b-Arsik: Привет,Антон
Сергей Матвиенко считает себя хорошим другом. Во всяком случае, он может заявить без ложной скромности, что если бы не он, Арсу давно настал бы пиздец. Откровенно говоря, Сергей сделал и продолжает делать для него столько, сколько не делал еще никто.
А оно еще возмущалось. Сроки его, видите ли, не устраивают! Ну-ну, а как впрягся, так всё отлично успел. Подумаешь, денек не выспался!.. Самому ведь, пидору краснонизному, деньги нужны. Это, к сожалению, то единственное, с чем Матвиенко помочь не может. Мог бы — даже раздумывать бы не стал.
И вдруг — такой шанс! Одна из самых топовых фирм, и Сергею откровенно насрать, на каком она там месте в рейтинге лучших, он название-то знает только благодаря самому Арсу. Открывают новое направление или типа того — и ровно по профилю этого «молодого дизайнера», как тот себя называет. Да и вообще, по описанию — ну вылитый Попов, и Сергей может поставить свое достоинство на то, что он их как минимум заинтересует.
А самая поразительная удача в том, что ровно на тех выходных, когда объявление появилось, Сергей был в Москве у знакомых, да еще и как раз решил прочекать сайты в поисках какой-нибудь работенки для друга. Тот задолбал маяться дома, а идти каким-нибудь уборщиком или бариста в кафе ему, видите ли, гордость не позволяет.
Не то чтобы Сергей его винит. Тут такая ситуация, что «хоть какие-то деньги» не шибко помогут.
Так что Матвиенко сразу же, едва увидел объявление, позвонил другу и подробно расписал, что нужно сделать. И сразу откомандовал: чтобы утром понедельника проект был.
Попова он хорошо знает: тот любит побеситься с нихуя, но работать умеет. Дедлайны ему не помеха, а отсутствие сна — вообще почти норма. Так что все было готово и прислано, пока Сергей еще спал. Сразу по пробуждении тот, представившись менеджером, перенаправил присланные работы по указанному в объявлении электронному адресу — и чудо! Уже после обеда ему позвонили и пригласили на собеседование сразу на следующий день.
И вот, покрепче перехватив папку с резюме друга, Сергей заходит в остекленный небоскреб с диодными буквами Sh в полстены.
По правде говоря, серьезность происходящего он осознает только в этот самый момент, проходя мимо трех разных металлоискателей. Охране он представляется почему-то хриплым голосом, отчетливо ощущая, как сжимается при этом очко.
У него проверяют паспорт, его обнюхивает собака, ему выдают временный пропуск. Сергей хочет пошутить, что осталось только снять отпечатки пальцев, но говорить хоть слово не по делу как-то ссыкотно. Возникает стойкое ощущение, что как минимум половину кандидатов на должность (любую, причем) тут отсеивают еще на этапе входа в здание. Очень действенная проверка нервов на прочность, а в их бизнесе определенно нужна эмоциональная выносливость. Сергея провожает симпатичная молоденькая девушка-администратор, которую он с перепугу толком и не оценивает, и вот, словно по щелчку пальцев, он уже сидит на мягком кожаном диване в холле где-то этаже на двадцатом. Он и еще трое человек, тогда как ожидал он по меньшей мере с пару десятков.
И все, вопреки ожиданиям Матвиенко, не выглядят, как пышные цветастые пятна, а одеты в официальные костюмы. Не стиля школьного выпускного, как он сам, а в дорогую (может быть, собственного производства) одежду, в какой можно хоть сейчас на красную дорожку.
Кто знает — вдруг как раз в их шмотках на красную дорожку и отправляют?..
Сергей чувствует себя все более неловко в столь важном обществе, но блять, его же пригласили, верно? Значит работы Арса их заинтересовали, значит известность им не важна, значит надо выдохнуть и взять себя в руки, а потом произвести максимально хорошее впечатление и заставить их выбрать проект, представленный именно им.
Ради Арса.
Эта мысль придает сил. И когда его неожиданно вызывают первым, Сергей с готовностью поднимается, нацепляет непривычную для себя доброжелательную улыбку и идет в комнату, куда его пригласил молодой мужчина в очках.
— Добрый день, — здоровается Сергей, едва подойдя к двери.
Тот чуть рассеянно кивает и приглашающим жестом просит войти. Только когда Сергей оказывается внутри, а дверь за ними закрывается, мужчина, чуть выдохнув, отвечает на приветствие.
