Не упусти мгновенье

Мне очень тяжело сегодня с тобой прощаться, я думал, что этого дня не наступит, но я ошибся. Я ошибся и тогда, когда не смог взять всё в свои руки, когда наивно думал, что всё само пройдёт, и мы справимся. Ты сильная девочка, но некоторые вещи сильнее тебя, и мне правда жаль, что я не сберёг тебя. Пожалуйста, прости. Корнелия, Марк и твои родители сидят в нашей гостиной и я слышу их разговоры, а также попутный плач. Это была твоя мама, которой больнее всех осознавать то, что происходит, она разбита. Корнелия всё время молчит, совсем потеряв рассудок, а Марк, в попытках успокоить её, бьётся в разочаровании, когда ничего не выходит. Твой папа мечтает о том, чтоб вернуть время обратно и не дать случившемуся случиться, только всё напрасно — невозможно изменить прошлое. А моя жизнь моментом обернулась в существование, всё потеряло смысл и превратилось в считывание дней до конца.

Выйдя в главную комнату, все встали, ознаменовав то, что готовы были идти. В течение нескольких минут мы смотрели друг на друга, тишина повисла в комнате, позволяя мыслям проникнуть в головы, и разбивая нас до конца. Здесь собрались твои самые близкие люди, только наша встреча была по слишком печальному поводу. Мы одеты в чёрное, прикрываем лицо очками, пытаясь скрыть от других покрасневшие от слёз и недосыпа глаза. Мы медленно выдвигаемся из дома, захватив в руки цветы. Я взял твой любимый цветок в горшке, что стоял в нашей спальне, и за которым ты так любила ухаживать. Проезжая к месту, где нас ждут остальные, мы всё так же продолжаем бороться с самими собой, чтобы не выставить свои эмоции. Сегодня приехали и те люди, про которых, возможно, ты и забыла. Актёры из твоего театра, наши знакомые, что были на моём Дне Рождении, твои дальние родственники и даже школьные знакомые, с которыми ты общалась много лет тому назад. Про случившееся узнали все, кто только мог узнать, и приехали сюда, чтобы сказать последние слова. Независимо от того, насколько ты была важна этим людям, все находились в ужасном настроении, не понимая ситуации. Не разочарование, не огорчение, даже не печаль, а боль, что сводила с ума. Та же боль, что и тебя заставила обезуметь, та боль, которой ты отдалась, когда устала бороться с ней. Сегодня твои похороны, Лия.

Это не было несчастным случаем, это не было постепенной утратой сил. Ты сама всё сделала одним шагом, хоть даже не виновата в этом. Ты больше не смогла контролировать себя и в итоге прыгнула под машину в состоянии истерики. Водителя не обвинили в том, что он переехал тебя, когда посмотрели запись с камер, но ты оставила и ему психологическую травму. Никто не ждал того, что в один день ты свихнёшься и сама закончишь жизнь, а не болезнь заберёт тебя. Я не хочу верить в это, Ли, ты всегда была против самоубийств. Никто уже не сможет узнать обстоятельств, при которых всё произошло, да и стоит ли разбираться, если уже имеешь боль?

Нас много и мы стоим в небольшой комнате: тут несколько сидений, а в середине возвышается твой гроб. И ты лежишь в нём, такая невинная и маленькая. Всё так, как ты бы того хотела: на тебе длинное белое платье, оно простое и нежное; у твоих ног лежат разнообразные цветы, но только не розы; на твоей шее всё ещё красуется цепочка, которую ты получила от мамы, но никогда не надевала, потому что боялась потерять. Только вот люди онемели и молчат, нигде нет улыбок, разговоров, лишь разбивающаяся глушь. По твоим венам не течёт кровь, и я больше не смогу услышать твоё дыхание. Теперь ты спокойна. И как бы тебе не было легко, мне совсем не хочется делать этого. Я так не хочу говорить тебе последнее "Прощай". Лия, очнись, прошу. Пожалуйста, сделай вдох, Ли, пожалуйста!

