Глава 68. Подстава.
Ошеломлённый, Хэ Ань застыл на пару секунд, затем крикнул, начав выворачиваться из объятий:
- Отвали!
Альфа замер, будто поражённый парализующим заклинанием. Не веря ушам, он принюхался к Хэ Аню — и тут же отпрянул, как будто его ударили током.
Щёлк...
Зажёгся свет.
Хэ Ань приподнялся на локтях и увидел Альфу, который, прижавшись к стене в дальнем углу комнаты, настороженно наблюдал за ним.
Альфа был невероятно высоким — под два метра, с мощной фигурой, широкими плечами и выдающейся грудной клеткой. Его квадратное лицо с грубыми чертами выглядело устрашающе даже в спокойном состоянии — то ли разбойник, то ли бандит. Но интуиция подсказывала Хэ Аню, что в душе этот человек не был злым.
— Ты кто? — первым нарушил молчание Альфа.
— Я хозяин гостиницы, — Хэ Ань всё ещё приходил в себя после испуга. — Мне позвонили, сказали, что в ванной не выключили воду.
Хэ Ань открыл дверь ключом (альфа действительно слышал звук открывающегося замка), поэтому объяснение казалось вполне логичным и развеяло подозрения незнакомца.
Осознав свою ошибку, мужчина сразу расслабился и смущённо пробормотал:
— Прости, я думал, это пришел мой Омега... Я хотел сделать сюрприз... Выпил пару бутылок вина, чутьё притупилось, не распознал запах...
Оказалось, всё это было просто недоразумением.
Но как же страшно!
Хэ Ань покачал головой, давая понять, что не держит зла, и попытался подняться с кровати. Однако от сильного удара у него свело спину — он скорчился от боли и снова рухнул на матрас.
Альфа тут же подскочил помочь:
— Ты в порядке?
— Да... вроде...
Покраснев, Хэ Ань начал разминать поясницу, пока мышцы наконец не расслабились. Он слабо улыбнулся:
— Ты так рьяно бросаешься на людей... Даже если бы это был не я, другому тоже было бы больно... Твой Омега что, из стали сделан, чтобы выдерживать такие броски?
Альфа смущённо почесал затылок:
— Извини, я просто перевозбудился. Очень соскучился.
Хэ Ань огляделся. На тумбочке действительно стояло дорогое шампанское и бокалы в форме тюльпанов, а на подушке красовалось сердце из жёлтых роз — видно было, что подготовился мужчина основательно.
Грубый снаружи — нежный внутри?
Тронутый, Хэ Ань поспешил сказать:
— Всё в порядке, это просто недоразумение. Может случиться с кем угодно. Раз у вас здесь назначена встреча, я лучше пойду — а то ещё встречу вашего Омегу по дороге, он подумает невесть что, и все приготовления насмарку.
— Ага, спасибо.
Альфа улыбнулся жутковатой улыбкой мафиози, требующий долг. Но в его движениях чувствовалось джентельменство: мужчина открыл перед Хэ Анем дверь и слегка поклонился, как хорошо обученный телохранитель.
Хэ Ань попрощался, быстрым шагом вернулся в гостиную и положил ключ от 103-го номера обратно в ящик. Как раз в этот момент игроки в "Мафию" заканчивали очередной круг обсуждений — ничего важного он не пропустил. Хэ Ань продолжил вести игру, лишь изредка потирая ушибленный бок.
Он не мог забыть того грозного на вид, но такого преданного своему любимому Альфу и тайком прислушивался к происходящему снаружи, надеясь увидеть, когда придет его Омега. Ему было любопытно узнать, как тот выглядит. Но даже когда гостиная опустела, а на веранде остались гореть лишь несколько фонарей, в 103-й номер так никто и не вошел.
- Наверное, я просто не заметил. Ну и не важно, — подумал Хэ Ань.
