День 2
Снова кафе. Я тут всегда сижу утром. Наверное это только потому, что я не умею готовить, да и это самое близкое кафе к моему дому. Ну и пожалуй потому, что тут работает мой друг, Техён.
С Техёном я познакомился ещё в старшей школе. Наша встреча с ним была довольно необычной, наверное потому, что он, Техён, очень странный. Я тогда прогуливал очередной урок в туалете и через какое-то время туда зашёл Техён. Тогда он попросил у меня сигарету, в те времена я курил совсем немного и поэтому у меня было пара штук. Я дал ему одну сигарету и после он не принялся курить, он достал зубочистку и стал выковыривать траву из неё. Я тогда смотрел непонимающими глазами на него. Тем временем он развернул сигарету и взял ручку. Свои действия он объяснил тем, что у него не было бумаги, чтобы написать послание. Я тогда чуть от шока в окно не выпрыгнул. Потом он сказал, что это послание предназначено для лунных кроликов. Наверное тогда мои глаза были с размером монеты.
Потом Техён каждый день приходил в туалет и просил у меня одну сигарету, и всегда делал одно и тоже. В итоге я бросил курить и мы подружились с Техёном. С тех пор мы всегда находимся рядом друг с другом.
— Так к кому тебя приставили? — спросил у меня Техён, когда я наконец выпил свой кофе.
— К некому Мин Юнги. Вот только есть проблемка, он очень непонятная личность и никто не продержался с ним больше нескольких дней.
— Оу, как думаешь, ты справишься? — спросил у меня Техён. Я заметил, что он подпер голову руками, значит я его чем-то заинтересовал.
— Еще не знаю, но попробовать стоит. Моей задачей пока что является просто напросто узнать его вкусы и всё это записывать в дневник. — я начал рыться в своей сумке и достал фотографию пациента. — Вот это собственно он сам.
Техён придвинулся ближе ко мне и стал рассматривать фотографию:
— Ммм, Ясно, Ясно.
— Можешь что-нибудь сказать о нём? — казалось бы странный вопрос, но не для Техёна. Техён всегда мог понять, что за человек находится на фотографии.
— Я мало чего могу сказать. Эммм, у него было тяжёлое детство, это сто процентов. И... он раскроется только тому человеку, который захочет стать ему другом. Это всё, что я могу тебе о нём сказать.
Я убрал фотографию обратно и после посмотрел на Техёна:
— Спасибо, ты знатно помог.
— Не благодари. Ладно, удачи тебе. — Техён улыбнулся и после вернулся к своей работе. А я немного посидел и наконец пошёл на свою работу.
+ + +
Когда я пришёл в больницу, то первым делом пошёл к главврачу.
— Проходите. — услышал я голос Сокджина, когда постучал в дверь его кабинета.
— Здравствуйте, я бы хотел сказать, что готов к своей работе. — я прошёл в его кабинет и сел на кресло. Перед главврачом лежало множество бумаг, как в принципе и вчера.
— Что ж, это очень хорошо. Тогда ты пойдёшь сейчас со мной на совещание. Нужно оповестить всех, что ты согласился и вот, держи пропуск в восьмой корпус. — Сокджин протянул мне пропуск и я положил его в карман штанов. — Совещание проходит в 144 кабинете, надень форму и иди туда.
Я поклонился и вышел за дверь. После я пошёл в свой кабинет и надел на себя медицинский халат, к нему я прикрепил свой бейджик и в маленький кармашек положил пропуск, потом в большой карман положил дневник с ручкой. Я был готов, поэтому пошёл в первый корпус.
На удивление я легко нашёл нужный мне кабинет. Когда я зашёл туда, то увидел огромное количество людей, все они смотрели на меня.
— А вот в принципе и сам Чон Чонгук. — сказал Сокджин. — Чонгук, садись рядом с Пак Чимином. — главврач указал мне на свободное место рядом с Чимином. Это даже хорошо, ибо с Чимином я уже был знаком.
— Привет. — Чимин протянул мне руку для рукопожатия.
