Остатки.

_______

Том устало потёр лицо, смывая тонкий слой пыли, покрывавший кожу, холодной металлической водой из ржавого крана. Он болезненно ощущал присутствие даначи по другую сторону металлической коробки, которую Том называл своей казармой. Когда-то это был грузовой контейнер без окон. Зимой здесь было невыносимо холодно, но большой гудящий радиатор у одной из стен, который днём поглощал солнечную энергию, хорошо нагревал помещение. Когда он работал.

Георг расчистил место в углу, и существо сидело на прохладной земле, молча наблюдая за Томом. Цепь, прикреплённая к его запястьям, теперь была прикована к металлическому поручню сбоку контейнера.

Пока оно не произнесло ни слова, но Том чувствовал на своей спине взгляд его тёмных глаз, пока он наклонялся над раковиной. Несмотря на быстро холодеющий сумеречный воздух, существо, казалось, излучало странное тепло, наполняя им небольшое пространство, как будто включили обогреватель.

Подняв глаза, Том увидел отражение этого существа в грязном зеркале, висевшем над раковиной. Спутанные волосы даначи падали ему на лицо, теперь уже мокрые после купания. Разорванная рубашка слегка прилипала к ещё влажной коже. Костлявые руки обнимали тонкую ногу, а щекой оно опиралось на колено, внимательно, но спокойно наблюдая за Томом.

Густав осмотрел вещь и заявил, что с ней всё в порядке, несмотря на очевидный факт - она была легче, чем должна быть. Но он признал, что никогда раньше не видел даначи, так что откуда ему было знать?

Всё это заставляло Тома чувствовать себя очень неловко. Он понятия не имел, что они собираются делать с этой штукой, и злился на себя за то, что решил оставить её себе. Сочувствие, которое он испытывал к ней, угасало по мере того, как существо находилось рядом с ним. Ему было некомфортно, и его присутствие превращало казарму в нечто незнакомое.

- На что ты, чёрт возьми, смотришь? - спросил он.

Даначи медленно моргнул и поднял голову. Его рот был слегка приоткрыт, нижняя губа блестела от слюны, и Том с трудом сглотнул. Он совсем не хотел, чтобы это существо находилось в его комнате и пропитало его вещи своим тёплым запахом, но тот факт, что он возбудился, несмотря на отвращение, означал, что оставить его без присмотра было нельзя. Он изучал его, разглядывая растрёпанные, спутанные волосы, тёмные сверху и с белыми прядями, и чёрные отметины вокруг глаз. Отметины были едва заметными, почти как макияж, но всё же достаточно яркими, чтобы выделяться в среде, где косметика так же распространена, как и нормальная еда.

В уголках глаз даначи виднелась чёрная подводка, которая исчезала к центру глаза. Ещё более странно было то, что по верхнему веку проходила тонкая линия, похожая на тёмную татуировку. Если бы Том не знал наверняка, он мог бы подумать, что это модный тренд. Он предположил, что необычный цвет можно легко скрыть с помощью макияжа, но на бледном лице даначи они выделялись пугающе.

Даначи моргнул, его веки задрожали, и Том вздрогнул, на секунду решив, что ему почудилась странная чёрная вспышка в его глазах. Том понял, что пялится на существо, и отвернулся, решив перестать пялиться на него, как какой-нибудь сексуально озабоченный маньяк.

Он обходился без секса с кем-то в постели почти полтора года, а некоторые из его сослуживцев торчали в этой дыре гораздо дольше него. Том практически отказался от мысли о сексе. На базе были симпатичные парни, но ничто здесь не вызывало у него даже подобия желания, и он не утруждал себя мастурбацией дольше, чем мог припомнить. К сожалению, он не мог быть уверен, что другие солдаты были такими же целомудренными, как он.

Вытерев руки полотенцем, которое висело на стене рядом с раковиной, Том взял его. Он вытер лицо, затем повернулся и глубоко вздохнул.

- Я не знаю, насколько ты понимаешь, - сказал он существу, свернувшемуся калачиком на полу. - Но ты должен оставаться здесь, пока мы не решим, что, чёрт возьми, нам с тобой делать. Ты не можешь выйти, это небезопасно.

Том не был уверен, насколько хорошо даначи понимает базовый язык; он произнёс всего одно слово. Жалкое существо вопросительно подняло закованные в цепи руки.

Том покачал головой. «Я не могу тебя развязать. Это небезопасно для меня».

Даначи опустил руки, словно с готовностью принял это, и снова принялся сверлить Тома взглядом, заставляя его чувствовать себя неловко. Растерявшись, Том подошёл к своей кровати и стянул подушки с одного края. Он бросил их на пол в углу, где сидело существо, и отступил назад. Несмотря на быстро темнеющую пустынную ночь, было совсем не холодно. На всякий случай Том достал из своего багажа несколько лишних одеял и тоже бросил их на пол.