Он задернул шторы, принял душ, надел пижаму и улегся спать, обняв сонную дочурку.
На следующее утро Хэ Ань играл с Ландышем на маленьком пианино в гостиной, когда кто-то пришел сдавать ключ от 103-го номера. Однако это был не тот Альфа, который его по ошибке обнял, и даже не Омега. Это почему-то оказался молодой спортивный Бета с черным туристическим рюкзаком.
Хэ Ань, недоумевая, осторожно поинтересовался:
- Вам хорошо спалось прошлой ночью?
- Э-э... Да, прекрасно, просто замечательно... — гость нервно закивал, его улыбка выглядела наигранной.
Хэ Ань хотел спросить про кран в ванной и Альфу, но после раздумий решил не поднимать эту тему. Он вернул гостю депозит, вежливо вручил бутылку воды и леденец со словами: «Будем рады видеть вас снова».
Когда гость ушел, Хэ Ань пошел убирать 103-й номер. Шампанское исчезло, цветы тоже. Кровать была аккуратно заправлена, в воздухе едва улавливались следы феромонов, но не было никаких признаков ночи страсти.
«Видимо, его Омега так и не пришел», — с грустью подумал Хэ Ань.
Одни в этом гостевом доме находили любовь, другие — теряли. Хэ Ань не мог вмешиваться в чужие жизни, оставаясь лишь наблюдателем.
Последующие дни прошли спокойно.
Чжэн Фэйлуань продолжал ежедневно угощать Ландыша пирожными, а она в ответ неизменно заявляла: "Ты мне не папа!". Чэн Сю и Дай Сяо наконец-то прошли "Адскую кухню" до конца и теперь пытались получить три звезды на всех уровнях. Се Янь их больше не беспокоил, усердно поддерживая свой образ "идеального кумира" в сети и перед журналистами.
В соседней гостинице "Счастливая Рыбка" хозяева завели второго корги. Смешной неуклюжий щенок в первый же день лишился своего лакомства — Шестьсот Шестой нагло утащил у него кусочек вяленого мяса и, забравшись на крышу, неспешно трапезничал, пока несчастный малыш тщетно пытался допрыгнуть до него, яростно лая от возмущения.
Ландыш получила подарок от Янь Нина — бумажную вертушку. Увидев ее во время видеозвонка на дереве, она не могла оторвать восторженного взгляда. Янь Нин не устоял и отправил игрушку внучке.
Ландыш не расставалась с вертушкой, целыми днями завороженно наблюдая, как она крутится.
"Фу-у-ух!" — и вертушка раскручивалась, переливаясь яркими красками.
Гостиница «Цингуо» стояла у самой реки, и с наступлением тепла появились комары. Ландыш, вся покусанная, капризничала от зуда. Хэ Ань, видя, что солнце уже клонится к закату, решил, пока лавки еще открыты, сходить с ней на рынок за ароматическим мешочком от насекомых.
Ландыш ни за что не соглашалась оставить любимую вертушку, и взяла ее с собой, гордо демонстрируя всем встречным — даже собакам, и кошкам.
Сегодня рынок был необычно оживленным, даже к вечеру толпа не рассасывалась. Туристы в Луотане обычно делились на два типа: семьи, приехавшие полюбоваться природой, и молодежь, интересующаяся Городом Кино. Судя по окружающим лицам, сегодня преобладали последние.
"Наверное, недавно начались съемки нового сериала с популярными актерами, вот и собрались фанаты", — предположил про себя Хэ Ань.
Остановившись у лотка с сувенирами, он выбрал маленький розовый мешочек с мятой и полынью за двенадцать юаней. Расплатившись и привязав его к запястью, Хэ Ань собрался уже было идти домой, потому что ему не очень нравилось находиться в толпе, но в этот момент кто-то резко схватил его за руку.
Хэ Ань обернулся. Перед ним стояла коротко стриженая девушка лет двадцати в джинсовом сарафане. Она облизывала губы, демонстрируя тигриные клычки, и смотрела на Омегу надменным, недружелюбным взглядом.
