3 Часть
Я иду чуть позади своего старшего брата, он держит меня за руку, и все мое внимание сосредоточено на кирпичной кладке, которую я ощупываю кончиками пальцев другой руки. Стены в неважном состоянии – кирпичи лежат неровно, и порой я ощущаю под рукой дыры, там, где стенка обвалилась. В какой-то момент я ударяюсь пальцами ноги об выпавший кирпич, издаю вопль и чуть не падаю на Лео. Как глупо. У меня ребра помяты, а теперь еще и пальцы на ноге разбил.
После этого происшествия я двигаюсь еще более осторожно. По крайней мере, мы идем не слишком быстро… может, Лео и хочет побыстрее попасть домой, но он реально не торопится. Мы не можем позволить себе ошибаться в такой темноте.
Мда, похоже, это самая скучная часть нашего путешествия. Мы идем. Останавливаемся перевести дыхание. Иногда натыкаемся на целую кучу обломков, через которые нам приходится перебираться – вот это невесело. Время идет. Интересно, а сколько сейчас на самом деле времени… мы ушли из убежища где-то как раз перед полуночью. Теперь точное время никак не выяснишь. Мы находим парочку ответвлений от нашего коридора, и каждый раз задерживаемся, потому что лучшее, что мы можем сделать – это попытаться угадать, куда идти. Думаю, Лео еще хотя бы приблизительно ощущает общее направление, хотя и он все больше и больше сомневается, так что может и нет. Но я надеюсь, что да.
Время от времени он спрашивает, как у меня дела. Кроме этого он почти ничего не произносит. Наверное, слишком занят, размышляя о том, какая на нем ответственность, ведь он ведет нас навстречу нашей судьбе, ну или как-то так. В смысле, вполне возможно, что мы просто ходим кругами, и ему это известно. Но он по-прежнему держит меня за руку. На секунду мне в голову приходит мысль: а что, если ему тоже не хочется чувствовать себя одиноким в темноте? Эта мысль заставляет меня заулыбаться. Ну, а почему нет? Лео ненамного старше меня.
Хехех. Похоже, моя задача – отвлечь его от тяжких раздумий.
– Итак…
– Итак?
– Я просто размышляю, как нам убить время, – жизнерадостно говорю я. – Может, какие-нибудь игры… ничего не приходит в голову?
– Я уверен, что ты готов выдвинуть предложение.
Оо, да он брал уроки по использованию сарказма у Рафа. Я ухмыляюсь в темноту.
– Думаю, про «Я шпион»* и заикаться не стоит…
Он негромко смеется в ответ.
– Правильно думаешь.
– Тогда как насчет… мм… – я спотыкаюсь. – …салочек?
– Салочек, – медленно повторяет он.
– Ага!
– В темноте. Здесь.
– Тогда жмурки?
– Майки…
– Что? – я сама невинность, клянусь. – У тебя есть идеи получше?
– Как насчет «Следуя за лидером»? – устало произносит он.
– Ой. Лео, знаешь, я давно хотел с тобой поговорить по поводу твоих так называемых каламбуров…
Он резко дергает меня за руку, и я спотыкаюсь и с воплем чуть не падаю вперед, но в этот момент он меня отпускает. Лео ударяется о землю с глухим стуком. Это было… реально неожиданно. Я падаю на колени рядом с ним, нащупываю в темноте его руку, несколько раз промахиваясь, и вцепляюсь в нее мертвой хваткой, пока он пытается подняться.
– Чувак! Что стряслось?!
Он бормочет что-то так тихо, что мне едва слышно. В смысле, кажется, он в порядке. Он встает, и я слышу, как он смущенно отряхивает с себя землю. Только тогда до меня доходит, что именно он сказал.
И я скалюсь во все тридцать два зуба.
– Лео, повтори-ка? Я тебя не расслышал.
– Все ты расслышал, – ворчит он.
– Ты споткнулся, – он споткнулся. – О собственные ноги? – поверить не могу, что наш Просветленный споткнулся. Я хихикаю в темноте.