— Эм, привет. — я пожал ему руку и слегка улыбнулся.
— Ты всё же решился? — Чимин смотрел на меня с каким-то сочувствием или же это было непонимание. Я не разобрал.
— Ну да. Я считаю, что всё нужно попробовать. — я постарался натянуть уверенную улыбку.
— Ясно. — вздохнул Чимин и после переключил свой взгляд на главврача.
—... И так, а теперь обсудим Мин Юнги. — сказал Сокджин и все разговоры тут же затихли. — Я понимаю, что никто не хочет о нём слышать, но Чон Чонгук теперь приставлен к нему. Надеюсь вы все будете ценить старания этого молодого парня. Ведь до сих пор никто не смог узнать личные интересы пациента и я надеюсь, что у него это получится. — все одобрительно закивали и тихо похлопали мне. Я же просто смотрел в пол, всё же моя стеснительность слишком высокая для такого внимания к своей персоне. — А теперь приступим к вопросу на счёт пациента шестого корпуса...
Совещание закончилось и я наконец смог освежить своё горло, которое засохло от волнения.
— Тоже горло засохло? — ко мне подошёл Чимин и налил себе воды. Я ничего ему не ответил. На этот вопрос ответ не требовался. — Меня вот к Хосоку приставили, это лучше чем Мин Юнги,...без обид. Правда, Хосок хорошо общается с Юнги и пожалуй он, Хосок, единственный с кем общается Юнги. Пожалуй только это меня волнует. А вообще теперь я буду находится всё время в пятом корпусе. — Чимин улыбнулся и посмотрел вниз. Сейчас мы были в первом корпусе, где как раз можно было наблюдать за тем, что происходит на первом этаже.
Я посмотрел на время и меня слегка передернуло:
— Чимин, я уже опаздываю. До встречи.
— Удачи. — Чимин похлопал меня по плечу и после я побежал в восьмой корпус, для этого мне нужно было пробежать все корпуса, поэтому когда я оказался на переходе в восьмой корпус, то моя дыхательная система работала с учащенной скоростью.
Отдышался я только спустя две минуты. И после прошёл к двери, за которой находился восьмой корпус. Я приложил свой пропуск к двери и она открылась.
Внутри корпус был таким же, как и все остальные корпуса, правда двери были немного другими. То есть в других корпусах двери были самыми обычными в комнаты пациентов, а тут они были металлическими. Ещё над каждой из дверей светились лампочки зеленого, желтого, оранжевого и красных цветов. Наверное это что-то вроде уровня сложности пациента.
Я поднялся на третий этаж и начал искать 839 комнату. Она оказалась в самом конце коридора, при этом в самом коридоре лампочки горели не так ярко, как в остальных. Атмосфера была нагнетающей.
Я подошёл к металлической двери, над ней горела красная лампочка, повышенная сложность. Я набрал в легкие побольше воздуха, приложил пропуск к двери и после зашёл внутрь.
Я представлял то, что увижу одни белые стены и жесткую койку, но комната оказалась нормальной, даже очень. Такое ощущение, будто я находился в одной из комнат общежития. В комнате было два окна, которые были занавешены шторами, стоял письменный стол и небольшой компьютер, был небольшой книжный шкаф, в котором стояло парочка книг, также в комнате рос небольшой папоротник, около двери стоял шкаф, в котором было немного одежды и на одной из дверцы шкафа было зеркало. На полу лежал ковёр кругообразной формы. Стены были светло-серыми и на них можно было увидеть различные надписи, которые были написаны чёрным маркером. Мой взгляд метнулся на кровать. Кровать была односпальной, на ней было несколько подушек, и на ней сидел парень с серыми волосами, он смотрел на меня пристальным взглядом.
— Ты мой новый врач? — спросил он меня, всё также осматривая меня. Голос его мне показался каким-то охрипшим. Это привело меня на мысль, что он курит.
