Глава 4. Эрик
Четыре страха? Серьезно?!
Когда Амар заявляет об этом на всю столовую, мне хочется свернуть шею парню, который стоит рядом с ним.
Поверить не могу, что какой-то убогий Стифф почти ничего не боится. Жаль я не видел, как он проходил симуляцию. Наверняка корчился и вопил, или что там все остальные делали? Я все прошел безупречно. Но кто бы об этом вспомнил! Теперь остается только криво улыбаться и делать вид, что чужие успехи меня не задевают.
Я расправлюсь со всем этим позже.
Рядом с новоназванным "Четыре" стоит еще один человек, с которым хочется покончить раз и навсегда, от которого я собирался абстрагироваться, но не вышло.
"Идеальная" Лорен Тейлор. Эталон преданности идеалам собственной фракции - как оказалось, не такой уж и эталон, - стоит рядом со Стиффом и с неподдельной улыбкой хлопает в ладоши. Если бы этот парень не помог ей тогда, на платформе, была бы она сейчас здесь? Возможно. С самого детства была упрямой до невозможности...
Это мерзкое, раздражающее напоминание мне о том, что я недостаточно хорош. Не так идеально вписывался в собственную фракцию, как она вписывалась в свою.
Но теперь это поправимо. Я был прав - она зря в это влезла. Понятия не имею, что ею движело, когда она решила покинуть Искренность - хотя знать, честно говоря, хочется. Но ей точно не стоило идти в Бесстрашие. Идеальная, изящная и высокомерная - она не выдержит инициацию и сломается. А если не сломается сама, то ей здесь легко помогут. Даже без моего участия.
- Эй, ты же Эрик, верно? - кто-то хлопает меня по спине и я оборачиваюсь. Рядом стоят парни, на вид абсолютно одинаковые - бледные, со взлохмаченными волосами, в одинаковой черной одежде. Близнецы. Я поднимаю брови.
- Да.
Тот, что стоит слева, ухмыляется и протягивает мне руку.
- Адам. А это Дункан, - он кивает на брата, но тот вместо рукопожатия несильно бьет меня кулаком в плечо.
- Это было круто, - говорит он с такой же ухмылкой. Близнецы в наше время редкость, и мне странно смотреть на их одинаковые лица, мимику и жесты. - В пейзаже страха. Кто бы мог подумать, что эрудит так легко справится! Лучше чем большинство бесстрашных.
Я самодовольно расправляю плечи.
- Это было... необычно, - признаюсь я. - Никогда не сталкивался с такими симуляциями.
- Ну, теперь столкнешься еще не раз, - замечает Адам и кивает на стол в самом центре Ямы. Там сидят еще трое неофитов - бесстрашных и стифф. Я иду туда вместе с близнецами.
Дункан садится напротив меня и заявляет:
- Эти пейзажи страха - что-то с чем-то. Думал, из своего не выберусь.
- Разве вы раньше их не проходили? - недоверчиво спрашивает стифф. У меня тот же вопрос.
Адам фыркает.
- Нет, конечно! Это привилегия инициированных. "Почувствуй все на собственной шкуре - и только потом станешь мужиком", - он явно кривляет чьи-то слова.
- О, мой папа так тоже говорит! - вставляет девчонка, которая сидит рядом с Четыре. Я ее знаю - это Шона. Я не могу сдержать смешок.
- Тебе говорил? Разве ты не...
Я не заканчиваю и выразительно киваю на ее грудь. Она закатывает глаза:
- Он всегда мечтал о сыне. А получились мы с сестрой.
- Ясно. И какие страхи надо пережить тебе, чтобы почувствовать себя мужиком?
- Ну, давай подумаем, - она хмурится и начинает загибать пальцы. - Страх смерти. Страх высоты. Страх иголок. Страх упасть в бочку с кислотой. Страх утонуть в болоте. Страх потерять близких...
Она запинается и вздыхает.
- В общем, до "настоящего мужика" мне еще работать и работать.
Близнецы хохочут, а Шона спрашивает:
- А ты, умник? Чего боишься?
Я выбираю самые стандартные страхи.
- Пауки. Змеи. Темнота. Удушье. Неконтролируемое падение...
- Падение! - восклицает парень, назвавшийся Зиком, и ухмыляется. - Так ты тоже боишься высоты?
- Нет, бесконтрольного падения, - поправляю я. - Это разные вещи. Не вижу смысла бояться высоты, пока есть, куда упереться ногами.
Краем глаза я замечаю, как напрягся Четыре.
- А ты у нас герой дня, стифф, - я обращаюсь к нему и понимаю, что не могу убрать издевку из голоса. Он смотрит прямо на меня. - Четыре страха - впечатляет. Хотя сразу после симуляции выглядел так, словно готов был все бросить и убежать к мамочке.
Он так резко меняется в лице, что я даже не ожидал от него.