— Здравствуйте и добро пожаловать в главный офис фирмы Shastoon. Меня зовут Дмитрий Позов, я менеджер по персоналу и проведу с вами собеседование. Присаживайтесь, пожалуйста.
Он говорит настолько механическим тоном настолько очевидно заученные предложения, что Сергей немного теряется. Вакансия только вчера открылась, ну пусть позавчера, если вдруг, что вряд ли, собеседования стали назначать сразу в тот же день, которым было воскресенье. А этот Дима уже выглядит таким заебанным, словно прослушал человек пятьсот.
— Э-э… Спасибо, — вежливо отзывается Сергей, садясь за стол и наблюдая, как менеджер устраивается напротив.
— Чай, кофе? — внезапно спрашивает тот. Интересно, он всем пятистам, или сколько там их было, людям кофе предлагал? Даже Дисней столько не напасется.
— На ваше усмотрение, — отмахивается Сергей, сканируя парня взглядом. Теперь, вопреки первоначальному впечатлению, он уверен, что Дмитрий не старше, а то и младше его самого. Но из-за мимических морщин и синяков под глазами он выглядит как минимум его ровесником. — Вы как будто уставший, нет?
Он выдает это на автомате, потому что привык говорить, что думает, но, поймав изумленно-вопросительный взгляд, хочет дать себе в челюсть. Нет, ну нельзя вести себя нормально?! Один раз в жизни, ради Арса!
— Простите, если… — хочет было исправиться Сергей, но его перебивают:
— Нет-нет, все хорошо. Раз так, перейдем сразу к делу.
Матвиенко мысленно скрещивает пальцы и снова натягивает максимально доброжелательную улыбку.
~~~~~~
Сразу к делу — чтобы попить кофе в перерыве, не думая про еще троих олухов за стенкой.
Этот Сергей был чертовски прав: Дима устал. Точнее сказать, заебался. А это только второй день!.. Но пересматривать сотни однообразных эскизов, перечитывать похожие предложения по пиару и общаться с одинаково фальшивыми голосами менеджеров ему осточертело еще вчера. После чего он посоветовался с Антоном, и они совместно решили иметь дело только с самими дизайнерами — никаких менеджеров, никаких посредников. Чем меньше третьих лиц, тем лучше. Да и отсутствие дополнительных людей — признак небольшой раскрученности самого дизайнера, что в их ситуации очень даже плюс. Антон твердо заявил, что делать рекламу за счет чужого имени он не намерен.
Поначалу-то каждая идея казалась интересной, но после десятой подряд сохраненной вкладки с резюме Дима понял, что делает что-то не так. И когда он попытался искать что-то еще более интересное, чем все эти предложения, они быстро слились в одну массу. С огромным трудом удалось вычленить еще четверых помимо тех, кого выбрал Стас. И даже среди них нашелся один проект, который тоже вот представляет менеджер. Дима позвонил ему сам, но забыл уточнить, что требуется личная встреча с дизайнером, а перезванивать было как-то глупо. Так что он пригласил этого индивидуума первым, чтобы сразу все прояснить. И как-то сразу, с первого взгляда, понял, что тот никакой не менеджер. Хотя такие подозрения появились еще по телефону — уж слишком просто Сергей говорил и слишком сильно радовался, профессионал ведет себя совершенно не так. И это, по сути, единственная причина, по которой Дима не попросил его уйти сразу же. А вопрос про усталость и вовсе навел на мысль, что эта странная парочка из дизайнера и его, очевидно, друга — как минимум неплохой вариант. Сергей весь такой простой и человечный, а ведь он только представитель. Разве это не то, что они искали? Дима задает всего один вопрос: — Почему пришли вы, а не сам… Арсений Попов, так?
Тот не сразу находится с ответом, но быстро ориентируется.
— Он живет не в Москве.
Дима вопросительно поднимает бровь.
— Но хочет здесь работать? Потому что сразу предупреждаю, удаленный вариант мы не предлагаем — дизайнер должен будет как минимум регулярно появляться в офисе.
— Это понятно, — тянет Сергей и нервно облизывает губы. — Он приедет, если понадобится, но вы же только вчера все утвердили — как бы он успел приехать за день и?..
— Даже перелет из Петропавловска-Камчатского занимает всего девять часов максимум. Объявление было опубликовано еще в воскресенье.
Сергей супится и сжимает губы, явно раздражаясь, и все не смотрит Диме в глаза.
