Глава 1. Рания
*рекомендованные саундтреки: Abyss of Madness, Smilin man, Keniia; Город, прохладой вечера
**Доп.информация: тг @RiaDias_writer
Страница книги уже минут сорок не получает моего внимания, я уставилась в окно своей квартиры и безынтересно смотрю на небо. Отчего-то натянутые над городом тучи, когда-то любимые, сейчас меня совершенно не волнуют, не солнце и ладно. Плевать. Телефон наверно скоро сам начнет сбрасывать вызовы, он час уже вибрирует, кому-то жизненно необходимо со мной связаться. Печально для этого кого-то, но я не собираюсь брать трубку, я, вообще-то, в университете, «должна быть, но меня там нет», но об этом этому «кому-то» знать не обязательно.
На фоне играет мой плейлист, на самом деле, что играет или говорит - мне неважно, мне нужен фон. Не могу жить в тишине, меня это напрягает и тревожит. В общем-то я проспала сегодня и решила, что это знак - значит, судьба решила, что мне лучше остаться дома, точнее я так для себя оправдала прогул. Глупо, да, согласна.
На самом деле, все нормально. Несколько лет назад я поступила в университет и с того момента больше не напрягалась. Я просто плыву по течению, делаю то, что необходимо, не более. Если акцентировать внимание на том, что конкретно я делаю, то уверенно скажу: учусь, создаю видимость, чтобы меня, не дай бог, не отчислили. Очень травмоопасно будет вернуться домой отчисленной. Справедливо. Ненавижу это слово, наверно, потому, что в моей жизни у него извращенное понятие, типа: ошибка - боль, провинился, будь добр, подставь щеку. Глубокая и извращенная мысль.
Телефон не успокаивается, и я все-таки смотрю на него, чтобы понять, кому все-таки я так необходима. Мама. Закатываю глаза. За эти годы мы потеряли всякие точки соприкосновения, подсознательно я виню ее в случившемся, за то, что не уберегла, не защитила, хотя в то же время, понимаю, что ее вины нет. Но итог один: наши отношения стали сухими. Нет, нет обид, злости, я просто в один момент абстрагировалась и отстранилась, благополучно уйдя в себя. Вздыхаю и отвечаю на звонок:
- Рания, будь добра, объясни почему ты не в университете, - сдерживаясь, спрашивает мама.
Ну вот, знакомый тембр, не предвещающий ничего хорошего, а самое интересное - меня поймали на вранье, а мне все равно: пульс не ускорился, в жар не бросило, ничего. Тяжело вздыхаю и не задумываясь отвечаю:
- Мне задали огромный проект, и сейчас я этим занята, срок сдачи совсем скоро.
- Мы возле твоего дома, открывай дверь, - отрезает мама, и я сбрасываю вызов и начинаю прибирать бардак.
Накидываю спортивный костюм и иду к двери. В последний раз я видела родителей три месяца назад, в свой день рождения, этот день и Рождество мне приходится проводить дома, на остальные праздники я ловко придумываю отмазки, чтобы не встречаться с семьей. Но вот, мои любимые родители решили устроить мне сюрприз, и чувствую, что этот день, потерял шанс на благополучный исход.
Ну вот, я же говорила: родители выходят из лифта, и лицо отца подтверждает мое предсказание. Мама очень постарела за эти годы, морщинки на ее лице закрепляют этот факт, их больше на лбу и одна большая между бровей, скорее всего, оттого, что она часто морщит лоб, потому что думает или грустит. Я вижу ее уставшие и погасшие глаза, они погасли одновременно с моими. Отец, наоборот, стал более активным и поправился, диссонанс. Единственное, что не меняется - это его взгляд, не предвещающий ничего хорошего. И собственно это оправдано: он и я знаем, что я соврала.
Итак, мужчина в джинсах и синем поло, с несменяемыми десятилетиями, часами на запястье и женщина в сером пальто, из которого выглядывают темно-зеленая юбка и темно-коричневая рубашка, входят в мою квартиру, меняя своим присутствием непринужденную атмосферу на гнетущую.
- Привет, - с фальшивой улыбкой, здороваюсь и закрываю входную дверь.
