Глава 22. ФИНАЛ
Солнце клонилось к закату, и сумерки медленно заполняли палатку воителей. Лунолапка старательно обустраивала гнёзда: собирала разбросанный папоротник и мох, взбивала подстилки, чтобы они были мягкими и уютными к ночи.
— Эй, Лунолапка!
Лунолапка подняла голову. Светолапка выглядывала из-за ветвей у входа, за её плечом виднелся Златолап.
— Тебе не нужно делать это одной, — сказала Светолапка. — Ты точно заслужила отдых. Тот вкусный кролик, которым мы все лакомились, — это ведь твоя заслуга!
— Да, тебе пора отдохнуть от скучных ученических обязанностей, — поддержал Златолап. — Мы поможем тебе с гнёздами, если хочешь.
Лунолапка покачала головой. Она была твёрдо намерена не отлынивать от работы.
— Всё в порядке, спасибо, — ответила она. Про себя она призналась, что предпочитает работать одна. Чем больше дел, тем меньше времени остаётся на назойливые разговоры с голосом.
— Ладно, увидимся позже, — мяукнула Светолапка, и оба ученика удалились.
Лунолапка вернулась к кучке подстилок и принялась утеплять тонкие места в гнёздах, тщательно проверяя, нет ли шипов, прежде чем утрамбовать её на место.
«Когда-нибудь ученик будет делать это для меня», — подумала она.
Пока она представляла, как станет воительницей и получит своё имя от Беличьей Звезды на церемонии перед всем племенем, что-то слегка ударило её в плечо. Решив, что это один из учеников или котят, она подняла голову, чтобы сделать им замечание, но никого рядом не оказалось.
«Хм… Наверное, что-то упало с крыши палатки, — подумала Лунолапка. — Надо будет проверить потом и предупредить наставницу; если там дыра, можно будет заделать её побегами ежевики или плюща». А пока она закончит с оставшимися гнёздами.
Но когда она вернулась к подстилке, на прежнем месте её не оказалось. Она исчезла. Остались лишь несколько клочков мха и одинокий лист папоротника.
Лунолапка уставилась на место, где только что была подстилка. Она точно помнила, что там было много чего. Прямо у входа! Или нет?
«Я точно знаю, что подстилка была здесь. Она лежала прямо у входа всего мгновение назад. Разве нет?»
Лунолапка начала сомневаться в себе. Возможно, она устала больше, чем думала, и ей действительно нужен отдых.
Пока она стояла, озадаченная, обдумывая всё это, в палатку проскользнула Солнцесветница. Она остановилась и огляделась.
— Вау, я никогда не видела гнёзда такими аккуратными! Отличная работа, Лунолапка!
Лунолапка смущённо склонила голову.
— Можно я пойду спать пораньше? — спросила она свою наставницу. — Я неважно себя чувствую. Завершу уборку в палатке, как только проснусь.
— Палатка и так выглядит достаточно чистой, — заверила её Солнцесветница, добродушно мурлыкая. — Возможно, ты слишком усердствовала. Тебе стоит отдохнуть. Ты сегодня отлично поработала и заслужила отдых. Иди, надеюсь, утром ты будешь чувствовать себя лучше.
— Спасибо, Солнцесветница, — промяукала Лунолапка.
— Знаешь, Лунолапка, — добавила Солнцесветница, — я рада, что ты вернулась как моя ученица. Признаюсь, у меня были сомнения, но ты была такой сосредоточенной и полезной сегодня, что я уверена – ты скоро будешь готова к воинскому испытанию.
Смутившись от похвалы, Лунолапка опустила голову.
— Спокойной ночи, — прошептала она наставнице и выскочила из палатки. Пересекая лагерь, она чувствовала приятное тепло внутри.
«Я правильно поступила, отказавшись быть ученицей целителя», — подумала она. Она скучала по Воробью и Ольхогриву, но она наконец почувствовала, что идёт верным путём.
Златолапки и Светолапки нигде не было видно. Лунолапка осталась одна, когда устраивалась в своём гнезде в палатке учеников. Её наполняло чувство удовлетворения, когда она свернулась калачиком и укрылась хвостом. Доброта и одобрение Солнцесветницы согревали сердце.
