Всегда
Заключительная часть и Глютик.
И немножко боёв на мечах.
И отсылочка на Гаррика Поттера.
Геральт ускакал совсем недавно, можно было даже видеть две маленькие точки на горизонте, но Лютик все равно за ним скучал. Не то, чтобы прямо сердце кровью обливалось, но какое-то не приятное ощущение в груди и сознании все же было. Без Геральта мир казался каким-то.. каким-то скучным, холодным и серым. Таким, каким он был все эти 7 лет и 98 дней... Странно, Лютик же как-то их пережил и привык жить без Геральта, но сейчас он вновь чувствовал, как не хватает ему ведьмака. Наверно, Лютик просто понял, что все это время искал не богатства, достатка и любви, а Геральта, которого, пускай и случайно, но нашел.
Ну, кроме Геральта, он ещё и нашел «прекрасный способ» провести время в его ожидании.
Тяжело выдохнув, бард развернулся от ещё не осевшей пыли и последовал за корчмарем, пообещавшим дать ему один из домов охраны.
- Вот увидите, - сказал мужчина, шарпая ногами по земле, - они не такие, какими могли показаться.
- Увижу, увижу, - грустно выдохнул Лютик, жалея о сделанном выборе. Честно говоря, он даже сам не знал, почему остался. Может, это была привычка - охранять, а, может, это было шестое чувство, чуйка, говорящая о том, что бельчата показали себя не в полной мере. Точно Лютик знать не мог, да и догадываться не хотел - ему гораздо приятнее было бы подумать о Геральте, чем о каких-то подростках.
Корчмарь, а по совместительству ещё и какой-то там помощник мэра, отвёл барда в ближайшую к "мертвой земле" хижину, усадил за стоявший там стол и ушел, дав горькую воду, чёрствый хлеб, сухую солому и обещание попозже привести ещё кого-то там на помощь.
Окончательно разочаровавшись в выбранном, бард, проклиная свою тупость, лег на жуть какую неудобную солому, положил руки под затылок, запрокинул ногу на ногу, взял в рот соломинку и уставшим взглядом посмотрел в белый потолок. Ну, точнее, на серо-грязный потолок, который когда-то давно, возможно, и был белым, но стал таким из-за плевков.
Почему-то цвет этого потолка напомнил Лютику Геральта. Его белые и мягкие волосы, пахнущие какой-то чарующей магией, которая всегда манила барда. А, может, барда манила никакая не чарующая магия, а обычная магия чувств. Лютик, как бы стыдно не было ему это признавать, давно понял, что компания парней ему гораздо более приятна, чем компания девушек и поэтому вполне мог.. иметь глубокие чувства к ведьмаку. Геральт, конечно, был уверен в ином, все время ссылаясь на его постоянные ночные приключения с девушками, но тут он, к сожалению, ошибался. Лютик ещё в детстве понял, что ему по душе парни - однажды мама оставила его у какого-то прилавка с едой, чтобы он выдержал очередь. Очутившись перед молодым и очень красивым владельцем прилавка, юный Юлиан потерял дар речи и забыл, как выглядит солнце, поражаясь его красоте. Но вскоре пришла мать и, заплатив нужную сумму, ушла вместе с Лютиком. Юлиан тогда ещё долго сидел на подоконнике своего дома, удивляясь искренности возникших тогда эмоций.
- Добрый день вам в дом! - дверь внезапно открылась, заставив барда резко сесть. В дом вошли ничем не примечательные, но очень похожие друг на друга юноши.
- Добрый. - кивнул бард. - Может, представитесь, молодые люди? - Лютик улыбнулся.
- Габрис, - парень с проколотыми ушами поклонился и протянул руку.
- Габриз, - повторил его компаньон без серёжек.
- Двойняшки? - хмыкнул, пожимая руки, Лютик.
- Да! - хором ответили юноши.
- Понятно. - кивнул головой Лютик. - Вы, я так понимаю, будете помогать мне отгонять разбойников?
- Так точно, сударь. - твердо ответил Габрис.