Том поморщился, глядя на худого... мальчика, как он решил его называть. Мальчик моргнул в ответ.

- Ты голоден? - наконец спросил он.

Мальчик улыбнулся и, кажется, немного приподнялся. «Да, голоден...». Он произнёс это на одном дыхании, и что-то в его тоне заставило Тома вздрогнуть. Он невольно сделал шаг назад.

- Значит, ты можешь говорить? - нервно спросил он. - Чем вы, существа, питаетесь? Еда здесь не очень, но съедобная. Я посмотрю, что смогу найти.

Он развернулся, чтобы уйти, и замер, почувствовав лёгкое прикосновение к задней части ноги. Тонкие пальцы мальчика вцепились в грязную кожу его брюк, словно паучьи лапки. Он подался вперёд, его руки скользнули выше колена Тома, а худая грудь прижалась к его ноге. Его ногти были окрашены в тёмно-синий цвет, и где-то в глубине сознания Том смутно вспомнил, что это естественная черта его вида. Эта мысль отошла на второй план, когда даначи посмотрел на него сквозь спутанные волосы.

- Голоден, да, - повторил он, рефлекторно то ослабляя, то сжимая пальцы на штанах Тома. Чёрные ногти впились в ткань. - Хозяин... Так голоден.

Часть Тома хотела отшвырнуть мальчика, но он поймал себя на том, что не может отвести от него взгляд, а в животе у него всё сжимается. «Что ты ешь?» - спросил он. «Я найду тебе еды».

- Не еда, - пробормотал мальчик, прижимаясь ближе. - Не еда. Я так голоден...» Он протянул руку и потянул Тома за карман.

Том резко отпрянул, и мальчик упал вперёд, его руки упали с того места, где они были так близко к промежности Тома. Слова цыганки эхом отдавались в ушах Тома. Ты даёшь ему секс...

- Что? - спросил Том. - Ты хочешь... ты хочешь, чтобы я... - он замялся, а потом прошипел: - пошёл ты?

Он сделал ещё один шаг назад, когда парень тихо застонал и запрокинул голову. От этих слов всё его худое тело слегка задрожало, и он прикусил нижнюю губу, тихо шипя. «Да, да!» - застонал он. «Да, быстрее. Трахни меня».

- Нет! - закричал Том и отступил назад, насколько мог, пока не упёрся коленями в кровать.

Даначи жалобно застонал, опустился на землю, опираясь на предплечья, и в отчаянии протянул руки к Тому, высоко задрав задницу.

- Прекрати! - сказал Том. - Прекрати. Я тебя не трогаю. Ты меня, наверное, убьёшь.

Мальчик надул губы и слегка приподнялся, опираясь на колени. «Я бы не стал», - заявил он, опустив скованные руки на колени и раздвинув ноги. «Я голоден».

- Ну, ты будешь есть то, что я смогу найти для тебя в столовой, - сказал Том, не обращая внимания на то, как мило нахмурилось существо. - Я не просто... Я не... - он покачал головой, глядя на то, как обнажённое плечо и ключица мальчика словно светятся в тусклом свете.

- Я тебе кое-что принесу, - хрипло сказал он. Он указал пальцем на существо. - Только не вздумай ничего делать.

Прежде чем мальчик успел продолжить свои мольбы, Том поспешно вышел из комнаты, захлопнув за собой металлическую дверь. Он прислонился к ней спиной, тяжело дыша и втягивая в лёгкие полные пригоршни холодного воздуха. Его руки дрожали, когда он поднёс их к лицу, а в штанах было невероятно тесно.

_______

Том изо всех сил старался собрать на тарелке что-то съедобное из того, что он нашёл в столовой. Он не мог назвать это блюдо аппетитным: обычно они ели углеводные и белковые добавки в сочетании с тем, что им удавалось приготовить, или с тем, что его подчинённым посчастливилось поймать в раскалённых песках. Иногда им давали витаминные напитки, но Том уже несколько месяцев не пробовал ничего подобного.

Не желая возвращаться в свою комнату, где его ждал мальчик, Том сел за столик в углу столовой и стал зачерпывать ложкой густую безвкусную углеводную добавку. Он предположил, что она должна была имитировать пюре из корнеплодов, возможно, из картофеля. Но на вкус она не была похожа ни на один картофель, который Том ел в детстве. Он решил, что более точным описанием будет «комочки клея, смешанные с опилками». Она была совершенно безвкусной.

Пока Том ел, его мысли были заняты образом мальчика, всё ещё прикованного к стене в его комнате. Том знал, что другой человек был бы в восторге от такого внезапного приобретения. Но это существо приводило его в замешательство. Что, чёрт возьми, вообще делают здесь магические существа? И это существо уж точно не было похоже ни на что из того, что Том мог себе представить. Они должны быть могущественными, внушающими страх. Ходили даже слухи, что за вирусом, опустошающим города, стоит магия.

