Глава 13.
❗Внимание❗
В этой главе присутствует подробное описание самоповреждения. Читайте с осторожностью. Ни в коем случае не повторяйте. Любите себя ❤️
Pov Тильда.
Я сидела на последнем уроке, бесцельно чертя узоры на полях тетради. Джейсон сидел рядом и, судя по его периодическим вздрагиваниям, боролся со сном. Мысли о Саки крутились навязчивой каруселью. Завтра уже танцы, а он всё не объявился.
"Зачем тогда приглашал?..."
И хотя Джейсон, как обычно, пытался поспорить со мной насчет лицемерности Саки, где-то глубоко внутри теплилась глупая надежда - вдруг это просто неудачная шутка? Но с каждым днем эта мысль становилась всё призрачнее. Не могла поверить, что он просто взял и исчез.
"Даже если я его обидела - почему нельзя было сказать прямо? Я бы извинилась... Или дело не во мне?"
Возможно, с ним что-то случилось. Но как проверить? В сети не появляется, номера его нет, а если бы смогла дозвониться - вряд-ли смогла бы сказать что-то внятное. Тяжело говорить, когда не видишь глаз собеседника - зеркала души. Без них любое слово кажется фальшивым.
Я сжала карандаш в руках. Нужно было действовать. Оставить его одного в таком состоянии я не могла. Даже если он оттолкнет меня - хотя бы узнаю правду.
"Если ему действительно плевать... тогда..."
Горло сжалось от такой мысли. Возможно, правда принесет мне облегчение. А может станет только больнее. Но одно я знала точно - бездействие ничего не изменит.
Я мельком обернулась назад. За спиной сидела одинокая Николь. Поймав её поникший взгляд, в голову тут же пришла нелепая и отчаянная идея: узнать у неё адрес Саки и нагрянуть без предупреждения. Телефон можно проигнорировать, но стук в дверь... От этого никуда не деться.
Наконец прозвучал долгожданный звонок, резкий, продолжительный, будто разрывающий последние мучительные секунды урока. Мы с Джейсоном вышли из класса, сливаясь с шумной толпой, но его шаг внезапно замедлился, когда я свернула с привычного маршрута. Он остановился, чуть наклонив голову, и я почувствовала его взгляд у себя за спиной.
- Джей, иди сегодня без меня, у меня еще дела есть.
Я не обернулась, но знала, что он нахмурился. Он всегда так делал, когда что-то его беспокоило.
- Это какие? - голос его звучал спокойно, но в нем проскальзывала нотка недоверия.
Если скажу правду, начнет отговаривать. Но врать не имело смысла - Джейсон всегда чувствовал ложь.
- Мне нужно зайти к Саки.
Я сжала руку в кулак, предвидя его реакцию.
- И нахера?
Я наконец обернулась. Джейсон стоял, скрестив руки, глаза узкие, как щели.
- Тиль, думаешь, после того, что он тебе высрал, всё будет хорошо?
- Я хочу попытаться. Да и толстовку вернуть надо.
- Тиль, я пойду с тоб...
- Джей... - перебила его я, чуть резче, чем планировала. - Ты всё заруинишь.
Он тяжело вздохнул, а его руки сжались в кулаки так, что побелели костяшки.
- Просто... - он замялся, словно подбирал слова. - Будь осторожна. И не надейся на лучшее.
В ответ я лишь отмахнулась, обняла его на прощание - крепко, на секунду дольше, чем обычно - и побежала за Николь.
Общаться с ней после откровений Саки было противно - как глотать теплую газировку или наступать босыми ногами в жеваную жвачку. Но страх улетучился, стоило мне вспомнить, как он говорил о её безразличии. Что-то внутри сжалось - не страх, скорее злость. Так хотелось защитить его, помочь, что было уже плевать, что может сделать эта блондинка.
- Николь! - уверенно окликнула её я.
Она тут же обернулась, медленно, как хищник, уловивший свою жертву:
- Тобі чого? - сладко протянула она, но в глазах читалось раздражение.
