Забытая лютня

Warning:
Бредок, бредок, бредок.
Тут бредок.
Много бредка.
The end of warning.

- То есть, ты могла сразу забрать ее в Аретузу?! - Геральт, активно жестикулируя, заглянул в фиалковые глаза, в которые солнце поселило яркие огоньки.
- Да, могла! - не скрывая обиду и злобу, громко произнесла Йеннифэр, щурясь от яркого света.
- Но зачем тогда было это все?! - воскликнул ведьмак, сжимая кулаки. Нет, он не считал, что все это было зря - он встретил Лютика и наконец-то услышал и почувствовал то, чего у него не было уже 7 лет, но все равно гадкое и жгучее чувство обиды медленно поглощало сердце.
- Затем, чтобы отослать тебя куда подальше от меня! - не переставала кричать разъярённая чародейка.

- Но это же бессмысленно! - Геральт не понимал, почему сейчас, когда он смотрел на Йеннифэр, он не чувствовал того приятного и теплого чувства, что окутывало сердце и заставляло биться его ещё медленнее. Того приятного чувства, что словно мед  растекалось по всему телу волной возбуждения и словно пиво заставляло забыть про запреты и границы. - За то время, что мы потратили на дорогу, Цири бы уже выучила простейшие заклинания и поняла бы свой дар! - отсутствие того самого ощущения очень напрягало и волновало ведьмака, ведь он привык чувствовать себя иначе, видя чародейку. Но сейчас, видя Йеннифэр, всем, что он испытывал было обычное недоверие, желание прекратить разговор и даже отвращение. Что-то было не так и Геральт это понимал. Но что именно - ведьмак понять не мог.
- Тебе ли знать, чему бы она научилась в школе чародеек?! - крикнула на него чародейка, и, сжимая кулаки, в которых фиолетовым заблестела магия, отвернулась от него. Геральт сделал шаг к ней, но она обернулась и резким движением схватила его за руку - на запястье ведьмака остался красный ожог в виде ладони. - Не трогай меня! - ведьмак опешил и не знал, что поразило его больше - то, что Йеннифэр так умеет или то, что Йеннифэр сделала это с ним. Чародейка часто бывала злой, но никогда не применяла магию на нем. Никогда. Но сейчас.. сейчас она специально обожгла его. Впервые за все время их знакомства. За все время их отношений и чувств.
- Йен, - тихо выдохнул Геральт, надеясь, что чародейка повернется к нему. Йеннифэр к нему не повернулась, но зато на ведьмака, внезапно, как виверна, снизошло озарение. - Я понял. - испуганно выдохнул Геральт. - Я понял, Йен! - ведьмак схватил девушку за плечи и повернул ее к себе. - Я понял, почему ты послала нас этим путем! Я понял - тебе нужно было тянуть время! - в глазах девушки, которая даже сопротивляться не стала, заблестел страх, - Тебе нужно было время, чтобы развеять желание. - Йеннифэр испугано замерла в руках Геральта. - Ты все это время развеивала желание. Ты все это время убивала наши чувства. - уже в глазах ведьмака заблестели непонятные искры - то ли печали, то ли обиды.
- Не было никаких наших чувств! - закричала, срываясь на слезы, чародейка, - Не было ничего этого! Это был лишь джинн! Лишь обман! - вытирая слезы рукавом, сказала Йеннифэр, - Лишь похоть и магия! - крикнула чародейка, вырываясь из рук ведьмака и убегая от него
-

