Цена выбора
Эви оказалась на пустой поляне. Ночь окутывала всё вокруг, и только слабый свет луны отражался на росе, покрывающей траву. Она дрожащими руками достала зеркало из сумки и сжала его, словно это был единственный якорь в мире, который внезапно стал чужим и опасным.
— Гарри... — прошептала она, её голос дрожал, но внутри звучала вся паника и страх. — Ты нужен мне... Ответь мне.
Мир вокруг затрепетал, и из зеркала послышался тихий, усталый, но знакомый голос:
— Эви? Что случилось?
Сердце забилось быстрее, ком в горле поднимался. Она начала рассказывать вкратце, перебивая слова друг другом, её голос дрожал, а слёзы сами стекали по щекам:
— Тео... Они... Лорд... Его схватили... Он в опасности... Я... я не знаю, что делать...
Гарри выслушал её внимательно, спокойным голосом, но твёрдо:
— Слушай меня, Эви. Скажи мне место, куда ты можешь переместиться. Я буду ждать там.
Эви кивнула, ощущая, как паника немного отступает, но сердце всё ещё рвётся из груди. Она достала из сумки джинсы и рубашку магловскую, быстро переоделась. Ночь была прохладной, туман клубился по поляне, но она собрала волю в кулак.
Сконцентрировавшись, она переместилась на другую поляну, почти у края леса. В мгновение, когда её ноги коснулись земли, прозвучал тихий голос из темноты:
— Сюда.
Эви рванула в указанном направлении, и перед ней появился знакомый силуэт. Гарри Поттер.
— Эви! — позвал он, — что произошло?
Она дрожащими руками сжала его плечи, и слова хлынули, уже без остановки. Её голос переходил на истерику, она боялась, что Тео мог быть убит. Гарри, видя её состояние, осторожно взял её за руку:
— Эви, успокойся. Слушай меня. Мы сейчас придём на место. Всё будет хорошо.
Она глубоко вдохнула, кивнула, но слёзы всё ещё текли. Они медленно направились к почти незаметному домику посреди хащей, скрытому от глаз. Внутри, среди людей, кого прятали от Пожирателей, были те, кто пережил битву за Хогвартс.
Гарри обратился к Гермионе:
— Дай ей что-то, чтобы успокоить.
Гермиона протянула небольшой флакон с успокоительным зельем. Эви, осознавая его необходимость, быстро выпила, и спустя несколько минут её дыхание стало ровным, плечи перестали дрожать.
— Слушайте... — начала она спокойно, — это было ужасно. Патронус Драко предупредил меня. Мне нужно спасти Тео любой ценой. Он сейчас в опасности.
Рон фыркнул, раздражённо:
— Мы не для этого сейчас прячемся. Мы ищем зацепки, строим план... Мы не будем рваться спасать одного Пожирателя.
Эви вспыхнула, глаза горели огнём:
— Уизли! Я рисковала всем ради вашей помощи! Ради вас! И вот чем это закончилось!
Гермиона мягко, но твёрдо встала между ними:
— Эви права. Она помогала нам, и за это ты поплатилась своей семьёй. А сейчас Тео... он может быть мертв.
— Нет! — выкрикнула Эви, — Он не может умереть! Нет!
Слезы накрыли её, и она опустилась на стул, сдавшись, словно весь мир рухнул вместе с ней. Гарри опустился рядом:
— Значит, нам нужно действовать быстрее. Я уверен, что Теодора не тронут. Им нужна ты.
В комнате повисла напряжённая тишина. Каждый взгляд был устремлён на Эви, каждый понимал, что это не просто спасение одного человека, это борьба за будущее, за тех, кого они любят.
Они начали обсуждать план, шаг за шагом, учитывая все риски. Эви чувствовала холодок страха, смешанный с решимостью: она должна спасти Тео. Любой ценой.