- М-мне... - голос предательски дрогнул. Как бы я ни была уверена в себе, стоило только заговорить, как ладони тут же вспотели, а по спине пробежала струйка холодного пота.
- Где живет Саки?
Услышав мой вопрос, Николь мгновенно изменилась в лице, будто кто-то щелкнул выключателем. Губы расплылись в ехидной ухмылке, глаза заблестели - слишком неестественно.
- А тобі зачем?
- Н-ну... - я запнулась, чувствуя, как под её взглядом кожа начинает гореть. - Хочу навестить.
- А-а-а. - она заулыбалась еще натянутее.
Николь достала ручку из бокового кармана своего рюкзака. Гладкий шарик коснулся моей руки, холодный, как лёд. Коряво выводя номер улицы, она намеренно давила на кожу, оставляя красноватый след.
- Удачи. - хлопнула меня по плечу и ушла, оставив за собой шлейф резких духов.
"Что это было?" - пронеслось внутри, но я не стала заострять на этом внимание.
Я была уверена в своем решении, пока не подошла к его подъезду. Серые стены, облупившаяся краска, запах сырости. С каждым шагом сердце начинало биться сильнее, руки трястись, а по телу расползлась мерзкая, липкая тошнота.
"Вдруг он на меня наорет? Или ударит? Или высмеет?"
Негативные мысли вихрем кружились в голове, как осенние листья, подхваченные ветром. Однако мои ноги сами несли меня к его квартире, словно кто-то другой управлял моим телом.
И вот я уже стою у его двери. Дерево старое, с царапинами, следы от ботинок внизу. Страх достиг предела. Еще немного - и я, казалось, упаду в обморок, прямо здесь, на грязный коврик у двери.
Но я держалась. Не зря же я так долго шла к нему.
Pov Саки.
Сквозь сон я услышал тихий, неуверенный стук в дверь - будто кто-то по ту сторону боялся, что его услышат. Я уж было подумал, что мне послышалось, но звук повторился. Еще раз. И еще.
Вставать с кровати не хотелось - тело было тяжелым, словно налитым свинцом. Но любопытство взяло верх, и я, с трудом оторвав голову от подушки, поплелся к двери.
Ладонь уже потянулась к ручке, но что-то заставило меня замереть. Прежде чем открыть, я машинально глянул в глазок - и впал в ступор. Передо мной стояла Тильда. Глаза опущены вниз, будто рассматривает трещины в полу. Пальцы беспокойно перебирают край тельняшки, нога отбивает нервный ритм. Переживает, дрожит вся - но не уходит.
Сердце сжалось так, что в груди защемило.
"Я же её послал... Какого хрена она здесь?"
Смотреть на неё было невыносимо - я резко отпрянул от двери, зажмурившись.
"Что теперь делать? Впустить? Так ведь заговорит. А что я ей скажу? Что послал, чтобы уберечь? Бред. Снова послать? Но я же... я обещал потанцевать с ней... Идиот."
Я с силой провел рукой по лицу, словно пытаясь стереть её образ из головы. На ум ничего толкового не приходило, горло сдавило. Разговаривать не хотелось - я не умел раскрываться, не привык. Да и зачем ей это? Оттолкнуть - больно. Но в моем случае - единственный выход.
- Уходи. - прохрипел я, привалившись лбом к холодной двери.
- Саки! - её голос прозвучал так близко, что я вздрогнул. Она явно улыбалась, обрадовалась, что я здесь. - С тобой всё хорошо? Открой, пожалуйста... Нам нужно поговорить!
"Она... переживает за меня?" Челюсть свело так, что боль отдалась в висках. Кулак впился в дверь до побелевших костяшек, а на глазах выступили противные слезы.
"Конченный мудак..."
- С-саки... - её шепот будто обжег. - Пожалуйста...
- Н-нет... - выдавил я, сжимая веки. - Прости... Я не могу! Уходи...прошу...
