Глава 31. По имени
Келт откинулся на спинку и просто смотрел вдаль, а я сидела рядом и думала, что было бы здорово положить голову ему на плечи.
— Почему ты привез меня сюда? — спросила я.
— Потому что захотел. Я же сказал — ты будешь делать все, что я захочу, — лениво ответил он.
— Ты это сказал уже раз сто, — хмыкнула я. — Поверь, я запомнила.
— Но не запомнила, что я не люблю глупые вопросы. А ты в них просто специалист.
— Зато ты специалист во всем остальном. Бесишь, — прошипела я тихо, достала телефон и стала делать селфи. Вышлю их девчонкам в родной город. Жаль только, что мы переписываемся все меньше и меньше. Наверное, правда, что расстояние убивает и дружбу, и любовь.
Я делала селфи, пытаясь захватить кусок пейзажа, но получалось плохо, даже несмотря на то, что появилось солнце. Келт вдруг выхватил у меня телефон и, даже не дав возможности возмутиться, сказал:
— Давай тебя сфотографирую.
Я с недоверием посмотрела на него, но спорить не стала и начала позировать, стоя на краю обрыва.
— Лицо попроще. Повернись влево. И чуть-чуть приподними голову. Стой так, — командовал он.
Я думала, что Келт сделает одну фотографию, и, разумеется, либо я получусь кривой, либо фон будет размазанным. Однако он в который раз удивил меня. Снял с нескольких ракурсов, а затем зачем-то достал свой телефон и сделал пару снимков на нем — сказал, что его телефон лучше делает портретку. А затем наскоро обработал в приложении и переслал мне то, что получилось.
Я с удивлением разглядывала снимки — на них я казалась другой, не такой, какой привыкла видеть себя в зеркало каждое утро. Какой-то воздушной, легкой, с лукавой улыбкой и лучистым взглядом.
Солнечной. Другой. Красивой.
— Слушай, ты неплохо фотографируешь, — удивленно сказала я.
— А ты думала, я косорукий придурок? — хмыкнул Келт.
— Что-то вроде этого, — вырвалось у меня.
— Эй, полегче! Вообще-то, я даже в художку ходил, на боевые искусства, тренировался много, — признался он с затаенной гордостью.
— Ты?
— Я.
— С трудом верится. Но фотографии у тебя, и правда, красивые. Фотографом быть не хочешь?
Келт на меня так посмотрел, что я поняла — не хочет. Наверное, он хочет бандитом стать и крышевать бизнесменов. Или кого сейчас там крышуют? Келт представился мне в виде бандита из девяностых, образ которых часто форсили в социальных сетях, как и криминальная эстетика. Представив его в виде криминального авторитета, я почему-то захихикала. Серьга в ухе, шрам, рассекающий бровь, взгляд исподлобья — все при нем. Еще бы биту найти где-нибудь, чтобы за плечо закинул.
— Что? — нахмурился Келт.
— Да так… Давай сделаем селфи? — предложила я.
— Зачем это?
— Ну как зачем? Ты же мой мальчик, — хмыкнула я. — Выложу наше селфи в инстаграм, типа мы пара. Можешь поцеловать меня в щечку.
Тут я осеклась — вспомнила, как он целовал меня в губы. Ну или делал вид, что целует. Боже, это до сих пор приводит меня в смятение.
Будто почувствовав мое смущение, Келт оживился и обнял меня за талию так по-хозяйски, будто я действительно была его девушкой.
— Могу не только в щечку, — прошептал с улыбкой он мне на ухо. Стало щекотно, а в пояснице появилось покалывание. Так всегда бывало, когда мне на ухо начинали шептать.
— придурок! — взвизгнула я, а Келт довольно рассмеялся.
— Стой спокойно, — сказал он, вытянув руку с телефоном. — И делай вид, что без ума от меня.
— И как мне делать такой вид?
— Ну не знаю. Высуни язык и пусти слюну выделения. Или глаза закати от страсти, — пожал плечами парень. — А вообще просто обними меня. И положи голову на плечо.
Моя рука скользнула по его спине, и я все-таки сделала то, что хотела — опустила голову на его широкое плечо. Келт сделал несколько фотографий, и я удивилась, как правильно он подбирает ракурс. Всё таки внутри он робот,а с наружи человек. Мы действительно вышли неплохо, более того, напоминали настоящую пару.
