже всё решил. Возьмёшь мою фамилию. Оформлю все документы, - самодовольно сказал Вася. - Твоя мама будет довольна. Довольна Алеся - доволена и я. А пока не смей повышать на меня голос. Поняла меня?
Он всё таки меня поймал. Мои силы истекли. Он схватил меня за волосы. Так больно, что из глаз брызнули слезы.

- Отпусти! - закричала я.

- Ты должна вести себя в моём доме так, будто тебя не существует. А ты отброса этого водишь? Бессовестная. Ничего, я на него кражу денег повешу. И сядет из-за тебя в тюрьму для малолетних.

- Если бы папа был жив, он бы тебя прикончил!

- Никогда не говори при мне про своего отца, - прорычал Вася. - Этого ублюдка терпеть не могу! Самодовольная свинья. И ты вся в него.

- Не смей так говорить о моем папе.

Я попыталась вырваться, толкнула отчима в грудь, но куда там! Он крепко держал меня за волосы.

- Дибил, ненавижу тебя, - вырвалось у меня, и Вася замахнулся, чтобы ударить меня по лицу, как в прошлый раз в лифте. Я инстинктивно втянула голову в плечи и зажмурилась, но... Этого не произошло.

Подъездная дверь вдруг открылась, и на Васю налетел Келт.