Тишина. Собственные слова оглушили меня, будто выстрел в замкнутом пространстве. Звук ударил в виски - и я впервые понял, что значит "сожалеть о сказанном". Еще до того, как фраза закончилась. Она не уходила. Минуту, две... Я лишь слышал её прерывистое дыхание. А затем медленные, тихие шаги.
Я рванул к окну. Тильда шла, сгорбившись, крепко прижимая руки к груди. Рукавом - вытирала слезы.
Я смотрел, пока её силуэт не скрылся за углом.
Опустошенный, я рухнул на стул, и его жесткая спинка впилась в ребра, но эта боль казалась ничтожной по сравнению с тем, что разрывало грудь. Перед глазами мелькало её лицо, её дрожащие губы, глаза, полные слез... Ногти впились в ладонь, но даже это пронзительное жжение не могло отвлечь.
Из ящика стола, будто само, бритвенное лезвие скользнуло мне в руку. Холодный, тонкий металл прошелся по коже - и она тут же расступилась без сопротивления, будто и не была частью меня. На миг показалось, что я режу не плоть, а просто плотную ткань. Полоска крови выступила мгновенно. Знакомая жгучая волна растелкась по руке и на момент в голове стало тихо. Я делал так каждый раз, когда внутри становилось невыносимо. Этот липкий ужас, эта гложущая ненависть к себе обретали выход - не в крике, не в рыданиях, а в леденяще-точном разрезе, превращавшем душевную муку в осязаемые рубцы.
Последовал второй порез. Глубже. Боль острая, но после неё наступает странное облегчение.
Третий.
Рука уже дрожала, но я не останавливался. "Она плакала. Из-за меня. Я видел, как дрожали её плечи, слышал, как сорвался её голос..." Мысли беспорядочно носились внутри, но рука действовала сама - будто это был единственный способ хоть что-то контролировать.
Четвертый разрез - слишком резкий и злой. Кожа разошлась, будто шов на одежде - легко и беззвучно.
"Так тебе и надо. Урод. Ты заслужил это."
Боли не было. Края раны постепенно расходились, обнажая её еще сильнее. Внутри показалась белая влажная нить. Я инстинктивно шевельнул мизицем и эта белая штука дернулась. Пальцы дрогнули и лезвие упало с металлическим звоном. Я замер, наблюдая, как алая струйка медленно стекает к запястью.
Боль пришла позже. Глубокая, пульсирующая, словно руку зажали в тисках. Но страшнее было другое - легкость, с которой это произошло. Удивительно, как такое тоненькое лезвие способно даже убить тебя, стоит только надавить посильнее.
Я закрыл глаза. На какой-то миг стало легче. Физическая боль затмила всё остальное - она была проще, понятнее.
Но затем взгляд упал на ковер. Капли крови уже впитывались в ткань.
"Отец убьет, если увидит..."
Словно в тумане, я нащупал вату, прижал к ранам. Жжение заставило вздрогнуть, но это было почти приятно - ещё одно наказание, ещё одна искупительная боль.
Кое-как налепил пластырь. Криво, ну и ладно. Всё равно никто не увидит.
Я закрыл окно плотными шторами и лег, уткнувшись в подушку. Мир фантазий и снов был куда милосерднее, чем реальность. Никаких слез и боли, только тишина и забытье.
Проснулся уже утром, от навязчивого телефонного звонка. Голова гудела, на виски давило, словно еще немного и они взорвутся. Я неохотно поднял трубку. Николь. Конечно, кто же еще...
- Слыш, чепух, ти в школу збираєшся? - голос её впился в уши, словно ржавый гвоздь об стекло.
- Нет. - выдавил я, чувствуя, как пальцы сами сжимаются в кулак.
- Пiдора ответ. - зашипела она, и я буквально увидел её кривую ухмылку даже через трубку. - Iди платочком соплi витри. На дискач підеш.
- Нет.
- А це не вопрос.
Телефон затрещал в руке - ещё чуть-чуть, и он разлетится на осколки.