На небе снова появился самолет — вылетел из-за облака, и я по привычке подняла на него глаза. Он поднимался все выше и выше, и я провожала его взглядом. И Келт смотрел на него вместе со мной.
— Знаешь, почему я люблю самолеты? — тихо спросила я.
— Почему?
— Потому что взлетают против ветра. Чем сильнее встречный ветер, тем большей высоты достигнет самолет в момент взлета. Я говорю себе — буду взлетать как самолет, несмотря ни на что. Чем сильнее сложности в моей жизни, тем выше смогу подняться.
Келт заправил прядь волос мне за ухо. И неожиданно тепло улыбнулся.
— А если взлетать по ветру?
— Если по ветру, то взлетно-посадочная полоса должна быть очень длинной, чтобы поднять самолет. Это долгий-долгий путь. По нему можно идти всю жизнь, — ответила я задумчиво.
— Мне нравятся твои слова.
А я? Я тебе нравлюсь?
Эта мысль сама собой появилась в моей голове, но я отогнала её.
Сделав фотографии и еще немного погуляв вдоль берега, мы направились к мотоциклу. В этот раз я не боялась поездки — скорее, предвкушала ее. Обнимала Келта за пояс и наслаждалась скоростью, ветром и свободой. И в груди не было пустоты — напротив, она была заполнена чем-то новым, теплым и неизведанным.
Через полчаса мы были у моего дома. И я подумала — как же хорошо, что отчим работает до вечера и не увидит меня с ним, а то у него, наверное, бомбанет, что я снова с парнем.
— Иди домой, — сказал Келт, забирая у меня шлем.
— А как же служение твоей великолепной персоне? — подняла я брови. — Ты же божился, что я стану твоей рабыней, а в итоге потащил на свидание.
— Какое свидание? Не придумывай! — хрипло рассмеялся парень. — Это была моя благодарность за то, что ты сегодня вступилась за меня. Не побоялась. Тебе реально не было страшно?
— Было, — тихо ответила я, став серьезной. — Но если бы я не сделала этого, то не простила бы саму себя. За слабость.
— Смелая, значит, — оценивающе глядя на меня, протянул Келт.
— Что ж, смелая, завтра я буду свободным и ты сделаешь кое-что.
— Что?
— Завтра и узнаешь. Пока. — Он небрежно кивнул мне и пошел к своему дому, сжимая подмышкой шлем. А я направилась к своему подъезду, находясь под впечатлением от поездки.
— Эй! — окликнул он меня вдруг.
— Что? — обернулась я.
— Спасибо тебе. И еще…
Он замолчал.
— Что?
— Называй по имени.
Услышав это, я улыбнулась. Эти слова хоть и сказаны были небрежно, но дарили тепло. Оно согревало меня изнутри.
— Хорошо, Келтеныш, — пропела я.
— Как? — недоверчиво спросил Келт. — Как ты меня назвала?
— Келтеныш.
— Обалдела? — рявкнул он.
— Нет, Келтик. — Мне нравилось дразнить его. Очень нравилось! Как у него лицо-то перекосило!
— Хватит меня так называть! — заорал Келт.
— Мой сладкий, — просюсюкала я. И прежде, чем он успел снова возмутиться, помчалась к подъезду. А сама про себя повторяла его имя.
Келт. Келтик. Келтеныш.
А он ведь и не знает...что я Катя которую он знает давно. И то,что я ниндзя и леди фея тоже.
Прежде, чем юркнуть за дверь, я обернулась. Келт смотрел на меня — но не злобно, а с полуулыбкой, и я послала ему воздушный поцелуй. Может быть, он не такой уж и придурок? Даже милый по-своему…
Вспомнив его теплые губы и сильные руки, я смущенно рассмеялась.
Однажды наш поцелуй будет настоящим.
Мама была дома. Она приготовила обед и читала какую-то книгу — кажется, роман. Она приветливо встретила меня, будто вчера ничего не произошло, поинтересовалась, как дела, послушала мои истории про Леру — рассказывая о ней, я создавала иллюзию, что в школе у меня все хорошо. Я врала маме и чувствовала вину, но лучше пусть так, чем она сходит с ума от беспокойства.