— Он приедет, если надо, но пока вместо него я.
— Ваш друг умеет читать? На сайте ясно сказано, что мы приглашаем непосредственно дизайнера, и это принципиально важно.
— Зачем тогда вы меня позвали? — вскидывается Сергей, но быстро берет себя в руки. — Извините. И почему вы говорите, что он мой друг? Я менеджер, а он…
Дима отмахивается.
— Не надо, я же вижу, что вы никакой не менеджер. Потому и спрашиваю, — он наклоняется чуть вперед, пристально глядя в лицо Матвиенко, — почему пришли вы?
Есть такое понятие, профессиональная чуйка. Не все ею обладают, но Антон Шастун не поручил бы столь важную задачу тому, у кого ее нет. И Диме его чуйка подсказывает, что дело здесь ой как нечисто.
Он уже не помнит толком, что там у этого Попова были за эскизы и почему его предложение показалось интересным. Хочется поскорее восполнить этот пробел в памяти, но прежде надо понять, есть ли в этом хоть какой-то смысл. Будет обидно, если идеи хорошие, а человек по какой-нибудь тупой причине окажется неподходящим.
Сергей, очевидно, прекрасно понимает такой ход мыслей Димы, потому что вдруг смело смотрит ему прямо в глаза, а потом, не отрывая взгляда, подсовывает небольшую черную папку.
— Вы вот сначала резюме его посмотрите, — говорит с нажимом, не моргая. — А потом, если оно понравится, все обсудим.
Никому Дима не позволил бы прямо на собеседовании вот так собой управлять. Но, черт, эти парни сумели заинтересовать его. В конце концов, ответить «нет» можно в любой момент, а пока есть шанс найти что-то, им нужно пользоваться. Да и чуйка, чуйка!.. Так что Дима первым отводит взгляд и открывает папку. Пролистывает личную информацию, лишь на секунду задержавшись на фотографии — мордашка симпатичная, для Инстаграма пойдет, — пробегается по вступлению, описанию и прочим сухим строкам бизнес-плана и, наконец, доходит до эскизов.
Футболки.
Самые простые, черные и белые, с минимальным дизайном.
И с хештэгами.
Правду говорят, всё гениальное — просто. Потому что надо ж было додуматься вот так обыграть тот факт, что проект будет раскручиваться в соцсети!..
Дальше — примеры постов в Инстаграме. Всё та же тема с хештэгами, но здесь они еще более долбанутые и смешные. Есть и интеллектуальные, над значением которых Дима автоматически задумывается и, разгадав далеко не за две секунды, даже невольно ухмыляется умным шуткам.
Автор — чертов гений в своей простоте, но вместе с тем — совершенной уникальности.
Да еще и внешне вполне привлекательный. Не то чтобы Дима шарит в мужской красоте, но ему по должности положено уметь оценивать ее объективно.
Черт возьми, это ведь именно то, что они искали. Обнаружилось вот так, почти случайно, на второй же день. Вот что значит Москва!..
Хотя этот Арсений из Питера.
Дима поднимает глаза на Матвиенко, который до этого следил за малейшей его реакцией. Он закрывает папку, молча пододвигает к Сергею, снимает очки и на минуту задумывается, глядя в стол. Тишина звучит слишком растерянно, и Дима честно понимает волнение человека напротив, но он боится сейчас его обнадежить, а потом с извиняющейся улыбкой послать. Потому тщательно подбирает слова.
— Я не буду говорить, что он нам подходит, — медленно начинает Дима. — По той простой причине, что не общался с ним лично. Вы должны понимать, что до принятия каких-то решений он должен приехать сюда.
Сергей быстро кивает, внимательно слушая каждое слово. И тогда Дима плюет на формальности и открыто смотрит на него. Искренность на искренность, с ним по-другому, видимо, не получится. Чисто физически, если честно.
— Сергей, буду с вами честен: это именно то, что мы искали. Но!.. — Он тут же вскидывает раскрытую ладонь, видя, как загорелись глаза Матвиенко.
— Но. Вы тоже поймите, я не могу рекомендовать Арсения начальнику, пока не знаю всего. Если есть какая-то серьезная проблема, лучше скажите сейчас — и мы вместе подумаем, что можно сделать. Потому что… честно скажу, я уже устал. Тут вы были совершенно правы. Мне придется выслушивать еще как минимум троих, но варианта лучше я вряд ли найду. И поэтому мне проще как-то порешать вашу проблему, чем заново копаться в присланных резюме — а именно этим и придется заняться, если Арсений останется под большим вопросом
Сергей вздыхает. И Дима видит по его лицу, что он сейчас не сдается под натиском, а лишь признает правоту, которую понимал с самого начала.
