Глава 11
Теперь в школе за Чимином было невозможно уследить. Его преследование стало тоньше, а значит — опаснее. Он уже не просто бросал ей унизительные фразы через весь коридор. Его атаки стали тихими, почти интимными.
Он смотрел на нее. Постоянно. Она ловила его взгляд на уроках, когда он, казалось бы, был погружен в свой телефон. Она чувствовала его глаза на себе в столовой, в библиотеке, когда она пыталась спрятаться за стеллажами с книгами. И это был не прежний насмешливый, холодный взгляд. В нем было что-то тяжелое, изучающее, почти одержимое. Он мысленно возвращался к тем фотографиям.
И самое ужасное — ей это нравилось. Это внимание, пусть и пугающее, заставляло ее сердце бешено колотиться. Она не понимала, почему. Может, потому что любое внимание с его стороны, даже такое, было лучше, чем полное игнорирование? Может, ее изголодавшееся по нему сердце цеплялось за любую кроху?
Однажды она уронила очки в спортивном зале. Пластик хрустнул под чьей-то ногой. Для Хисоль, с ее плохим зрением и без гранта на новые, это была маленькая катастрофа. Она ползала по полу, почти плача, ее пальцы тщетно искали осколки.
Вдруг перед ней появились его дорогие кроссовки. Она замерла, не решаясь поднять голову.
«Ищешь это?» — его голос прозвучал прямо над ней.
Он опустился на корточки, держа в руке ее старые, потертые очки. Каким-то чудом они уцелели.
Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
«Повернись ко мне», — сказал он, и в его тоне не было привычного приказа. Это была мягкая, но неоспоримая просьба.
Она повиновалась. Чимин медленно, почти с ритуальной тщательностью, надел ей очки на лицо. Его пальцы скользнули по дужкам, касаясь ее висков, затем поправили оправу на переносице. На его пальцах чернели тонкие линии татуировок — едва заметные в полумраке, но при каждом движении они оживали, словно слова, которые он не решался произнести вслух. Когда его рука прошла мимо её лица, чернила будто дрогнули вместе с кожей. Его прикосновение было на удивление нежным. Он не убирал руки, позволив кончикам пальцев задержаться на ее щеках, едва касаясь кожи у уголков ее губ.
Она застыла, перестала дышать. Его лицо было так близко. Она видела каждую ресницу, каждую черточку его губ. И его взгляд... он был пристальным, глубоким, словно он видел не ее, а тот образ, что она ему послала.
«Теперь ты снова можешь все видеть четко», — прошептал он, и его дыхание коснулось ее кожи.
В этот момент его взгляд скользнул вниз, по ее шее, к вырезу свитера, и она поняла, о чем он думает. Он вспоминал фотографии. Ее бросило в жар, и она еще сильнее покраснела.
Он заметил это. На его губах появилась едва заметная, странная улыбка — не насмешка, а что-то частное, довольное.
«Иди», — сказал он наконец, убирая руки.
Она вскочила и почти побежала, чувствуя, как горят ее щеки под оправой очков, которые до сих пор хранили тепло его пальцев. В ее голове творился хаос. Он был груб. Он был жесток. Он унизил ее так, как никто другой. Но только что он был... почти добр. И эта доброта, настоящая или притворная, была в тысячу раз опаснее его открытой жестокости. Она была сладким ядом, который заставлял ее сомневаться во всем, что она о нем знала, и цепляться за надежду, которая, как она чувствовала, должна была ее убить.
---
Чимин смотрел ей вслед, все еще ощущая на кончиках пальцев призрачное тепло ее кожи. Этот момент, эта ее растерянность, этот румянец — все это было частью игры, которую он сам себе придумал. Но игра начинала выходить из-под контроля. Ему нравилось видеть ее смущение, вызванное им. Ему нравилась эта власть — не просто запугать, а вызвать в ней противоречивые чувства. Заставить ее хотеть его внимания, даже того, что рождалось из унижения.
Он снова надел на нее очки. Он вернул ей способность видеть, но сам все больше слеп в собственной запутанной паутине лжи, манипуляций и растущей, нездоровой одержимости. Он все еще был ее мучителем. Но теперь он начал играть и в роль искусителя. И он не мог понять, кого из них он в конечном итоге уничтожит — ее или себя.
—————
Эта история живёт только тогда, когда вы говорите о ней.
Оставьте след — комментарий, пару слов, звезду⭐️⭐️⭐️