Хотелось швырнуть его об стену. Хотелось вырвать провода. Хотелось исчезнуть.
Лишь бы Николь отвалила. Но ничего из этого не произошло. Она знала - я снова сдамся.
Как же я устал от этого. Звонит мне, будто ничего не произошло.
"Лучший друг?.."
Правая рука, собака, мальчик на побегушках - кто угодно, но только не друг. Даже не человек - просто инструмент.
Она срывалась на мне, топтала, а потом, когда обижался - задаривала дорогими подарочками и сладкими обещаниями.
"Саки, ну ты же знаешь, я не хотела! Ты же у меня самый близкий!"
А через день - опять. И так - каждый. Чертов. Раз.
Я ненавидел себя. Ненавидел эту слабость и надежду, что когда-нибудь она станет другой. Стоило ей щелкнуть пальцами - и я бежал к ней, как дрессированная шавка. Как бы я хотел всё закончить. Но она достала бы меня. Везде: в школе, дома, даже в больнице, если бы попытался сбежать. А потом перешла бы на Тильду. Тильда... Невинная, хрупкая. Она не выдержала бы её яда.
Я стиснул зубы.
- Ладно. - прохрипел я. - Приду.
Опять.
- Обожаю тебе! Ну ти ж знаєш, без тебе там буде скучно! - её голос стал таким слащавым, точно мамин в тот день, когда она просила прощения. - Не дуйся. Куплю тобі ту гітару, про яку ти тріщал... Тільки прийди, окей?
Меня тошнило, буквально выворачивало наизнанку от такой внезапной нежности. В этом не было ни капли искренности. Лишь желание получить своё и попытка задобрить меня своими деньгами.
Я скривил губы и что-то буркнул в ответ - достаточно внятно, чтобы она отстала. Николь, удовлетворенная своей победой, что-то вякнула про "не забудь приодеться" и щелкнула трубкой, даже не дослушав. Голова снова тяжело рухнула на подушку. Я натянул одеяло до подбородка. До вечера оставалось слишком много времени - эта тишина в квартире точно свела бы меня с ума. Поэтому я просто закрыл глаза и вновь провалился в сон.
Pov Тильда.
- Милая, к тебе Джейсон! - донесся снизу мамин голос.
Настроение было на нуле. Идти на вечеринку не хотелось категорически, но подвести Джейсона я не могла. Он все уши прожжужал про этот вечер, взахлеб рассказывая о каком-то крутом диджее. Без меня парень наотрез отказывался идти - пришлось согласиться. Ради друга можно и потерпеть.
Джейсон, не дожидаясь приглашения, уже топал по лестнице в мою комнату. Хорошо освоился, что сказать. Практически член семьи - является без предупреждения, да еще и каждый день. Мои домашние его обожают: папа с ним в шахматы играет и в гараже ковыряется, мама его пирогами кормит, а недавно он вообще с Фионой нянчился, пока мы катались по делам.
Особенно невыносимо, когда мама начинает своё: "Вот бы зятя такого!" От этих слов у меня уши горят, а этому идиоту только весело. Поддакивает, шутит в ответ - прямо радуется моему смущению. Дурак. Он мне как брат родной, о каких отношениях может идти речь?
- Ты че, еще не готова? - Джейсон ввалился в комнату и плюхнулся на кровать, отчего пружины жалобно заскрипели. - Через пятнадцать минут выдвигаемся!
- Да не готова блин! - я раздраженно закатила глаза, швырнув в его сторону смятый свитер. - Вообще без понятия, что надеть...
- Так покаж че есть, я помогу. - он улыбнулся, явно довольный своим предложением.
- Ты? - я прищурилась, оценивающе оглядев его потрепанную рокерскую толстовку и джинсы с дырками на коленях.
- Сомневаешься? - он ухмыльнулся, поймав мой взгляд.
- Ну... - я медлила с ответом, скрестив руки на груди.
- Ах ты неблагодарная... - он с театральным надрывом схватился за сердце, словно от удара кинжалом. - Давай вываливай своё шмотье! Сделаем из тебя конфетку.
