Это еще не конец...
Прошло больше двух месяцев. Зима окончательно вступила в свои права, укрывая Барселону холодным, влажным одеялом. Надежды таяли с каждым днем, как снег на теплых ладонях. Врачи осторожно говорили о минимальных шансах, о возможном вегетативном состоянии, слова, которые резали слух и заставляли сердце Марка сжиматься от боли.
Футболисты приходили реже, у каждого были свои дела, тренировки, игры. Жизнь, такая несправедливая, продолжалась.
Гави все еще изредка рассказывал анекдоты, но в его голосе уже не было прежней беззаботности.
Ламин перестал включать музыку. Однажды он просто пришел, сел у кровати Джуди, взял ее холодную руку и прошептал: —Прости меня,я тогда в аэропорту шутил над тобой,но ты злюка нужна мне
Пау по-прежнему молча сидел рядом, его присутствие было постоянным, как тихая молитва.
Педри приходил все реже, измученный тренировками и собственными демонами.
Роберт старался поддерживать Марка, но и его оптимизм постепенно иссякал.
Марк же не сдавался. Каждый день он приходил к Джуди, читал ей вслух, рассказывал о новостях, о том, как команда выиграла очередной матч, как распускаются первые подснежники в парке. Как первые вышел на поле после травмы. Он говорил, говорил, говорил, словно пытаясь заполнить пустоту, которая образовалась в его жизни с тех пор, как Джуди погрузилась в тишину. Он гладил ее руку, вглядывался в ее бледное лицо, ища хоть какой-то знак, хоть малейший намек на то, что она все еще здесь, с ним.
***
Однажды вечером, когда Марк уже собирался уходить, он заметил, как дрогнул уголок губ Джуди. Ему показалось, что она улыбнулась. Он наклонился ближе, затаив дыхание.
– Джуди? – прошептал он, едва слышно. – Ты меня слышишь?
Ее веки едва заметно дрогнули. Марк замер, боясь пошевелиться, боясь дышать. Он боялся, что это всего лишь игра света, обманчивая надежда, мираж в пустыне отчаяния. Он взял ее руку, сжал ее в своей. Рука Джуди была по-прежнему холодной, но ему показалось, что он почувствовал легкое, почти неуловимое пожатие.
– Джуди, – повторил он, голос дрожал от волнения. – Это я, Марк.
Внезапно монитор рядом с кроватью запищал. Марк испуганно отпрянул. В палату вбежали медсестры и врач. Марка попросили выйти. Он стоял в коридоре, чувствуя, как бешено колотится его сердце. Минуты тянулись, как часы. Каждая секунда казалась вечностью.
Наконец из палаты вышел врач. Его лицо было серьезным, но не тревожным.
– У нее наблюдается мозговая активность, – сказал он, глядя на Марка. – Это хороший знак.
Марк почувствовал, как к горлу подкатил ком. Слезы, которые он так долго сдерживал, хлынули из его глаз. Он не мог говорить, он мог только кивать, не веря своему счастью.
– Мы пока не можем сказать, когда она придет в себя, – продолжал врач. – Но это уже большой прогресс.
Марк вытер слезы. Впервые за два месяца он почувствовал что-то похожее на надежду. Настоящую, живую надежду. Он подошел к двери палаты и тихонько постучал.
– Джуди, – прошептал он. – Я здесь. Я никуда не уйду.
***
Дни превратились в недели. Джуди по-прежнему оставалась в коме, но признаки жизни становились все отчетливее. Мониторы фиксировали все более активную мозговую деятельность. Иногда она слабо шевелила пальцами, морщила лоб, словно пыталась открыть глаза. Врачи говорили о положительной динамике, но по-прежнему осторожно прогнозировали сроки ее пробуждения.
Марк не отходил от нее ни на шаг. Он читал ей книги, рассказывал о мире за окном, о том, как команда готовится к важным матчам, как весна постепенно сменяет зиму. Он рассказывал ей о своих чувствах, о том, как сильно он ее любит, как скучает по ее улыбке, по ее голосу.
***
Одним утром, когда Марк сидел у ее кровати, держа ее за руку, он почувствовал, как ее пальцы сжали его ладонь. Он резко поднял голову. Джуди смотрела на него. Ее взгляд был мутным, нефокусированным, но она смотрела именно на него.
– Джуди? – прошептал он, боясь спугнуть этот хрупкий момент.
Ее губы дрогнули, пытаясь сформировать слово.
– М... Марк... – прошептала она едва слышно.
Слезы хлынули из глаз Марка. Он наклонился и осторожно поцеловал ее руку.
– Я здесь, – прошептал он. – Я с тобой.
Ей предстоял долгий путь восстановления. Она почти ничего не помнила о последних месяцах, о аварии, о коме,о спец операции.Но она была жива. Она вернулась к нему. И это было самым главным. Впереди их ждала долгая и трудная работа, но теперь у них была надежда. Надежда на будущее, которое они построят вместе, кирпичик за кирпичиком, восстанавливая разрушенный мир, наполняя его новой любовью и благодарностью за подаренный второй шанс.
***
Казалось бы у этой истории может быть счастливый конец и эти две судьбы наконец обретут покой,но нет...
Радость от пробуждения Джуди оказалась слишком короткой. Марк еще не успел осознать счастье от ее возвращения, как оно безжалостно вырвано из его рук. Двое мужчин в строгих костюмах, лиц которых он не разглядел, вошли в палату с официальными документами, холодными и бездушными, как и их взгляды. Они говорили о некой "программе защиты свидетелей", о "конфиденциальной информации" и "обязательствах" Джуди перед организацией, на которую она работала. Марк пытался протестовать, кричал, требовал объяснений, но его словно не слышали. Джуди, все еще слабая и дезориентированная, смотрела на него испуганными глазами. Она не понимала, что происходит, но чувствовала исходящую от этих людей угрозу.
Ее едва слышный шепот: —Марк...—прежде чем ее увезли, разрезал его сердце на части.
Марк остался один в опустевшей палате. В его голове вихрем проносились мысли, обрывки воспоминаний, слов Джуди о "Маэстро". Что таит в себе эта организация? Какую еще тайну может хранить Джуди? И почему ее забрали именно сейчас, когда она начала приходить в себя? Он понимал, что "программа защиты свидетелей" – лишь прикрытие. В глазах этих людей он видел нечто иное – холодный расчет и безжалостность.
***
Он вышел из больницы, не чувствуя под собой ног. Мир вокруг потерял краски, словно кто-то выключил свет. Отчаяние сжимало горло, не давая дышать. Но где-то в глубине души тлел огонек надежды, подпитываемый любовью к Джуди. Он не мог ее потерять. Не после всего, через что они прошли.
Марк начал собственное расследование. Он просматривал ее вещи, ища хоть малейшую зацепку. Он был готов на все, чтобы найти ее и узнать правду.
Постепенно пазл начал складываться. Разрозненные фрагменты информации, случайные встречи, полунамеки – все это приближало его к разгадке. Он знал, что Джуди работала на секретное правительственное агентство, занимающееся борьбой с международной преступностью.Но какие у нее могут быть обязательства перед государством?Почему ее забрали? И где она сейчас? Ответы на эти вопросы Марку еще предстояло найти. Он знал лишь одно – он не остановится, пока не вернет свою Джуди. Его любовь, его надежда – вот его оружие в этой неравной борьбе.