- Принесли мечи? - спросил бард.
- Да! - юноша с целыми ушами выставил вперед длинный, блестящий меч.
- Спасибо, - рассматривая оружие, сказал Лютик. - Кто ковал?
- Местный кузнец. - ответил Габрис.
- А что? - спросил его брат.
- Проткните его сделанным им же мечом, - усмехнулся бард. - и увидите, что на его пузе не будет и царапины. - Лютик прошёлся пальцем по острию меча.
- Что же вы, господин Любик? - бард недовольно фыркнул, - Наш кузнец кует самое лучшее оружие в округе! - гордо ответил Габриз
- Да? - поднял брови Лютик. - Значит, в вашем округе принято называть оружием плохо отполированные куски металла! - секунда - и в руке у барда его излюбленный волнообразный клинок. - Ведь для меня, - Лютик посмотрел в пол и нашел маленький камень, - оружие это то, - бард поддел камень ногой и подкинул его вверх, - что может сделать так. - подняв клинок и сделав искусный пируэт, Лютик разрезал камень на две части, пока тот ещё парил в воздухе.
- Господин Любик! - с восторгом в глазах, хором произнесли двойняшки.
- Лютик. - акцентируя на букве "т", усмехнулся бард, - Чего стоите? - Лютик самодовольной, медленной походкой подошёл к столу и стульям возле окна, - Садитесь, Габрис, Габриз, ждать мы их будем долго. - бард плюхнулся на стул, о чем пожалел - твёрже мебели он не встречал. - Так что давайте хорошо проведем время. - двойняшки сели напротив Лютика, что сложил руки на столе. - В гвинт играете? - бард поднял бровь, ехидно улыбнувшись.
- Да! - хором ответили Габрис и Габриз, наклоняясь поближе к новому знакомому.
★★★
Время тянулось жутко медленно, а двойняшки совсем не умели играть в предложенную Лютиком игру. Проклиная себя и свою глупость, бард кое-как объяснил Габрису и Габризу правила и кое-как сыграл с ними в пару партеек. Если честно, Лютик ещё никогда не хотел сбежать так сильно, как хотел этого сейчас. Ну разве что только та гр#банная ссора с Геральтом возле гор вызывала большее желание убежать. Но именно сейчас желание было почти также велико и заключалось в том, чтобы побыстрее сдыхаться медлительных двойняшек. И, как часто бывает в жизни Лютика, его желание исполнилось. Не в том смысле, но исполнилось.
Внезапно услышав лёгкий шелест за стенами дома, как раз в лесу, бард отложил карты и, выискивая источник шума, выглянул в окно. В ту же секунду натренированное зрение не подвело и звонкий голос крикнул: "Габрис, прижмись!". Стоило юноше лишь на какой-то сантиметр прижаться к стулу, как в миллиметре от его носа пролетела стрела.
- Оружие и в бой! - крикнул Лютик, сжимая рукоять тупого меча и вставая из-за стола. Не прошло и двух секунд, как в его сторону полетела ещё одна стрела, которую бард отбил мечом, повергая двойняшек в восторг.
Выбежав на улицу под градом уже закончившихся стрел, мужчины встретились с тремя представителями бельчат - Нэкой, Андрианной и Вайцехом. Парень и рыжеволосая напали сбоку, в прыжке замахнувшись для ударов, которые Габрис и Габриз смогли отбить. За одним ударом последовал ещё один и ещё один, и вот уже двойняшки, увлечённые быстрым и жестоким боем, разделились.
- Держитесь вместе! - только и успел крикнуть Лютик, во время секундного перерыва в битве с Андрианной. Андри напала на него одновременно с своей бандой и сначала попыталась втолкнуть обратно в хижину, но бард смог отбить удар. Быстро вернув равновесие, Лютик начал нападать, искусно уворачиваясь от ударов. Скрещивая мечи и звеня железом, бард и Андрианна сливались в танце, уходя к лесу, подальше от двойняшек, которые были увлечены своими противниками.