Я волновался, ведь сейчас передо мной сидел тот самый парень, которого все боятся. Я набрал в легкие по больше воздуха и после ответил заученными фразами:
— Да, меня приставили к тебе и с этого дня я буду часто сидеть с тобой. Меня зовут...
— Чон Чонгук, на твоём бейджике написано. Как меня зовут ты тоже явно знаешь. — Юнги перебил меня. Видно он уже устал от всех этих фраз, которые ему говорили миллион раз.
— Что ж, тогда я думаю, что ты прекрасно понимаешь для чего я здесь. — я всё также стоял возле двери и смотрел на того самого человека, которого все боялись.
— Да, ты очередной врач, который якобы должен меня вылечить. — Юнги за все это время ни разу не сменил эмоции на своём лице. — Слушай сюда, малец. Ты не продержишься и недели и советую тебе побыстрее уносить отсюда ноги к своей мамочке. — всё также расслабленно сказал парень.
— Я не малец. — процедил я сквозь зубы. Меня ещё никто так не называл.
— Ты выглядишь моложе остальных. Да и мне только что сказали, что тебе двадцать лет, не больше.
— Кто сказал? — речь парня была мне непонятной.
— Голос, вот кто. — Юн лёг на кровать и стал смотреть в потолок. — Че стоишь, давай проходи, начинай свою тупую болтовню.
Я взял стул и поставил его возле кровати Мин Юнги. После я достал дневник и ручку:
— И так, Мин Юнги, я надеюсь, что ты...
— Бла, бла, бла. Давай ближе к делу, я спать хочу. — парень прикрыл лоб рукой и кажется закрыл глаза.
Я немного удивился дерзости парня и из-за этого где-то минуту молчал.
— Мне нужно помочь тебе раскрыться. — пока я говорил, то записывал в дневник одно предложение. «Не говорить с Мин Юнги заученными фразами.»
— А если я не хочу раскрываться? Особенно незнакомому мне человеку? — парень всё также лежал с закрытыми глазами.
— Что ж, тогда я должен представиться по лучше. Мне двадцать лет, как ты и сказал ранее. Родом я из Пусана. И меня перевели сюда буквально вчера и ты мой первый пациент. — по привычке я снова стал говорить заученными фразами.
— Еще один из Пусана. До тебя тут был какой-то оболтус, чуть старше тебя, но тоже из Пусана. Вечно рыдал, как маленький.
Я сразу подумал на Чимина. Неужто всё настолько серьезно?
— Что у тебя с руками? — спросил я у Юнги, потому что один рукав был закатан и можно было увидеть многочисленные порезы на белоснежной коже.
— Я так справляюсь с голосами в голове. Это моя плата за их молчание. — Юнги наконец открыл глаза и стал рассматривать свои руки.
— Можно посмотреть? — довольно странный вопрос, даже очень.
— Нет, они не разрешают. — сказал Юнги, но уже было поздно. Я держал руку Мина в своих руках и плавно проходился пальцами по белой коже с красными порезами.
— Тебе стоит прекратить резать себя. Или ты хочешь умереть мучительной смертью? — Юнги смотрел на меня как-то странно, да и начал учащённо дышать. — Всё в порядке?
И тут я понял, что не в порядке, совсем не в порядке. Юнги резко откинул мои руки от него и после накинулся на меня. Стул, на котором я сидел, упал.
— Я же сказал, что они не разрешают!!! Ты чертов малец! Они теперь хотят, чтобы я УБИЛ ТЕБЯ!!! — Юнги резко оказался сверху и начал ногтями подбираться к моему лицу, я же благодаря своим хорошим рефлексам схватил его руки и стал пытаться убрать его от себя. И как у этого парня может быть столько силы при таком худом теле? — АААА!!! ОНИ ТЕПЕРЬ НЕ ЗАМОЛЧАТ, только если... я УБЬЮ ТЕБЯ!!! — Юнги резко убрал от моего лица руки и после я заметил, что что-то около меня блеснуло, нож. Юнги взял нож и стал заносить его для удара. Кажется вся жизнь прошла перед глазами. Я в последнюю секунду смог схватить руками его запястья и нож в итоге упирался прямо в мою грудь.
