Глава 43. Не хочу его отпускать
Будто пьяная я вошла в свой подъезд. Голова кружилась, колени подгибались, а губы приятно ныли от поцелуев. Бесконечно сладких и чувственных. Я бы ещё осталась у Келта, но из-за комендантского часа, установленного отчимом, пришлось возвращаться домой.
Вызвав лифт, я прислонилась спиной к стене — казалось, ноги не держат меня. Боже, что это было? Сон или правда?
На всякий случай я ущипнула себя за руку. Больно. Значит, не сплю. Значит, мы действительно целовались, как сумасшедшие, сидя на подоконнике в его квартире.
Это так странно и так волнительно. Сердце до сих пор не может успокоиться. Вкус его губ, тепло рук, твердость плеч, прерывистое дыхание, запах — всё это прочно врезалась в память. Я знала, что никогда не забуду этот день. Никогда не забуду свой настоящий первый поцелуй. Никогда.
Войдя в лифт, я посмотрелась в зеркало. Губы немного припухли, и я коснулась их кончиками пальцев. Меня накрыло смущение, и вместе с ним странное чувство, смесь нежности и уверенности.
Он — мой. Келт — мой. И я не хочу его отпускать и с кем-то делить.
Мама и отчим уже были дома. Он спал, а она смотрела телевизор и вязала, однако, увидев, что я пришла домой, пришла в мою комнату и, на всякий случай прикрыв дверь, села рядом со мной на кровать.
— Катя, я не совсем поняла, что сегодня было, — тихо сказала мама.
— Я тоже, — выразительно глянула на неё я. — Что Вася устроил? Что за бред, ма?
— Я не об Васе, — нахмурилась она. — А о твоем госте.
Мне захотелось закатить глаза, но я сдержала себя.
— Что с ним не так?
— Я не против, чтобы ты общалась с мальчиками, Катя, — осторожно сказала мама. — Понимаю, что в твоем возрасте это естественно. Но… Если Васе не нравится твой одноклассник, не стоит приводить его домой, ладно? Я ничего не имею против этого мальчика, — торопливо добавила она, видимо, заметив, как меняется моё лицо. — Просто не хочу скандалов в доме.
— Я не знала, что вы вернетесь так рано из-за его психов. Как ты вообще это терпишь? — вырвалось у меня.
— Сегодня произошло недоразумение, — нахмурилась мама. Ей не нравилось, что я так говорю о её муже, а мне не нравилось, что она подчиняется ему. — Но мы пришли к компромиссу. И теперь все хорошо. Катька, пойми меня правильно. Я не запрещаю тебе общаться с этим мальчиком. Его зовут Келт, верно? Но не хочу ругаться из-за этого с Васей.
— То есть, ты разрешаешь мне общаться с Келтом, но так, чтобы Вася не знал? — иронично спросила я, чувствуя себя в этот момент взрослой. Куда взрослее, чем она.
— Вася переживает за тебя. А ты всё воспринимаешь в штыки.
— Я?! Да это у него с психикой проблемы! Почему ты не понимаешь, мам? Почему ничего не видишь?
— Давай не будет ругаться, — сказала мама и обняла меня. Голос у неё был жалобный, и мой гнев внутри погас, словно пламя на ветру. Она не поймет. Отчим её будто загипнотизировал. Что бы я ни сказала, мама будет защищать его. Может быть, Вася её околдовал? И вообще, как после моего папы она умудрилась влюбиться в такого идиота?
— Мама? — позвала я её.
— Что?
— А почему ты влюбилась в папу?
Она не сразу смогла ответить.
— Не знаю. Наверное, для любви нет причин, они существуют только для ненависти. — Мама грустно улыбнулась старому воспоминанию. — Иногда смотришь в глаза человека и понимаешь — вот он. Тот, ради которого стоит дышать. Однажды я посмотрела в глаза твоего папы и утонула.
Я вздохнула. Почему так больно про это слушать?
— Глаза вообще о многом говорят, Катя. Просто нужно уметь смотреть.
— А глаза Васи? Ты тоже в них утонула? — вырвалось у меня.
— С ним все по-другому. Раньше я вообще не замечала его.
— В смысле? — не поняла я.
— Мы давно друг друга знали, — вдруг призналась мама. — Я познакомилась с ними обоими на дне рождении подруги. Вася ведь учился в нашем городе, потом уже сюда переехал. Они оба ухаживали за мной, но я выбрала Витю. Никого не замечала, кроме него.
Я удивленно смотрела на неё. Об этом мама никогда не рассказывала. Вот, значит, как. Они были знакомы ещё до моего рождения! С ума сойти.
Лицо мамы на миг стало отстраненным — будто она погрузилась в воспоминания.
