24
Прошло несколько дней. Днём работа и обычная жизнь, ночью сборы по кругу, обмен новостями . Каждую ночь мы садились вместе, рассказывали то, что удалось выведать за день, сводили факты в цепочку, и шаг за шагом чертили маршрут к тому, что должно было случиться.
— Юна сказала, что завтра Субин позвал нашу цель на совет, — начала я, выдыхая и листая бумаги. — Ной, её любимая пешка, останется охранять комнату отца. Гретта уверяет, что та никого туда не впускает.
При упоминании Субина у Чонвона сдвинулись брови, лицо стало холоднее. Хотя Субин был дядей его жены и формально родственником, Чонвону не нравилось как он смотрел на Рюджин.
— Это не проблема, — протянул Чонин, — Мы с Хисыном устроим сцену, чтобы отвлечь внимание.
— Какую ещё сцену? — насторожился Хисын.
— Ну, я безумно влюблённый парень, ты ревнивый идиот. Будем драться за сердце Юны. Классика!
Он улыбнулся, явно наслаждаясь собой.
— Я, конечно, не претендую, моё сердце давно занято, — бросил он в сторону Йеджи, — но сыграть драму я умею.
— Сыграешь в больнице, когда я тебя урою, — мрачно отозвался Хисын. — Я не буду в этом участвовать.
— Парни, парни, — вмешалась Сохи, закатывая глаза. — Можно я встану между вами, когда начнёте махать кулаками? Мне как раз нужен повод, чтобы сбросить пару килограммов, — она легонько постучала по животику.
— Ты сейчас не сбросишь, ты наоборот набираешь, — поддел Чонин
— Ещё одно слово и я рожу тебе под дверь, — парировала она, и вся комната захохотала. Даже Чонвон не удержался от улыбки.
— Ладно, — вернул всех к делу он, — Ваша задача отвлечь Ноя и дать Рюджин возможность попасть к отцу. Остальное на мне.
— Тогда решено, — сказала Сохи, поднявшись с пола с помощью Йеджи. — Завтра — день Х. А теперь марш спать. Мне, между прочим, нужно отдыхать, я ношу следующего гения этой команды.
***
На следующий день, мы занимали позиции. Чёрный фургон стоял в полутени. Машина с нашей целью тронулась.
Чонвон первым выскользнул из фургона,его движения были тихими и отточенными. Мы с ним обошли дом по обходной дорожке, которую Гретта показала нам накануне. Старый служебный ход за сараем, заслонённый плющом и давно сломанной калиткой. Я пробралась вслед, чувствуя, как холодок адреналина ползёт по спине.
Когда Чонвон и я тихо скрылись из фургона и направились к дому, по рации прошёл короткий сигнал «начали». Это был Чонин.
Спустя пару секунд внутри особняка раздался громогласный вопль.
— Юна! Где ты вообще?! — Чонин ворвался в гостиную, будто ищет виноватую в конце света.
Из другого конца коридора донёсся возмущённый голос Хисына.
— Ты что орёшь как ненормальный?!
— А я что? Я просто спросил! — парировал Чонин, уже закатывая рукава.
Они начали спорить всё громче и громче, пока не дошло до того, что Хисын толкнул Чонина, а тот, отмахиваясь, случайно задел его кулаком по лицу.
— Ты что творишь, придурок?! — Хисын схватился за щёку.
— Мы же симулируем, симулируем! — прошипел Чонин, но тот уже не слушал удар ему явно не понравился.
Дальше всё пошло наперекосяк. Они действительно начали драться по-настоящему, с шумом, криками и упавшей вазой, которую кто-то наверняка потом припомнит.
— Ах ты, актёр недоделанный! —взревел Хисын, кидаясь снова.
— Сценарий не читал, что ли?! — отбивался Чонин, вяло, но уже всерьёз опасаясь за своё лицо.
В это время Ной, стоявший у двери комнаты отца, резко обернулся. Рядом появилась Гретта, притворно взволнованная, но глаза у неё выдавали, что всё идёт по плану.