Мы вместе пообедали, мама рассказала новости про родственников, с которыми она сегодня общалась по телефону, и я на какое-то время забыла, что мы не дома, а в другом городе. Стало уютно, как прежде — так бывало до появления в маминой жизни Васи. Я настолько забылась, что позвала кошку, чтобы, как обычно, взять его на руки. И только когда мама удивленно глянула на меня, поняла, как сглупила.
— Прости меня, Катька, — обняла меня мама и прижала к себе.
— За что, ма?
— За то, что увезла, — прошептала она и поцеловала меня в макушку. — Но я хотела, как лучше. Веришь? Ты ведь скучаешь по велосипеду
— Верю…да очень сильно по нему скучаю...было бы классно съездить и забрать его..
— И хотела, чтобы Вася стал тебе папой. Можно, я на выходных дам денег на дорогу,с Васей уже говорила про это,он согласен и заберёшь, он с тобой поедет за ним.
— Серьезно?! Можно?! Спасибо! — сказала я и обняла её.
— Да конечно можно,незачто — обняла она меня в ответ.
Все тепло из сердца моментально исчезло. Никто не заменит мне папу. Тем более Вася
— Да, знаю, папу никто не сможет заменить, — вздохнула она. — Но мне так хотелось, чтобы у моей дочери был любящий отец. Вася неплохой человек. Просто прими его, хорошо? Не ругайся с ним, дочка.
Я ничего не стала отвечать ей — отстранилась и ушла в свою комнату, сказав, что нужно делать уроки.
Отчим пришел, как обычно, и я сразу же напряглась, услышав в их с мамой спальне его голос.
— Что ты читаешь, Алеся? — спросил он брезгливо.
— Роман о любви, — удивленно ответила мама.
— Это книжечка. Для придурочных, у которых нет мужиков. Алеся, ты же вроде умная женщина. Читай хорошие книги. У меня целая библиотека с научной фантастикой. А ты читаешь безвкусную литератур..
— Но мне это нравится, Вася, — с недоумением ответила мама. — Хорошая история про чувства и предательство.
— Второсортное, — отрезал отчим. — Я не хочу видеть в своем доме подобные книжонки.
Я сжала кулаки. Да какого черта? Почему он диктует маме, что ей читать, а что нет! Это унизительно! И почему она его слушается?!
Не помня себя от злости, я буквально ворвалась в их спальню, думая, что сейчас мама начнет ругаться с отчимом, но увидела, как она обнимает его. Будто бы ничего и не случилось!
— Что-то случилось? — глянул на меня отчим.
— Нет, я хотела спросить кое-что у мамы, — ответила я, понимая, что мама в моей поддержке не нуждается.
Отчим отпустил маму и вышел, напоследок сказав:
— В следующий раз стучись.
— Что такое, Катька — Мама улыбнулась мне. Ее улыбка была какой-то изнеможденной.
— А можно, сейчас съездить за ним? — спросила я.
— За чем? — не поняла она.
— За велосепедом, мне не нужны деньги,или машина я с другом из дружной команды договорилась
Мама нахмурилась.
— Если,уроки сделала то можно
Она потрепала меня по волосам, и я вышла, с радостью, только по тому,что завтра в школу поеду на велосипеде
Затевать скандал я, конечно, не стала. Дописала сочинение, доделала проект по биологии, позанималась математикой с репетитором по интернету. Слопала шоколадку из запасов, которые хранила в нижнем ящике стола — это была моя детская привычка. Папа часто покупал мне сладости, а я прятала их от мамы, потому что она считала — сладкое портит зубы. Это был наш с папой секрет…
Как он там без меня? Не скучает? Бабушка ходит к нему и все так же приносит цветы.
Во время ужина, на котором мне, разумеется, положено было быть, в дверь позвонили. Открывать пошла мама. Честно говоря, я понятия не имела, кто мог прийти. И безумно удивилась, когда мама быстрым шагом зашла на кухню и тихо сказала:
— Катя,там Хитвейв за тобой приехал…
Меня будто током в спину ударило. Но Хитвейв?..Ураа Да и я сейчас поеду в Глубокое к бабушке,за велосипедом. Однако отчим сохранял удивительное спокойствие. И даже был за. Видимо,жалел своего бензина на меня.
