4 глава
Музыкальный магазин пах деревом и пылью. Антон стоял перед стеллажом с самоучителями, чувствуя себя нелепо. Его мозолистые пальцы нервно перебирали корешки книг.
-Вам помочь? - продавец смотрел на него с плохо скрываемым любопытством.
-Мне нужно... научиться читать это, - Антон положил на прилавок ноты Арсения, стараясь не помять их.
Через час он выходил с тяжелой сумкой: самоучитель, сборник гамм, тетрадь для начинающих. И одна маленькая пластинка в отдельном пакете - "Лунная соната" в исполнении Рихтера. Ту самую, которую как-то случайно услышал из открытого окна консерватории и узнал в нотах Арсения.
Арсений нашел пакет вечером. В нем лежала пластинка и потрепанный блокнот с загнутыми уголками. На первой странице корявым, но старательным почерком было написано:
-Я не умею играть. Но научусь. Если ты согласишься ждать.
"Тот, кто смотрит издалека."
В блокноте были ноты - те самые, что он оставил у фонтана. Но теперь на полях появились карандашные пометки - неуверенные, робкие, как первые шаги ребенка. Антон пытался разобрать его сочинение.
Арсений прижал блокнот к груди. Впервые за долгое время он не чувствовал страха. Только странное, щемящее тепло где-то под ребрами.
За окном, в вечерних сумерках, едва виднелась знакомая силуэт. На этот раз Арсений не отвернулся. Он медленно поднял руку в едва заметном приветствии.
Тень вдали замерла, потом так же медленно подняла руку в ответ.
Тёплый свет лампы разливался по старому пианино в углу комнаты Антона. Он сидел за инструментом, ссутулившись, сжав зубы от напряжения. Его пальцы - привыкшие сжиматься в кулаки, ломать и доминировать - теперь неуклюже тыкали в клавиши, выдавая рваные, фальшивые звуки.
"Чёрт!"
Он ударил по клавишам, отчего инструмент гулко вздрогнул. На столе лежали исписанные карандашом листы - его попытки разобрать "Осеннюю сонату" Арсения. Рядом - учебник, открытый на странице "Как правильно ставить руки".
Вдруг - стук в дверь.
Антон резко поднял голову.
- Кто?
Молчание. Потом - тихий голос:
- Это... это я.
Сердце Антона остановилось.
Он бросился к двери, резко её распахнул - и застыл.
На пороге стоял Арсений. В руках он держал ту самую пластинку и блокнот с пометками.
- Ты... - Антон охрип. - Ты как...
- Я понял твои записи, - тихо сказал Арсений. Он не поднимал глаз. - Ты ошибся во втором такте. И в пятом.
Антон молчал.
Арсений глубоко вдохнул и шагнул вперёд.
- Можно я покажу?