единственной
«Музыка - моё убежище. У неё есть сила перенести меня в другой мир.»
Яша Хейфиц*
-------------------------
мне снилась ты в Карнеги-Холл, где Моцарт
вдыхал и выдыхал надрывно соль-минор.
я чувствовал - в прикосновеньи рвётся
зародыш струн во мне от исповеди нот.
ты шла вдоль кресел, по изгибам множась
в скульптуре скрипки и обличии смычка,
а звук срастался, как вторая кожа,
пройдя насквозь - и выходил за берега.
мне снилась ты и скрипка оживала,
к рукам тянула руки, ластилась к груди.
я не на сцене - будто, среди зала,
и вот - не скрипка у меня в руках, а ты.
твои черты движением ложились
в штрихах смычка - как остриём резца -
по нежным срезам тонких сухожилий,
по плавным линиям изящества лица.
мне снилась ты - дыханием вне тела,
в потоке света, в благоговеньи терций,
что в сгибе грифа повтореньем зрело
и в пульсе сердца, и частотою в герцах.
я скрипку вёл не нотами - душою,
отыскивал тебя по натяженью струн.
я был тобой, ты становилась мною,
то единясь, то распускаясь по ветру.
сон выцвел - в складках простыней и пальцев,
но ты - во мне, и эхом на конце пера
идёшь строкой, и на волне вибраций
тебе пишу мой сон,
где Ты,
Карнеги-Холл,
и Я.
------------------------------
* Авторская фантазия - письмо, которое могло бы быть написано.
По легенде среди неопубликованных бумаг Яши Хейфица (один из величайших скрипачей XX века, виртуоз, чья техника и глубина интерпретации сделали его легендой мировой сцены),
относящихся к 1940-1950-м годам,была обнаружена серия писем без адресата.
Их стиль - исполненный музыкальной тишины и нежности.
Предположительно, они адресованы женщине, которую сам Хейфиц называл
«единственной, кто слушала - без аплодисментов».
«Ты спрашиваешь, как звучит одиночество?
Как диез, которого не сыграли.
...и потому я играю только тебе...»