- Как тебе моя любимая мамочка? - в коротком перерыве тихо спросила Андри, поднимая меч для удара.
- Кто-кто? - спросил, защищаясь и тяжело дыша, Лютик.
- Вон тот труп, у которого клинок в горле! - Андрианна явно пыталась истощить барда, нападая и нападая без остановки.
- А не слишком ли грубо ты обошлась с родной матерью? - перед глазами Лютика предстало то самое ужасно-изуродованное женское тело и он резко понял, что именно ее грязные кудрявые волосы были ему так знакомы.
- А не слишком ли грубо она обошлась с родной дочерью, отправив в 12 летнем возрасте в бордель!? - яростно крикнула Андрианна, сильным ударом меча лишая барда возможности думать о чем либо другом, помимо боя.
Лютик быстро, но слишком поздно понял, что все это - хорошо продуманный план, в котором он обязан был поплатиться жизнью. И если не своей, то чужими.
Делая пируэт, он краем глаза заметил полное ужаса лицо Габриза, сражавшегося с Вайцехом. Лютик закончил пируэт, закрыв глаза и тяжело выдохнув, ведь, вновь повернувшись к своей сопернице, услышал отчётливый звук ломающихся ребер, разрываемой плоти и льющейся крови.
- Габриз! - раздался истошный крик второго юноши, дерущегося с Нэкой. Но не успело эхо от его крика утихнуть, как и его грудную клетку проткнул острый и тонкий меч соперницы. Резким движением Нэка вытянула меч, вытерла с него кровь и, кивнув Вайцеху, побежала к Андрианне, что так и кружилась с Лютиком в танце смерти.
Виня себя в смерти двойни, бард не переставал отбиваться и нападать на Андри, все ещё не решаясь использовать кинжал. Поняв, что теперь разбойники устремлены к нему, Лютик толкнул Андрианну в грудь, после чего, используя вихрь, отбился от одновременно нападающих на него Вайцеха и Нэки. Воспользовавшись Знаком Аард, бард вытолкнул Андрианну в лес, заставляя ее спиной проехаться по сухой и жёсткой земле. Разозленные этим жестом Вайцех и Нэка начали нападать все чаще и сильнее, проталкивая Лютика к лесу.
-
Ну уж нет. - прошипел бард, своим мечом удерживая скрещенные и направленные на него мечи разбойников. Ослабив хватку, Лютик дал Вайцеху и Нэке чуть не упасть на него, сам сделав кувырок под ними. Оказавшись за их спинами, бард молниеносно быстро пнул Вайцеха ногой, заставив его упасть лицом вниз. Нэка быстро развернулась для атаки, но Лютик уклонился и толкнул ее вслед за парнем.
Пока разбойники вставали, бард, как бы сильно он себя за это не винил, отбежал от них в другой участок земли и, тяжело дыша, опёрся об меч, ожидая пока к нему подойдут разбойники - делать было нечего, бежать некуда, просить о помощи некого. Разве что бард успел выхватить из пока что теплых рук Габриза его меч, смотря в ещё открытые глаза, которые медленно покидала жизнь.
Совсем скоро бой возобновился и Лютик понял, что отбиваться от трёх людей двумя мечами сложно и неудобно, но, как же он благодарил за это Анджея, бард мог с этим справляться. Чувствуя, как из него медленно уходят силы, Лютик был вынужден просто убегать и прятаться за окровавленными столбами от нападающих, которых, кажется, бой совсем не изнурял. Разве что Нэка устала и позволила барду выбить меч из ее рук. Но стоило мечу девушки коснуться земли, как Лютик почувствовал, что в его спину была спущена стрела.
"Крэв" - пронеслось в голове Лютика, когда он, совершив пируэт, спасся от стрелы. Совсем скоро он увидел и того, кто эти стрелы пускал - бледного Крэва с бинтом на торсе и самым злым выражением лица, которое когда-либо видел бард. Размахивая мечом, разбойник устремился на него, проклиная Лютика такими ругательствами, которых он даже и не знал.