Йен! - девушка была права. Нельзя было это отвергать. Просто нельзя. - Йен, постой! 
- Отстань от меня! - крикнула Йеннифэр, создавая портал и прыгая в него. Геральт резко остановился, чуть не попав в молочно-белое ничто. Даже тут, даже сейчас чародейка вновь воспользовалась чарами против него - она знала, что ведьмак просто терпеть не может порталы и старалась не пользоваться ими в его присутствии. Но сейчас прямо перед его носом предстало молочно-белое ничто портала.
"Это.. это правда.. она рассеяла желание" - задыхался в мыслях Геральт, - "Она.. она просто разорвала между нами связь... Как нитку ножницами.. так.. так.. просто!" - ведьмак чувствовал себя жутко опустошенным - словно всю его душу выскребли, оставив лишь внешнюю оболочку. Словно все чувства, все эмоции, все доказательства того, что он - не монстр, выскребли, оставив лишь устрашающий вид и кличку "Мясник их Блавикена".
И без того медленное сердце Геральта стало биться с скоростью один удар в две минуты, заставляя вспоминать и вспоминать каждую секунду проведенную с Йеннифэр. Каждое мгновение, каждый стон, каждую бурную ночь. Заставляя вспоминать лучшие моменты его жизни, которые сейчас казались подобием пытки, сыпя на раны соль.
С каждым ударом сердца, по телу ведьмака проходила волна холода, которая заставляла содрогнуться и понять, что почти-что все, во что он верил, все, чего хотел - лишь холодный кусок красиво отполированной лжи. Красивой иллюзии, созданной великим существом - джинном. 
Геральт чувствовал себя как маленький ребенок, которому обещают конфету, а на самом деле отводят к врачу. Как истинно верующий жрец, который, видя как его наставник прощает жесточайшие грехи за большие деньги, трясется от разочарования. Как наивный и глупый трубадур, который увязывается за холодным и злым убийцей в надежде на дружбу и приключения, а взамен получает хладнокровие, жестокость и разбитое сердце.
"А ведь я это чувствовал. А я ведь знаю как это" - Геральт вспомнил мать. Чародейку, обещающую ему ярмарку, на самом деле отдавшую собственного сына в Каэр Морхен. Место, в котором выживает меньше чем четверть детей. Лишь воля, закалённая обидой, дала ведьмаку силы выжить в этом месте и простить мать, став бесчувственным убийцей монстров. Разве такой доли хотел обычный зеленоглазый мальчик, который любил резвиться в речке и собирать цветы?
- Прав был старик Весемир - нам нельзя любить. Нельзя чувствовать. Даже если эти чувства - искусная магия - выдохнул ведьмак смотря вперёд. Туда, где только что был портал и туда, где только что стояла Йеннифэр, от которой остался лишь слабый ветерок, колыхающий волосы.