– О какой-то мусор, – огрызается он, по какой-то причине его голос звучит слегка виновато. Он снова берет меня за руку и идет дальше, широко шагая и едва не таща меня за собой. – Я не идеален, Майки.
– Да расслабься, Лео. Это ж не конец света, – я все еще ухмыляюсь, хотя ни за что не признаюсь в этом. Ну… во всяком случае, не Лео. А вот Раф и Дон смогут позже оценить ситуацию по полной. Хех. – Нам это и так известно. Помнишь, когда ты случайно…
Я замираю на месте, практически рывком заставляя Лео остановиться. Моя левая рука, которой я почти уже на автомате проводил по поверхности стены, только что сомкнулась на чем-то металлическом.
Он моментально понимает, что я заткнулся не из чувства самосохранения.
– Что ты там нашел?
Я не отзываюсь целую секунду – я хочу удостовериться. Я ощупываю металлический предмет; его поверхность неровная и покрыта ржавчиной, я чувствую, как с нее осыпаются какие-то хлопья. Может, облезшая краска? Металлический прут тянется вверх по стене. Местами на нем чувствуются небольшие вмятины, но… я тянусь дальше, ощупываю кирпичи и нахожу, наконец, то, что искал. Перекладины.
Это лестница.
– Бро? – я с большим облегчением улыбаюсь. – Мы нашли путь наверх.
Лео вздыхает.
– Это хорошо.
– Моя очередь. Я хочу посмотреть, куда она ведет.
Он не спорит по этому поводу. В конце концов, это я нашел лестницу, так что у меня преимущество. Ну… и кроме того, лестница на ощупь настолько старая, что могу поспорить, тут есть и сломанные ступеньки и все подобные проблемы, а я бы как-то предпочел, чтобы Лео не нашел еще один способ опять испачкать меня своей кровью. Так что лучше я сперва удостоверюсь, что эта штука нас выдержит.
– Только смотри, осторожнее, – вот и все, что он мне говорит.
Он перемещает руки на лестницу, чтобы придержать ее для меня, и я вскарабкиваюсь на первую перекладину, которую мне удалось нащупать. Она негромко скрипит под моим весом, но не подается. Встречаются сломанные перекладины: некоторые перекошены на сторону, а каких-то вообще нет. Эта штуковина реально старая. Все это место просто древнее, хотя… не могу не задуматься, где это мы оказались. Катакомбы, а может, еще что. Я помню, Дон однажды рассказывал о том, что можно встретить внизу – типа, старые пути доставки секретной почты, проходы между госпиталями, но мне кажется, это все должно быть уровнем повыше, а не где мы сейчас. Тогда меня это как-то не очень интересовало. А вот теперь мне жаль, что я все пропустил мимо ушей.
Хотя, по этой лестнице все равно можно взобраться. Я и взбираюсь, только очень-очень медленно. Во-первых, я не хочу опять пораниться, а во-вторых не хочу давать Лео повод посмеяться надо мной, если я шлепнусь.
И в конце концов, я здорово прикладываюсь макушкой о потолок. Ой. Ой-ей.
– Майки?
– Все зашибись, – во всяком случае, ничего такого, что не могла бы поправить пара таблеток аспирина. Я на минутку прикладываю к макушке ладонь, а затем тянусь вверх и аккуратно ощупываю то, что надо мной. Я чувствую пальцами углубление в потолке – здесь есть люк или что-то похожее. Но я не могу сдвинуть крышку с места.
Пока, во всяком случае. Я обхватываю лестницу, выуживая из-за пояса один из своих нунчак. Я очень надеюсь, что крышка люка не откидывается просто потому, что ее очень долгое время никто не использовал, а не потому, что она заперта на висячий замок с обратной стороны. В смысле, если она все же заперта, это еще не конец света… мы можем продолжить поиски и найдем другой путь наверх, может, чуть позже. Но я думаю, что мы уже как-то очень долго блуждаем тут в темноте и нам уже хватило.