★★★
Не зря поединки на мечах называют танцами смерти - изысканные движения, четкий ритм, скачки адреналина и резкие шаги. Только есть одна проблема в этой метафоре - в поединках нет ничьи. Есть лишь победивший и побежденный. Убитый побежденный. Да, бывают такие поединки, в которых побеждают без смертей, но бой Лютика и скоя'таэлей не мог завершиться без крови. Павшие в первые 6 минут двойняшки (уж не считая множество царапин, ссадин и синяков, которые получили все участники поединка) были тому доказательством.
Когда запасы сил и крови начали заканчиваться, в бой вступила магия и подлые атаки кинжалом. Используя чаще всего Знак Квен, Лютик создавал барьеры, не дающие напасть на него, но дающие напасть ему. Также в бою часто проскальзывали слабые Аард , Игни и даже Гелиотроп, но они не помогали, ведь посланный последним Знак Ирден истощил барда полностью. Именно этот глупый шаг почти-что стоил Лютику жизни - заключив в магическую ловушку Вайцеха и Нэку, он не заметил, как к его спине подкралась Андрианна. То, что она собиралась сделать было предсказуемо - пронзить Лютика мечом из-за спины, не лишив шансов на выживание. Но бард надеялся, что ему повезет. И, как Лютик обожал свою судьбу, ему действительно повезло.
Меч Андрианны уже вошёл в тело барда, как Лютик, не надеясь на счастливый конец, сжал кинжал и, сделав им резкое движение назад, пырнул его владелицу куда-то в живот.
В глазах барда все потемнело, магия, сдерживающая двоих разбойников ослабла, ноги подкосились, по уже порванному и пыльному костюму потекла кровь, а по голове словно ударили булавой. Чувствуя, как подкашиваются его ноги, Лютик приготовился к смерти и уже перестал надеяться на спасение, но внезапно почувствовал, как руки́ коснулось что-то жидкое, теплое и горячее. Полностью отдавшись отточенному инстинкту, Лютик поднял руку с зажатым кинжалом вверх, вскрывая живот Андрианны. Девушка издала тихий хрип и капля крови из ее рта капнула на плечо падающего барда, который уже совсем ничего не чувствовал. Лишь какой-то кусочек его сознания где-то вдалеке услышал громкий и родной голос, от которого по ослабленному телу раздалась волна тепла. А, может, это была последняя попытка умирающего сердца разогнать кровь по венам. Лютик не знал. Да и знать не было сил.
★★★
- Он! Белки! Смерть!
Лютика ослепил яркий белый свет, в котором эхом раздался звонкий и испуганный голос Цири.
- Нет! Не оставайся!
Барда озарило. Волной то ли яркого, но холодного света, то ли очевидного, но далёкого озарения.
- Не смей касаться его!
Звон железа. Топот ног. Поток магии, сотрясающий воздух. Волна пыли, осевшая из-за упавших на землю тел. Литры крови, обтягивающие весь торс.
Живот жутко болел. Словно у Лютика вытянули кишки и неумело запихали их обратно.
- Лютик, Лютик, очнись!
Легчашие удары по щекам. Твердые руки под коленями и плечами. Быстрый ветер в лицо. Топот копыт. Знакомое ржание. Кровь под грязным костюмом.
В голове смутно нарисовывались воспоминания потного, опасного и длительного поединка с белками.
Из-за воспоминаний про бой и про павших двойняшек все тело барда охватила боль. То ли от многочисленных ран, то ли от осознания вины.
- Терпи, Лютик, терпи, прошу!
Пыль в лицо. Грива под подбородок.
Твердые и крепкие руки, сжимающие талию. Мягкие волосы рядом с лицом. Знакомый запах лука в носу. Кровь на чужих руках
Хрипя от боли, Лютик попытался сесть.
Все тело начало болеть, в голове словно раздался удар, взгляд преградила темная пелена, но бард все же смог принять сидячие положение.
- Ради меня, давай, Лютик! Ещё немного!
