Не упусти мгновенье

С переездом Лии в мой дом многое изменилось. Во-первых, порядки этого самого дома. Каждое утро мы вставали в 6:30 и делали упражнения, которые, как говорила Ли, помогали проснуться и чувствовать себя бодрым весь день, однако я чувствовал себя только сонным, потому что вставал обычно позже. А каждые три дня Лия устраивала нам день СПА, в который наносила на наши лица всякие скрабы и маски, чтобы кожа выглядела хорошо. Она вообще слишком сильно пеклась о своём внешнем виде. По утрам субботы мы делали генеральную уборку в доме, раньше я ненавидел день уборки, но вдвоём всё оказалось делать гораздо веселее, даже такие бытовые дела. Да вообще всё стало гораздо лучше, когда я мог быть с Лией постоянно и мне не приходилось ехать куда-то, чтобы просто обнять и сказать как сильно я её люблю. Я был рад засыпать с ней и каждый вечер перед сном рассказывать придуманные мной истории, чтобы ей не снились кошмары. Мне нравилось, как она будила меня рано утром и стягивала одеяло, целуя в лоб.

Лия любила минимализм в интерьере, поэтому лишнюю мебель мы затащили в мой подвал. В нашей спальне не было ничего, кроме кровати с бельём жемчужного цвета, стоявшей посередине, и резного зеркала в углу комнаты. Ну и растения на окнах. Она уж очень их любила, некоторые даже назвала — так у нас цвела азалия по имени Елизавета и драцена Николя. На нашей кухне были сотни сортов разного чая, какой только пожелаешь, и Лия разбиралась в этом очень хорошо: откуда этот чай, сколько он должен настаиваться и в какой день его лучше пить. В гардеробной всегда был порядок, я уже говорил, что Лия не сразу убиралась, но вся одежда и обувь постоянно находились в идеальном состоянии.

Кстати говоря, дом Ли мы продали, потому что в нём больше не было нужды. Я так любил присутствие Лии рядом со мной. Вот она стоит передо мной и я в любой момент могу к ней прикоснуться. Я узнал её ещё лучше, стал познавать её повадки, привычки и движения. Она любила кружиться возле того резного зеркала и танцевать, словно снова выходила на сцену. Около восьми часов вечера она открывала окно в комнате, перевешивала ноги через него и сидела, писала что-то в своём скетчбуке. Любила разглядывать созвездия, хотя не разбирала, где малая медведица, а где большая. Она могла очень долго сидеть вот так неподвижно и смотреть ввысь, не знаю, о чём она думала в такие моменты. А также Ли любила выключать вечером весь свет в гостиной, оставляя только фонарик, и играть руками, как в детстве играли в театр теней. Её движения были плавными, пальцы медленно скользили по воздуху, разрезая его, она создавала неизведанные фигуры, но это так притягивало внимание. Ли много проводила времени в телефоне и иногда это изрядно раздражало, но я не мог её осуждать, потому что пока она листала свои новости и ленту Instagram, я садился сзади неё и ходил пальцами по позвонкам, что сильно выпирали. А после этого массировал ее плечи, которые были всё острее и острее с каждой неделей.

Когда Ли только переехала, я думал, что мы легко избавимся от её проблемы, и по началу мне казалось, что всё налаживается. Она сама ходила в магазин, что был всего в двухсот метрах от дома, и покупала продукты на двоих. Я составлял ей список того, что надо мне, а для себя она выбирала сама. Почему-то Ли не любила ходить в продуктовые магазины вдвоём, зато в остальных могла находиться со мной часами, особенно в хобби магазинах, но сейчас не об этом. Возвращаясь, она раскладывала сумки и из своей доставала свежие фрукты, обезжиренные йогурты, новую пачку чая и различные замороженные овощи. Да, она ела отдельно от меня, потому что её еда была слишком низкокалорийная и полезная для меня, но иногда я делал для нас суп и ей нравилось.