Но когда Лунолапка погрузилась в сон, её вдруг охватил озноб, будто она лежала не в уютном гнезде, а в холодном лесу в сезон Голых Деревьев.. Она чувствовала, как что-то холодное подкрадывалось со спины. Лунолапка ощутила, как оно прижимается и словно давит на неё. Холодный ветерок коснулся её уха.
Нет, это был не ветер. Это было дыхание. И в этом дыхании она услышала тихий шёпот:
— Ты не можешь убежать от меня. Мы — одно целое.
Сердце бешено заколотилось. В мгновение ока Лунолапка выскочила из своего гнезда, издав приглушённый крик, и рванула сквозь папоротники, окружавшие палатку. Дико озираясь, она заметила своих родителей, которые ещё не спали и разговаривали с Искрой и Ветвью возле кучи свежей добычи.
«Я скрывала этот голос от всех, — подумала она. — Но, возможно, это было неправильно. Может быть, родители помогут мне найти необходимые ответы».
Лунолапка бросилась к ним и остановилась, тяжело дыша.
— Лунолапка, что случилось? — спросила мать Шелкоушка, её глаза тревожно блеснули.
— Тебя что-то напугало? — добавил Залив, шерсть на его спине вздыбилась, словно он готов был броситься на всё, что угрожало его дочери.
Лунолапка хотела рассказать им, что произошло, но только судорожно хватала воздух, не в силах вымолвить ни слова.
Шелкоушка обвила хвостом плечи Лунолапки и повела её в тихое место за палаткой воителей. Залив последовал за ними, извинившись перед Искрой и Ветвью.
— Просто постарайся успокоиться, — мягко мяукнула Шелкоушка, ласково обвив хвостом Лунолапку. — Расскажи нам, что тебя тревожит. Здесь нас никто не услышит.
Прижавшись к тёплой материнской шерсти, Лунолапка почувствовала себя немного спокойнее. Но ей всё ещё было трудно рассказать то, что она так долго держала в секрете. Только терпеливые, полные любви, глаза родителей помогли ей найти нужные слова.
— Я… я слышу голос, — наконец выдохнула она. — Я… я имею в виду, во снах… — добавила она, всё ещё не решаясь признаться в полной правде, даже родителям, даже сейчас, когда ей было так страшно.
— Какой голос? — спросил Залив.
— Со мной говорит кошка, — объяснила Лунолапка. — Она сказала, что мы с ней одно целое. Я видела эту кошку, она похожа на меня, но это не я.
Шелкоушка и Залив обменялись задумчивыми взглядами. В них читалась и грусть, и одновременно проблеск радости. Лунолапка ничего не понимала.
— Кошка, которую ты видела, была рыжей и полосатой? — спросил Залив.
Лунолапка уставилась на него. Откуда он знал? Испуганно кивнув, она ответила:
— Да, это та самая кошка.
— Тогда это, должно быть, твоя сестра из одного помёта, — сказала Шелкоушка дрожащим голосом. Залив успокаивающе обвил хвостом её плечи, стараясь утешить.
— Моя… кто? — сердце Лунолапки бешено заколотилось от потрясения.
— Ты родилась вместе с сестрой, — объяснила мать, стараясь говорить спокойно. — Она умерла вскоре после рождения; она была слишком слаба, чтобы выжить.
— Воробей и Ольхогрив делали всё возможное, — добавил Залив, — мы ни на мгновение не оставляли её одну. Но спасти её не удалось.
Лунолапка попыталась вспомнить первые дни жизни, до того, как у неё открылись глаза. Но в памяти всплывал лишь тёплый молочный запах детской и язык матери, вылизывающий её долгими нежными движениями. Она и не подозревала, что рядом был ещё один котёнок.
Скорбь пронзила сердце Лунолапки. Она не должна была быть единственным котёнком; у неё должна была быть сестра. Она вспомнила, как одиноко ей было в детстве, и теперь понимала, что всё должно было быть иначе.
— Вы никогда мне не говорили! — воскликнула Лунолапка. Она не смогла скрыть нотку упрёка в голосе, хотя видела, как убиты горем её родители.