Я фыркнула, но всё же нехотя распахнула шкаф и вытащила пару старых платьев, которые не надевала уже сто лет.
- Вот. Счастлив?
- М-мда... - парень почесал затылок.
Выбор был невелик: кислотно-розовое обтягивающее платье выше колена и бесформенное фиолетовое, длиннющее чуть ли не до пола - настолько свободное, что без ремня висело бы, как мешок из-под картошки.
Джейсон слез с постели и подошел к забитому гардеробу. Его взгляд зацепился за подарочную коробку, которая пылилась в дальнем углу.
- Это что? - он покрутил её в руках.
- Не помню. - пожала я плечами. - Вроде на какой-то праздник дарили.
- И ты даже не открывала? - Джейсон приподнял бровь и принялся распаковывать подарок.
Внутри, будто специально для Золушки, лежало нарядное чёрное платье, усыпанное мелкими блестками. Оказалось, бабуля подобрала его мне на пятнадцатилетие, но в тот день я так устала, что, не разворачивая, закинула его в шкаф - и благополучно забыла о нем.
Джейсон, довольный находкой, передал мне коробку и вышел из комнаты.
Приятная ткань скользнула по коже. Платье сидело точно по фигуре - приталенное, с расклешенной юбкой и полупрозрачными серыми рукавами.
- Всё! - крикнула я другу.
В эту же секунду дверь распахнулась.
- Ну как? - я неуверенно покрутилась перед зеркалом, поправляя складки ткани.
Джейсон замер в дверном проёме, и его глаза на мгновение расширились - будто перед ним стояла не лучшая подруга, а кто-то другой, незнакомый. Его губы чуть дрогнули, словно он хотел сказать что-то важное, но вместо этого лишь прошептал:
- Тебе... идёт.
Голос звучал глухо, почти хрипло. Он быстро отвернулся, делая вид, что поправляет рукав. Но я успела заметить, как его пальцы слегка дрожат.
- Точно? - я засмеялась, ловя его отражение в зеркале. - Выглядишь так, будто призрака увидел.
- Да я просто не ожидал. - его взгляд снова скользнул по мне, словно против его воли. - Черный твой цвет.
И тут же поспешно добавил, будто испугался своей откровенности:
- Только волосы распусти, ты ж не на утренник собралась.
- Ой, иди в жопу! - фыркнула я, но резинки всё-таки сняла.
Причесываясь, мельком глянула в зеркало - и замерла. Передо мной стояла не вечно сгорбленная замухрышка в мятой тельняшке, а... красивая девушка. Стройная, с густыми кудрями и даже намеком на элегантность.
"Так вот как я выгляжу... Прямо другой человек. Стоит почаще так наряжаться..."
Схватив маленькую сумочку, я быстро покидала туда самое необходимое. А затем, не думая, вцепилась в руку Джейсона и потащила его к выходу.
Мы пришли как раз вовремя.
Актовый зал уже наполнялся людьми. Стулья, кроме нескольких у стен, убрали, освобождая место для танцпола. Полумрак, разбавленный лишь тусклым светом со сцены и бликами от диско-шара, придал помещению таинственности. У диджея красовался столик с напитками - казалось, всё для отличного вечера.
Настроение слегка поднялось... Пока я не осознала, сколько тут народу. Шесть классов, практически давка. Кто-то поглядывал в нашу сторону, отчего становилось не по себе и кожа покрывалась мурашками.
Тело сжалось в комок. Ноги сковал страх, каждый шаг давался с трудом, словно я шагала по дну океана. Дыхание участилось, сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно даже через музыку. Ладони вспотели, а в глазах заструились слезы. Ногти сами впились в руку Джейсона.
- Ай! - он дернулся, но, взглянув на меня, тут же сменил интонацию. - Тиль... Ты опять?
Я не могла ответить - язык будто прирос к небу. Лишь кивнула, сжимая его руку ещё сильнее.
- Пошли.