— Господин Ной! — она слегка запыхалась. — Там драка! Господин Чонин и Хисын… Мы не можем их остановить!
— Пусть люди разнимут их. — нахмурился Ной.
— Они пытались, но безуспешно, — Гретта изобразила отчаяние. — Только вы сможете. Если госпожа узнает… нам всем не поздоровится!
Он коротко выругался, бросил взгляд на дверь, за которой находился отец, и после коротких размышлений кивнул.
— За мной.
— Конечно, господин, — тихо сказала она, и, когда он отвернулся, едва заметно кивнула в сторону тени за колонной.
Там стояли Рюджин и Чонвон.
Он сжал её ладонь.
— Иди, я буду рядом — шепнул он.
План начал работать.
Комната отца пахла лекарствами, тяжёлым воздухом и чем-то бесконечно усталым.
Рюджин остановилась у двери, пальцы дрожали., сердце болезненно колотилось.
На кровати лежал отец, бледный, почти безжизненный. Его грудь еле заметно поднималась и опускалась.
Она медленно подошла ближе, опустилась на колени и, взяв его за руку, прошептала.
— Папа… Папа, проснись… Это я, Рюджин… — голос дрогнул, — пожалуйста, не пугай меня, не молчи...
Он не отвечал. Только слабый выдох сорвался с его губ.
Слёзы стекали по её щекам, она прижималась лбом к его руке, чувствуя холодную кожу.
Когда она подняла глаза, заметила странное мигание. Вв углу под потолком мерцала крошечная лампочка.
Она резко обернулась, вторая, третья. Камеры.
— Чёрт! — сквозь зубы выругалась Рюджин. — Они следят за ним даже здесь…
— Что случилось? — в комнату быстро вошёл Чонвон, глаза напряжённые, готовые к любой опасности.
— Камеры, — прошептала она. — Везде.
Он прищурился, осмотрел потолок, кивнул.
— Не переживай. Наши люди всё сотрут. Ни кадра не останется.
Он подошёл ближе, положил руку ей на плечо, коротко, уверенно.
— Найдём екарства
Они начали перебирать полки, ящики, шкафчики. Флакон за флаконом, бесконечные упаковки, успокаивающие, жаропонижающие, снотворные…
И вдруг небольшая баночка с красными капсулами.
Рюджин застыла.
— Это они… — прошептала она. — Красные… такие же, как говорил Тэхен…
Чонвон взял одну капсулу, внимательно осмотрел.
— Эти препараты могут снижать пульс, мышцы становятся вялыми, а тело теряет силы. Его просто обессиливают…
Она сжала кулаки.
— Мы восстановим твоё здоровье, папа. Я обещаю. — Она подняла глаза, полные решимости. — Эти препараты похожи на те, что ты принимаешь, только они действуют наоборот. Никто ничего не заметит. Мы сделаем всё, как будто ничего не изменилось.
Рюджин положила похожие капсулы, забрав те что они нашли.
В этот момент отец слабо зашевелился. Его веки дрогнули, глаза медленно приоткрылись.
Он не мог говорить, только тихо мычал, взгляд его был тяжёлый, но осмысленный.
— Папа, я здесь, — прошептала Рюджин, обнимая его. — Всё хорошо, слышишь? Всё будет хорошо…
Ты должен будешь претворяться что не можешь говорить и двигаться, настанет время и ты встанешь. Мы избавимся от этого проклятия.
Он с трудом моргнул и перевёл взгляд на тумбу, затем на нижний ящик.
— Там? — спросила она.
Он едва заметно кивнул.
Открыв ящик, она нашла ещё одну баночку,те же красные капсулы, но с другим номером серии.
Она выдохнула. Доказательство было найдено.
Чонвон подошёл к окну, осторожно отодвинул штору.
— Нам пора.
Рюджин кивнула, ещё раз посмотрела на отца, поцеловала его руку.
— Держись, папа. Ещё немного. Я всё исправлю. Обещаю.
Они вышли из комнаты, закрыв дверь за собой.
В тишине, когда шаги стихли, отец медленно повернул голову.
На его щеке блеснула одна единственная слеза, упавшая на подушку.