Ещё больше пыли в лицо. Ещё больше чужого страха в воздухе. Ещё больше ударов чужого сердца в чужой груди. Ещё больше крови.
Протерев глаза, Лютик смог открыть веки и осмотреть место, где он находился.
Под ним была на удивление мягкая и удобная кровать, а вокруг него находились полки с разными бутылочками, пробирками, растениями и книгами.
- Ему срочно нужна помощь!
Испуганные крики. Быстрые шаги. Шум толпы. Чей-то озабоченный голос. Громкий рык в ответ. Холод из-за отсутствия рук на талии.
Оглядевшись в комнате, Лютик попытался встать, но понял - его ноги очень устали, а жуткая боль в животе лишь усиливала усталость.
Тяжело выдохнув, бард попытался вспомнить того, кто притащил его сюда.
Почему-то этот "кто-то" казался очень знакомым и близким, пускай Лютик даже не знал, как он выглядит. Он лишь знал, как он пахнет, какие у него руки, какая у него лошадь, какое медленное сердце.
- Он поправится?
Отсутствие шума. Два человека. Один, сжимающий руку. Второй, говорящий о здоровье.
Нежные касания. Ласковые слова. Натуральный испуг.
От мыслей барда оторвали шаги рядом с ним. Ну, точнее, рядом с его палатой.
Гадая, кто его спаситель, Лютик и не заметил, как на подсознательном уровне хочет, чтобы им был Геральт.
Ведь разве это было бы не круто, если бы тебя спас великий и отважный ведьмак, который, к тому же, твое Предназначение?
- Я останусь с ним.
Скрип деревянных половиц. Хлопок закрытой двери. Тяжёлый вздох сидящего.
Его мягкий голос. Его нежные касания. Его настоящая забота.
Шаги были совсем близко, так что тот, кто шел, вот-вот должен был показаться в дверном проёме. Возможно, это лекарь. А, возможно, Андрианна. Или, возможно, Геральт. О, как же Лютик хотел, чтобы это был именно Геральт!
Эти минуты между жизнью и смертью, во время которых пролетает вся жизнь, стали моментами озарения для барда. Лютик почувствовал себя так, как чувствовал себя в той таверне, где впервые встретил Геральта и понял, что заставило его ходить за ним до крови на пятках. Он вспомнил, как засыпал под плащом ведьмака, вдыхая его запах и ощутил всю ту ужасную боль смешанную с сжигающей обидой, которую Геральт выплескал на него. Бард предстал перед Анджеем в самом измотанным и страдающем виде, на который способен человек и проникся тем пронизывающим холодом одиночества, который окружал его на протяжении всех этих лет. Лютик наконец-то осознал, что на протяжении всего этого холодного и пропитанного кровью кошмара без Геральта, он где-то глубоко-глубоко в душе, там, где прячется то, что нельзя показывать, всем сердцем тянулся к нему, все время его искал и всегда любил. С момента первый встречи. С первого взгляда. С первых слов. Всегда.
- Все будет хорошо, не бойся. Я буду рядом.
Лёгкое касание. Запах лука и лекарств. Мягкая ладонь в волосах. Переплетённые пальцы. Нежные поглаживания по щекам большим пальцем. Бархатный шепот.
Шаги все приближались и приближались и вот уже в дверном проёме показалась черная рубашка, кожаные штаны и белые волосы.
- Лютик? - ведьмак тихо и осторожно вошёл в комнату, смотря на барда. - Не спишь? - Геральт аккуратно проследовал к Лютику
- Не сплю. - на устах барда заиграла лёгкая улыбка, а в глазах заблестела преданная радость и.. и настоящий испуг.
- Не против моей компании? - ведьмак достал откуда-то из-под кровати маленький деревянный стульчик, который заскрипел, когда Геральт на него сел.
- Совсем не против. - покачал головой Лютик, замечая то, что ведьмак все тот же ведьмак, но какой-то другой. Какой-то более добрый, открытый, мягкий и... эмоциональный.
- Как ты себя чувствуешь? - спросил ведьмак, подвигаясь ближе.