Глядя на него, Том не мог понять, почему цыгане так спешили от него избавиться. То, что Том оставил в своей комнате, было бледным и слабым.

Том не мог не признать, что это было красиво. В каком-то смысле. От мысли о том, как мальчик прижимается к ногам Тома и его пальцы тянутся вверх, у Тома сжимается желудок и краснеет шея.

- Чёрт с ним, - встряхнувшись, Том встал. Он оставил поднос на столе, взял вторую тарелку, которую приготовил для даначи, и вернулся в свою комнату.

Может быть, всё это было странным сном? - подумал Том, пробираясь по извилистому проходу между металлическими контейнерами, из которых состояла база. Он оказался в глуши, и у него начались галлюцинации. Тощее тёмное существо в его комнате было просто плодом его воображения; знаком того, что ему действительно нужно заняться сексом.

Том распахнул дверь своей комнаты, и ему сразу стало ясно, что иллюзия по-прежнему крепко привязана к стене и вполне реальна.

- Голоден? - с надеждой в голосе спросил даначи, слегка приподнявшись.

Том закрыл за собой тяжёлую дверь и прошёл через комнату. Он протянул мальчику тарелку со словами: «Вот. Это съедобно».

Мальчик взял протянутую вилку и с неодобрительным выражением лица поковырялся в еде. «Мне это не нужно», - сказал он с удивительной ясностью.

Том ощетинился и отпрянул. «Ну, мне больше нечем тебя накормить. Ты выглядишь как жертва голода, так что ешь».

Даначи бросил на Тома взгляд, который напомнил ему презрительный кошачий взгляд, но послушно отправил в рот порцию коричневой белковой жижи. Поморщившись от отвращения, он проглотил её и издал грубый кашляющий звук.

- Съедобно! - воскликнуло оно. С отвращением на лице оно уронило металлическую тарелку и вилку, и немного коричневой жижи пролилось на пол.

- Эй! - сказал Том, почему-то занимая оборонительную позицию. - Не делай этого. - Он присел на корточки, взял тарелку и вилку и протянул их мальчику. - Я знаю, что это не шедевр, но тебе нужно поесть. Ты слишком худой.

Мальчик просто моргнул, и одна сторона его рта скривилась от отвращения. Он даже не пошевелился, чтобы взять тарелку у Тома. Вздохнув, Том снова поставил тарелку на пол. Он не мог отделаться от ощущения, что разговаривает со странным животным. Насколько разумна эта тварь? Чем дольше Том находился рядом с ней, тем более чужой она ему казалась. Она выглядела достаточно человечной, но всё же... нет. У него были большие тёмные глаза, а в тусклом свете кожа казалась странно сияющей, бледной на фоне тёмной рубашки.

- Это всё, что есть, - предупредил Том, решив сосредоточиться на практических вопросах и отвлечься от тени под ключицей мальчика. - Если ты не собираешься это есть, то останешься голодным.

- Мне это не нужно, - сказал мальчик, выпятив нижнюю губу. - Я не ем человеческую еду!

Том сел на корточки, все еще держа тарелку. " Что? - спросил он. " Совсем?

Даначи издал звук, похожий то ли на вздох, то ли на стон, и покачал головой, отчего его волосы взметнулись. Он так же внезапно остановился и посмотрел на Тома сквозь густые черно-белые пряди. - Хозяин, пожалуйста... - его голос звучал как тихое мурлыканье. - Я голоден...

Том на самом деле не знал, что сказать. Даже если бы знал, он сомневался, что смог бы произнести хоть слово из-за бурлящей смеси возбуждения и нервного напряжения в животе. Чем, чёрт возьми, он должен был это подкрепить?

Даначи явно был недоволен тем, что Том никак не отреагировал, и разочарованно зарычал. Затем, к растущему удивлению и восхищению Тома, он бросился на спину, и цепь сердито зазвенела по бетону. Даначи громко застонал, выгнул спину и повернул голову, чтобы посмотреть на Тома. Он закусил нижнюю губу, и Том не смог удержаться от того, чтобы медленно не окинуть взглядом фигуру мальчика.

Его рубашка всё ещё болталась на одной руке, и сквозь тонкую ткань были отчётливо видны рёбра, когда он поднимал грудь и опускал бёдра. Бёдра...

Том ахнул, когда даначи снова сдвинулся, из-за чего рубашка натянулась на его животе, обнажив очертания твёрдой плоти, выступающей между стройными бёдрами.

- Я голоден... - выдохнув, простонал мальчик. Его тёмные глаза не отрывались от Тома.