Провожаю взглядом отца, силуэт которого исчезает в гостиной, когда мама кладет ладонь мне на плечо и натягивает извиняющуюся улыбку. Видимо, она тоже не знала, что так получится, а предупредить не смогла, ведь я не брала трубку.
- Что за проект? - спокойно спрашивает отец, когда мы входим вслед за ним.
- На конкурс, изучаем журналистские расследования зарубежных стран, - уверенно отвечаю я.
- И это дает тебе право пропускать занятия? - отец поворачивается и смотрит на меня, будьте уверены, если бы взглядом можно было бы убить, я бы была мертва, - ты хочешь закончить как брат?
И это удар ниже пояса. Я уже три года пытаюсь делать вид, что ничего не случилось. Три года, я игнорирую все, что связано с моим братом, оставляя только воспоминания. Но, увы, стена, которую я возводила все это время, сейчас на грани падения. Три года назад пропал мой брат - это факт. Мой отец убежден, что Адам мертв, и я думаю, что у него получилось внушить это и матери, что объясняет ее потерянный взгляд. Но я в это не верю, и пока мне не предоставят факты, я буду считать и стоять на том, что мой брат просто пропал. Исчезновение не так страшно, как факт смерти, правда?
В общем, мои родители до сих пор не в курсе, что Адам собирался приехать на мой день рождения три года назад. Весть о его исчезновении дошла до них лишь спустя пару месяцев. Я просто абстрагировалась, и даже узнавать ничего не стала, несколько раз мне звонила девушка Адама - Шерил, но я отказывалась с ней говорить. Наверно, мне страшно узнать что-то, что подтвердит факт его смерти. Да, я слабая, да, я трусиха, и да, мне стыдно.
«Как пропуск университета может привести к моему исчезновению?», - спросила бы я, если бы хотела снова замазывать синяки, однако, я просто опускаю голову и прошу прощения.
Папа куда-то уезжает, и мы с мамой остаемся одни. Воспользовавшись моментом, узнаю, что они уедут вечером, а приехали для того, чтобы заключить какую-то сделку по бизнесу, точнее папа приехал по этой причине, а мама просто хотела увидеть меня.
Вечером они действительно уезжают, и я облегченно вздыхаю, взглядом провожая удаляющуюся машину. Однако к состоянию до их приезда, я не возвращаюсь. Адам.
Поджимаю губы и достаю сигареты, спрятанные ранее, и выхожу на балкон. Небо проясняется, а вот мысли не спешат за ним, фокусирую взгляд на городской суете. Осень в Нью-Йорке началась с холода и закончится им же. Укрываюсь пледом и тянусь за мобильным. Сжимаю челюсти, смотря на номер телефона, решаясь нажать на вызов. Трясущимися руками подношу телефон к уху и вслушиваюсь в гудки.
- Давай встретимся, - нервно закусываю губу, - сегодня, через час, в Центральном парке.
Отключаюсь и бросаю телефон в гамак. Опираюсь руками об оконную раму и зажмуриваюсь. Сама доламываю стену, выпуская на свободу ноющую боль.
В назначенное время прихожу в парк и иду к пустующим скамейкам. Сгущающаяся ночь давит на и без того напряженные струны моего сознания. Смахиваю случайно выпавшую из-под моих ресниц слезу и поднимаю взгляд к небу.
Темная женская фигура бесшумно садится рядом. Тяжело вздыхаю и поворачиваю голову, встречаясь, с бликующими от фонаря, зелеными глазами девушки:
- Я знала, что рано или поздно ты позвонишь.
- Я бежала от реальности, - сдерживая эмоции, отвечаю брюнетке.
Смешок с намеком на горечь разрезает шум города, и я поджимаю губы.
- Знакомо. Я тоже, - Шерил закусывает губу и отводит взгляд, - три года и три месяца, довольно большой срок, чтобы сейчас попытаться вернуться.
- Прости, если можно, - зажмуриваюсь и сжимаю руки в замок, - давай к делу.
- Рания, я расскажу все, что знаю, - она качает головой и вздыхает, - но, я не уверена, что это ответит на все вопросы.
Ели заметно киваю и опускаю взгляд на свои руки.