Меня окатило холодной волной эмоций, вдыхал не Лия, а я! Я посмотрел по сторонам: подоконник в нашем доме, скетчбук, валяющийся на полу. Это был сон, всего лишь сон, успокойся. Была глубокая ночь, и я так зачитался, что не заметил, как уснул. Мысль о том, что это было реальностью, не покидала меня. В голове всё смешалось в одну огромную грязную массу, в которой невозможно что-либо разобрать. Я решил удостовериться, что Лия в порядке, и позвонил Кори, но на первые два звонка она не ответила. Ну же, Корнелия, не игнорируй меня.

- Алло... - послышался заспанный голос с другой стороны линии.

- Корнелия, привет, с Лией всё хорошо? Она случайно не у тебя?

- Август, уже три часа и двадцать две минуты ночи. Тебе не спится?

- Я же серьёзно спрашиваю, она не у тебя?

- Нет, не у меня. Лия снова ушла куда-то на ночь? - забеспокоилась девушка.

- Мы поссорились сегодня вечером. Я был уверен, что она пойдёт к тебе. А где же ей ещё быть?

- Погоди, ты не знаешь где она?!

- Я... Потом позвоню.

- АВГУСТИН!

Корнелия не успела договорить, как я скинул трубку. Мне надо было срочно искать Ли, и теперь я точно знал: если она не у Кори ночью, то она к другим бы и не пошла. К счастью, Ли ненавидит ночевать у других людей, если это не какая-нибудь вечеринка. На улице она бы тоже не ночевала, там слишком холодно и мокро. И тогда мне в голову пришла идея. Когда я планировал поездку в Мелнсилс, меня охватывало чувство того, что надо поехать именно в этот день. Этим чувством я заразился от Лии, которая ненавидела откладывать свои мечты и постоянно поддавалась импульсивным желаниям. Судорожно забивая в поисковике на телефоне ближайшие рейсы из Риги в Норвегию, я начал надевать обувь и скорее выбегать из дома. Строчка на сайте аэропорта "Рига — Осло 4:30" заставила меня в момент влететь в кресло машины и давить на газ. Главное было успеть, я не думал о том, как начать с ней говорить, или что вообще сделать, когда я её увижу. Если Лия успеет зайти в самолёт, а я не смогу пройти контроль, то все старания напрасны. Она улетит в Осло, а оттуда куда угодно, но точно не станет оставаться в столице. Пытаясь скрыться от прежней жизни, она может уехать на окраины городов, а может в какой-нибудь посёлок. И пиши пропало. Мне было страшно смотреть на часы, время летело незаметно и казалось, что уже поздно. Подъехав к аэропорту, я кинул машину где попало и побежал внутрь здания. Оно было таким обширным, а где именно была Лия — неизвестно. Пробегая между залов, я вспоминал нашу ссору, и становилось ужасно стыдно, как бы мне хотелось вернуть свои слова обратно. Издалека мне показался чемодан яркого синего цвета, а возле я увидел фигуру, стоящую ко мне спиной. Эта фигура изящно махнула своими короткими локонами, повернувшись налево. "ЛИЯ!" - закричал я, сразу поняв, что это была она. Я помчался к ней, будто ошпаренный, Ли увидела меня и застыла на месте. Не замедляя бег, я схватил девушку на руки, зажимая, для того, чтобы она не сопротивлялась, и начал целовать в голову.

- Что ты делаешь здесь? Зачем ты вообще приехал? Не трогай меня, - завопила Ли. Я не стал слушать её и продолжал держать на руках. - Августин Миллс, сейчас же опусти меня на землю или я начну кричать на весь зал!

- Ты не станешь этого делать, - ответил я, улыбнувшись.

- Ты уверен? - надменно спросила Ли, кашлянула и внимательно посмотрела на меня. Сделав глубокий вдох, она выдала громкий крик, который оглушил меня на одно ухо. Все люди, что находились рядом, начали оборачиваться на нас и наблюдать за ситуацией. Лия повисла на моём плече, в другой руке у меня был её чемодан. Мы шли к выходу и ловили на себе прикованные взгляды.

- Всё нормально, она просто забыла свою любимую сумку дома, - успокаивал я людей.

- ЭТО НЕ ПРАВДА, ОН НЕ ОТПУСКАЕТ МЕНЯ! - продолжала Лия.