★★★

- Итак, Цири, - лучезарно улыбнулась Йеннифэр, обнимая девочку, - сейчас мы будем путешествовать через портал. Ты когда-то путешествовала через портал?
- Нет! - звонко ответила Цири, - Но хочу, хочу, хочу!
- Успокойся, хочуха! - улыбнулась чародейка гладя девушку по голове, - Сейчас все будет.
- Давай сейчас будет именно сейчас, а не спустя кучу времени? - не прекращала Цири
- А давай ты закроешь свой чудный ротик и не будешь лопать мне барабанные перепоночки? - рассмеялась Йеннифэр. - Разве ты не хочешь попрощаться с Геральтом? - чародейка скривила губы, произнося имя ведьмака, что в стороне наблюдал за радостями девушек, - Ты ведь будешь очень долго учиться и вряд ли увидишь его. Надо попрощаться. - Йеннифэр подтолкнула Цири к Геральту, сама даже не глядя на него.
- Геральт, пока! - девушка подбежала к ведьмаку и крепко обняла его, получая в ответ заливистый смех. - Я буду очень-очень скучать!
- Я тоже, Цири, я тоже буду очень скучать - выдохнул Геральт. - И попытаюсь приезжать и навещать тебя, солнце, - ведьмак поцеловал девушку в лоб, - Давай, беги, а то Йеннифэр передумает, - Геральт боком глянул на чародейку, которая на него даже и не посмотрела, хотя, ведьмак знал, чувствовала на себе его взгляд.
- Не передумает! - все ещё не разрывая объятия, ответила Цири. - Я с ней целую вечность рядом буду, - хмыкнула девочка, - а с тобой - даже не знаю. - покачала головой Цири, все же отлипая от Геральта.
- Я буду навещать тебя каждую свободную минутку, - улыбнулся Геральт. - Да и с Йеннифэр тебе не будет скучно, - хмыкнул ведьмак, заправляя волосы девочки ей за ухо.
- Может быть, - пожала плечами Цири, - Но она не ты. Она не расскажет мне как вырубить человека мешком монет. - подмигнула девочка.
- Зато она расскажет тебе как сделать шарик из огня. - подмигнул ей в ответ Геральт и вновь обнял ее.
- Огонь - очень опасная штука. - к ним подошла Йеннифэр, злобно сверкая глазами, - Им пользуются лишь в крайних случаях. - стоило девочке повернуться к чародейке, как глаза Йеннифэр потеплели и заполнились опекой и любовью, - Это твой первый урок, Цири, - улыбнулась чародейка протягивая к ней руку.
- Я даже в школу не успела прибыть, а уже выслушиваю уроки, - закатила глаза Цири.
- Второй урок: у тебя будет о-о-очень много уроков. - рассмеялась Йеннифэр.
- Чувствую, я умру, - рассмеялась в унисон с чародейкой девочка.
- Ладно, нам уже пора, Цири, - перестала смеяться Йеннифэр и создала искрящийся портал. Ярко-фиолетовые искры летели в разные стороны, блестели на солнце и падали на траву, оставляя ее нетронутой, а молочно-белое ничто портала, которое обрамляли фиолетовые искры, искажало пространство и манило к себе.
- До встречи, Геральт! - Цири в последний раз обняла Геральта, взяла в руку поводья Альбы и посмотрела в глаза чародейки.
- Идём, - Йеннифэр взяла девочку за руку и сделала шаг в портал, - не бойся. - Цири зажмурилась и сделала ещё два шага вперёд, крепко сжимая ладонь чародейки и пропадая в ярком свете портала.