Он ждал её возле подъезда с цветами. И как только она вышла на улицу, шагнул к ней и протянул букет — розы в серебряной упаковке. Красивые. Дорогие, наверное.
— Ты мне нравишься, — сказал Вася, пристально глядя на Алесю.
— Что? — опешила она. Так вот, значит, кто настойчиво звонил по телефону, пока она собиралась на свидание. Но была так увлечена макияжем, что не могла подойти. А потом ещё и волосы распрямлять пришлось. Не до разговоров по телефону, в общем.
— Ты мне нравишься, — повторил Вася. — Очень. Я хочу встречаться с тобой.
— Вася, я же сказала в прошлый раз, что не могу, — тихо ответила Алеся. — Ты прости меня, ладно? Но…
Он не дал ей договорить — протянул небольшую коробочку.
— Что это?
— Открой.
Алеся открыла и ахнула от изумления. Мобильный телефон. У некоторых её однокурсников они были, но не у Алеси. Её воспитывала одна мать и жили они небогато. Им было не до мобильных.
— Нравится? — спросил .
Она изумленно заморгала, не зная, что ответить. Поклонников у неё всегда было много, и их вниманием Алеся была избалована, однако таких настойчивых, как Вася, она не встречала. Где он только деньги берет на всё? Подружка говорила, что ему родители помогают.
— Я объясню, как пользоваться, — продолжал Вася. — Буду звонить тебе каждый день. И сообщения писать. Всегда будем на связи.
— Нет, спасибо, Вася, но не нужно. — Алеся вложила подарок в его руку. — Это слишком дорого. И вообще… Не надо ничего дарить. И приходить не надо.
— Я так сильно тебе не нравлюсь? — нахмурился он.
Алеся прикусила губу. Он был красивым — высокий, широкоплечий. Учился в престижном вузе. И жил не в общаге, а снимал квартиру. Они познакомились пару недель назад на дне рождении подружки, и он сразу начал ухаживать за ней, немного напугав своей настойчивостью.
Там же Алеся познакомилась ещё с одним парнем, Витей, которому тоже понравилась. Вася и Витя едва не подрались за неё. Парни едва успели их разнять. С тех пор оба оказывали ей знаки внимания. Но выбрала она Витю. Потому что влюбилась.
— Так я тебе противен? — повторил Вася.
— Дело не в этом, — мягко ответила Алеся. — Ты хороший парень, но у меня есть другой.
Его глаза потемнели от гнева, хотя лицо оставалось все таким же спокойным. Алесе стало не по себе, и она даже сделала маленький шаг назад. А вот Вася шагнул вперед и подошел так близко, словно собирался поцеловать.
— Кто? — спросил он, беря её за плечо и сжимая его. — С кем ты встречаешься, Алеся?
— Отпусти меня, — нахмурилась девушка.
— Кто он? — его пальцы ещё крепче впились в её плечо, глаза недобро сузились.
— Хватит, отпусти меня! Мне больно!
— Да? Мне тоже, — холодно улыбнулся Вася. — Больно слышать твои слова.
— Перестань! — закричала девушка.
— Я спросил — с кем ты встречаешься? — прошипел он.
— Со мной, — вдруг раздался за его спиной уверенный мужской голос.
Вася отпустил Алесю, резко обернулся и увидел парня. Он был ниже его и уступал в ширине плеч, но казался уверенным. Глаза у него были ярко-голубые и насмешливые. За этой насмешкой прятался гнев.
— Витя! — воскликнула Алеся. Это с ним она собиралась пол дня на свидание. А в итоге встретила Васю…
Витя встал между ними, закрывая Алесю спиной. И с угрозой в голосе сказал:
— Она моя девушка. Не трогай её, понял?
— Так и знал, что это ты. Алеся, чем он лучше меня, а? Чем? — хрипло рассмеялся Вася.
Девушка молчала. Зато Витя молчать не собирался.
— Пошел отсюда. Даю десять секунд, — глянул он на наручные часы.
— Да что ты мне сделаешь, урод? — дерзко улыбнулся Вася.
— Буду учить манерам, — хмыкнул Витя, схватил его за ворот рубашки и ударил по лицу. Он оказался быстрым и сильным, и удар у него был поставлен отлично. Вася хоть и был больше, не успел даже блок поставить и отлетел к подъездной двери. Витя прижал его к ней, придавливая горло локтем, и тихо сказал:
— Еще раз увижу около моей девушки, устрою проблемы.
— Пошел ты, — процедил сквозь зубы Вася, и Витя прижал локоть к его горлу так, что он закашлялся.
— Не надо! Перестань! — закричала Алеся. — Отпусти его, Витя!
— Ещё раз. Увижу рядом с ней, буду разговаривать с тобой серьезно. И не один. Понял? Понял, спрашиваю?
