glow.
— Чанни-хён, — жалобно скулит Феликс, — ну пожалуйста, — протягивает последнее слово парень и виснет на руке старшего.
— Феликс, — тяжело вздыхает Бан, — нет! — коротко и ясно.
— Ну хён, — Ли дует губы и жалобно смотрит на старшего, — мы так давно не отдыхали.
— Ты хотел сказать «не пили»? — Чан скептически изогнул бровь.
— И это тоже! А теперь и повод есть!
Надо сказать, что в упорстве Ли нет равных. Если он чего-то захотел, то он это получит всеми правдами и неправдами. Надувшись словно шарик, Феликс убежал в другой номер и вернулся уже с Хенджином и Минхо.
—Три-четыре! — скомандовал Ликс и ребята хором произнесли:
— Ну Чанни-хён, мы так устали! Давай отдохнем.
Сказать, что Чан был в шоке — ничего не сказать. Такие слова в трио-исполнении он слышал впервые, а «Чанни-хён» из уст Минхо звучало вообще как угроза жизни!
— И что вы хотите? — Бан тяжело вздохнул. — Безбожно напиться?
— Нет, — опровергнул его слова Феликс, — культурно выпить.
Глаза младшего горели так, словно он маленький мальчик, который выпрашивает у родителей игрушку, о которой он давно мечтал. И Чан думал о том, что это нездорово, когда парень, который сам по себе еще ребенок, выпрашивает таким образом алкоголь. Возможно, когда-нибудь у Феликса разовьется алкоголизм, и Бан искренне надеется, что это произойдет к старости — не раньше. Однако сейчас он понимает, что отказать им не получится, и он проклинает себя за то, что в некоторых ситуациях, когда дело касается просьб от его мемберов, он становится заботливой мамочкой и не имеет никаких моральных и физических сил для того, чтобы воспротивиться и сказать твердое «нет». Слишком уж он их любит.
— Хорошо, — тяжело вздыхает Чан, — только давайте нормально, — сделав акцент на последнем слове, он потер переносицу.
— Ура! — закричал Феликс и понесся в сторону комнаты.
— Чанбин, доставай мои запасы!
На это высказывание, Бан только и смог что открыть рот в удивлении. «Ну, хоть запасы Феликса поредеют», — подумалось ему, однако он был совершенно не уверен в том, что запасы Ли иссякнут, и какого хрена у него, собственно, есть запасы, когда они вообще находятся в другой стране — непонятно.
***
— Хан-и, ты явно перебрал, — смеялся Минхо, заводя младшего в их номер. Ребята решили пить за успешное начало своего тура, что увенчалось тем, что весь макнэ-лайн был просто убит в хлам, так как пить они совершенно не умели, а хотелось очень сильно. Но еще больше был убит Чан. Горем. Потому что пока он решал какие-то заморочки с менеджером, никто, в общем-то, как и всегда, за Чонином не следил, и как итог — самый младшенький обнимался с унитазом, а Чан сходил с ума, думая, как же привести Яна в чувства.
— Нет, хён, я не перебрал, — Джисон мотал головой из стороны в сторону, смешно выпучив глаза.
— Я опьянен любовью!
На это высказывание Минхо улыбнулся, но слышать подобное ему было приятно. Отношения с Джисоном стремительно развивались и парни проводили каждую свободную секунду вместе, даже если это были упорные тренировки или обычный сон. "Вы прямо как неразлучники", — все время подшучивал Хёнджин.
И это никак не задевало ни Хана, ни Минхо. Им нравилось быть вместе, и то, что говорят другие, их не волновало. Да, в общем-то, никто ничего и не говорил. Просто приняли данный факт. Все равно не впервой с такой ситуацией сталкиваются — уже привыкшие.
— Давай ложись, опьяненный мой, — произнес Ли, укладывая Джисона на кровать. В этот раз номер был двухместный, но парни, как только начали располагаться — сразу же сдвинули кровати.
— Уже лежу, — Хан раскинулся в форме звезды, устремляя свой взгляд в потолок. Мозг был затуманен алкоголем, а на душе легко-легко, из-за чего ощущение счастья усиливалось в сто крат.