★★★

Двумя часами ранее

- Слушай, Сибилла, я тебе говорю - они точно педики! - заявил рано утром корчмарь, вытирая посуду
- Да что ты вообще такое несёшь, идиота ты кусок? - прошипела недовольно его жена, убирая с столов и полов остатки еды.
- Нет, ну ты видела как тот большой смотрит на своего малолетнего сосунка? - не прекращал корчмарь, расставляя стаканы по своим местам
- Допустим, видела. - закатила глаза Сибилла, ставя на стол новую партию сломанных или вымазанных кружек. - К твоему сведению он смотрел на него нежнее, чем ты на меня!
- Да потому что он педик! - победоносно стукнул чашками об стол корчмарь.
- Но это не даёт тебе права смотреть на меня как на чью-то рыгатину, - возмутилась Сибилла, - когда этот отважный мужчина смотрит на своего вежливого компаньона так, словно он - смысл его жизни.
- Опять ты преувелич.. - начал корчмарь, но скрип ступеней, звонкий голос, серебристый смех и недовольное мычание перебили его. - О боже, они идут. - корчмарь нырнул вниз, прячась от путников.
- Доброе утро, Сибилла! - звонко произнес юноша, компаньон седовласого мужчины.
- Доброе утро, Юлиан. - улыбнулась женщина. - Как вам.. спалось?
- Невероятно! - улыбнулся, потягиваясь, юноша.
- Спасибо, что интересуетесь, мадам. - сухо ответил седовласый мужчина Сибилле.
- Вы уже уходите? - спросила женщина, краем глаза замечая, что ее муж внимательно разглядывает лицо седовласого.
- Да, мадам. - отозвался звонкий детский голос из-за спин мужчин. - Нам нужно спешить! - вперёд выбежала очень красивая, бледная, длинноволосая девочка лет 14 с почти-что белыми волосами.
- Цири, успокойся, - улыбнулся юноша.
- Вы ведьмак! - резко и испуганно сказал корчмарь, глядя на мужчину.
- Что? - переспросил седовласый.
- Вы - ведьмак! Геральт из Ривии! - воскликнул корчмарь, - Мясник из Блавикена и Белый волк! Я вас знаю! - мужчина откинул фартук и подбежал к ведьмаку. - А это, - тыкнул он в юношу, - ваш личный бард! Лю.. Любик!
- Лютик, вообще-то, - скривил губы Юлиан. - И не ли..
- Что вам нужно? - коротко спросил Геральт, перебивая спутника.
- Вы убиваете монстров?! - сверкал от восторга корчмарь.
- Да. - ведьмак отодвинул мужчину и прошел к выходу
- Убейте местных монстров! Убейте их! - завизжал резко корчмарь.
- Успокойся! - Сибилла схватила мужа за локоть. - Простите его, Геральт, простите.
- Пускай говорит. - остановил ее ведьмак, - Что там?
- Монстры! - испуганно произнес корчмарь, - Жуткие монстры! Четверо ужаснейших чудовищ, что убивают народ и терзают город! - Геральт остановился, слушая мужчину. Лютик и Цири же закатили глаза и стояли возле него. - Двое из них - женщины, двое - мужчины, - Юлиан и девочка напрягли уши, - Мужчины - ужасны и кровожадны! На их лбах повязки, дарованные им самой Смертью! - Лютик раздражённо выдохнул, а Цири побледнела, - У одного - красная от крови, а у другого - синяя от слез! - Геральт скривил губы и тяжело выдохнул. - Их девушки - красивее и опаснее всего Континента! Одна - рыжая, яркая, быстрая и точная, словно феникс, а вторая - темная, кудрявая, ловкая и жестокая, словно сама Смерть! Они убивают наших солдат, бояр и ремеслиников, требуют деньги и урожай, они не дают нам жить! - мужчина чуть ли не плакал, а его жена, закрыв от позора лицо рукой, стояла в стороне, взглядом прося Юлиана и девочку ее понять и простить. - Прошу, помогите нам! Спасите нас!
- От чего вас спасать? - рассмеялся Юлиан, - От этой кучки подростков, возомнивших себя охотниками?
- Помолчи, идиот! - гаркнул на него корчмарь. - Пускай господин ведьмак что-нибудь скажет. - мужчина повернулся к Геральту. - Вы ведь можете что-нибудь сказать? Согласиться? Помочь нам?
- Знаете, все, что я могу вам сказать, - холодно процедил сквозь зубы ведьмак, - это то, что вам следовало бы мыть кружки тщательнее и варить пиво лучше. Иначе у вас совсем не будет посетителей, - Геральт отвернулся от корчмаря и, позвав Лютика и Цири, вышел из корчмы.

★★★

Выйдя из корчмы, путники направились к выходу из деревни. Пройдя все жилые кварталы,  Лютик, Геральт и Цири увидели сухой, жёлтый кусок земли, из которого вырвали все - от маленькой травинки до большого дерева. Казалось, эта земля просто вымерла, а вместе с ней и вся расительность. Почва была сухой и рассыпчатой, совсем не пригодной для жизни, но зато рядом, словно из ниоткуда, рос зелёный, влажный и чистый лес.
Остановившись посреди всей этой "мертвой земли", Геральт слез с лошади, оглядывая местность - за их спинами стояли последние дома деревни, в которых жила охрана; перед ними рос лес, из которого они совсем недавно вышли; по бокам - деревянные столбы, покрытые засохшей кровью и тела, превращающиеся в скелеты.
- Святая Мелитэле, - выдохнула Цири, - это.. люди, натянутые на столбы?!
- Вряд ли, Цири, вряд ли, - покачал головой Лютик, вставая вслед за ведьмаком, - Я сбе́гаю и гляну, ты не против? - Юлиан встал возле Геральта, посмотрел ему в глаза, подмигнул и побежал вперёд, к столбам.
Приблизившись к деревянным брускам, поставленными вертикально, Лютик сбавил скорость бега, вскоре и вовсе остановившись.
- Чёрта рог мне в задницу. - выдохнул Юлиан, смотря на то, что предстало перед ним - множество тел. На трех столбах, что были прямо перед ним, "расположились" тела двух мужчин и одной женщины. Всех трёх проткнули столбами, окровавленные концы которых выходили из их ртов. В ногах проткнутых валялось ещё столько же трупов, убитых менее жестоко - отрубленные головы, проткнутые грудные клетки, вскрытые черепа. Земля вокруг этого побоища была почти-что коричневой от старой и засохшей крови, пролитой, видимо, давно.
- Фетиш у тебя какой-то на пихание разных вещей в свой зад. - проворчал ведьмак, ухмыляясь и подходя к Юлиану.