Он резко развернулся и, не отпуская моей руки, вывел меня через черный ход на улицу.
Свежий вечерний воздух обжег легкие.
- Дыши. - его голос звучал тихо, но твердо. - Раз... Два... Так, молодец.
Теплая ладонь мягко гладила мою спину, помогая ловить ритм. К моему удивлению, с ним паника отступала куда быстрее, чем когда я оставалась одна. Обычно я просто убегала и отсиживалась в углу, но сейчас... Сейчас было иначе.
- Тиль, слушай меня. - Джейсон наклонился, чтобы поймать мой взгляд. - Пока я рядом, никто даже косо на тебя не посмотрит. Поняла?
Я сделала глубокий вдох, ощущая, как дрожь понемногу уходит. И... улыбнулась.
Он прав. С ним - не страшно.
Мы вернулись в зал как раз в тот момент, когда из колонок полились первые аккорды моей любимой песни.
Джейсон тут же потащил меня в самую гущу танцпола. Тело поначалу сопротивлялось - мышцы зажались, движения выходили скованными. Но его нелепые прыжки с размахиванием руками, больше похожие на ритуальный танец шамана, заставили меня рассмеяться.
Мы отплясывали, как одержимые, вбивая ритм в пол, кружились вокруг друг друга, сталкивались плечами и снова разлетались. Прыгали и вертелись вокруг друг друга. К нам постепенно подтягивались другие, но для меня существовал только он - его смех, громче музыки, его руки, ловящие меня, когда я теряла равновесие.
В какой-то момент я поймала себя на мысли, что я не чувствую привычного комка страха и боли в груди. Впервые за долгое время я просто...жила. Наслаждалась моментом.
Пока за спиной Джейсона не выросли два знакомых силуэта. Дыхание в миг оборвалось. Ноги будто вросли в пол. Они смотрели прямо на нас.
Джейсону хватило одного взгляда на моё побелевшее лицо, чтобы понять в чем дело. Он отвел меня к стене, и мы рухнули на пол, словно внезапно лишились сил.
- Т-там С-саки... - выдавила я, уставившись в свои колени.
Голос сломался на этом имени.
Вид его сгорбленной спины и потухшего взгляда резанул по сердцу. Вчера он прогнал меня, но в его голосе не было злобы, скорее болезненная усталость... А теперь он стоял рядом с Николь, покорный и безвольный, будто не человек, а её нарядный акссесуар. Он позволял ей виснуть у себя на руке, словно манекен, на который нацепили сумку.
Она вся сияла - в блестках, дорогом белоснежном платье, с крохотной тиарой на голове, а он - хоть и в красивом костюме, но будто приговоренный к расстрелу.
- Конченный идиот. - прошипел Джейсон и сжал мое плечо так, будто это был Саки. - Смотри, как он ей подлизывает. Ну сколько можно?!
- Он просто... не умеет отказывать... - слабо возразила я, наблюдая, как Николь что-то весело говорит, а Саки кивает, глядя в пол.
Боже, как же больно это видеть.
- Тиль... - друг резко развернул меня к себе. - Он сам выбрал быть тут и слушать её треп, вместо того, чтобы... - замолчал он, скрипя зубами.
Мы оба знали продолжение фразы.
- Ты не понимаешь! - я попыталась вырваться. - Она для него, как...
Его пальцы впились в мои запястья, заставляя поднять голову:
- Да он хоть раз заступился за тебя? Хоть раз видел твои проблемы? Или только ноет, когда ты рядом, а с ней снова послушный песик? Нет, ну это же...
Он не договорил, только резко дернул меня за собой:
- Давай отсюда, пока я ему не накостылял за твои слезы. - он с теплотой смахнул слезу с моей щеки и голос смягчился. - Ты же со мной пришла веселиться, да?
Когда он встал и протянул руку, я вдруг поймала взгляд Саки.
Он смотрел на нас. На моё платье. На мои пальцы, вцепившиеся в Джейсона.
И на секунду мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то... болезненное.