- Терпимо, но можно и лучше. - усмехнулся Лютик, изучая лицо Геральта. Все та же щетина, все те же волосы, все тот же аккуратный нос, все те же золотые глаза. Лишь зрачки были широкими. Такими, что оставляли только тонкую золотистую каёмку вместо полноценной радужки. - А.. разве ты не должен быть вместе с Йеннифэр и Цири в Аретузе?
- Она встретила нас на полпути и забрала Цири. - опуская взгляд, сказал ведьмак.
- Понятно. - выдохнул бард и отвел взгляд на окно, что было рядом. За ним виднелись уже знакомые дома, таверны, прилавки и даже люди. Но самым узнаваемым элементом пейзажа стал совсем маленький кусочек жёлтой земли вдалеке, на котором расползлись красные пятна.
Лютик боялся говорить. Он боялся того, что проболтается и отвернёт Геральта от себя. Но с другой стороны бард хотел кричать ведьмаку о том, что чувствует к нему.
- Ты помнишь что-нибудь? - ладони Лютика коснулась рука Геральта. - Ты был в ужасном состоянии, когда я нашел тебя. - ведьмак переплел свои пальцы с пальцами барда и нежно сжал руку.
- Помню лишь то, как.. - на секунду Лютику показалось, что на него смотрят не полные заботы глаза Геральта, а злобные угольки глаз Андрианны, - Андри напала на меня сзади и я.. я.. - бард вспомнил круглые от шока глаза девушки и ее кровь, полностью покрывшую его руки, - ударил ее кинжалом. - Лютик поднял блестящие от слез глаза к ведьмаку.
- Тише, тише, - Геральт взял в свои ладони ладони барда и поднес их к губам, - все хорошо, Лютик, все хорошо. - ведьмак легко коснулся ладоней Лютика своими губами и посмотрел ему в глаза. - Ты в полном порядке. Все будет хорошо.
"Ничего не будет хорошо!" - бард был готов разрыдаться.
- Я понимаю, ты боишься и ты напуган, но успокойся, - ведьмак сжал руки Лютика, - тебе ничего не грозит.
- Меня волнует не это! - крикнул бард. - Меня.. я.. я...
- У тех парней был сифилис. Они бы все равно погибли. - перебил Лютика Геральт. - Они сами полезли в бой, Лютик. Они сами. Ты ни в чем не виноват. - бархатный и нежный шепот ведьмака заставлял барда забыть о проблемах, о двойняшках, о ранах, о вине. О всем, но не о чувствах.
- Я.. я знаю. - тихо выдавил из себя Лютик.
- Что же тебя беспокоит? - мягко выдохнул Геральт, и, отпустив руки барда, коснулся ладонью его щёки. - Тебе больше ничего не грозит. Белки.. они.. они больше не нанесут тебе вреда. - ведьмак запустил пальцы в волосы Лютика, вспоминая лица разбойников и их последние эмоции перед тем, как его меч раз и навсегда лишил их способности чувствовать. Нэка застыла с испугом на лице, когда Геральт перерезал ей глотку; Вайцеха сгубила ненависть, с которой он побежал на ведьмака, что даже не стараясь перерезал ему бедренную артерию; последним чувством Крэва стало принятие смерти, когда он, пропустив удар, позволил ведьмаку вспороть свежие швы; а Андрианна же в последний раз посмотрела на мир глазами, полными разочарования. - Я буду тебя защищать и больше не оставлю тебя одного. Я буду рядом и не допущу, чтобы такое повторилось. - бард прижался к ладони Геральта, накрывая ее своей. - Так что же заставляет тебя плакать? - ведьмак вытер слезу с щеки Лютика пальцем и требовательно, но мягко посмотрел ему в глаза, на что бард опустил взгляд.
Между мужчинами воцарилась тишина. Липкая, тяжёлая, гадкая тишина, поглощающая их двоих, давящая на грудь и сжимающая сознание.