Я радовался тому, что она может есть хоть что-то, что она не голодает, но по существу, вряд ли тут есть повод для радости, когда её рацион составлял не больше четырёхсот калорий в день. Она пристально контролировала то, что ела, и то, что ел я. И расстраивалась, когда я покупал что-то сладкое или вредное, иногда устраивая из этого целую ссору. Я не принимал её отношения к еде и осуждал, совершая огромные ошибки. Я пытался соблазнить её едой или накормить насильно, а Ли становилось только хуже, только больнее. Не понимая, почему так происходит, я стал больше узнавать о психических расстройствах. Читал множество статей, слушал лекции на YouTube, если кратко, то проскрёб весь интернет, чтобы лучше понимать мою Ли.

Я узнал, что это может передаваться наследственно и в большей степени, чем было у родственника. Понял некоторые моменты поведения по отношению к человеку, который имеет эту проблему. Через рассказы таких людей, я немного узнал, что творится в их мыслях, как они скрывают свои переживания и насколько сильно ощущают эмоции, потому что их эмоциональная стабильность совсем нестабильна. Однако я всё равно не мог понять всего в силу того, что не переживал эту проблему сам, и с каждой прочитанной статьёй становилось ещё страшнее за жизнь Лии. Когда я увидел, что по статистике, каждая третья побеждает проблему, а остальных двух ждёт летальный исход — меня схватила паника и безумие. Только мысли о том, что она станет этой самой третьей, не давали сойти мне с ума.

И всё же у нас были прекрасные моменты вдвоём, когда оба были счастливы, а её редкая измученная улыбка давала мне надежду на лучшее каждый раз, когда я её видел. Лия вдохновляла меня на совершенство и саморазвитие, потому что сама стремилась к этому. На какой-то промежуток времени, может около двух недель, театр Ли не давал концертов, у них был своеобразный отдых, чтобы потом работать с большей силой, поэтому Лия могла заниматься самой собой. Она изучала французский язык, который ей казался самым красивым по звучанию, пробовала рисовать на холсте и у неё хорошо это выходило. А также пыталась сочинить свою песню на укулеле, когда мы приходили к Кори, потому что у неё был этот инструмент. Лия быстро научилась играть на гитаре, но не любила запоминать последовательность аккордов новых песен, поэтому сама воспроизводила аккорды в любом порядке и что-то напевала, то, что в голову придёт. Её голос звучал так мелодично и нежно, что казалось, я мог бесконечно лежать, уставившись взглядом в одну точку, и слушать это звучание.

После дня рождения у меня всегда появлялось детское новогоднее настроение, желание радовать себя и всех вокруг. Хоть до Нового Года было ещё немало времени, я уже с нетерпением ждал этот праздник. Всё, чего хотелось — это верить в чудо, лежать под одеялом с горячим какао и наслаждаться атмосферой тепла и уюта. И за таким бездельем время летело, поэтому когда пришёл час и оставалось полторы недели до Нового Года, мы с Ли были загружены работой. В ресторане, где я работал, компании людей заранее заказывали столики и отмечали наступление праздников. А в театре Ли все готовились к предновогодним шоу, что занимало очень много времени. Мы приезжали домой около девяти вечера, дико уставшие и вымотанные, не в состоянии сделать что-либо, кроме как расстелить кровать, переодеться и уйти в глубокий сон. Я люблю зиму, но в этой погоде чувствуешь себя, как после долгой спячки, глаза незаметно слипаются, мысли переносят тебя в какой-то другой мир. Хорошо то, что у нас был гибкий график, и мы с Ли могли выбирать выходные дни.

