Глава 2. Мой новый велосипед.
Несколько лет назад.
В моей жизни что-то произойшло.
Я поняла это по сверкающей точке на фоне пылающего неба. Это был набирающий высоту самолёт. Он ловко вынырнул из заката и, летел ко мне, а я снимала его на телефон и думала, что это, должно быть, знак и никак иначе. Самолеты всегда летят туда, где лучше. Самолеты — символы перемен.
По крайней мере, в моей жизни.
Я помнила самолет, который низко пролетал над нашим двором, когда моя мама вышла замуж за отчима спустя 5 лет после развода с моим отцом, когда мне было 7 месяцев.
Самолету удалось вырваться из заката. До моих ушей, наконец, донесся рокот двигателей, и я высунулась в окно с телефоном в руке, чтобы снять то, как он пролетает над домом.
Был ли этот самолет действительно знаком перемен или это было мое предчувствие? А может быть, это было мое желание — изменить жизнь?
Я не знала.
Через несколько дней мне купили новый велосипед на мой 7 день рождения, с него всё и началось. Он не обычный. С ним многое связано. Жёлтого цвета, с черными полосками и белым фоном на раме на котором чётко написано «KELTT». Я долго всё никак не могла научиться ездить на нём, и решила бросить, впервые сдатся. Я слезла с велосипеда и пошла по ступенькам крыльца к двери дома. Но встала вступор. Мне послышалось:
- Стоять! Вернулась и села обратно! - сказал не знакомый и не известно от куда голос.
Я испугалась,так как никогда с таким не сталкивалась.
- Кто?Где? - переспросила дрожащим голосом я.
Мне ответили только через минут 3.
- Это я, я тут - ответил мне голос.
Тогда же я поняла,что голос слышатся с велосипеда.
Стало страшно.
- Ты кто? - спросила я.
- Я..Келт,тобот, я затачен в велосипед,но щас могу выбраться так как велосепед купили - ответил он.
Я встала,в ещё больший ступор,так как знала раннее,кто он. Мне друг рассказывал.
Несколько недель он мне помогал, учил ездить на велосипеде. И у меня наконец-то вышло, я поехала. Вместе придумали игру, которую он сам начал делать на компьютере у своего создателя.
Но вскоре он предложил мне то, от чего я не знала что и делать. Он предложил мне стать его пилотом. Я не знала, справлюсь ли я и отказалась, после этого наши пути разошлись.
А в один прекрасный день мы переехали в другую страну,но дом продавать не стали. Я, Мама, Отчим и мои три сестры от него и мамы переехали.
Располагаясь в своей комнате я увидела на балконе комнаты,в небе пролетающий мимо самолёт, ещё из любимого романа,половины тиктока,а так же и моего, из романа Анны Джейн «Твое сердце будет разбито/по осколкам твоего сердца», знаю что самолёт пролетающий в небе - это символ перемен. Я вышла на балкон и стала снимать самолёт,уж слишком он красиво летел в небе.
Я случайно перевела камеру на дом напротив и поняла, что пылающий закат красиво отражается в окнах. Сниму, смонтирую, наложу музыку — и получится чудесное видео для моей страницы в Тик-токе.
Я повела камеру вправо, снимая отблески заката в стеклах. Жилой дом, в который мы переехали, был новым и находился почти в самом центре города в молодом районе, неподалеку от моей школы. Дома располагались так близко друг ко другу, что можно было перекрикиваться.
Камера поплыла вправо. Еще правее, еще… и я наткнулась на один из балконов прямо напротив меня и… замерла от неожиданности.
На этом балконе стоял парень с широким разворотом плеч. Он был в черных штанах и жёлтой толстовской. Высокий, волосы цвета шатен, симпатичное лицо. По крайней мере, — между нашими домами было метров пятнадцать или чуть больше. Камера увеличивала, но не настолько, чтобы можно было рассмотреть детали.
Наверное, нужно было спрятать телефон, но я не смогла остановиться не делать этого. Просто стояла и смотрела на него через экран телефона, и было такое ощущение,что я его где-то видела.
Почему он такой классный? Кажется, на прессе есть кубики, а на руках — накаченные мышцы. Наверняка сильный.
На балконе неожиданно появилась светловолосая девушка. Она была в клетчатой рубашке, которая прикрывала ей бедра. Судя по всему, рубашка была мужской и принадлежала парню. И потрясающе смотрелась на девушке — так, как в романтических фильмах, когда героини надевали одежду своих парней, оставаясь у них дома ночевать. Небрежно и в то же время красиво.
Парень по-хозяйски притянул к себе девушку за талию свободной рукой и обнял. Она тотчас прильнула к нему и обвила руками его плечи.