— Я у тебя её все равно заберу, — прошептал Вася хрипло, но стоило Вите сжать кулак для нового удара, как торопливо кивнул: — Понял, отпусти… Дышать… Нечем…
Витя нехотя отпустил его и взял Алесю за руку. Она испугалась, и в глазах её стояли слезы.
— Все хорошо, — прошептал он, вытирая её щеку. — Я же рядом. Он ничего тебе не сделал? Не обидел?
— Н-нет, — всхлипнула Алеся. — Просто… просто я испугалась.
Витя обнял её, и она уткнулась лицом в его плечо.
— Эй! Алеся! — издалека прокричал Вася. — Ты все равно будешь со мной!
Бросив розы прямо на дорогу, он завернул за угол. Ушел.
— Дибилоид, — процедил сквозь зубы Витя. — Алесь, не бойся. Все ведь хорошо. Если он снова придет, просто позови меня. Я со всем разберусь.
Она улыбнулась ему.
— Ты же всегда со мной будешь, Вить?
— Всегда, — пообещал он и поцеловал её в лоб.
— А как вы встретились с Васей потом? — спросила я тихо.
Мама будто очнулась от воспоминаний.
— Васю временно перевели в наш город, и мы случайно встретились. Узнали друг друга. В юности он был совсем другой, конечно… Я осталась одна, он разводился с женой, и мы… Стали общаться. Одиночество — это тяжело, — вдруг сказала мама, но тотчас улыбнулась, будто не хотела говорить о плохом. — Видишь, какая жизнь запутанная, Катька. Такое бывает, чего ни в одном сериале не покажут. А с парнями будь осторожна, обещаешь?
— Обещаю, — вздохнула я.
— Я действительно не против твоего общения с Келтом. Не знаю, что нашло на Васю, но мне он понравился. Хороший мальчик. И красивый, конечно. Вы здорово смотритесь вместе. Целовались? — весело спросила мама, будто зная, что произошло сегодня.
— Нет, что ты, — сделала я большие честные глаза. — Мы просто общаемся.
Мама почему-то рассмеялась и взяла меня за руку.
— Я тебе доверяю, Катька. Но все равно прошу, будь осторожна, хорошо? В молодости можно столько всего натворить, а разгребать будешь потом всю жизнь.
Мы поговорили ещё немного, и она ушла. А я подошла к окну и увидела Келта на балконе. Кажется, он ждал меня. Увидел — и стал махать рукой.
Боже, моё сердце сейчас оборвется. Почему я уже скучаю?
«Тебе понравилось?» — написал он мне сообщение. Губы снова заныли, и я невольно их облизала.
«Немного», — ответила я и послала смеющиеся стикеры. Келт погрозил мне кулаком.
«Не понял, что значит немного?»
«В следующий раз старайся лучше, Келтик».
«Ты оболдела?»
«Если только немного».
«Завтра приходи ко мне снова».
«Мыть полы?!»
«Будешь делать мне массаж».
Стоило мне представить, как я буду касаться его спины, у меня едва не остановилось сердце — то ли от волнения, то ли от предвкушения. Но показывать свою радость я, разумеется, не стала. А то ещё он решит, что я свихнулась.
Мы долго перекидывались сообщениями, и, несмотря на осень, настроение у меня было весеннее. Я написала Лере, что целовалась с Келтом, и в беседе со старыми подружками тоже написала об этом — мы давным-давно договорились, что сразу расскажем друг о друге, когда произойдет первый поцелуй. Только вот ответила одна Настя. Написала: «Боже, я так за тебя рада!» Поспрашивала, как это произошло, похихикала вместе со мной, а вот остальные девчонки вообще ничего отвечать не стали, будто бы мы перестали быть подругами.
Лера тоже ответила — забросала меня сообщениями, как гранатами. Ей было интересно всё — когда это произошло, как, во что он был одет, во что была одета я, и прочее, прочее, прочее.
«А у вас только это было?!» — спросила она.
«Что это?» — не поняла я.
«Вы только целовались или…»
«Только целовались!!!»
«Жаль… Ничего, у вас все еще впереди!»
«Отстань… Лучше расскажи, как у тебя и Лёхи свидание прошло?»
«Он сегодня не смог… На завтра перенес» — призналась Лера. — Может быть, я ему не нравлюсь, и он хочет слиться?»
«Да ну, глупости какие!»
«Спроси у Келта, нравлюсь ли я Лёхе!»
Пришлось спрашивать. Келт написал, что нравится, я переслала его сообщение Лере, и она, кажется, немного успокоилась.
Уснула я поздно — переписывалась часов до двух. А перед сном нарисовала на альбомном листе сердце и повесила на оконное стекло, чтобы Келт увидел его завтра утром.
Кажется, жизнь в новом городе налаживалась.