В преддверии Нового Года город красочно украшали: везде сияли огоньки, что ослепляли тебя своей красотой, ставили ёлки, которые полностью были увешаны игрушками. Проходили различные акции и люди активно занимались благотворительностью, жаль только, что вспоминали они о помощи ближним лишь несколько раз за год. На главных улицах теперь играла музыка и можно было услышать всеми любимого Фрэнка Синатру, а прохожие подпевали известное "Let it snow", хоть снег пока и не выпал, а пора бы. В один день я и Ли отправились на новогодний базар, чтобы выбрать себе ёлку. До этого в наших семьях ставились искусственные ёлки, которые не давали полноценно ощутить дух праздника, поэтому мы решили купить нашу первую живую ель. Мы очень долго выбирали её, осматривали иголочки, думали над размером, где её поставить, и наконец выбрали. Нашу ель мы поволокли в машину и аккуратно положили на задние сиденья. Потом мы поехали за гирляндами и игрушками, с ними проблем не оказалось, так как мы точно знали, какую расцветку хотим. Красный, белый и золотой казались нам прекрасным выбором, да и игрушки, которые были уже у нас дома, имели такие же оттенки. Приехав домой, мы сразу же принялись украшать дом. Сначала прошлись по комнатам и повесили гирлянды, огоньки, венки, а под вечер взялись за ёлку. Лия выглядела как ребёнок, сбежавший со сцены на новогоднем утреннике, чтобы поздороваться с Сантой. Её глаза были наполнены таким восторгом и игривостью, когда я принёс ель в комнату. Поставив её возле стены, мы взяли игрушки и начали развешивать одну за одной. Честно, я  не получал раньше такой радости от этого процесса. Мы делали всё с таким умиротворением, разговаривая о планах на следующий год, на фоне шумел телевизор, по которому шла "Реальная любовь", а на столе нас ждали две кружки красного чая.

Ли пританцовывала, её волосы сегодня были собраны в высокий хвост, который лоснился по её телу, будто стекающий водопад. На её губах была матовая красная помада и из-за этого Лия ещё больше походила на фарфоровую куколку. Костяшки пальцев у неё покраснели из-за холода и сами запястья стали гораздо суше. Ей не было тепло даже в помещении, поэтому я так часто её обнимал. Прошло около часа и наша ёлочка была увешена игрушками, дождиком. Я подмигнул Ли и сказал:

- Пора зажечь огоньки.

Она замерла в ожидании, после чего сама проявила желание включить огни. Щёлк! И вся комната озарилась, засверкала всевозможными цветами. Ли улыбалась так искренне и по-детски, а я улыбался ей в ответ. Оба были в изумлении от результата украшения, поэтому не зря мы потратили  столько энергии и времени. Постояв ещё немного у ели, мы взяли кружки чая и сели досматривать фильм. Хоть мы его обожали, интересно уже не было, так как начало не увидели. Ли взяла свой блокнот со стола и пошла в спальню, однако через секунд двадцать вбежала ко мне с криками и бешеными глазами.

- АВГУСТ! АГВУСТ, ПОЙДЁМ!

- Лия, что происходит? Всё нормально? - встревожился я.

- ДА, АВГУСТ, ЭТО ЧУДО, БЫСТРЕЕ ТЫ ВСТАВАЙ.

Она тянула меня за руку и я послушно встал с дивана. Не понимая, что происходит, я просто шёл за своей малышкой, а она тащила нас в коридор. Натягивая ботинок на свою ножку, она громко твердила мне, чтобы я тоже одевался. Я смотрел на неё с испугом и недопонимаем, что такое она могла увидеть, но всё равно начал надевать обувь. Не дав мне взять с собой куртку, Ли подтолкнула меня, открыла входную дверь и мы выбежали на улицу. Тут я понял, почему она так торопилась. Лия бегала возле меня и звонко смеялась. Пошёл первый снег в этом году. Большими хлопьями он ложился на землю и не таял. Снежинки кружились в безумном вихре. Гонимые ветром, они накрывали землю пушистым белым одеялом. Вокруг всё сверкало, а в свете фонарей был чётко виден поток этих снежных масс, что радовали каждого жителя города. Все ждали снег так долго, и вот наконец он пошёл. Я видел, как в соседних домах загорался свет, и люди из окошек смотрели на происходящее, а некоторые дети выбегали на улицу, как и мы. В таких мелочах и познаёшь настоящее счастье, с ним всё так просто. А Ли всё так же хохотала, радуясь этому волшебству, и я не мог отвести от неё взгляд. Она казалась ещё совсем маленькой девочкой, что приходила в эйфорию от вещей, на которые обычно люди не обращают внимания. Такой маленькой девочкой.