- Успокойся сейчас же, тебе всё равно твои выходки не помогут.

Лия тяжело выдохнула и расслабилась. На мои вопросы про уезд она отвечать не стала. Конечно, Ли обижалась на то, что я не дал ей сбежать, но на самом деле она знала, что по другому и быть не могло. Мы сели в машину и смотрели друг на друга, вглядываясь в детали и узнавая другого заново, будто были незнакомцами.

- И что же нам делать? - спросил я.

- Я не знаю, давно уже не знаю. А мы разве что-то можем?

- Мы всё можем, только поверь в это сама.

Я взял руки Лии в свои руки и начал гладить её тонкие холодные пальцы. И в этот момент ничего не надо было, только она пусть находится рядом. Пусть только она будет со мной всегда. Через открытое окно послышался шум взлетающего самолёта. Мы повернули головы в сторону, откуда он издавался, и начали наблюдать. Кто-то куда-то улетает, а кто-то провожал улетающего. Кому-то в этом где-то будет хорошо, а кто-то летит по принуждению. Кто-то меняет свою жизнь. Для кого-то это уже привычка.

- Не убегай от меня, пожалуйста, - сказал я Ли, продолжая смотреть за самолётом.

- Больше не убегу.

Огромная машина проехала по взлётно-посадочной полосе и вскоре поднялась ввысь. Мы помахали на прощание людям, пускай и с ними всё будет хорошо. Я почувствовал прикосновение руки Ли к моей щеке и улыбнулся.

- Я устала, - Ли неспешно моргала, тяжело поднимая веки. Обессиленная девушка растеклась по сиденью, будто не могла быть в собранном состоянии. Голубые глаза с синячками под ними имели уже выцветшую окраску, наполняясь пассивным безумием. Длинными ногтями Ли цокала по подлокотнику, в попытках скрыть то, что её тело трясётся от холода.

- Ты хочешь вылечиться?

- Я не думаю, что смогу.

- Не в этом заключается вопрос. Хочешь ты этого или нет?

- Не знаю точного ответа. Мне страшно. Я боюсь выздоравливать, но я не могу больше продолжать это существование.

- Лия, нам надо обратиться за помощью. Хотя бы попробовать.

Глаза Ли в миг стали стеклянными, она избегала этой темы и не хотела видеть врачей. Но, видимо, сейчас она совсем сдалась, понимая, что не справится сама.

- Хорошо, - выдавила из себя девушка. - Мне надо это.

Во мне разгорелась надежда, и мы сразу же отправились в место, где людям помогают дать себе шанс на искоренение проблем. Я был уверен, что этот человек скажет нужные слова и окажет всю помощь, которая будет в его силах. Он и сам ждал нашего прихода, я точно знаю. Ли не ожидала, что мы поедем прямо сейчас, и начала нервничать. Она снова хотела отложить лечение и разговоры в долгий ящик, но сейчас не то положение. Больше мы не будем ждать, потому что ожидание растянулось, превратившись в вечность. Больше мы не будем забивать и сбегать от проблем.

Мы стоим возле двери, что давно была мне знакома. Лия устремила свой взгляд в пол, стараясь оттянуть момент, когда мы войдем внутрь. Мы пришли сюда вдвоём, это было общим решением, я никого не заставлял приходить сюда. И был искренне рад, что она начинает делать первые шаги. "Входите", - послышалось из кабинета.

- Не могу, - испугалась Лия.

- Никто не говорил, что будет просто, и поэтому мы здесь. Я рядом. Открывай.

Медленным движением Ли потянула ручку двери и переступила порог. Те самые кожаные кресла, огромный стол, спокойные цвета стен. И тот же мистер Уолл, что сейчас стоял у окна и смотрел на людей, проходящих мимо. Обернувшись на нас, он расплылся в улыбке и развёл руками.

- Август Миллс, какая приятная встреча, - он подошёл и крепко пожал мне руку. - А Вы, видимо, Лия. Я надеялся на Ваш приход и очень рад наблюдать такую картину.

- Откуда Вы меня знаете? - глаза Лии стали больше и она сделала шаг назад.