А потом он произносит всего одну фразу — и в комнате будто на миг пропадает воздух.
~~~~~~
После разговора со Стасом проходит неделя. За это время Антон успевает две вещи. Во-первых, окончательно разочароваться в идее нового направления и полностью сплавить его Диме. Найдет кого-то — отлично, нет — да плевать уже, в любом случае придется устраивать мозговой штурм и придумывать что-то новое.
Но пока Позов сказал, что пара вариантов есть, и надо лишь убедиться, что не найдутся еще. Антон дал ему время до следующего понедельника и еще раз уточнил, что будет общаться только непосредственно с дизайнером, когда дело дойдет до финального собеседования.
Так вот, во-вторых.
Во-вторых, он с каждым днем все больше переписывается с Арсом и не успевает уловить момент, в который их диалоги становятся ежедневной привычкой. Он даже к неудобной почте привыкает — в ней-то, по сути, ничего сложного и нет, просто непривычный интерфейс и сообщения писать чуть дольше.
Зато не ляпнешь случайно того, о чем пожалеешь.
Это спасло Антона уже далеко не раз.
Потому что он не просто привыкает к Арсу — он все отчетливее ощущает, как привязывается к нему. Еще немного, и жизни без чудаковатого интернет-друга не сможет и представить.
Если бы еще не мучила взаимная секретность!.. Антон уже тысячу раз был готов раскрыться, намекал на это всеми силами, даже скинул ссылку на свой закрытый профиль в Инстаграме — только бы в ответ была такая же готовность хотя бы обменяться голосовыми сообщениями. Это ведь не так сложно, как говорить по телефону или, тем более, видеосвязи! Антон даже фотографию не просит, хотя с каждым днем любопытство разгорается все сильнее.
Однажды он попытался узнать у Арса хоть какие-то детали его внешности — просто для себя, ну хоть что-то! И получил в ответ шутку про дрочку.
Справедливую, если на то пошло.
Нет, не то чтобы Антон дрочил на образ, который сам себе придумал! Совсем нет! Но с завидной регулярностью мелькает мысль, что если они продолжат общение в том же духе, рано или поздно можно будет заняться по интернету чем-то более интересным…
Или нет. По правде говоря, это мелочи. Так, приятный бонус. Антону более чем хватает простого человеческого тепла, которое — вот же ирония! — он получает по вечерам исключительно от Арсения. Человека, которого даже ни разу не видел и не слышал, не говоря уже о том, что не касался его.
Во вторник Антон жалуется на рабочие проблемы, никак не упоминая ничего конкретного. Арсений сочувствует и рассказывает в ответ, что с его работой сейчас какие-то непонятки.
В среду Антон материт почту, которая опять ничего не может доставить вовремя — и плевать, что речь на самом деле об огромной частной поставке кашемира из Индии. Арсений отвечает, что давно разочаровался в почте и решил разносить посылки сам. Антон ржет, представив Арсения, шагающего пешком из Нью-Дели.
В четверг Арсений пишет капсом, что его пригласили на собеседование в другой город, и хотя еще ничего не понятно, это все равно больше, чем он ожидал. Антон искренне за него радуется и очень хочет узнать, чем же тот все-таки занимается. Это вдруг становится намного важнее и интереснее внешности и голоса.
В пятницу они жалуются друг другу на недельную усталость и решают уйти спать пораньше, но в итоге переписываются до поздней ночи, пока Антон не отключается первым.
В субботу утром Антон извиняется за это, но Арсений спит до самого обеда. В обед Антон работает, поэтому они снова списываются только вечером. Решают «вместе» посмотреть фильм, включив одновременно, но в итоге Арсений все равно каким-то образом оказывается впереди и громко ржет с шутки про «Я отец драконов!!!» первым. Пропадает он тоже первым, уже под утро.
В воскресенье Арсений пишет, что собирается в дорогу, и у него нет времени, так что «Извини, пожалуйста, солнце, но я тебя сегодня оставлю. Отдохни как следует, ладно?»
Антон забыл, когда Арсений стал называть его солнцем. И не знает, почему это звучит настолько правильно.