- Мы познакомились с Адамом, когда мне было девятнадцать, мне стало плохо в университете, а он оказался рядом, - Шерил мягко улыбается, - он подвез меня, и мы начали общаться. Адам часто говорил о тебе, - девушка многозначительно смотрит на меня, - он очень тебя любил, - до боли закусываю губу, стараясь сдерживать нервозность, - мой отец, он был против наших отношений, но я потеряла голову, мне было плевать. В конце концов, отец вроде смирился, так я думала до того дня, - Шерил запинается, - Адам очень ждал дня твоего рождения и рано утром уехал. Я постоянно ему звонила, но он не брал трубку, тогда я набрала тебе, - девушка закрывает глаза и тяжело вздыхает.
Сглатываю и обдумываю сказанное Шерил:
- Ты, сказала, что думала, что твой отец смирился, до моего дня рождения, - я внимательно смотрю на девушку, - почему ты так сказала?
Шелест деревьев борется за покой с монотонным голосом города, минутное молчание нарушается Шерил, которая все-таки отвечает на мой вопрос:
- Тот день, я никогда не забуду. Я скажу прямо, - киваю ей, и она продолжает, - мой отец связан с криминалом. И у него был мотив, он не любил Адама и был против нас, - она устало закрывает глаза, - я не знаю, почему он был против, он ни разу не объяснял этого, да и я не хотела ничего слышать... Я никогда не интересовалась, чем занимается мой отец, да и он никогда не планировал меня просвещать в это, но мы живем в одном доме, и невольно я становилась свидетельницей разных разговоров, потому и знаю, что он связан с криминалом. И как бы это не выглядело, но думаю, что мой отец мог, - девушка неуверенно смотрит на меня, - причинить вред Адаму...
Я вздрагиваю, и снова предательская слеза вырывается наружу. Качаю головой и отвожу расфокусированый взгляд.
- Должна сказать, - шепчет Шерил, - что не только мой отец был против наших отношений, но и ваш тоже, - поджимаю губы и качаю головой, пытаясь сдержать все то, что накопилось в моей душе за три года, - однажды, ваша мама приехала на награждение Адама, где он познакомил нас. Алекс, ничего не сказала, но я видела, что ей это не понравилось. Через пару дней, Эрик, ваш отец, позвонил Адаму и сказал, что он ему больше не сын. Он был безумно зол, - закусываю губу и замираю, - Адам очень переживал за тебя и маму...
Горечь наполняет мое сердце, заставляя закрыть глаза. Что-то касается моих ладоней, и я встречаюсь взглядом с зелеными глазами Шерил.
- Рания, из всего этого я сделала вывод, что наши родители знакомы, - нахмуриваюсь и озадаченно смотрю на нее, - думаю, у них есть общее прошлое. Я не смогла, - шепчет девушка и смахивает слезы, - не смогла ничего сделать, узнать, ничего. Я просто не смогла.
Как я ее понимаю, ведь я тоже не смогла, не захотела... Облизываю сухие губы и обреченно опускаю голову. Мой отец и криминал - абсурд, он ресторатор... Тяжело, сложно, мой брат может быть мертв, и мой отец убежден в этом. Нет, я отказываюсь в это верить.
- Шерил, почему... Почему ты мне это рассказала? Ты сказала, о своем отце то, что нельзя говорить, об этом опасно даже думать, ты же имела в виду мафию, так? - с сомнением в голосе спрашиваю я.
- Адам, он очень тебя любил, и он мечтал вытащить тебя и Алекс... Он много работал, чтобы накопить денег, я не знаю лучше человека, чем он. И я хочу помочь тебе и себе, - с горечью отвечает она, - и если ты захочешь, мы можем вместе попробовать разобраться в случившемся. И да, ты права, я говорю, о мафии.
Нервный смех вырывается из моей груди, и я вскакиваю со скамейки. Черт, мафия! Что за бред?! Тяжело вздыхаю и поправляю волосы, хаотично рассматривая аллею и закрывая лицо ладонями. Ничего не понимаю. Судорожно поджимаю губы и поворачиваюсь к растерянной Шерил.
Я правильно понимаю: мне сейчас предложили влезть в мафию? Все, что я знаю о мафии это: оружие, наркотики, законы Омерты или как ее там, в целом это незаконно, и ничего хорошего не обещает. Но... мой брат, мой Адам, он может быть мертв, а его палач живет и наслаждается жизнью...