- Ах ты.. - смеясь, начал Лютик, но Геральт не дал ему договорить:
- Лошадиная жопа. Или что-то типа того, да, Лютик? - хмыкнул ведьмак, осматривая трупы.
- Не-а, - покачал головой Юлиан, улыбаясь.
- А кто же? - Геральт встал и глянул за спину Лютика - Цири спокойно себе сидела на Альбе, следя и за Плотвой.
- Боюсь, если скажу, то рискую стать вот этой вот барышней, - Юлиан указал на труп женщины, у которого было множество колотых ран и клинок в горле, насквозь проткнувший его, - Кстати, что с ней? И с остальными? Картина-то страшная. - что-то в теле этой барышни было очень знакомо Лютику. То ли волосы, то ли фигура, то ли что-то ещё.
- С ними? - поднял бровь ведьмак. - Их принесли в жертву. Этих трёх, - Геральт указал на тех, кто был проткнут столбами, - насадили на столбы через жопу, как знак своеобразного примирения. А этих, - ведьмак указал на валявшихся на земле трупов, - выставили перед этими тремя и дали разбойникам их растерзать.
- Разбойникам? - поднял бровь Лютик, - То есть, это дело рук этой кучки подростков?
- Видимо, не такая уж они и кучка подростков, Лютик, - отходя от места жертвоприношения, сказал ведьмак, - раз из-за них приносят в жертву людей.
- Может, ты ошибся? - бодрым шагом следуя за Геральтом, спросил Лютик. - Ну не могут эти.. эти дети устроить такое побоище!
- А, может, и ошибся, - пожал плечами ведьмак, - Залезай давай, - Геральт указал Лютику на место за своей спиной, которое уже успело прижиться и к Юлиану, и к ведьмаку.
- Но все таки я.. - начал было неугомонный Лютик, но тут их окликнул громкий мужской голос. - Опять этот идиот? - к ним бежал тот самый корчмарь.
- Господин ведьмак! Господин ведьмак, прошу! - мужчина подбежал к путникам, сложив руки в молитвенном жесте, - Они не дают нам жить! Как раз за день до вашего приезда они напали на нас и опустошили все сараи! Прошу! - корчмарь чуть ли не падал на колени. - Хотя бы на один день! Один денек, ведь они нападают очень часто! Ваш молодой компаньон последит за вашей дочерью, мы вас не задержим и предоставим все наилучшее! Прошу!
- Сударь, - промолвил Геральт, собирая все силы на то, чтобы не стукнуть этого сударя по башке, - Мы встречались с вашими "монстрами" и знаем, что вреда они не нанесут. Поэтому, будьте добры, хватит нас преследовать. - с этими словами ведьмак развернулся и направил лошадь вперёд, куда подальше от этого назойливого корчмаря.

★★★

Простояв на том самом месте ещё около 5 минут, Геральт, выдохнув, развернулся и посмотрел на Плотву.