- Меня зовут Четыре, - говорит он ровным голосом, но его кулаки так крепко сжаты, что я четко осознаю - он хочет врезать мне. - А еще раз назовешь меня стиффом или заговоришь о моей матери - пожалеешь.
Я закатываю глаза и отворачиваюсь. Он может стать помехой, со своими четырьмя страхами. Посмотрим, что можно с этим сделать.
- Знаете, кто меня еще впечатлил? - вклинивается Адам. Он задумчиво стучит себя вилкой по подбородку и кивает на соседний стол.
Мы оборачиваемся, и я снова чувствую бесконтрольную злость когда вижу, на кого он указывает.
- Лорен? - спрашивает Четыре с сомнением. Мне становится интересно. Я ушел раньше ее симуляции и не пойму, что его так смущает.
- Да нет, - отмахивается Адам. - В смысле, она конечно впечатляет сама по себе, - они с братом переглядываются и обмениваются многозначительными ухмылками. Мне вдруг хочется съездить каждому из них по роже. - Но я говорю о ее соседке. Та дружелюбная справилась довольно быстро. На удивление.
- Да, - кивает Дункан, - А у этой вашей Лорен в симуляции явно что-то не задалось.
- А что случилось? - обеспокоенно спрашивает Шона.
- Ооо, - протягивает Дункан и картинно передергивает плечами. - Она так орала, словно из нее дьявол выходит. Амару пришлось остановить симуляцию и отпустить ее.
- Зато глянь, какая сейчас, - Адам подталкивает брата локтем. - Похоже, уже пришла в себя.
Они переглядываются, а потом без лишних слов разыгрывают ее на пальцах. Побеждает Адам и торжествующе вскидывает в воздух кулак.
- Я бы на вашем месте сильно не обольщалась, - фыркает Шона.
- Это еще почему? - возмущается Адам.
- Потому что она не из тех, кто легко подпускает к себе кого-попало.
- Ты откуда знаешь? Вы что, подруги?
- Можно и так сказать. Вместе ходили на математику и историю фракций, - Шона пожимает плечами и вдруг кивает на меня. - Вот Эрик ее хорошо знает, да?
- Ану-ка, - оживляется Дункан и с усмешкой подается вперед. - Расскажи подробней.
- Мы дружили в детстве, - отрезаю я. - Это все.
- Да ладно! И что, ты никогда не пытался...
Шона заливается смехом, а я отталкиваю от себя тарелку, чтобы не запустить ее кому-то в голову, и говорю прямо:
- Не "пытался", и не собираюсь. Она самодовольная, самовлюбленная стерва, каких поискать, а тратить на таких нервы и время - себе дороже.
- Мне она не показалась стервой, - негромко замечает Четыре.
- Потому что ты ее плохо знаешь, - огрызаюсь я.
- Ты вроде как тоже плохо ее знаешь, - ухмыляется Адам. - Вы же давно не дружите.
- Ладно, - я пожимаю плечами, разворачиваюсь и зову как можно громче. - Эй, Тейлор!
Она оборачивается и пытается найти источник звука. Сначала хмурится, но потом видит за нашим столом Шону и своего нового отреченного дружка. Берет с собой девчонку из Дружелюбия и идет к нам.
Обратиться к ней я могу только после того, как она перезнакомится с близнецами, Зиком, обнимет Шону и представит всем Мию.
- Скажи им, как я к тебе отношусь, - говорю я прямо, махнув рукой на неофитов.
- А как ты ко мне относишься? - ухмыляется она.
- Ты прекрасно знаешь.
- Да, я его раздражаю, - она пожимает плечами. - Знаете, как это бывает. Детская дружба проходит, характеры меняются... Вот я, например, значительно улучшилась. А Эрик...
- Что я говорил, - не без самодовольства замечаю я.
- Значительно поумнел, - заканчивает Лорен, прищурившись. - Мне понравилось, как ты прошел пейзаж страха, - серьезно добавляет она. - Очень... впечатляюще.
Что-то в ее взгляде заставляет меня воздержаться от комментариев по поводу ее пейзажа страха.
- Я говорил тоже самое! - восклицает Дункан. - Мой тест прошел не так гладко, как у этих двоих, - он кивает на меня и Четыре, и мы невольно переглядываемся.
- Миа тоже серьезный игрок, - замечает Лорен и подталкивает дружелюбную локтем. - Давай, расскажи им.
Я вместе со всеми слушаю, как она отбивалась от похитителей и как притворялась мертвой, чтобы змеи решили, что она не представляет угрозы. Это не помешало им искусать ее, смеется Миа, но зато симуляция на этом закончилась.
Я слушаю ее и думаю, к чему такие сложности. Вспоминаю, как мои собственные змеи превратились в черные цепи, просто потому что я приказал им сделать это. Как эти цепи начали душить меня, и как хватило всего одной мысли, чтобы избавиться от них, превратив в веревочную лестницу, которая помогла избежать падения. Пусть у меня чуть больше четырех страхов, но справляюсь я с ними куда легче.