«Ahr13;»

Существо, казалось, совершенно не обращало внимания на страдания Тома, и пока он стоял с открытым ртом, оно стянуло рубашку с талии и задрало её на живот. Том знал, что должен отвернуться, когда тонкие пальцы даначи обхватили член, блестящий от влаги на кончике. Он должен был остановить это существо, когда оно начало теребить твёрдую плоть, выгибая спину. Вместо этого он застыл на месте, чувствуя, как по телу разливается жар, пока он наблюдал за тем, как даначи неистово двигает рукой, и слушал самые развратные звуки, которые он когда-либо слышал.

Он выгнулся, прижавшись к бетону, его спутанные волосы рассыпались по твёрдому полу, а бёдра приподнялись.

- Пожалуйста... - простонал он, и от этого звука Том содрогнулся.

Ему хотелось протянуть руку и коснуться напряжённых мышц, которые начинались от стопы даначи, прижатой к полу, и тянулись вверх по ноге от икры к бедру, исчезая под тонкими покачивающимися бёдрами. Но он не мог этого сделать, и его руки дрожали.

«Прекрати», - сказал он, но даже сам себе не поверил. Ему стало немного не по себе. Отвратительно. Как будто он наблюдал за автомобильной аварией, от которой не мог отвести взгляд и которую не мог предотвратить.

- Я голоден, - прошипел даначи, высунув язык и проведя им по опухшим губам. - Хозяин! Помоги мне. Ар13;

Том беспомощно застонал. Его тошнило от осознания собственной неспособности пройти через комнату и выйти за дверь. Под ним даначи повернул голову и открыл глаза с тяжелыми веками, чтобы посмотреть на него, и Том почувствовал, как его живот сжался от возбуждения. Мгновение спустя он громко вскрикнул, содрогаясь всем телом, и Том завороженно наблюдал, как горячие струи даначи извергаются на его руку и живот.

"Черт".

Наконец-то снова обретя способность двигаться, Том отступил назад и зацепился ногой за ящик для хранения. Он споткнулся. Даначи снова открыл глаза и сонно, с удовлетворением моргнул, продолжая лениво поглаживать себя. Он был так похож на девочку, на мальчика. У Тома кружилась голова.

Он слегка улыбнулся, приоткрыв губы, и выдохнул: «Пожалуйста...»

Том вздрогнул и пришёл в себя. Это не человек. Он отдёрнул руку, которую даначи протянул через весь зал, и поспешил к двери.

- Я... я должен идти.

Он быстро сбежал, оставив мокрое и пахнущее мускусом существо на полу своей каюты, прикованное к стене и источающее запах секса. Том захлопнул дверь своей кабинки с большей силой, чем требовалось, когда добрался до душа, и под обжигающими струями горячей воды быстро кончил, прижавшись к грязной стене. В его голове звучали тёмные глаза даначи и её тихий стон.

_______

Той ночью ему приснился даначи. Он вернулся в свою комнату после душа и нескольких сигарет, которые он выкурил, сидя в холодной пустынной ночи и глядя на чёрный горизонт. Когда он вернулся, даначи всё ещё сидел на полу, прислонившись к подушкам, которые Том бросил на пол. Нахмурившись, Том расстегнул наручник на одном из запястий существа, чтобы оно могло свободно двигаться, но всё ещё было привязано к стене. Он быстро отдёрнул руки, встревоженный тем, какой холодной была кожа даначи на ощупь и как пальцы Тома слегка вибрировали, вызывая дрожь в его руках.

«Спи», - сказал он ему, прежде чем существо успело снова применить к нему свою силу.

Он просто приподнял бровь, но не стал возражать, и Том обрадовался, что тот больше не требует секса. Его член был наполовину возбуждён с тех пор, как он вышел из душа.

Но даже во сне он не мог избавиться от этого существа, и Тома преследовали сны о даначи с длинными конечностями и гладкой кожей, с мягким ртом. Он слышал, как оно дышит и тихо стонет ему в ухо.

- Том, пожалуйста...

И Том застонал, погружаясь во влажный рот, толкаясь в длинные руки, которые нежно обвивались вокруг него, поглаживая и успокаивая, оставляя лишь глубокое, пульсирующее наслаждение. Сны были яркими, и Том ворочался в постели, а когда наконец вскрикнул, то это было по-настоящему, и он резко проснулся на последних волнах оргазма, тяжело дыша и в мокрых шортах.

Он сел, потирая лицо и с нарастающим смущением осознавая, насколько громко он стонал. Ему уже много лет не снились эротические сны. Он посмотрел туда, где на полу, свернувшись калачиком, как кошка, лежал данаец. Казалось, он всё ещё спал, и Том заметил, как тот слегка потянулся и перевернулся на спину.

Ему показалось, что он увидел слабую улыбку на лице существа и то, как оно облизнуло губы.