- Эх, Плотва, - ведьмак подошёл к лошади и погладил ее за ухом, на что получил недовольное фырканье, - видишь, как быстро можно потерять все? - Геральт ещё немного погладил Плотву и, помедлив, запрыгнул на нее. - Сейчас у меня кроме Лютика никого, получается, и нет, - пожал плечами ведьмак, хлопая  лошадь по шее, тем самым заставляя ее медленно идти вперёд, - надо пойти его забрать и отправиться, пожалуй, в Каэр Морхен, Весемира повида́ть. - Плотва ускорила шаг, быстрее спускаясь с низенького холма, на котором и произошла эта встреча и ссора с Йеннифэр. - Нет, не возмущайся, Плотва, я уверен, Весемир будет рад и мне, и Лютику. - Плотва недовольно фыркнула и молча пошла вперёд. Вместе с лошадью замолчал и ведьмак, все ещё анализируя произошедшее.

Спустя некоторое время показались очертания деревни и какое-то движение в той самой "мертвой земле", на которой Геральт с Лютиком увидели то странное побоище в стиле жертвоприношения и разделились. Сам ведьмак был против того, чтобы бард оставался в деревне, уверяя корчмаря в том, что разбойники - не опасны, и поэтому довольно много ворчал, перед тем как разрешить ему остаться. У них был договор - Геральт отвозит Цири в Аретузу, а Лютик в это время остаётся в деревне, дабы отогнать (если они были) разбойников и подождать ведьмака. Когда же Геральт прибудет, они должны будут вместе, как в старые времена, отправиться в путешествия и порешать пару вопросов насчёт истории барда.
Именно поэтому, дабы поскорее увидеть Лютика, Геральт, только-только увидев деревню, заставил и без того не медленную Плотву идти быстрее. Лошадь немного пофырчала и побрыкалась, но все же пошла быстрее и в скором времени ведьмак был уже гораздо ближе к деревне, а, точнее, к месту жертвоприношения.
Чем ближе Геральт подъезжал к деревне, тем отчётливее слышал звуки борьбы, звон оружия, громкие возгласы, истошные крики и Старшую речь. Учуяв неладное, ведьмак заставил Плотву перейти на бег, в глубине души чувствуя, что, если он не ускорится, произойдет нечто ужасное. И, как же ведьмак ненавидел свое чутье, это нечто ужасное произошло.
Судя по звукам и действиям, там, возле столбов, происходила битва. Всего было 5 сражающихся - 4 не особо выделяющихся и один, не узнать которого было невозможно.  Хотя и остальные участники кого-то, да напоминали - двое были мужчинами, двое - женщинами. У мужчин - яркая ткань на головах, а у одной из женщин - кудрявые тёмно-коричневые волосы.
"Неужто эти идиоты?!" - идиотами они сейчас не казались, ведь искусно нападали на пятого участника драки - мужчину в бирюзовом костюме, который, несомненно, был Лютиком.
С далека не было видно мелких деталей, но одно Геральт видел и знал точно - барду тяжело и он устал. Он жутко устал и потерял бдительность. Иначе как объяснить то, что он подпустил к своей спине кудрявую нападающую?
- Лютик! - ведьмак находился на расстоянии в 22 метра от места драки, но прекрасно видел то, как блеснуло железо за спиной Лютика и как он замер, уронив на землю меч. - Нет! - Плотва мчалась с бешеной скоростью, давая Геральту возможность увидеть красный цвет, расползающийся по бирюзовому костюму барда. - Нет! - Сердце ведьмака пропустило удар, когда Лютик упал на колени и завалился на бок, истекая кровью.

Воть.
Мне эта глава совсем не нравится (хотя мне всё всегда не нравится) и, я надеюсь, вы не разделяете моё ничтожное мнение.
Не знаю, получилось ли у меня изобразить это всё в том "цвете", в котором мне хотелось бы, но имеем то, что имеем.
Молю богов о том, чтобы эта глава вышла такой же "хорошей", как и предыдущая, поэтому, если вам не сложно, комментируйте энто, пожалуйста.

О, ещё Мелитэле, которую я постоянно приписую сюда - это богиня урожая и плодородия, в честь которой был создан величайший и старейший культ Континента.
У Геральта даже подруга есть, которая является главной настоятельницей одного храма Мелитэле - Нэннеке.