Как и его собственное «обнимаю» после пожелания хорошей дороги и удачи на собеседовании.
Они оба вляпались. Во что-то, кажется, до боли хорошее, но — вляпались.
Антон понимает это, когда в понедельник просыпается, чувствуя себя чудовищем: он не выспался и не отдохнул, он злится, он сердито смотрит на противную, совершенно никакую погоду, он не хочет идти на работу, он ненавидит свой образ жизни, он, блять, просто скучает по Арсению.
А они не разговаривали всего день.
Факт осознания собственной привязанности к почти незнакомцу — да, Антон, вы же, сука, ничего толком друг о друге не знаете! — не прибавляет баллов настроению, и Антон, бурча себе под нос, заваривает растворимый кофе. Тот получается противным на вкус, да еще и обжигает язык. Бросив попытки хоть как-то приободриться, Антон надевает первый попавшийся костюм, попутно злясь, что забыл постирать любимую рубашку, и спешит в офис, куда, разумеется, уже опаздывает.
От греха подальше берет с собой водителя. Еще не хватало въебаться в какой-нибудь столб, а с его сегодняшней «удачливостью» это точно произойдет, если он поедет за рулем.
Только через десять минут пути Антон понимает, что забыл свой рабочий блокнот, с которым никогда не расстается, но возвращаться за ним — значит терять кучу времени, а оно того не стоит. Но там все планы, и хотя о важном Оксана все равно сообщит, быть без списка дел перед глазами — все равно, что без головы.
Хотя его голова и так не взята с собой сегодня. Мысли-то уехали вместе с Арсением в неизвестный «другой город».
Кстати, от Арса нет никаких вестей, и это тоже сильно расстраивает и злит. Антон кидает ему на почту короткое «Как ты там?» и старается настроить себя на то, что этим сообщением выполнил миссию, и больше о нем можно не думать.
Если бы все было так легко. Если бы об Арсении в принципе можно было не думать.
Уже в офисе он вспоминает, что сегодня придет дизайнер для злосчастного нового направления, так что первым делом заглядывает к Позову.
— Дима, доброе утро.
— Доброе, Антон Андреевич, — кивает тот в ответ. Официально, потому что рядом крутятся другие сотрудники.
— Что там с дизайнером, все по плану? — спрашивает Антон, а сам не может толком сосредоточиться.
— Да, встреча назначена на два часа.
— Хорошо. Напиши мне, когда он придет, ладно?
Дима снова кивает и добавляет что-то еще, что Антон уже толком не воспринимает — лишь тоже кивает на автомате.
Первая половина дня проходит, как в тумане. Оксана и Даня помогают восстановить примерный список основных дел на сегодня — благо, что важное обычно не ставят на понедельник — и вводят в курс того, что нужно знать о прошедшем без него воскресенье. Антон даже на пару часов включается в работу, но утомление берет свое очень быстро.
За полчаса до конца обеда Антон тупо откладывает все дела, прерываясь, кажется, на середине какого-то слова, падает на диван в своем кабинете и прикрывает глаза.
В мыслях звучит голос — почему-то Арсения, хотя Антон его ни разу не слышал: «Тош, ты покушал сегодня?» И да, Арс наверняка спросил бы его именно об этом, если бы был на расстоянии хотя бы телефонного звонка или смс-сообщения, ведь Антон успел пожаловаться, что мало ест. Умный взрослый дядя Арсений строго-настрого приказал питаться лучше, на что ему припомнили бутерброд с плесневелым сыром. Такое быстрое превращение из сердитого деда в нашкодившего мальчишку, да еще и в текстовом виде, Антон наблюдал впервые.
— Нет, Арс, я опять без обеда, — одними губами говорит Антон самому себе.
Мелькает отстраненная мысль — ну и какие же они с Арсом незнакомцы? Подумаешь, не виделись, подумаешь, не знают город и возраст друг друга!.. Зато Арс — единственный, кто знает о его страхах, о его любимой музыке и о том, что он ест на завтрак. А сам Антон знает, какие фильмы Арсений смотрит, в какие страны мечтает съездить и какую погоду любит. Спойлер: любую, ему реально все равно, дождь или солнце, он всегда готов выйти погулять.
Телефон вибрирует, оповещая о новом сообщении в Вотсаппе. Антон устало выпрямляется и несколько минут сидит с опущенной головой и закрытыми глазами. Господи, как же он устал… Конечно, ему позволительно сбежать в отпуск в любой момент, свалив все дела на нижестоящих руководителей, но, черт, не такой он человек. Поэтому, игнорируя тупую боль в висках, Антон проверяет сообщение. От Позова — два коротких слова «Они пришли».