— Прости, что мы скрывали это, — ответила Шелкоушка. — Мы не хотели тебя расстраивать. Ты была совсем крохой, когда она умерла, мы думали, ты ничего не помнишь. Но теперь, кажется, что она обращается к тебе из Звёздного племени, через твои сны. — Её голос дрогнул, но теперь уже от радости. — Лунолапка, — продолжила она, — поначалу это может показаться пугающим, но я думаю, бояться нечего. На самом деле, это даже трогательно.
Лунолапка почувствовала себя так, будто на неё рухнуло дерево. Как родители – и все её соплеменники – могли скрывать от неё такую огромную тайну? Воробей и Ольхогрив явно знали. Когда она рассказала им о голосе, они догадывались, что это как-то связано с сестрой? Или были настолько поглощены воспоминаниями об Угольке, что эта мысль им и в голову не приходила?
А теперь Лунолапка каким-то образом умудрилась разозлить сестру, о существовании которой даже не подозревала.
У неё не хватило духу сказать родителям то, что она знала наверняка: её сестра не была тем добрым духом, каким они её представляли. Та была готова напугать котёнка и явно всё сильнее злилась на Лунолапку за то, что она её игнорировала. Кто знает, на что она ещё способна? К тому же, в её шерсти не было звёздного сияния, значит, она никогда не попадала в Звёздное племя. Если бы Лунолапка рассказала об этом Заливу и Шелкоушке, это только причинило бы им боль — если бы они вообще ей поверили.
«Мне придётся разобраться с этим самой».
Лунолапка отошла от родителей.
— Это так… так странно, — промяукала она. — Мне нужно подумать об этом одной.
И Шелкоушка, и Залив понимающе кивнули.
— Возвращайся, если появятся ещё вопросы, — мяукнул Залив.
Развернувшись, Лунолапка пустилась бежать через лагерь и выскочила наружу через терновый туннель, прежде чем Крот, стоявший на страже, успел её остановить.
— Будь осторожна! — крикнул ей вслед Залив.
Сначала Лунолапка бежала наугад, петляя между деревьями, просто желая оказаться подальше от лагеря. Но вскоре она поняла, что бежит вовсе не так уж бесцельно. Она выбежала из леса и оказалась на вершине склона, ведущего к озеру.
Лунолапка подошла к самой кромке воды. Ей было страшно смотреть на её поверхность, но она почему-то знала, что должна это сделать. Забравшись на камень, нависающий над водой, она заглянула вниз. Сначала она видела только своё отражение. Но затем поверхность воды зарябила, словно кто-то бросил в неё камень, и когда рябь улеглась, на неё смотрело лицо, принадлежащее голосу — её сестре.
«Ты перестала убегать, — промурлыкала её сестра. — Теперь ты знаешь правду».
«Прости. Я не знала о тебе, — объяснила Лунолапка. — Я рада, что встретила тебя, но тебе не место в этом мире. Ты должна уйти и жить своей жизнью в Звёздном племени».
Сестра сморщила нос.
«Нет. Почему я должна оставить тебя сейчас?»
«Потому что ты пугаешь меня, — призналась Лунолапка. — И ты напугала Солнышко. Тебе не нужно было его трогать; кто-нибудь мог пострадать».
«Мне нужно было убедить тебя, что я настоящая», — ответил голос.
«Хорошо, ты меня убедила. Теперь оставь меня в покое».
На лице её сестры появилось растерянное выражение.
«Почему ты хочешь быть одна, когда я могу быть рядом с тобой всё время? Мы можем играть и веселиться. Разве ты не хочешь быть со мной?»
«Я уже не котёнок, — ответила Лунолапка, вспоминая, как сильно она мечтала об этом в детстве. Она часто представляла, как это — иметь сестру, но не такую. — Теперь я ученица. У меня есть обязанности, – продолжила она, — и я всё ещё жива. Тебе нужно двигаться дальше. Звёздное племя — удивительное место; тебе там понравится».
Она увидела, как выражение лица её сестры сменилось с растерянного на обиженное и злое.
«Ты ещё не понимаешь, — промурлыкала она. — Я навсегда с тобой. Мы связаны друг с другом. И если ты не позволишь мне быть с тобой в твоём мире, ты будешь со мной в моём».
Конец
Перевод: Максим Яковлев