А я, прикусив губу, смотрела на них. И не понимала, почему сердце так часто колотится.
Может быть, мне захотелось на место той девушки? На закате, с красивым и сильным парнем, который влюблен в меня.
Незнакомец запустил вторую руку в длинные волосы девушки. А затем он повернулся в мою сторону и помахал рукой. Они заметили меня!
Я так испугалась, что не нашла ничего лучше, как нырнуть в комнату и затаиться у стены. Щеки горели. Мысли путались.
Боже, он все видел! Как же стыдно! И зачем я только стояла и снимала их на балконе?
Я бросилась в свою комнату, окно которой также выходило на соседний дом, и осторожно выглянула из-за шторки. Но на балконе уже никого не было. Парень и девушка ушли в дом. А я упала на кровать и, кусая губы, стала монтировать видео.
Самолет действительно был вестником перемен.
Только я об этом еще не знала.
Вечером я много раз выглядывала в окно, но на балконе так никто и не появился. А окна квартиры оставались темными.
Вечером, когда сумерки накрыли город, мне пришлось выйти на улицу — мама попросила купить кое-что в супермаркете, который находился в недалеко от нашего жилого дома. Пришлось отложить любомую книгу и одеваться.
— Сдачу себе оставлю! — крикнула я маме прежде, чем захлопнулась дверь и помчалась к лифту, думая, какое мороженое возьму. Я спустилась, пересекла двор и почти дошла до магазина, когда вдруг услышала жалобный писк.
Я остановилась и прислушалась. Писк повторился еще раз, и еще, и еще, а мне словно ножом по сердцу провели. В панике оглядевшись, я заметила коробку которая находилась рядом с мусоркой, присела рядом и открыла. В коробке лежал маленький котенок серого цвета. Совсем еще крошка. Он даже мяукать толком не умел — пищал от страха.
— Котик, кто тебя тут оставил? — прошептала я, осторожно гладя котенка. Почувствовал рядом человека, он затих и доверчиво поднял мордочку. У меня на глазах выступили слезы. — Не бойся, маленький, не бойся…
Господи, кто его выбросил? И что мне теперь с ним делать? Я очень любила животных и не представляла, как пройти мимо. Если бы я жила с одной мамой без отчима, то обязательно забрала бы его себе, даже не думая. Но сейчас это не возможно отчим не разрешит оставить котенка даже на пару дней — он говорит, что у него аллергия на шерсть. Поэтому животным в его доме не место. Ничего, закончу школу и сбегу обратно. Буду жить в своем доме.
Я убрала руку, и котенок снова запищал — испугался, что я уйду. Меня захлестнуло жалостью.
— Не оставлю тебя, малыш, — тихо сказала я, думая, как быть. Нужно напоить и накормить его. И забежать в магазин — купить на всякий случай что-нибудь против блох и глистов, у меня на карте есть деньги, которые я коплю на новый аксессуары для велосипеда. Унесу котенка домой, спрячу и буду искать кого-нибудь, кто сможет забрать.
— Я тебя заберу и будешь жить под моей кроватью, — ласково сказала я котенку, поднимая коробку. — Главное, пронести тебя мимо мамы…
— Хочешь забрать? — вдруг раздался знакомый голос за моей спиной голос. Я вздрогнула от неожиданности и едва не выронила коробку.
— Что? — резко повернулась я.
Передо мной стоял тот самый парень с балкона. Один, без своей светловолосой подружки, зато с мощным псом на поводке, который намотал на кулак. На сей раз он был в джинсах и толстовке с накинутым на голову капюшоном. И вблизи казался еще лучше, чем издалека.
Темные шатенвые волосы коротко выстриженные на висках и удлиненные сверху. Правильные черты лица: четко выраженная линия подбородка, прямой нос, высокий лоб. С балкона я этого не заметила.
В его внешности не было приторности и мягкости, скорее крутость и сила. А еще он казался выше, чем я думала. И крепче. Взрослее.
Незнакомец возвышался надо мной, как скала, уставившись в упор тяжелым немигающим взглядом — очень внимательным и взрослым. А я смотрела на него снизу вверх и не знала, что сказать.
— Я спросил — забрать хочешь? — повторил он. Голос глубокий и негромкий. Очень взрослый.
— Не знаю, — растерялась я.
— Раз не знаешь, тогда возьму я, — заявил он и вдруг отобрал у меня коробку. Повернулся и хотел было уйти. Но я перегородила ему дорогу.
— Стой! — возмутилась я. — Там котенок, отдай!
— Знаю. Или ты думаешь, я собираю коробки? — с иронией спросил парень.
— Кто тебя знает, — нахмурилась я. — Слушай, у тебя ведь пес, зачем тебе котенок?