«Они», блять. Попросил же, без менеджеров, без ебучей группы поддержки — только сам дизайнер. Ему нужен человек, не эскизы и имя. И хотя Димка божился, что вот этот кандидат ему понравится, Антону уже не нравится, что тот не может следовать требованиям самого высокого начальства.
Приходится подавить в себе подступающее раздражение. Еще не хватало сейчас сорваться на, возможно, подходящей кандидатуре. Жаль, руки так и не дошли (не доползли) хотя бы одним глазком глянуть на эскизы и пробные макеты от этого… черт, он даже имя не посмотрел! Но теперь уже поздно.
Впрочем, хорошо быть «большим боссом» — не надо беспокоиться о том, какое впечатление произведешь на собеседовании, потому что работать на тебя хотят в любом случае. И хотя обычно Антон старается быть доброжелательным со всеми, в особенности с новыми людьми, у него слишком упорно отбивают желание таковым быть.
Так что он выходит из кабинета, попутно бросает Дане пару мелких задач и спускается на девятый этаж, к переговорным. Дима встречает его сразу при выходе из лифта.
— Антон Андреевич, они ждут, но я хотел…
— Кстати, с хрена ли «они»? — перебивает Антон, игнорируя официальный тон. Раздражение подступает все увереннее. — Я же просил, без всяких менеджеров.
Говоря, он быстрым шагом движется к нужной двери, а Димка семенит рядом, заметно нервничая. Антон не придает этому значения — скорее всего, просто волнуется из-за того, что не проследил за выполнением требований.
— Там не совсем обычная ситуация… Дизайнер точно заслуживает внимания, уверяю вас! Но Антон Андреевич, я должен предупредить, что…
Антон резко замирает, от чего Дима по инерции улетает на два шага вперед. Потом оборачивается — глаза за стеклами очков расширены и бегают туда-сюда, избегая прямого взгляда в лицо директора.
Что-то не так. Что-то, блять, снова идет не так, и Антон уже откровенно заебался решать проблемы этого проекта.
— Что? — требовательно спрашивает он. — Я слушаю.
Позов весь сжимается, но уже через секунду вдруг распрямляется снова, вытягивается в струнку — даже как-то выше становится — и смотрит на Антона прямо и твердо.
— Человек, с которым я общался и который сегодня пришел с ним, это не менеджер. Это друг, который ему помогает. Потому что он… — Дима осекается, на миг теряя уверенность. — Он не говорит.
Услышав это, Антон даже не моргает. Информация доходит на удивление быстро, и он медлит не потому, что не может в это поверить, а потому, что не может понять, какого хуя. Вся накопленная усталость, раздражение, волнение за этот проект и злость на Димку, который, блять, оказывается ни черта по этому делу не понял, подступают одним разом.
— Немой дизайнер? — переспрашивает Антон угрожающе тихо и ровно.
Дима, явно ожидавший другой реакции, неуверенно кивает.
И Антона, сука, просто разрывает.
— Ты, блять, ебанулся, Дима? Какого хуя вообще?! Ты не понял, да, что нам реклама нужна, Позов, реклама, а не просто крутые шмотки?! Человек, блять, который этот проект будет на себе тянуть, ты понимаешь? Нихуя ты не понимаешь, и не смотри на меня так! — Он кричит, наверное, на ближайшие десять этажей, но ему откровенно срать сейчас. — Отличная шутка получилась, ничего не скажешь! Искали голос направления, новый голос компании — нашли, блять! Идеально, сука!
Дима молча хлопает глазами с равнодушным лицом, как будто все это относится не к нему. А Антон, переждав две секунды и потерев заболевшие в три раза сильнее виски, продолжает ненамного тише, но уже не так зло — скорее, оскорбленно:
— Что ты мне хочешь предложить? Ебучую благотворительность?! Это сработает, я уверен, это, блять, выстрелит, как петарды на день города, только мне оно нахер не сдалось, понятно? Я не настолько низко пал, чтобы рекламироваться и рубить бабки за счет калеки!
И ровно в этот момент дверь, рядом с которой они стояли, резко распахивается. Антон где-то на периферии осознает, что это ведь та самая переговорная, к которой они шли, но мысль не успевает толком оформиться, потому что из комнаты буквально вылетает какой-то человек и с силой врезается в него. Антона аж отбрасывает к стене, а на плече сто процентов останется синяк.