Комната была холодной, словно сама тьма Лорда проникла в стены. Тео лежал на каменном полу, тело ноющее, каждый мускул жёстко натянут после пыток. Он едва дышал, силы оставляли его с каждой секундой, а разум сжимался под давлением ужаса и боли. Темный Лорд стоял над ним, холодный, спокойный, как будто эта сцена была лишь предисловием к чему-то большему.
— Где твоя жена, Теодор? — тихо произнёс Лорд, голос скользил по комнате, словно лёд. — Где может быть Эвелин?
Тео не имел сил отвечать. Его губы шевелились, но слов не выходило. Каждый вдох отдавался резкой болью в боку, каждая мысль о Эви сжимала сердце, заставляя рваться в клочья. Он чувствовал пустоту, растущую внутри, как тёмная воронка, поглощающая последние остатки надежды.
И тогда дверь распахнулась. Несколько фигур в чёрных одеяниях ворвались в комнату. Тео взглянул вверх и увидел... родителей Эви. Они выглядели потрясёнными, растерянными, не понимая, куда их привели. Они пытались сопротивляться, но магия Лорда не оставляла шансов.
— Ах... вот и гости, — сказал Лорд, подходя ближе, его тень легла на Тео, как покрывало, удушающее. — Интересно, где твоя дочь, Стоун... то есть... где эта маленькая птица?
Он начал допрос, холодно, медленно, наслаждаясь каждой секундой страха, что пронизывала комнату. Родители Эви дрожали, но стояли прямо, отчаянно пытаясь защитить дочь хотя бы мысленно.
— Ты думаешь, что сможешь скрыться? — сказал Лорд, поворачиваясь к отцу Эви. — Ты всегда отказывался от метки. Ты был упрям. И вот настал момент расплаты.
С этими словами Лорд поднял палочку. «Авада Кедавра». Зеленый свет вспыхнул, мгновенно лишая жизни отца Эви. Его тело рухнуло на пол, глаза застыли в ужасающем взгляде.
Тео не мог пошевелиться. Его сердце замерло, кровь застыла в жилах. Кажется, весь мир исчез, оставив лишь эту сцену: смерть, холод и беспомощность.
Мать Эви закричала, взгляд её устремился к Тео, полные отчаяния глаза встретили его. Она пыталась что-то сказать, но горло перехватило. Она плакала, рыдая от ужаса, гнева и бессилия.
— Давно мечтал сделать это, — холодно произнёс Лорд, не скрывая удовольствия. — Дочь защищает тебя, а отец всегда говорил «нет»... вот и пришёл момент расплаты.
Зелёный свет снова вспыхнул. Мать Эви рухнула на пол, рыдая и хватаясь за тело мужа. Комната наполнилась звуком её плача, эхом болью, что ударяло прямо в грудь Тео.
Лорд обернулся к Тео. Его взгляд был ледяным, беспощадным:
— А теперь, Вест, тебе предстоит пройти следующий урок.
Пожиратели схватили его за руки и ноги, удерживая крепко, без единого шанса на сопротивление. Тео пытался кричать, но голос не поддавался. Он видел, как Лорд с наслаждением наблюдает за его страданиями, как его руки сжимают палочку и направляют силу, словно режет воздух на куски его души.
— В подвал, — произнёс Лорд. — Пусть тут он осознает всю ценность того, что потерял.
И так, без малейшего сожаления, Тео были тащили по холодным камням вниз. Его тело болело, каждое движение отдавалось острым огнём, но боль не сравнивалась с тем, что сжало сердце — осознание того, что он бессилен защитить Эви, что она могла быть в опасности в этот самый момент.
Подвал встретил его сыростью, тьмой и запахом старого камня. Там он оказался один, но каждый шорох, каждый звук казался эхом ужаса, который он видел только что в комнате. Его руки были сжаты в кулаки, и мысли метались: «Я должен выжить. Я должен найти её. Я не могу потерять её...».