- Я не хотел Вас испугать, прошу прощения. Я — мистер Уолл, Август приходил ко мне, у нас был разговор по поводу Вас, так что основную проблему я знаю. Присаживайтесь. Что же стало той отправной точкой, из-за которой Вы здесь?

Я указал рукой на кресло и Лия села в него, а сам встал у окна. Девушка не понимала слов, сказанных психологом, и в ошарашенном состоянии ждала начала допроса. Мистер Уолл сел во второе кресло, попутно взяв какой-то бланк с ручкой.

- Вы будете записывать мои слова? - поинтересовалась Лия.

- Лишь отмечать главное, чтобы попытаться как можно скорее найти решение. Пожалуйста, будь честна со мной, я не стану критиковать или осуждать тебя. Здесь хотят тебе помочь, врагов нет. Ты обещаешь говорить правду?

- Да... - робко отвечала Ли. Здесь её могли застать врасплох и она не сможет увильнуть от ответа. Уолл был мастером своего дела, и я верил, что беседа пройдёт хорошо. - Мне надо самой начать говорить или Вы будете задавать вопросы?

- Боюсь, что без вопросов я не узнаю главной сути, так что... Лия, сколько ты уже болеешь анорексией? - доктор дожидался ответа, а потом дополнил: - Я же могу обращаться на "ты"?

- Да, конечно можете... Я не помню когда точно это произошло, ещё в школе.

- И как я понимаю, произошло из-за людей.

- Да, - твёрдо говорила Ли. Я стоял и тихо наблюдал за этой игрой в детектива. Уолл улыбался и смотрел в глаза, а Лия напротив пыталась отвести взгляд и нервничала.

- И всё же, почему ты здесь? - продолжал доктор.

- Сегодня утром я попыталась сбежать в Норвегию, но Август меня остановил и привёз сюда. А я почему-то согласилась.

- Смелый поступок. А ты, Август, молодец, что смог предотвратить её ошибку. Представь, что он может помочь и с другими твоими проблемами, но ты молчишь и скрываешь свои чувства. Почему?

- Август скрывал то, что он приходил сюда.

- Но ты бы не смогла спокойно принять эту новость. И речь не о нём, а о тебе. Почему ты боишься своих мыслей?

- Я не боюсь! - возразила Лия. - Точнее... Я беспокоюсь о том, как на них отреагируют. Никогда не понимала поступков людей, это всё слишком странно, и я не вижу смысла рассказывать кому-то о себе. Знаешь, некоторые люди постоянно говорят про их выдуманные болезни, будто страстно желая их иметь. Ради чего — никто не знает, но продолжают наговаривать на себя кучу плохих вещей, - Ли пробежала пальцами по коленке и продолжила говорить. - Один говорит про смертельные проблемы с лёгкими, в это же время зажигая сигарету. Другой страдает болезнью пищеварительного тракта, продолжая поедать тонны фаст-фуда. А третий молвит всем подряд про свою шизофрению и смеётся, утверждая, что ему вообще надо было быть изолированным от общества. Эти люди говорят так много лишнего и путаются в своих словах. То ненавидят, то любят других людей. А я просто не понимаю, зачем им хочется быть несчастными. Эти люди, слыша про настоящие проблемы и видя реальные диагнозы больных людей, они прячутся в свой кокон равнодушия и неприязни, потому что пугаются. Потому что слишком много лгут не только окружающим, но и себе, а сталкиваясь с настоящим — чувствуют дискомфорт. Я не понимаю людей, мистер Уолл. Легче сказать, что всё в порядке, чем после правды смотреть на лица, на которых нарисованы потрясение и смятение.

Я прижался к окну, догадываясь, в чём была причина её молчания. Неужели когда-то она доверилась кому-то, но столкнулась с насмешками? Или упрёком? Ли доверяла мне, но ведь я такой же человек. Такой же природы, как и все остальные. Она боялась остаться одна, боялась моего ухода из-за того, что я мог узнать настоящие чувства Лии. Психолог потянулся рукой к её руке и положил свою сверху.