Человек огибает его и уносится по коридору так же быстро, как выскочил из-за двери, так что Антон не успевает даже пикнуть, не то что его рассмотреть. Разве что улавливает приятный аромат парфюма, черную лохматую макушку и тот факт, что мужчина был совсем немного ниже его ростом, что, надо признать, редкость.
— Попов! — громко раздается почти под ухом.
Класс, еще и фамилия максимально тупая. Но зато народу ближе, это да.
Антон фокусирует глаза на низеньком мужчине армянской наружности с забавным хвостиком на затылке. Тот перехватывает взгляд — и отвечает разъяренным, хоть и плотно сжимает губы. Они несколько секунд смотрят друг на друга, и Антону честно интересно, что же написано на его собственном лице.
Потому что раскаяния он не чувствует. Совсем. Злость тоже поутихла, как и раздражение. Зато усталость навалилась с новой силой, теперь смешанная с горечью и досадой, ведь единственный, по словам Димы, реально подходящий человек оказался совершенно не подходящим.
Армянин, все так же молча, забирает в комнате два дипломата и оставленный на спинке одного из стульев темно-синий пиджак, затем вдруг пожимает руку замершему статуей Диме, едва заметно кивает ему в знак благодарности и уходит прочь, так и не взглянув больше на Антона и не произнеся ни слова.
«Пиздец, блять. Феерический облом!» — думает тот и смотрит на Диму. Просто смотрит, без каких-то вопросов и эмоций во взгляде. Он уже все сказал.
Дима тяжело вздыхает и говорит следующие слова спокойно, но с тихим осуждением в голосе, у Антона даже совесть на миг просыпается.
— М-да. Не твой. Буду искать дальше.
«Не мой».
Антон плотно сжимает челюсти и, не отвечая, быстро уходит, а поняв, что дожидаться лифта у него нет моральных сил, начинает спускаться по лестнице. Ему нужно на воздух. И куда-нибудь подальше отсюда.
Противоречивые эмоции раздирают изнутри. Жутко хочется курить, но сигареты он оставил в кабинете, заодно с деньгами. Благо, что приехал с водителем, и ни ключи, ни карта для оплаты такси не понадобятся.
Если вообще понадобится машина.
Потому что Антон, выйдя из офиса, ощущает внезапное желание пойти пешком по улицам, как когда-то в полузабытой юности. Просто пойти куда глаза глядят, слушать угрюмый русский рэп на полной громкости, чтобы уши заболели, замарать белые кроссовки, выбиться из сил где-нибудь на окраине города и упасть на грязную скамейку, не заботясь о сохранности вещей.
Вот только наушники он не носит с собой уже года три, на нем не потертые старые кроссовки, а модные ботинки, а чтобы дойти до окраины города, понадобятся, возможно, сутки.
Поэтому он просто несколько минут глубоко дышит, спрятав почему-то дрожащие кулаки в карманы брюк и глядя в серое небо, а потом разворачивается и просто… идет. По слишком чистой улице, на которой невозможно замарать даже белые подошвы, минует несколько стоянок, заполненных дорогими автомобилями, и почти не надеется набрести на старую детскую площадку, где так уютно сидеть на качелях, предаваясь грустным мыслям.
Он идет медленно и, если честно, ни о чем не думает. Разве что о том, что для кинематографичности момента хватило бы пары капель дождя, но на небе ни туч, ни солнца — погода просто… никакая. Так что Антон выглядит не запутавшимся в себе и своей жизни пареньком, а богатеньким чудаком, который зачем-то решил поэкспериментировать с пешими прогулками.
Нет ни одной конкретной мысли. Антону просто стабильно хреново.
Идя по этой стерильно чистой улице, он впервые задумывается о том, действительно ли достиг того, о чем так мечтал. Свой бизнес, любимое дело, да еще и достаток бонусом — казалось бы, все прекрасно. И тем не менее, он идет сейчас, совершенно потерянный и одинокий. Со странным чувством какой-то фоновой неправильности. Чертов юношеский максимализм, который реализуется в одном из тысячи случаев. И Антону достался как раз такой — и лучше бы, наверное, он не выигрывал эту лотерею.