- Ты. - еле слышно прошептал, глотая слезы, Лютик. - Ты, Геральт. - бард поднял немного красные глаза на изумлёного Геральта. - Я.. я люблю тебя. Очень сильно. Всем сердцем. Всей душой. - Лютик задыхался в слезах, не отрывая взгляда от широко раскрытых глаз ведьмака. - Я знаю, что у ведьмаков нет чувств и они не могут полюбить в ответ, но я не могу, Геральт, понимаешь, не могу?! - бард уже не скрывал слезы и они текли, текли, текли. По щекам, по губам, по шее, по груди. Капали на простыни, капали на руки Геральта, смывали гадкий осадок невысказанных чувств, умывали бледное лицо. - Я люблю тебя! И буду любить дальше. Буду любить, если ты меня ударишь. Буду любить, если перережешь глотку. Буду любить, если вновь накричишь на меня. Я любил тебя и буду любить дальше. Пока не умру. - Лютик издал истерический смешок. - Я любил тебя тогда, когда стирал ноги до крови, следуя за тобой пешком. Тогда, когда ты укрывал меня своим плащом, хотя тебе самому был холодно. Тогда, когда ты трахал Йеннифэр, а я готов был разрыдаться. Тогда, когда ты послал меня к черту, моля судьбу проводить меня куда подальше от тебя. Тогда, когда я тренировался до крови на коленях, руках, локтях, спине. Тогда, когда, краем уха услышав плохое слово о тебе, доказывал, что это не так. - бард не верил тому, что говорит. Не верил тому, что он это говорит в лицо Геральту. - Я люблю тебя, Геральт из Ривии. Я люблю тебя! Люблю, люблю, люблю, люблю! - Лютик чуть не поперхнулся собственными слезами. - Даже, если ты меня не полюбишь, - бард не заметил, как лицо ведьмака приблизилось, - я буду любить тебя. Хоть сто лет.
- Лютик. - Геральт нежно взял в свои руки лицо барда и тихо выдохнул, умиляясь своим эмоциональным Лютиком. - Я тоже люблю тебя. - ведьмак приблизился к лицу барда, и выдохнул эти слова ему в губы.
- Как.. - попытался шепотом спросить Лютик, но Геральт заставил его замолчать, нежно поцеловав.
- Всегда. - на секунду отвлекаясь от самого нежного, мягкого и приятного поцелуя в своей жизни, ответил ведьмак. - С первого дня. Все это время. - Геральт, не разрывая поцелуй, прижал к себе Лютика и зарылся пальцами в его волосы. - Любил, люблю и буду любить. - ведьмак вытер слезы с лица барда и теперь смотрел в хрустально чистые голубые глаза, искрящиеся от счастья.
- Я обожаю тебя, Геральт из Ривии, обожаю всем сердцем. - рассмеялся Лютик, закидывая руки на шею Геральту.
- А я обожаю тебя, Юлиан Альфред Панкрац. - рассмеялся в ответ ведьмак, ложась рядом с бардом и моля судьбу о том, чтобы она никогда и ни за что не разлучила их.
★★★
3 611 слов.
Боже, это мой новый рекорд по словам.
Да и по главам, наверно, тоже.
Хотя нет. У меня ж по Шерлоку есть 17 частичная история.
Но это уже совсем другая история.
Ну что же.
Геральт молит судьбу о том, чтобы она никогда не разлучила его с Лютиком, а я молю судьбу о том, чтобы я не смазала и не испоганила всю романтическую линию этим затянутым описанием чувств.
Это словно "Код да Винчи" - множество страниц раскрытия сюжета, малюсенькие намеки на чувства, сюжетные повороты, новые персонажи, парочка сцен, в которых показывается забота и переживания по поводу жизни партнёра и лишь в конце, когда все устаканивается, ни с того, ни с сего взятые чувства, пососушки и "оказывается, я тебя люблю"
Нет, вы почитайте, и поймите, о чем я. Карантин как раз.
А если кто знаком - можем пообщаться на эту тему. Я с удовольствием выслушаю вас 🖤.
08. 02. 2020 - 22. 03. 2020
Навеки ваша Мортифирум