А еще за этим люком может быть светло…
Свет – замечательный мотиватор. Вот почему я стискиваю нунчаки в ладони и концами палок начинаю лупить по краю крышки, пригибая голову и уворачиваясь от потока сыплющихся на меня ошметков краски и комков пыли. О да. Здесь явно давно никого не было. Я продолжаю, все так же обстукивая люк по краям, пытаясь хоть немного освободить крышку.
Снизу доносится кашель Лео. Уупс. Наверное, нужно было его предупредить.
– Лео, извини, я не хотел!
– Ничего, – сухо отзывается он. – Полагаю, мне следовало этого ожидать.
Я ухмыляюсь, убирая нунчаки обратно за пояс, и снова толкаю люк вверх. На этот раз я определенно чувствую, как крышка подается… но все равно не сдвигается. Может, на ней сверху что-то лежит. Я обвиваю ногой одну из наиболее надежно выглядящих ступенек и, осторожно балансируя, поднимаю вверх обе руки. Ладно, Микеланджело. Сила – это хорошо, правда ведь?
Так что я изо всех сил толкаю люк вверх. Я чувствую, как начинают протестовать мои ребра, но в свете того, что крышка люка медленно поднимается, я игнорирую их возражения. А вот к чему я не был готов, так это к внезапному душу вонючей воды прямо в лицо. Если учесть то, как мы здесь вообще оказались, я как-то сразу впадаю в панику… Я вздрагиваю и закрываю лицо, в следующий момент, естественно, теряя равновесие, и падаю спиной вперед.
…черт. Похоже, я все-таки свалился. Ну, по крайней мере, в этот раз я не ору. Я чувствую, как руки Лео обхватывают меня за панцирь, а затем мы оба шлепаемся в грязь. Столкновение отзывается в моих ребрах не так болезненно, как могло бы, но все равно… ой.
– Майки? – его голос звучит обеспокоенно. Кажется, в конце я все же не удержался от вскрика. – Ты в порядке?
Я чувствую, как на ноги мне льется вода, и начинаю лягаться, прежде чем до меня доходит, что воды-то не так уж и много. Практически, она течет сверху тоненькой струйкой. О, ну конечно. Крышка люка-то снова захлопнулась, так что путь воде перекрыт.
– Майк!
– Да. Все хорошо, – я сжимаюсь, скатываясь со своего брата, так чтобы мой вес не вдавливал его в грязь. – Но нам там не пройти.
– Почему нет?
– Тот коридор затоплен.
Он молчит пару секунд. Затем задумчиво произносит:
– Нет. Если бы он был затоплен, тебе бы не удалось даже приподнять эту крышку люка.
Верно. Ладно. Я идиот. Не то, чтобы я собирался высказать такое вслух. Так что я вместо этого предлагаю ему руку и робко посмеиваюсь.
– Похоже, мы сравняли счет по поводу падений, а?
Он ничего не отвечает. Хотя все же принимает мою руку, и я, слегка морщась, тащу его вверх, помогая подняться на ноги. Его рука надежная и теплая, а вода ледяная. Меня от этого купания дрожь пробирает. Но он прав… возможно, там просто набралась лужа в углублении, где люк, ведь если бы воды было гораздо больше, то ее вес не дал бы мне даже пошевелить крышку.
Наверное, мне остается только сделать хорошую мину при плохой игре, или как там это называется.
– Хочешь, я его открою?
Голос Лео звучит устало. Сейчас должно быть уже сколько… пять утра, что ли? И мы оба в синяках и вымотались до изнеможения. Я думаю о том, как мне на голову сейчас опять польется ледяная вода, а потом думаю про ногу Лео. Выбор-то легче легкого.
– Не, все супер. Просто от неожиданности растерялся на секунду, вот и все.
– Хорошо. Будь осторожен.