- Ты очень похожа на неё, - видимо, Уолл провёл ассоциацию со своей возлюбленной. Убрав руку, он усмехнулся. И тогда мне стало понятно, что он сделает всё, чтобы вылечить её. - Но не только в этом причина твоей скрытности. Продолжи, пожалуйста.

И Лия продолжала, точно загипнотизированная:

- Я чувствую одиночество из-за этого. Да, знаю, что у меня есть семья, Август, моя подруга рядом. Я говорю про одиночество среди людей. Не хочу прозвучать глупо, сказав, что это из-за непонимания. Но отчасти так и есть. Я не могу поговорить о моей болезни с близкими людьми, потому что они и так слишком много переживают за меня. Мне не хочется приносить им негативные эмоции, расстраивать. Да и зачем, если они всё равно не смогут понять? Понимание заключается не только в желании понять, но и в переживании одной и той же ситуации. Не зря ведь люди ищут единомышленников, создают клубы с общим интересом. Люди ищут людей, похожих на себя, чтобы обрести понимание. Потому что это самое главное в жизни.

- А ты сама понимаешь себя? - Уолл откинул бланк, что всё время держал в руке, на стол.

- Честно говоря, не всегда. Наверное, поэтому я и здесь. Иногда по утрам я заставляю себя встать с кровати, говорю: "Всё хорошо, ты сможешь, ты справишься с этим днём, а сейчас вставай, тебе надо идти и работать". Но иногда всё гораздо сложнее, я не могу поднимать себя на ноги одними побуждениями, мне так надоело то, что меня окружает. Из-за этого я хотела сбежать. С каждым днём эта привычная жизнь тяготит всё больше. А с другой стороны... Август, моя работа, любимые места. И я чувствую, как меня разрывает на кусочки, будто я вынуждена сделать какой-то выбор. И с болезнью то же самое. Мне страшно выздоравливать, мистер Уолл. Но и мучиться я больше не могу. Боль накапливается, а ненависть к себе катит меня в хлам. Так что мне делать?

- Этого вопроса я и ждал, - доктор закрыл глаза и тяжело вздохнул, а потом встал с кресла. - Август, я могу попросить тебя выйти? Мы с Лией поговорим наедине ещё минут сорок и она вернётся, подожди её в коридоре.

- Да, хорошо, - это были единственные два слова, которые я сказал за этот сеанс, да мне и не хотелось что-либо говорить.

Выйдя из кабинета, я уселся на скамейку в коридоре. О чём они говорят? Почему он вообще попросил меня выйти? Может, он не хочет, чтобы я слышал какие-то факты про Лию? Я доверял работе мистера Уолла и начал успокаивать себя. Достав телефон, я открыл галерею и начал пересматривать фотографии. Казалось бы, наше знакомство было так недавно, а уже середина марта. Всё изменилось. Мы изменились. Но ведь это не плохо. Засматриваясь на каждую фотографию и детально вспоминая моменты, время пролетело незаметно. Дверь открылась, и психолог позвал меня обратно в кабинет. Лия неподвижно сидела в кресле, её глаза были наполнены слезами, а руки впивались в подлокотники. Мистер Уолл дал мне листок, на котором был записан номер телефона.

- Что это? - спросил я.

- Август, я не смогу помочь Ли в полной мере, её проблема слишком глубоко в ней зарыта. И единственное решение, которое поможет ей встать на ноги — это клиника. В этом нет ничего плохого, не подумай. Это прекрасное место для лечения, отдельный дом, в котором живут люди, страдающие такими же расстройствами пищевого поведения. Ей будет легче победить проблему, когда она будет наблюдать за людьми, которые хотят того же, что и она. Подумай над этим и позвони по этому номеру, когда будете готовы.

Я взял листок и внимательно рассмотрел его. Этот номер мог бы стать началом другого, лучшего будущего. Мистер Уолл подошёл к Ли и похлопал её по плечу.

- Ты со всем справишься, Лия. Ты уже встаёшь на верный путь. Просто поверь в себя и своё выздоровление, тогда вера подарит надежду. Но только в том случае, если ты искренне хочешь верить. Удачи.

Лия встала и подбежала ко мне. Схватив меня за руку, она кивнула мне, мы попрощались и удалились из этого здания.