- В чем дело? — растерялся Хэ Ань.
Девушка не ответила, лишь крепче сжав его руку. Она достала телефон, разблокировала его и начала сверять лицо Хэ Аня с чем-то на экране, с важным видом таможенника, проверяющего документы. Затем набрала номер и, нарочито громко, чтобы привлечь внимание окружающих, сказала:
- Алло? Цель обнаружена. Не в гостевом доме, а на Мельничной площади. Пусть вся группа направляется сюда. Да, я уверена.
Как она и рассчитывала, после этих слов на Хэ Аня обрушились десятки любопытных и осуждающих взглядов, сопровождаемых шепотом, который становился все громче.
Хэ Ань не понимал, что происходит, но почувствовал опасность. Прижимая к себе Ландыша, он громко сказал:
- Я вас не знаю! Немедленно отпустите меня!
"Папа..." — испуганно прошептала Ландыш, крепче прижимая к груди свою драгоценную вертушку. В ее глазах читались страх и обида.
Луотан — городок небольшой. Уже через пару минут со всех концов к Мельничной площади начали стекаться люди. Вместе с теми, кто уже был на рынке, они плотным кольцом окружили Хэ Аня.
Большинство пришедших были молодыми Омегами и Бетами — парнями и девушками, объединёнными одним: в их взглядах читались убийственные намерения.
На Хэ Аня и Ландыша оказались направлены камеры нескольких десятков телефонов, вспышки слепили глаза. Прохожие, не понимая ситуации, спрашивали, что происходит, но в ответ слышали лишь:
— Ловим лисицу!
— Но у него же ребёнок... — пробормотал кто-то.
— Ну и что? — девушка с визгливым голосом язвительно парировала. — Это просто шлюха со стажем!
Толпа начала распаляться. Какой-то парень, глядя так, будто Хэ Ань убил его отца, пробился вперёд и выплеснул на него содержимое бутылки с водой.
Ледяная жидкость окатила отца и дочь.
Ландыш, пытаясь протереть глаза, вдруг обнаружила, что ладошка пуста — вертушка пропала.
В панике она огляделась и увидела свою драгоценную игрушку на земле, уже помятую.
— Папа...
Она хотела попросить папу поднять её, но толпа внезапно сомкнулась вокруг. Чья-то нога грубо наступила на вертушку, затем ещё одна...
Губы малышки задрожали, нос и глаза покраснели.
— Эй, ты чего?! — раздался резкий окрик.
Хэ Ань с удивлением увидел, что кричит та самая девушка, что первой схватила его. Но её цель была явно не в том, чтобы защитить его от издевательств.
— Всем успокоиться! — скомандовала она и важно выпрямилась, беря на себя роль лидера. — Включите камеры! Записывайте всё! Я знаю, вам всем обидно за Янь-Яня, но драться — нарушение закона! Мы — культурные фанаты, и будем цивилизованно осуждать, без насилия!
Многие закивали, толпа отступила на полметра.
— Наш Янь-Янь и так страдает! — продолжала она. — Любите его, не усугубляйте ситуацию! Только он имеет право решать, что делать с этой шлюхой! Наша цель — показать: разлучникам нет прощения!
Ораторствовала она, будто генерал перед войсками накануне битвы. А её «войско» одобрительно подвывало, жаждая расправы над врагом.
Их император и бог — Се Янь.
Теперь Хэ Ань все понял.
Се Янь вовсе не отказался от Чжэн Фэйлуаня.
Проиграв словесную дуэль в переулке, он выбрал грязную тактику — вынудить Хэ Аня под давлением толпы покинут город.
Ландыш, дрожа, вцепилась в его одежду.
— Не бойся, — тихо и твердо сказал Хэ Ань, гладя её по голове. — Папа тебя защитит.