– Конечно, мамочка! – хех. И снова вверх по лестнице. Я слышу, как Лео шаркает ногами в грязи подо мной, затем он снова берется руками за низ лестницы. Думаю, он опасается, что лестница может отойти от стены. Что, похоже, вполне вероятно. Я мысленно готовлюсь к душу и снова толкаю крышку люка, крепко зажмурив глаза. Ледяная вода плещет мне на голову и плечи. Холодно! Но на этот раз я не впадаю в панику и не разжимаю руки. И Лео прав… спустя несколько секунд вода перестает течь.
Я толкаю крышку так, чтобы она откинулась, и слушаю, как она шлепается в грязь, открывая нам дорогу наверх. Офигенно.
Там так же темно. Фигово.
Я целую секунду собираюсь с духом, прежде чем пролезть наверх в совершенно новое неизведанное пространство. Здесь повсюду грязь… жижа и что-то, на ощупь похожее на листья, а еще здесь определенно много небольших луж с вонючей водой. К тому времени, как я поднимаюсь на ноги, меня уже трясет от холода.
Снизу слышно слабое поскрипывание лестницы, когда по ней взбирается Лео. Он поднимается очень медленно. Я не понимаю, почему, пока не вспоминаю, сколько воды пролилось вниз. Лестница, должно быть, теперь вся мокрая. Он просто не хочет поскользнуться и упасть.
Так что я припадаю к земле рядом с открытым люком и осторожно протягиваю руку вниз.
– Бро, я прямо тут.
– Спасибо, – его пальцы ловят мою кисть, и я помогаю ему протиснуться в это новое помещение. Мы определенно приближаемся к цивилизации, если здесь можно найти опавшие листья… но света здесь тоже нет, значит, мы все еще в катакомбах (предположительно) или в той части канализации, которую давным-давно перестали использовать. А листья могло принести водой очень и очень издалека.
Мне холодно.
– Лео?
Он не отзывается. Просто кладет руку мне на плечо. Я не могу сдержать слабую дрожь – разница между холодным Майки и теплым Лео как-то слишком велика. Я открываю рот, чтобы спросить «Куда дальше?», но вместо этого произношу:
– Я устал.
И в то же мгновение, как я это говорю, я осознаю: я не то, что устал, я вымотан до предела. Все мои болячки и синяки, вся эта нескончаемая ходьба, и еще этот холод… Я просто хочу усесться и заснуть.
– Нам нужно продолжать идти, – неуверенно говорит он. – Хотя бы еще чуть-чуть.
– Зачем? – я улыбаюсь в темноту. – Разве мы еще не там?
– Нет, – видите, он тоже устал. Лео у нас товарищ серьезный, но даже он обычно может определить, когда я шучу. – Но мы должны идти так долго, как только сможем.
– Ты сам говорил, что мы можем болтаться тут больше, чем сутки, – я не сдаюсь. – Лео, мы шли несколько часов подряд. Тебе же известно, что время от времени люди должны отдыхать, правда?
Он молчит. А его рука все еще лежит у меня на плече, и я начинаю замечать, что он на самом деле слегка облокачивается на меня. Он тоже истощен, и все же хочет продолжать движение. Блииин, а я еще думал, что это мне настолько не нравится темнота.
Так что я торопливо выискиваю какой-нибудь логический аргумент, чтобы сразить его сопротивление.
– Лео, знаешь… чем дольше мы будем идти без сна и отдыха, тем больше ошибок мы наделаем. Я не очень-то хочу, чтобы в конце концов оказалось, что мы шли не туда, или свалились еще куда-нибудь, когда мы уже так многого достигли.
А-ха! Я почувствовал, как он слегка вздрогнул. Его рука на мгновение крепче сжимает мое плечо, а затем он вздыхает. Я чувствую себя немного виноватым, поскольку он, конечно же, понял мои слова так, будто я обвиняю его в неразумности суждений… но с этим Лео справится. И мы оба знаем, что я прав.
– Ладно, – говорит он. – Но давай, по крайней мере, найдем место посуше. Я не хочу, чтобы ты заболел.