— Прекрати! Ты не понимаешь, что д...
— ЗАМОЛЧИ!!! ВЫ ВСЕ ТАК ГОВОРИТЕ!!! — парень ещё сильнее надавил ножом на мою грудь. Я резко почувствовал острую боль. И тут, наверное из-за того, что моя жизнь была на волоске, я понял один факт. В моей голове появилась идея.
— Послушай, у тебя же нет такого человека, на которого можно положиться. Тогда,... тогда я стану им! — хватка у Юнги ослабла и нож выпал из его рук.
— Врешь. — сказал Юнги и опустил свои глаза на руки. А после посмотрел на меня. В его глазах была печаль. — Вы все только и делаете, что врёте!!! Я больше никому не верю и никогда не буду верить!! Ты врёшь!! — Юнги снова взял нож, но на этот раз остриём к себе и после я понял, что он собирался сделать.
— НЕТ!! — Я резко схватил одной рукой руку Юнги, а второй нож. Острие ножа впилось в мою ладонь и я почувствовал резкую неприятную боль. На пол капнуло несколько капель крови. — Я не вру. Я правда хочу быть тебе другом. У меня у самого мало таких людей, точнее только один. Его зовут Техён, мы учились вместе и даже сейчас видимся. — Не знаю почему, но я резко стал рассказывать Юнги о Техёне и это помогало. Нож снова упал на пол, а из глаз Юнги полились слёзы.
— Они... затихли. Я их не слышу. — и тут случилось то, чего я уж точно не ожидал. Юнги резко наклонился в мою сторону и... обнял меня. — Спасибо.
Я обнял парня в ответ, но только одной рукой, потому что вторая была полностью в моей крови и не хотелось пачкать ей кофту парня.
— Я ранил тебя. — прошептал Юнги и после взял мою руку в свою, на вид хрупкую руку.
— Ничего, я потом забинтую. — Но руки я не убрал. Юнги аккуратно трогал мою руку, будто изучал и это выглядело как-то необычно для меня.
— Ладно, мне нужно идти. — сказал я, когда посмотрел на часы. Моё время закончилось. — Я заберу твой нож, пациентам нельзя их иметь при себе.
Юнги мне ничего не сказал. Когда я выходил из его комнаты, то он всё также сидел посреди комнаты на ковре и смотрел на свои собственные руки.
Когда я шёл обратно в четвёртый корпус, то думал о произошедшем. Я даже забыл про боль в руке. В голове только было озлобленное лицо Юнги. Так вот почему все его так боятся? Интересно, продержусь ли я?
Я наконец зашёл в свой кабинет и только тогда я вспомнил о руке. Как же мне повезло с аптечкой, ибо она была в каждом кабинете.
Я достал аптечку, сначала смыл кровь, а после продезинфицировал рану, она была очень глубокой. После я достал нужное мне количество бинтов и после обвязал ими руку. Какое-то время лучше не напрягать эту руку, хорошо, что это левая рука, а не правая.
Я сел за рабочий стол и достал дневник. Мне нужно было сделать первую запись. Я открыл первую страницу и начал писать:
«С Юнги лучше не говорить типичными для всех фразами и вопросами. Пациент и вправду склонен к жестокости, но это только из-за шизофрении. Так же все забыли главную суть болезни шизофрения. Ведь эта болезнь в основном проявляется тогда, когда человек считает себя одиноким. Наверное из-за того, что моя жизнь была на волоске, я вспомнил об этом. Поэтому я сказал Юнги, что постараюсь стать для него вроде как другом. Пациент на это отреагировал слезами и он стал беззащитным. Так же пациент упомянул, что некие голоса в его голове затихли после моих слов. Возможно, я смогу его вылечить.»
Я был рад первой записи, но ещё и тому, что я в первый же день узнал то, чего другие не могли узнать, хоть это и было банальным. Интересно, смогу ли я узнать ещё больше об этом .