— А тебе зачем? — вопросом на вопрос ответил он.
— У меня пса нет. Я их боюсь.Зачем они мне если я их боюсь с детства.
— Невероятный аргумент. - удивлено сказал он. Видимо ещё не встречал на своем пути тех кто боится собак.
Собака, словно услышав, что мы говорим о ней, очень внимательно на меня посмотрела и гавкнула. Котенок тотчас запищал, а парень заглянул в коробку и улыбнулся.
— Завтрак, спокойно.
— Чей Завтрак? — заподозрила я неладное.
— Его, — кивнул на пса парень. Он издевается, что ли?!
— Так, не поняла. Что ты собираешься делать с котенком? — рассердилась я. Смущения как ни бывало — только злость. Когда она на меня накатывала, я из спокойной и порою даже робкой девочки превращалась в демона, который не всегда следит за языком.
— На Завтрак пущу, не слышала? Отойди, — велел парень.
Он хотел обойти меня, но я раскинула руки по сторонам.
— Не отойду. Отдай котенка, живодерина, — заупрямилась я.
Он изогнул темную бровь.
— Ты в порядке? Отойди, сказал. Или проблем хочешь?
— Это ты, кажется, проблем хочешь, — понесло меня. — Отдай котенка, он живое существо, не игрушка. Его нужно покормить и согреть.
Парень провел костяшками по губам и вдруг склонился ко мне близко-близко — будто собирался поцеловать. От него едва заметно пахло Кока-Колой и свежестью мятной жвачки Прищурившись, он спросил:
— Не боишься?
— Кого? — фыркнула я. — Тебя? Нет.
— А стоит.
— Да ты не такой уж и страшный, — покровительственно похлопала я его по плечу, понимая, что веду себя не очень правильно.
Мышцы на его руке были стальными, и у меня в голове пронеслось, что такими руками только дрова рубить. Или разрывать на части, как Ральф.
Он приподнял бровь.
— Правда?
— да.
Я попыталась забрать коробку, однако не вышло — разумеется, он не дал мне этого сделать — сил в нем было много, но не больше чем у меня, а ума, кажется, не доставало. Котенок опять запищал, а страшный пес парня недовольно заворчал. Ему не понравилось, что к хозяину пристают.
— А ты забавная, — сказал парень с улыбки. Как будто констатировал факт. И этот факт ему не очень нравился.
— Клоуны в цирке. забавные. Я тебя по-хорошему прошу — отдай котенка! Я ему хозяев найду.
— Я уже нашел. Себя. Буду его хозяином. Отойди и больше никогда не смей меня касаться, — сказал он так, что внутри меня все похолодело. — На первый раз прощаю.
— А на второй? — дерзко спросила я.
— Второго не будет. Кей, рядом, — велел парень, сделал насколько шагов, но остановился и сказал:
— В следующий раз не пялься так в окне.
Меня словно ледяной водой окатило. Он тоже меня узнал!
— До неба не достает? — спросила я холодно. В его глазах заплясали демоны.
— Даже боюсь спросить, о чем ты, — насмешливо ответил он.
— О самомнении. Наверняка стратосферу пробило, — раздраженно фыркнула я.
— Лучше пробивать стратосферу, чем дно, да, девочка?
— Какая я тебе девочка? За языком следи, пожалуйста, мальчик.
— За моим языком и ты неплохо следила с балкона. Извини, такие, как ты, не в моем вкусе.
— Можно подумать мне такие как ты нравятся, — обозлилась я.
— Выложишь фото со мной в сеть — попрощаешься с телефоном. Я предупредил. Только для личного пользования. Наслаждайся.
Это было сказано так уничижительно, что я сжала кулаки. А он пошел к своему подъезду с моим котенком. Даже не обернулся ни разу, зараза. И что толку, что классный? Характер просто ужас, а уж самодовольства сколько! Надеюсь, котенку он ничего не сделает.
— Я буду за тобой следить! — выкрикнула я ему в спину. — Что-нибудь сделаешь с котенком, тебе крышка, придурок!
Не дожидаясь, пока он повернется, я бросилась в сторону магазина.
Вернувшись домой, я первым делом пошла в свою комнату и наклеила на окна три листа формата А4 на окно. На каждом — по слову, которые складывались в короткую фразу: «Отдай котаенка, Грамадина!» Пусть знает, что я за ним слежу. И не расслабляется.
Я думала о нем весь вечер — за ужином, в душе, даже в кровати. Несколько раз вставала и проверяла окна — света в них не было.
Засыпала я с мыслью не о том, что завтра первое сентября, а о том, что, возможно, в этой квартире живет не он, а его девушка. И это почему-то меня расстраивало.