- Пошли. - друг потащил меня за собой, заслоняя от их взглядов спиной. - Я тебе ещё не показал, как по-настоящему позориться на танцполе.
Мы с Джейсоном буквально отбивали наши ноги, но в этот раз веселье давалось через силу - где-то за спиной маячил Саки, и этот факт висел между нами тяжелой тенью. Я кусала губы, стараясь хотя бы для вида поддаваться безумной энергии друга.
Он выкладывался по полной - прыжки, резкие развороты, будто пытался вытрясти из себя всю злость. И вдруг...
- Твою ж мать... - Джейсон замер, прижимая ладонь ко рту. - Щас блевану.
Не успела я вдохнуть, как он уже несся к выходу, сбивая стулья. Николь, будто только этого и ждала, сразу метнулась за ним - то ли помочь, то ли добить.
Одиночество нахлынуло сразу. Я судорожно сглотнула, чувствуя, как подступает знакомая дрожь.
Внезапно я почувствовала прикосновение к плечу - осторожное, едва заметное.
Саки.
Он стоял, сжимая стакан так, будто хотел его раздавить. Лицо было безжизненно-пустым, лишь его карие глаза отражали целый ураган эмоций - вихрь вины, тоски и чего-то ещё... чего-то такого, от чего у меня перехватывало дыхание.
И тут заиграл медляк.
Я мысленно послала диджея куда подальше, но Саки уже протягивал руку. Его пальцы дрожали.
- П-потанцуешь... - голос сорвался на шепот, - ...со мной?
Щеки мгновенно вспыхнули, пульс участился. Как бы я ни обижалась, какую бы боль он мне ни причинил, я была только рада провести с ним время.
Саки осторожно притянул меня ближе - здоровой рукой мягко обвил талию, а повреждённую лишь слегка приподнял, сжав зубы от боли. Я почувствовала, как его пальцы дрожат, едва касаясь моей спины, но он не отпускал.
Мы замерли на секунду - его горячее и сдавленное дыхание обжигало макушку. Затем он шагнул вперед, увлекая за собой.
- Б-больно? - прошептала я куда-то вбок, не решаясь поднять взгляд. Его пальцы на моей спине ответили непроизвольным вздрагиванием - будто обожженые, они на секунду впились в ткань моего платья, потом снова расслабились.
Он не ответил. Только глубже вдохнул, и я ощутила, как его грудная клетка расширяется под моей ладонью. Когда он наконец заговорил, его губы едва коснулись моих растрепанных прядей:
- Стоит того.
Голос был настолько тихим, что я могла бы принять эти слова за игру воображения. Если бы не его поврежденная рука, которая вдруг осторожно провела по моей спине снизу вверх, будто проверяя, реальна ли я.
Это был странный танец - неловкий и прекрасный одновременно.
Мы кружились едва заметно, словно боялись разрушить хрупкое равновесие между нами. Тела напряжены, липкие ладони слегка дрожат. Но вдруг...
Он расслабил плечи, и его голова медленно опустилась мне на макушку. Так осторожно, словно боялся, что я рассыплюсь, если дотронется сильнее.
Во мне что-то перевернулось.
Сердце забилось так сильно, что, казалось, он должен был слышать этот стук. Я больше не могла сдерживаться - медленно, миллиметр за миллиметром, сокращала расстояние, пока не прижалась к его груди всем телом. Как будто искала в его объятиях спасение от самой себя.
И он... он не оттолкнул меня.
Напротив - его здоровая рука крепче обхватила мою талию, а травмированная, превозмогая боль, накрыла меня, словно щитом. В этом движении было столько обреченной нежности, что мир на секунду перевернулся.
Я закрыла глаза.
Исчезло всё: возможное возвращение Джейсона, ядовитая Николь, любопытные взгляды одноклассников.
Остались только тепло его тела, стук его сердца под моей щекой и музыка, окутывающая нас мягким коконом. В этот момент я готова была поверить, что так может быть всегда - если только не отпускать.