Тем временем Минхо решил переодеть Джисона, чтобы тот не спал в одежде, в которой валялся на полу в номере Чана. Сначала ему пришлось попотеть, чтобы стянуть с младшего кеды, потому что завязывал он их как-то уж слишком замудрено и Ли не мог найти наконечники шнурков. Как оказалось на деле — они были просто заправлены и даже не завязаны. Закатив глаза, Минхо сразу же стянул с парня носки, кидая их в сторону. Забравшись выше, он начал расстегивать на Хане рубашку. Пуговица за пуговицей он оголял такие любимые участки тела. Не удержавшись, он слегка пробежался пальцами по оголенному торсу младшего, слегка поцарапав кожу.
В этот момент Джисон будто бы очнулся от какой-то своей эйфории и подорвался, посмотрев на Минхо глазами, которые были темнее обычного на несколько оттенков, что не могло не завораживать Ли. Шумно сглотнув, старший наблюдал, как Хан приближается к его лицу и, наклонившись к самому уху, еле слышно шепчет:
— Могу я кое-что попробовать... хён?
Минхо не знает, как реагировать на подобное заявление. Джисон выглядит слишком, чересчур соблазнительно. Возможно, это будет полнейшим безумием с его стороны, но Минхо кивает, давая Хану полную свободу действий.
— Замечательно, — практически мурчит Джисон, меняясь местами с Ли.
Хан действует быстро и ловко, несмотря на то, что довольно-таки пьян, безошибочно находя ремень старшего, расстегивая его. Минхо с замиранием сердца наблюдает и, кажется, даже не дышит, так его завораживает смелый Джисон, который не краснеет и жмется, а действует уверенно. Ловкие пальцы расстегивают ширинку и извлекают пуговицу из петельки. Ли уже, кажется, можно вызывать реанимацию, потому что дальше Джисон высвобождает полувставший член, и смотрит на него, собрав глаза в кучу, будто никогда ничего подобного не видел, а после слишком, максимально пошло облизывает губы и причмокивает ими. Это возбуждает.
В это же мгновение Хан приближается и слишком резко — Ли не успевает заметить когда — проходится языком от основания члена к уздечке, вызывая у старшего сдавленный стон. Легко улыбнувшись, Джисон решает, что он точно на верном пути, и проходится влажным и горячим языком по головке, кончиком делая круговые движения.
Минхо реагирует бурно, прикрывая глаза и закусывая губу, поглаживая младшего по голове, старается сдержать стон, что отлично получается. Но Хан решает не останавливаться на достигнутом и берет в рот настолько, насколько может, обильно смачивая член слюной.
Минхо давится вдохом и забывает, как дышать. В голове не укладывается, что его милый и трепетный Джисон сейчас вытворяет такое. Ощущения от этого только обостряются, и, когда Хан поднимает на старшего свой развратный взгляд, Минхо понимает, что все, они оба окончательно пропали.
Джисон с пошлым причмокиванием выпускает член изо рта, слегка дуя на головку и, обхватив его пальцами, снова берет, на этот раз уже во всю длину, расслабляя горло. Немного попривыкнув, он начинает активно двигать головой, а еще через какое-то время втягивать щеки. А Минхо от этого окончательно едет крышей и вскидывает бедра навстречу, не сдержавшись.
Хан постанывает, от чего можно сделатьвывод, что ему вполне нравится заниматься подобным делом, что не может не радовать.
— Хан-и, — стонет Ли, комкая уже снова светлую шевелюру парня, — можно мне?
Джисон стонет что-то в ответ, что, как понял старший, приблизительно означает согласие и начинает вбиваться в горячий податливый рот самостоятельно. Хан покорно принимает, усердно работая языком, не разрывает зрительного контакта с Минхо.
— Я сейчас... — предупреждает Ли, но Джисон не дает ему отстраниться, хватая за бедра и заглатывает до основания. Струйка спермы ударяет прямо в горло и Хан покорно ее проглатывает, отстраняясь от старшего.
— Приятного мне аппетита, — произносит Джисон, счастливо улыбаясь, и укладывается на кровать лицом в подушку, практически сразу засыпая, оставляя Минхо полностью в растерянных чувствах.