Он не сразу осознает, что ладонь вибрирует с интервалом в несколько секунд. А потом понимает, что сжимает в руке, которую держит в кармане, свой телефон. Достает без интереса, чисто механически, но увидев, кто и где ему написал, даже останавливается посреди тротуара. Благо, в этом районе пешеходов встретить почти нереально, и в его спину никто не врежется.
Инстаграм. Причем тот самый закрытый профиль с парой тупых фотографий еще с позапрошлого телефона. Без лица и мест — только максимально житейские сюжеты: недо-макро снимок доширака, комплект браслетов и колец на красном фоне, черно-белое фото неба да отрывок записи футбольного матча.
Аватарка отправителя новых сообщений пустая, как и у самого Антона.
b-Arsik: Привет, Антон
b-Arsik: Это Арс
b-Arsik: Но ты понял, наверное…
b-Arsik: Короче, пиздец
b-Arsik: Я потому и решил сюда написать — быстрее
b-Arsik: И проще
b-Arsik: Нихуя у меня не получилось, мой проект даже смотреть не стали.
b-Arsik: Я в шоке, Тош. Я просто в шоке.
Возникшее было ликование от того, что теперь с Арсением можно общаться по-человечески, вмиг исчезает, сменяясь подозрением и стягивающим внутренности страхом. А что если… Нет, ну такого совпадения просто не может быть. Тем не менее, Антон, безуспешно пытаясь унять дрожь в пальцах, печатает:
Привет)
Блин, сочувствую…
А что случилось-то?
Я имею в виду
Почему не посмотрели?
Ведь если вдруг это действительно Арс, тогда понятно, почему он так долго отказывался от нормальных соцсетей. Просто не хотел… сближаться? Где переписки, там и голосовые сообщения, которые он не смог бы записать. А может, дошло бы и до телефонных звонков, на которые он не смог бы ответить. Если это Арс, то наверняка он не раз встречал вот таких людей, как Антон, которые отказывались от общения с ним из-за его немоты. Все обидные слова, которые прозвучали в офисе четверть часа назад, эхом отдаются в голове Антона, вынуждая задышать чаще. Каждое, сука, слово. Антон сглатывает и нервно кусает губы, прожигая взглядом бегущую на экране строку «Печатает…» Только сейчас окончательно приходит осознание того, насколько сильно Антон обидел того человека. Пусть это был не Арс — а это ну никак не мог быть он! — все равно дико стыдно за свое поведение. Нельзя было позволять себе вот так срываться прямо на рабочем месте, сколь бы этот срыв ни был оправдан. Приходит ответ, и Антон ловит себя на мысли, что боится его читать. Но с каждым прочитанным словом понемногу выдыхает.
Ого, ты так быстро ответил!
Давно надо было сюда перейти.
Да там сложная ситуация, но видимо я просто не подходил по всем критериям.
Или они уже другого человека нашли…
Только нахера было меня на собеседование приглашать тогда?
Я в этот проект вбахал кучу сил,а все зря в итоге.
Знал ведь, что так будет!
Просто совпадение, просто они гребанные соулмейты, с которыми одновременно происходят похожие ситуации.
Антон вытирает лоб, с удивлением замечая выступившие капли холодного пота. Господи, как же он сейчас испугался. Что Арс не простит его, когда узнает, что больше не захочет с ним общаться, что сейчас ему наверняка безумно плохо по вине Антона… Но нет, глупости, просто все так совпало. Тем не менее, Арсению сейчас действительно плохо, и Антон испытывает новую волну стыда. Ходит тут, страдает, когда за углом ждет дорогой автомобиль с личным водителем, припаркованный у огромного здания его собственной фирмы, готовый по первому же зову отвезти его в огромный особняк — а кто-то только что лишился возможности зарабатывать больше. И хотя Антон понятия не имеет, кем работает Арс и сколько получает, во всех его сообщениях по теме этой предполагаемой работы так и сквозило отчаянное желание на нее попасть.
Может быть, он только что лишился мечты, а Антон — всего-навсего самоуважения.
Так что он быстро пишет:
Ты не переживай так сильно
Я уверен, все будет хорошо!
А люди, которые тебя не приняли, просто идиоты))
Упустили такого шикарного работника!
Не получилось здесь, значит получится где-то, где будет еще круче.
Вот увидишь!
Ответ приходит сразу же:
Спасибо тебе, солнце))
Но не думаю, что еще будет шанс попасть куда-то, где хотя бы настолько же круто…
Совпадение. Просто совпадение.
Правда же?..