— Пусть она едет,за велосипедом я разрешаю, — сказал отчим.
Я на спеху,вылетела из стола в комнату, за сумкой и ключом от велосипед и побежала к Хитвейву
Приехав в Глубокое, я написала Владу, что приехала в Глубокое за велосепедом. Он обрадовался и пришёл к дому бабушки. Я подошла к двери и открыла её с помощью ключа,так как я брала его с собой. Бабушка была в шоке,она вовсе не ожидала увидеть меня. Я поведомила ей всё,что произошло. Забрав велосипед, собрав всё для него, инструменты и т.д. Попрощалась с Владом, бабушкой и поехала обратно в Сеул.
В дороге сё время вспоминала Келта.
Выложила в инсте наше с ним общее фото и подписав его «Любовь рядом ❤️», я рассмеялась — так рядом, что прям за окном.
я написала Лере.
«Лер,я в Глубокое ездила только что» — написала я.
«Да, ладно,тебя отпустили? Зачем»
«Да, отпустили, еду обратно, я за своим велосепедом ездила!»
«Да ладно?!»
«Да, уже приехала»
И после выключила телефон,достала велосипед и всё остальное из багажника Хитвейва, поднялась в квартиру
Как,вдруг Лера прислала мне видео,с аккаунта Инстаграма Лёхи. Была вечеринка у их друга. И Келт обнимал какую-то девицу
Я смотрела на них и сжимала зубы до скрипа. Вот же, а!
«Это же Саша, его бывшая, — поделилась подруга. — Она по нему с ума сходила. А он, видимо, решил с ней расслабиться».
Как же я обозлилась!
Нет, понятное дело, мы с ним друг другу никто. Никаких обещаний друг другу не давали, и один недопоцелуй точно ничего не значит, но как же мерзко на душе! Такое ощущение, будто меня предали.
И зачем только он разрешил называть себя Келтенышом? И зачем так меня обнимал, будто никогда не хотел отпускать?
Будто дал надежду на что-то большее… Или я сама себе все придумала? Конечно, сама. Только Келт все равно предатель. Мог хотя бы не так публично обжиматься с другой, когда объявил меня своей подружкой.
«Предатель», — написала я на листе и приклеила на окно. Пусть видит, какого я о нем мнения. Правда, Келт ничего не увидел — потому что в комнату вошла мама, которая решила принести мне перед сном чай с какими-то успокаивающими травками, и увидела это послание.
— Что это, Катя? — удивилась она.
— Да так, — стушевалась я.
— Это тому мальчику, что ли? — догадалась мама. — Он тебя обидел?
— Нет, это просто так. Шутка.
— Он тебе вчера помог, а ты его предателем обзываешь. У вас точно все хорошо? Или… — Мама прищурилась. — Вы встречаетесь?
Чай с травками, который я попила, едва не пошел у меня носом.
— Нет, конечно! Мам, ты что?!
Вместо ответа она лишь улыбнулась мне, а я на всякий случай сняла лист с окна. Пусть Келтик не знает, что я за ним слежу. Окончательно решит, что я ненормальная.
Когда я уже ложилась спать, телефон завибрировал, и я, уверенная, что это Келт, схватила его. Однако меня ждало разочарование. Это было сообщение от Миши.
«Как дела, Катя? Я все еще хочу погулять с тобой. Скажи, когда будешь свободна?»
Блин, я совсем забыла написать другу детства! Мне стало неловко.
«Завтра буду свободна, — сообщила я. — После занятия с репетитором по рисунку».
«Во сколько оно заканчивается?»
«В два начинаем, в четыре я точно буду свободна»
«Тогда я заеду за тобой в четыре?» — спросил Миша.
«Давай!» — согласилась я, написала ему адрес и подумала — раз Келт тусуется с непонятными девицами, то и я могу пообщаться с другом детства.
«К твоему дому?»
«Да!»
После короткой переписки я заснула, и мне снилось, что я смотрю в окно, и вижу, как на балконе Келт целуется с какой-то девушкой. Смотрю, и по щекам катятся слезы. Мне так обидно, что он с ней, а не со мной…