Ага, да, это взаимно и все такое. Кроме того, если здесь на земле лужи, это означает, что вода здесь текла совсем недавно. А просыпаться от того, что на тебя хлещет вода – идея, далекая от совершенства.
– Звучит неплохо, – говорю я. –Так куда теперь?
Он так долго молчит, что я даже начинаю нервничать. В смысле, может быть, я слишком многого ожидаю от Лео, он же не какой-то там ходячий компас, чья стрелка всегда указывает в сторону убежища, но представление о том, что мы постоянно оказываемся чуть ближе к дому, на самом деле очень успокаивает. Я очень надеюсь, что он не прервет молчание только затем, чтобы сказать, что он понятия не имеет.
Он роняет руку с моего плеча. В следующее мгновение я чувствую, как его пальцы хватают за мои.
– Сюда, – негромко произносит он.
Ну вот мы и опять в пути.
Здесь нет такой удобной стены, за которую можно придерживаться, чтобы не сбиться с пути, так что сначала мы двигаемся довольно-таки неуклюже. Мне кажется, Лео намеревается отыскать стену, потому что он делает несколько шагов в сторону и ступает очень осторожно. Лужицы воды и грязи очень холодные и вообще отвратительны, и я стараюсь даже не задумываться о том, что еще этакого нам может встретиться. Наконец, Лео находит что-то, что сразу меня приободряет – не стену, нет, но это определенно ступень вверх на нашей дороге назад к миру. В буквальном смысле слова.
– Ограждающая стена, – говорит Лео. – Это разноуровневый коридор.
Я слышу, как он забирается наверх, а затем помогает мне подняться и перевалиться через край. Думаю, мы поднялись всего метра на полтора, но там, где мы сейчас, намного суше. Здесь уже не грязь. Здесь бетон.
А потом Лео уже без проблем находит стену. Она в гораздо лучшем состоянии, чем те, что мы оставили внизу. Кажется, мы нашли проход, который идет рядом с водостоком или дренажным каналом или еще чем-то в таком роде. Что, вообще-то, казалось бы весьма многообещающим, только я по-прежнему полагаю, что эта местность нам незнакома, хотя бы смутно.
И все же… мы выбрались из грязи. Я отскребаю грязь со ступней, шаркая ими по кромке этого «тротуара», и прислоняюсь к стене, закрывая глаза.
– Мы здесь остановимся, да? Хотя бы на пару часов, да?
– На пару часов, – неохотно соглашается Лео.
Его тон заставляет меня замереть на несколько секунд, потому что… он ведет себя еще больше похоже на надсмотрщика за рабами, чем обычно. В смысле, нет же ничего плохого в том, чтобы мы здесь отдохнули, ведь так? Но я слышу, как он передвигается и сползает вниз по стенке, вытягивая ноги. Наверное, можно списать это нежелание задерживаться на его чувство ответственности… он просто хочет вернуть нас домой.
И все равно, что-то меня беспокоит. Я не уверен, что именно. Поэтому я сужаю глаза и несильно сжимаю его руку.
– Хей, Лео…
– Извини, Майки, – он тянет меня вниз, усаживая рядом с собой, и обнимает рукой за плечи. – Я вовсе не имел в виду, что не дам тебе отдохнуть. Просто…
Он теплый и вообще. Я сворачиваюсь клубочком у него под боком и чувствую, как тепло его тела прогоняет холод из моего.
– Просто волнуешься из-за ребят?
– Да.
Я улыбаюсь в темноте. Леонардо как всегда в роли старшего брата. Я вытягиваю одну руку и удобно располагаю ее у него на пластроне.
– Ну, значит всего пару часов.
– Согласен, – думаю, он снова улыбается. – Теперь давай засыпай, ледышка.
Мне не нужно повторять дважды. У меня тут подушка-Лео, и я собираюсь этим воспользоваться. Чтобы расслабиться, много времени не нужно… кажется, Лео успевает сделать всего два или три вдоха-выдоха… и меня нет…
(Если есть ошибки простите, пишу утром.)