Вздыхаю и поднимаю голову к ночному небу:
- Хорошо, но что мы можем? Я обычная студентка, да и ты, я так понимаю, тоже не...
- Стой, - перебивает она, - мы не будем торопиться. Попробуй что-нибудь вспомнить...
- Что? - хмыкаю я.
- Может быть, ты что-то, когда-то слышала, что-то, что может подтвердить или опровергнуть связь твоего отца с криминалом, - приглушенно говорит Шерил, - мой отец - Рик Эванс, - ты наверно слышала о нем, попробуй вспомнить, не фигурировала ли эта фамилия, может быть еще что-то странное или связанное с... ты поняла, - заканчивает она и встает напротив меня.
Киваю вслед уходящей девушке. Поджимаю губы и опускаю взгляд, исчезновение моего брата может быть связано с криминалом, мой отец может быть связан с ним же, а теперь и я могу быть связанной...
Звоню Ханне, которая живет в кампусе и часто остается у меня на ночь. Через полчаса раздается звонок в дверь, и я впускаю ее, перехватывая сумку.
- Рани, только не говори мне, что ты полезешь в эти дебри, - наливая чай в чашку, кривится Ханна, - я не хочу сказать, что ты слабая, нет, но это бандиты, Рани, и я тебе точно скажу - ничем хорошим, это не кончится.
Отвожу взгляд, перебирая пальцы под кухонным столом:
- Да, я понимаю, но я не могу... Мой отец может оказаться убийцей моего брата, а если не он, то его прошлое, - говорю я и опускаю голову, - я не могу оставить просто так потерю Адама. Я слишком долго отрицала произошедшее, слишком долго не жила. Ханна, я не стану тебя втягивать, будь уверена, поэтому и рассказала тебе все, - поджимаю губы и встречаюсь с серыми глазами подруги, - мы должны прекратить общаться, по крайней мере пока, - Ханна бьет ладонью по столу и зло смотрит на меня.
- Сейчас же замолчи, ты вообще слышишь себя? Я не оставлю тебя, так и знай, - угрожающие качая пальцем, сердито заявляет подруга, - я пойду с тобой и буду следить, чтобы ты не вляпалась, но я прошу тебя еще раз все обдумать, - она закатывает глаза и цокает, - кому я это говорю? Ты уже все решила...
Поджимаю губы и улыбаюсь, Ханна читает меня как открытую книгу:
- Я не могу, - подруга вопросительно смотрит на меня, - я не могу лишать тебя студенческой жизни. Давай я буду просто все тебе рассказывать, чтобы не подвергать опасности, ладно?
Ханна подходит и обнимает меня, её красноречивый взгляд говорит сам за себя. Она качает головой и уходит в душ. Сажусь на подоконник и задумываюсь: фамилию Эванс я не слышала от папы и вообще не слышала её до ссоры отца и Адама, но вот странные разговоры... Однажды я слышала, как отец попросил привезти крыс на склад, я удивилась, зачем папе крысы, если у него ресторанный бизнес и на складе хранятся продукты. Тогда я была маленькая, а сейчас понимаю, что слово «крыса» может иметь несколько значений. Закрываю глаза и хмыкаю, получается, каких-то людей везли на какой-то склад, зачем? Отказываюсь развивать эту мысль. Я буду опираться на факты, точка.
Всю ночь не могу заснуть и перебираю в голове все возможные разговоры, услышанные мной. Беру телефон и подхожу к окну, где читаю сообщение от Шерил: «Через несколько недель вечеринка у Бенедетто, мы должны там быть. Позже скину конкретную информацию», - киваю сама себе и хмыкаю, ну вот, моя размеренная утопичная жизнь становится разнообразнее, через пару недель я, в первый раз за несколько лет, иду на настоящую мажорную тусовку, которая, помимо всего прочего, еще и итальянская, судя по фамилии.
Ложусь в постель и таращусь в потолок, касаясь рукой кулона на своей груди. Если мой брат мертв, я хочу знать, где он похоронен, а если жив, я хочу знать, что у него все в порядке и если получится быть рядом. Я клянусь, что не оставлю его.